Полная версия

Главная arrow Менеджмент arrow ДЕЛОВЫЕ КОММУНИКАЦИИ

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Принципы диалога

Что касается принципов диалога, то обобщение работ К. Роджерса[1] и других исследователей позволяет определить основополагающие принципы «гуманистического общения» — понятия, по многим характеристикам близкого к понятию «диалог».

Проблемный, дискуссионный характер общения. Разговор в диалоге идет на уровне точек зрения и позиций, а не на уровне аксиом и вечных истин. Диалог разрушается там, где партнер переходит на язык догм, где нет места спорам, уточнению точки зрения, возможности не согласиться. Ссылки на непререкаемые авторитеты, народную мудрость и вековые наблюдения подтачивают диалог изнутри, ведь за ними собеседник часто прячет свою неготовность предъявить и отстоять личную точку зрения на проблему[2].

Содержание диалога включает в себя проблемы и нерешенные вопросы, ради поиска решения которых и организуется диалог. Диалог может приобретать самые разные формы («общение», «взаимодействие», «обсуждение», «разговор», «обмен посланиями», «переговоры», «консультации», «спор», «дискуссия», «полемика»), но это всегда содержательное общение, общение по существу.

Настроенность на результат. Результатом диалога является достижение некоторой договоренности, а не просто обмен идеями, репликами, высказываниями, колкостями. Решение, возникающее в ходе диалога, в котором участвуют носители различных, порой разнонаправленных интересов, всегда внутренне структурно сложно (и может порой представлять своего рода амальгаму, коллаж), поскольку построено на балансе интересов и достигнуто обычно с помощью компромисса — соглашения на базе обоюдного согласия равноправных сторон при возможных взаимных уступках ради удовлетворяющего все стороны выхода из конфликтной ситуации. Компромисс предполагает достижение согласия между партнерами, находящимися внутри системы отношений, притом автономными и равноправными. Отсюда преодоление конфликта связано с отказом участников от одних требований при трансформации других в целях ликвидации конфликта, установления динамического равновесия как условия оптимального функционирования и развития системы.

Персонифицированный характер общения. В подлинном диалоге разговор всегда идет от своего имени: «Я считаю», «Я думаю» и т.д. Сравните: «Всем известно», «Давно установлено», «Не вызывает сомнений». Подобные безличные, обобщенные обороты разрушают диалог. В других терминах речь идет о конгруэнтности партнеров по общению. Конгруэнтность позволяет человеку вести себя в соответствии со своими истинными переживаниями, так как они адекватно осознаются им и принимаются в качестве имеющих право на существование. Осознавая ценность для другого именно своего личного опыта, человек не считает нужным лицемерить, лукавить с самим собой и партнером и реализует себя в общении в истинном человеческом качестве. Действительно, если люди и могут быть чем-то друг другу интересны и полезны, так это только тем, что в них происходит на самом деле, — своей индивидуальностью и неповторимостью.

Такая позиция открывает человека самому себе и делает его свободным в восприятии партнера, его чувств и переживаний.

Таким образом, первое «технологическое» условие диалога — настрой на актуальное психологическое состояние как самого себя, так и партнера, разговор «здесь и сейчас».

Безоценочное восприятие личности партнера. Это подразумевает априорное доверие к намерениям партнера. По сути дела, в данном случае речь идет о принятии другого в качестве некоторой безусловной ценности. Принятие другого непременно связано с доверием, готовностью самому раскрыться навстречу другому, стать для него некоторым «объектом переживания», «моментом личного опыта».

Понимание и готовность помочь. Гуманистическое общение, как понимал его К. Роджерс, позволяет достичь большой глубины взаимопонимания между партнерами, создает условия для их самораскрытия и взаимного обогащения. Такое общение возникает и осуществляется тогда, когда собеседники позитивно настроены по отношению друг к другу и воспринимают себя в качестве равноправных партнеров, имеющих право на собственное мнение, и это не означает полного согласия общающихся. Диалог требует признания равенства всех партнеров по диалогу и равного права всех на то, чтобы их интересы были учтены, позиции приняты в расчет, предложения рассмотрены. Ход и исход «переговорного процесса» в разных его аспектах и формах[3] своим успехом примерно наполовину обязаны всеобщей и всесторонней настроенности на позитивный результат. А такая настроенность прочна, если в основе ее ясное осознание тех особенностей современной общественной жизни (сложность социальной структуры; необходимость ненасильственных форм решения проблем; обязательность совместных решений и действий всех участников социального процесса).

Несомненно, что реализация такого типа общения требует и соответствующей жизненной ситуации, и внутренней готовности партнеров. Невозможно представить себе общение такого типа в деловой, социально заданной обстановке. Вместе с тем способность к такому общению — величайшее благо для человека, так как оно обладает психотерапевтическими свойствами, способствует сохранению психического здоровья, уравновешенности и целостности личности[1].

Особый интерес проблематика диалога приобретает в ситуации развития так называемых новых медиа. По мнению некоторых исследователей, именно Интернет дает возможность для диалога. Так, например, Марк Постер считает, что ни телевидение, ни печатная пресса не могут быть площадкой для диалога: «Коммуникация требует не только “самопредставления” {self-positioning), но и непосредственного общения, которое невозможно в случае чтения или просмотра телепередач. В Интернете люди не только читают, но и интерпретируют, отвечают на мнения, формируя свою личную позицию».

Ирландский профессор С. МакКаллаг[5] утверждает, что, во-первых, Интернет демократизирует и упрощает доступ к площадкам обсуждения, более того, делает этот доступ анонимным. Во-вторых, Интернет предлагает «демократию» контента: бесконечное количество информации, прямой доступ к интересующим фактам, возможность непосредственного, прямого (!) общения с кандидатом или чиновником, возможность непосредственно участвовать в дебатах с минимальными затратами (задать вопрос на сайте), появляется возможность «прямой демократии» — легко устроить референдум.

Однако другие исследователи более осторожны. Мануэль Кастельс еще в 1996 г. заметил, что «...социальные вызовы схемам господства в сетевом обществе главным образом принимают форму создания автономных идентичностей. Мы станем свидетелями того, что вместо социальных классов возникнут племена... мы сможем наблюдать, как господствующие мировые элиты окапываются в нематериальных дворцах, созданных из коммуникационных сетей и информационных потоков»[6]. Эти изменения, внешние по отношению к институтам и ценностям общества, Кастельс оценивал скорее как фрагментирующие, чем реконструирующие.

Энтони Вильгельм[7] выделяет четыре «вызова демократии» в современном цифровом мире.

  • 1. Высокий барьер входа. Основная проблема формирования некой глобальной повестки дня и создания электронных публичных арен состоит в том, что далеко не у всех есть возможность, умения и желание активно пользоваться Интернетом. В то же время традиционные СМИ — наиболее доступный источник информации, не требующий от человека траты дополнительных физических или материальных средств.
  • 2. Универсальность. Существует множество барьеров для некой интеракции людей на базе электронной площадки. Начиная от языковых проблем, различных интересов и заканчивая информационной перегрузкой и нерелевантно- стыо большого количества информации.
  • 3. Интернет подрывает сам процесс принятия решений избирателями. Энтони Вильгельма здесь больше пугают не только последствия возможных «электронных референдумов», но и новая модель восприятия информации: заменят ли образы и картинки дискуссии и дебаты, а рекламные ролики и развлекательные сайты серьезные обзоры и статьи, касающиеся политики? Интернет путем максимального упрощения доступа к информации элиминирует те институты, которые формализовали некие правила игры во время принятия решений.
  • 4. По мнению автора «Демократии в цифровом мире», следствием всех вышеперечисленных проблем становится исчезновение публичной сферы, а это — главная угроза демократии.

Основная сложность в проработке концепции Интернета как публичной сферы состоит в том, что влияние новых медиа на общество (в первую очередь мы имеем в виду Интернет) и их эффективность как медиаплощадки нельзя проинтерпретировать однозначно. С одной стороны, предоставляются неограниченные возможности для участия, а с другой стороны, возникает масса аспектов, усложняющих процесс коммуникации и формирования повестки дня. Выделим ключевые.

Американский исследователь Касс Санштейн[8] утверждает, что новые медиа могут ослабить демократию, потому что, используя Интернет как площадку для коммуникации, пользователи разделяются на группы по интересам, тем самым отрезая себя от глобального информационного поля. Санштейн вводит термин «кибербалканизация»[9]. Кибербалканизация характеризует состояние групп, которые используют Интернет для общения в своем сообществе, исключая из этого поля любые другие существующие точки зрения, мнения и вопросы. Возможное последствие этого процесса — крайняя поляризация групп с экстремистскими взглядами, неспособными на диалог.

Санштейн полагает, что такая поляризация может навредить всем пользователям, так как информация преувеличивается, искажается и этот «негативный каскад» распространяется на всю аудиторию. «Специализация — привлекательная сторона новых медиа, но в то же время угроза для построения социального капитала. Реальные связи заставляют нас принимать разнообразие, в то время как виртуальный мир может быть более гомогенным в контексте интересов и мнений»[10].

Многие блоги действительно функционируют как некие закрепители определенной точки зрения, а их аудитория помогает друг другу консолидировать систему взглядов на мир. Санштейн называет такие блоги «палатой эхо» (echo chamber): пользователи не вступают в споры и не критикуют противоположные точки зрения, а лишь ищут людей, которые разделяют их предпочтения. Такие сообщества на уровне всей блогосферы подрывают идею новых медиа как площадки для дискуссии, а не монолога.

Многие исследователи приходят к выводу, что в политической блогосфере блоги, где придерживаются центральной позиции в идеологическом спектре, наименее популярны. Натали Глэнс и Лада Адамик обнаружили, что цитирование и ссылки па сообщества крайних политических взглядов встречаются в Интернете гораздо чаще[11].

Английский профессор Мори Джейн Трсйман[12] в исследовании отклика блогосферы на войну в Ираке пришла к выводу: «очевидно, что блогеры по разные стороны стремятся изолироваться, опираясь только на те мнения и те СМИ, которые отражают их идеологические представления, однако существует небольшой кластер в центре, где все еще может происходить дискуссия».

Если раньше традиционные СМИ, выделяя небольшое количество тем и концентрируя на них внимание аудитории, обеспечивали некое согласие массовой аудитории по поводу предпочтительных тем для диалога и возможных подходов к осмыслению этих тем, то с помощью новых медиа у пользователя есть возможность идентифицировать себя с более индивидуальными повестками. Упадок влияния традиционных медиа и мультипликация новых площадок СМИ ведет к снижению интереса к национальным, наднациональным проблемам и повышению внимания к локальным. По мнению многих исследователей, такая тенденция грозит увеличением и углублением социальных расколов[13].

Таким образом, возможности новых коммуникационных технологий как ресурса реального гражданского форума, возможности делиберации и влияния на политическую повестку дня па деле оказываются не более чем иллюзией.

  • [1] Роджерс К. Взгляд на психотерапию. Становление человека. М.: Прогресс, 1994.
  • [2] Что касается народной мудрости, то ее достаточно трудно привлечьв качестве авторитетного щита своей позиции в споре. Народная мудростьдиалогична но сути: но любому вопросу вы найдете прямо противоположные утверждения, и это справедливо — людей много, различны взглядына мир, все они имеют право закрепиться в виде некоторых обобщений.И придуманы они не для того, чтобы безапелляционно цементироватьчью-то точку зрения, а для того, чтобы служить психологическим подтверждением, что не я один так думаю...
  • [3] Для журналистики это — высказывание своей позиции и изложение других, сопоставление взглядов и анализ аргументов, оценка и взвешивание подходов и предложений, ведение критики, полемики, участиев дискуссиях и диспутах, предложение итоговых решений, обсуждениевозражений и контрпредложений, поиск общеириемлемых решений и ихобоснование.
  • [4] Роджерс К. Взгляд на психотерапию. Становление человека. М.: Прогресс, 1994.
  • [5] McCullagh damn. Media Power: a sociological introduction. London :Palgrave, 2002.
  • [6] Кастельс М. Информационная эпоха: экономика, общество и культура. М.: Изд-во ГУ - ВШЭ, 2000. С. 505-506.
  • [7] Wihelm Л. Democracy in the digital age. N. Y.: Routledge, 2000.
  • [8] Sunstein Cass R. Republic.com. Princeton University Press, 2007.
  • [9] Кибербалканизация. Википедия. URL: http://en.wikipedia.org/wiki/Cvberbalkanization (дата обращения: 18.05.2012).
  • [10] Putnam R. Bowling alone: the collapse and revival of Americancommunity. N. Y.: Simon and Schuster, 2000. P. 177.
  • [11] См., например: Adamic L. & Glance N. The Political Blogosphere and the2004 U. S. Election: Divided They Blog, 2005.
  • [12] Tremayne M., Zheng N., Lee J. and J.Jeong. Issue Publics on the Web:Applying Network Theory to the War Blogosphere //Journal of ComputerMediated Communication 12(1), 2006.
  • [13] Takeshita T. Current critical problems in Agenda-setting research //International Journal of Public Opinion Research. 2005. Vol. 18. No. 3.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>