Полная версия

Главная arrow Социология arrow ИСТОРИЯ СОЦИОЛОГИИ. КЛАССИЧЕСКИЙ ПЕРИОД

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Цивилизация

В работе «Цивилизация и ее тяготы» Фрейд рассматривает цивилизацию как «всю сумму достижений и правил, которые отличают нашу жизнь от жизни наших животных предков и которые служат двум целям, а именно - защищать людей от природы и регулировать их взаимоотношения»[1]. Уровень развития цивилизации Фрейд связывает со степенью удовлетворения ее требований: способности защитить человека от сил природы, расцвета красоты, победы чистоты и порядка. Прекрасно характеризуют цивилизацию поддержка умственной деятельности человека - его интеллектуальных, научных и художественных достижений. Последняя, но не менее важная особенность цивилизации, связывается Фрейдом с тем, «каким образом регулируются отношения людей друг с другом, их социальные отношения - то, что затрагивает человека в качестве соседа, источника помощи, сексуального объекта, члена семьи и гражданина»[2].

Решающим шагом к цивилизации является замена власти индивида властью сообщества. «Сущность этого лежит в том факте, что члены сообщества ограничивают себя в возможностях удовлетворения, принимая во внимание, что индивидуум не знал никаких таких ограничений. Поэтому первая необходимость цивилизации - это правосудие, то есть гарантия, что однажды установленный закон не будет нарушен в пользу индивида»[3].

Замена власти индивида над собою властью общества над индивидом оценивается Фрейдом как деятельность по ограничению человеческой личной свободы. Но ограничивается не только Я, но и Я, управляемое Оно, стихией инстинктов и влечений, власть которых над человеком не менее, а, пожалуй, более тяжела, чем власть цивилизации.

Фрейд хорошо понимал сложность предложенных им объяснений. «Развитие цивилизации налагает ограничения на свободу, и правосудие требует, чтобы никто не нарушал этих ограничений. То, что ощущается в человеческом сообществе как желание свободы, может быть восстанием людей против некоей существующей несправедливости, которое, в свою очередь, способно влиять на дальнейшее развитие цивилизации.. . Но это может также исходить от остатков их первоначальной индивидуальности, которая все еще не приручена цивилизацией и способна, таким образом, стать основой враждебности по отношению к цивилизации»[4].

То, что описывается Фрейдом как остатки первоначальной индивидуальности человека, суть, во-первых, инстинкты человека - инстинкт жизни, описываемый как Эрос, и инстинкт смерти, самоуничтожения, или Танатос, а во-вторых, суть влечения человека. Прежде всего, к пользе и получению наслаждения, но также и к удовлетворению своей агрессивности.

Нельзя не видеть, писал Фрейд, «до какой степени цивилизация создана на отказе от инстинкта, насколько это предполагает отсутствие удовлетворения (подавлением, репрессией или какими-то другими средствами) сильных инстинктов». «Цивилизация должна использовать предельные усилия, чтобы устанавливать, ограничивать агрессивные инстинкты человека и держать их проявления под контролем психическими формированиями эмоций. Следовательно, отсюда использование методов, направленных на подстрекание людей к идентификациям и запрещенные целью любовные отношения. Ограничения на сексуальную жизнь и идеальная заповедь любить ближнего как самого себя - заповедь, которая, действительно, оправдана тем фактом, что ничто иное не находится в таком противоречии с первоначальной природой человека»[5].

Таким видится Фрейду развитие цивилизации и воздействие ее на индивида. Какую цену платит человек за свое развитие? Борьба с инстинктом любви приводит к тому, что сексуальная жизнь людей, ставших культурными, цивилизованными, «сильно искалечена и чувствительно ослаблена как источник ощущения счастья, как средство достижения нашей жизненной цели»[6]. Цивилизация побеждает опасные агрессивные страсти человеческого Я путем их ослабления и обезоруживания. Но эта миссия сравнивается Фрейдом с пребыванием оккупационной власти в завоеванном городе. Чем сильнее подчиняет цивилизация нашу первичную природу - чувствующую и вожделеющую, тем сильнее становится ощущение невыносимой тяжести, которую чувствует наша природа, наше Я, тем сильнее становится желание сбросить со своих плеч это бремя цивилизации, тем сильнее желание освободиться. Цивилизованный «человек становится невротиком, потому что он не может вынести суммы ограничений, налагаемых на него обществом, преследующим свои культурные идеалы»[7].

Но человек становится не только невротиком. Вырастает агрессивность, направленная людьми друг на друга, враждебность, против которой приходится бороться всем цивилизациям, борьба и соревнование. Как можно их победить?

Вариант, предложенный марксистами, Фрейд считал ошибочным потому, что, «отменяя частную собственность, мы лишаем человеческую любовь к агрессии одного из ее инструментов». Фрейд также писал: «Коммунисты полагают, что они нашли путь к избавлению от нашего зла... Я никоим образом не касаюсь экономической критики коммунистической системы; я не могу расследовать, является ли отмена частной собственности целесообразной или выгодной. Но я могу признать, что психологической фундамент, на котором основывается система, является ненадежной иллюзией... Только удивительно, что Советы будут делать после того, как они избавятся от своих буржуа»[8].

В 35-й лекции курса «Введение в психоанализ» Фрейд еще раз обратился к этому вопросу. Марксисты утверждают, что экономические мотивы являются единственными, определяющими поведение людей в обществе. Но ведь нельзя не видеть, что различные лица, расы, народы в одинаковых экономических условиях ведут себя по-разному. Это отмечал и Макс Вебер. А потому нельзя говорить о единовластии экономических мотивов. Фрейд считает непонятными попытки обойти психологические факторы, когда речь идет о реакциях живых человеческих существ, поскольку эти факторы участвовали уже в самом установлении экономических отношений.

Оценка Фрейдом марксизма интересна еще и потому, что Фрейд пишет о его социологическом характере. «Если бы кто-нибудь был в состоянии показать, ... как ... всеобщая человеческая инстинктивная предрасположенность, ее расовые различия и их культурные преобразования ведут себя в условиях социального подчинения, профессиональной деятельности и возможностей заработка, тормозят и стимулируют друг друга, если бы кто-нибудь мог сделать это, то тогда он довел бы марксизм до подлинного обществоведения. Потому что и социология, занимающаяся поведением людей в обществе, не может быть ничем иным, как прикладной психологией»[9].

  • [1] Фрейд 3. Цивилизация и ее тяготы // Развитие личности. - 2002. -No2.-С. 201,202.
  • [2] Там же.-С. 206.
  • [3] Там же.-С. 207.
  • [4] Фрейд 3. Указ. соч. - С. 207.
  • [5] Фрейд 3. Цивилизация и ее тяготы // Развитие личности. - 2002. -№3.-С. 227.
  • [6] Фрейд 3. По ту сторону принципа наслаждения. Я и Оно. Неудовлетворенность культурой. - С. 191,192.
  • [7] Там же.-С. 167.
  • [8] Фрейд 3. Цивилизация и ее тяготы // Развитие личности. - 2002. -№ 2. - С. 227-229.
  • [9] Фрейд 3. Введение в психоанализ: лекции. - С. 414.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>