Особенности назначения судебной фоноскопической экспертизы

При назначении фоноскопической экспертизы необходимо иметь в виду, что в процессе ее производства может возникнуть потребность в дополнительной информации об обстоятельствах, условиях, способе и технических средствах получения фонограмм, приобщенных к уголовному делу, а также представления на экспертизу самого звукозаписывающего устройства (магнитофона). Сведения о месте, способе, технических средствах и иных обстоятельствах производства записи приобщенных к делу фонограмм имеют существенное значение для правильной квалификации дефектов фонограммы и нарушений непрерывности ее записи и принятия решения об отнесении или неотнесении их к признакам монтажа, предупреждению возможных экспертных ошибок.

Таким образом, устная речь, зафиксированная на фонограмме, выступает основным объектом судебной фоноскопической экспертизы. При этом решается комплекс задач с применением широкого спектра методов. Это установление дословного содержания записанной на фонограмме текстовой информации с составлением расшифровки разговора; идентификация по голосу и речи каждого участника; проверка фонограммы на предмет ее целостности и изготовления посредством монтажа и т.д.

Расшифровка фонограммы представляет собой зафиксированный в письменном виде дословный текст речевых сообщений (переговоров), записанных на фонограмме. Составленная специалистом (экспертом), она более точно соответствует содержанию устной речи на фонограмме, что обычно снимает сомнения в ее достоверности при судебном исследовании. При этом нужно обратить внимание на то, чтобы знаки препинания в расшифровке соответствовали членению звучащей речи на отдельные смысловые единицы. Как известно, достаточно неправильно поставить запятую или двоеточие, чтобы изменить смысл фразы на противоположный (классический пример: "Казнить, нельзя помиловать" или "Казнить нельзя, помиловать").

Здесь важно подчеркнуть еще один существенный момент. Документирование речевых сообщений осуществляется часто с использованием цифровых диктофонов. Речевой сигнал записывается либо на цифровой магнитный носитель либо в память магнитофона. В дальнейшем может возникнуть необходимость приобщения фонограммы к материалам дела, однако каждый раз приобщать к делу магнитофон, даже из экономических соображений, вряд ли целесообразно. В таких случаях, по мнению автора, желательно проводить досудебное исследование в рамках консультации специалиста (на основании п. 3 ст. 6 Федерального закона от 31.05.2002 № 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации"). Можно заявлять ходатайство о назначении фоноскопической экспертизы на этапе подготовки дела к судебному разбирательству или предварительного судебного заседания (ст. 150, 152 ГПК, ст. 135, 136 АПК). При этом разрешаются следующие задачи:

  • - установление дословного содержания записанного на фонограмме разговора;
  • - установление, содержит ли фонограмма признаки монтажа, копирования или каких-либо иных изменений, внесенных в процессе самой звукозаписи или после ее окончания;
  • - копирование (включая при необходимости одновременную очистку от шумов) на представляемый носитель (например, аналоговую компакт-кассету, диск, дискету).

В результате к материалам гражданского или арбитражного дела можно приобщить произведенную экспертом (специалистом) копию фонограммы (в качестве производного вещественного доказательства), достоверность которой подтверждается заключением фоноскопической экспертизы и показаниями эксперта (ответами специалиста по вопросам, входящим в его компетенцию). В заключении эксперта при этом должно быть указано, что в процессе копирования не было привнесено никаких изменений (никакая часть речевой информации на исходной фонограмме не была пропущена, изъята, добавлена или искажена).

Хочется еще подчеркнуть необоснованность бытующего мнения, что фонограммы на цифровых носителях не принимаются судами в качестве доказательств. Желая не утратить важную информацию, но, не зная возможностей экспертизы, граждане зачастую сами перезаписывают на стандартную аналоговую компакт-кассету или СD-диск фонограмму, полученную исходно в цифровом виде (например, с помощью портативного цифрового диктофона). Такая копия на аналоговом носителе иногда приобщается к материалам дела под видом оригинала. В дальнейшем при производстве судебной фоноскопической экспертизы факт перезаписи устанавливается, выявляются признаки цифровой обработки или определяется несоответствие между параметрами фонограммы и техническими характеристиками якобы использованною магнитофона, условиями и обстоятельствами производства звукозаписи. Если факт перезаписи не был надлежаще процессуально оформлен, то по результатам экспертного исследования могут возникнуть сомнения в подлинности и достоверности записанной на фонограмме информации. Это, в свою очередь, может явиться поводом для признания фонограммы недопустимым доказательством и исключения ее из числа доказательств по делу.

Нужно также иметь в виду, что действующее законодательство не содержит норм, запрещающих приобщать к материалам гражданского, арбитражного или уголовного дела фонограммы на цифровом носителе записи. Например, в диспозиции ч. 2 ст. 89 АПК указано, что иные документы и материалы могут содержать сведения, зафиксированные как в письменной, так и в иной форме. К ним могут относиться материалы фото- и киносъемки, аудио- и видеозаписи и иные носители информации, полученные, истребованные или представленные в порядке, установленном АПК.

В ст. 77 ГПК прямо указана возможность приобщения фонограммы на любом носителе: лицо, представляющее аудио- и (или) видеозаписи на электронном или ином носителе либо ходатайствующее об их истребовании, обязано указать, когда, кем и в каких условиях осуществлялись записи.

Таким образом, вопрос о приобщении к материалам дела в качестве вещественного доказательства фонограммы, исходно полученной как в аналоговом, так и в цифровом виде, должен решаться на общих основаниях в порядке, определенном соответствующими статьями ГПК, АПК.

Надо отмстить, что в последние годы в рамках фоноскопической экспертизы может решаться и задача выявления признаков контрафактности с целью установления факта нарушения моральных и материальных интересов автора или правообладателя аудиовизуальных произведений. Для получения доказательств, которыми могут быть письменные и вещественные доказательства, договоры и справки, досудебные исследования контрафактных экземпляров его произведения, истцу необходимо провести большую и сложную работу, чтобы собранные доказательства были приняты судом. В том числе необходимо провести не только осмотр контрафактных объектов интеллектуальной собственности специалистом, но и сравнительное исследование добытых экземпляров контрафактной аудиовизуальной продукции и оригинальных образцов, а также оборудования, которое использовалось для их тиражирования.

Укажем, что при решении данной задачи эксперт не вправе давать правовую оценку исследуемого объекта, т.е. давать заключение о том, что представленный экземпляр аудиовизуального произведения является контрафактным.

Нарушения авторских смежных прав на интеллектуальную собственность касаются не только аудиовизуальных произведений, но и книгопечатной продукции. Но для установления контрафактности письменного текста необходимо назначение уже другой экспертизы - автороведческой или лингвистической.

Успешное решение задач судебной фоноскопической экспертизы на современном уровне науки и техники, полное и всестороннее исследование объектов, отражающих процесс порождения, трансмиссии, записи и хранения звукового сигнала, возможно только на основе комплекса специальных познаний различных базовых наук.

Судебные фоноскопические экспертизы проводятся, как правило, двумя специалистами с базовым техническим и лингвистическим образованием. Причем не только при решении вопросов, связанных с идентификацией лица по голосу и речи, но и с целью выявления признаков монтажа и иных изменений в процессе или после окончания записи фонограммы. Экспертизы, проводимые двумя экспертами, имеющими исходно разное базовое образование (филологическое и техническое), представляет собой комплексное исследование одних и тех же объектов в целях решения одного и того же вопроса на основе интегральной совокупности признаков, получаемых как при помощи акустического, так и лингвистического анализов. Таким образом, судебная фоноскопическая экспертиза может производиться специалистами разного базового профиля высшего образования, но в рамках единой судебно-экспертной специализации.

Однако поданному вопросу в разных ведомствах существует различие в названии данного рода экспертиз и экспертных специальностей.

"Фоноскопическая" - в перечне родов (видов) судебных экспертиз, производимых в экспертно-криминалистических подразделениях органов внутренних дел РФ1, - это название рода судебной экспертизы, при том что существуют разные названия экспертных специальностей: "23.1. Идентификация лиц по фонограммам устной речи" и "23.2. Техническое исследование фонограмм". Соответственно в перечне Минюста России этот род носит название "Экспертиза видеозвукозаписей" и содержит три экспертные специальности: "7.1. Идентификация голоса и звучащей речи", "7.2. Исследование звуковой среды, условий, средств, материалов и следов звукозаписей" и "7.3. Исследование видеоизображений, условий, средств, материалов и следов видеозаписей".

Иные наименования для данного рода (вида) судебных экспертиз и экспертных специальностей имеются в экспертных учреждения других ведомств. Так, например, в Институте криминалистики ФСБ России "фоноскопической" по классификации МВД России экспертизе соответствуют два разных рода судебных экспертиз, которые именуются как "фонографическая" (экспертная специальность: "фонографические исследования") и "техническая экспертиза звукозаписей" (экспертная специальность: "техническое исследование фонограмм").

Понятно, что такой разнобой в основополагающих понятиях - названиях экспертиз, экспертных специальностях дезориентирует правоприменителя при назначении первичных и особенно повторных судебных экспертиз в экспертные учреждения разных ведомств и оценке экспертных заключений.

В определении суда о назначении фоноскопической экспертизы должны быть перечислены установленные обстоятельства, технические средства, материалы и условия проведения звукозаписи, четко указаны словесные границы и местонахождение на представляемом носителе каждой подлежащей исследованию фонограммы (с указанием начальных и конечных слов разговора или иных маркеров, показателей счетчика магнитофона, таймера и т.п.).

Материальные носители с фонограммами должны направляться на фоноскопическую экспертизу в упакованном и опечатанном виде, с удостоверяющими подписями уполномоченных должностных лиц. В противном случае могут возникать сомнения в возможной подмене носителей записи, что равноценно утверждению о фальсификации фактических данных.

Кроме того, в ст. 16 Закона о судебно-экспертной деятельности зафиксирован запрет на самостоятельное собирание экспертом материалов, необходимых дли экспертного исследования (производства судебной экспертизы). Эксперт-фоноскопист действует в гражданском и арбитражном судопроизводстве по поручению суда и исследует только те объекты, которые ему были предоставлены в порядке, предусмотренном законодательством. Заметим, что аудио- и видеозаписи включены в перечень источников доказательств, указанных в ст. 55 ГПК.

При необходимости решения задачи идентификации говорящего, чья речь записана на фонограмме, в распоряжение эксперта должны быть представлены сравнительные образцы (экспериментальные или свободные) голоса и речи проверяемого лица.

Экспериментальные образцы голоса и речи в гражданском процессе могут отбираться по аналогии с образцами почерка для сравнительного исследования (если расширительно понимать ст. 81 ГПК). Свободные образцы - фонограммы голоса и речи диктора, которые по времени и характеру не связаны с назначением и производством фоноскопической экспертизы. Свободными образцами речи могут быть звукозаписи различных конференций, интервью, публичных выступлений по радио и телевидению, фонограммы личного характера и т.д. В качестве условно свободных образцов голоса и речи могут быть представлены фонограммы, полученные при производстве процессуальных действий, в ходе которых применяется звукозапись в порядке, установленном кодифицированными законами.

Основное требование, предъявляемое к фонограммам, представляемым в качестве сравнительных образцов, - несомненность их происхождения от проверяемого лица, хорошее качество и представительность как по объему, так и по характеру речевого материала.

Сравнительные образцы голоса и речи должны быть по длительности не менее 10-15 минут, записаны на аппаратуре не ниже первого класса, быть сопоставимыми с речью на исследуемой фонограмме по форме и текстовому содержанию. В процессе получения сравнительных образцов голоса и речи могут возникать трудности достижения сопоставимости с исследуемой фонограммой. Привлечение же к отбору образцов голоса и речи специалиста значительно расширяет возможности успешного решения задач судебной фоноскопической экспертизы. Специалист может оказать помощь суду не только в отборе экспериментальных образцов, производстве аудиозаписи в ходе допроса, а также при осмотре и прослушивании фонограмм в судебном заседании.

Важно подчеркнуть, что, если представленных материалов недостаточно для производства судебной экспертизы, то эксперт вправе не составлять экспертного заключения, а может в письменной форме мотивированно сообщить об отказе от производства экспертизы.

В ст. 16 Закона о судебно-экспертной деятельности предусмотрена возможность отказа от производства экспертизы без составления письменного заключения по причине непригодности объектов, представленных на экспертизу. В то же время принять обоснованное решение о непригодности представленных на фоноскопическую экспертизу объектов часто невозможно без проведения предварительного исследования фонограмм. При этом проводится как акустический, так и лингвистический анализ не только фонограмм, приобщенных к материалам дела в качестве вещественных доказательств, но и сравнительных образцов. По результатам такого исследования всегда составляется экспертное заключение с выводом о степени пригодности записанных на фонограмме речевых сигналов для идентификации говорящего.

Спецификой судебной фоноскопической экспертизы является то, что для решения многих вопросов эксперт должен обладать широким спектром знаний из совершенно разных отраслей науки и техники1, в совершенстве владеть методиками судебной фоноскопической экспертизы, уметь применять современные компьютерные и речевые технологии в судебно-экспертном исследовании фонограмм. Анализ экспертной практики показывает, что в случае назначения фоноскопической экспертизы одному эксперту, например с базовым техническим образованием, сформулировать вывод о тождестве сравниваемых лиц по голосу и речи или о факте монтажа без специальных лингвистических знаний затруднительно, и наоборот. Эксперт-инженер или эксперт-филолог, как правило, в одиночку вынужден делать вывод в вероятной форме или отказываться от решения поставленного вопроса. Тогда как полное и всестороннее экспертное исследование фонограмм и последующая оценка экспертного заключения как судебного доказательства во многом зависит от наличия у эксперта комплексной компетенции в области судебного речеведения, криминалистической фоноскопии, общей теории судебной экспертизы и др.

Не менее важной представляется и четкое обозначение в постановлении о назначении судебной фоноскопической экспертизы экспертной задачи. От точной и не допускающей неоднозначных толкований формулировки вопросов во многом зависит эффективность экспертного исследования. Приведем их примерный перечень:

  • 1. Имеется ли на фонограмме (указывается местонахождение подлежащей исследованию фонограммы на представляемом носителе) голос и речь гр-на (указывается фамилия и инициалы), чьи образцы представлены на кассете (описывается тип носителя записи). Если имеется, то какие реплики, слова или фразы им произнесены?
  • 2. Произнесена ли устная речь, начинающаяся словами (приводится дословное содержание слов или фразы), гражданину (указывается фамилия и инициалы), сравнительные образцы голоса и речи которого представлены на кассете (указывается тип носителя записи)?
  • 3. Каково дословное содержание разговора, записанного на фонограмме на_(указывается тип носителя звукозаписи и описывается

местонахождение фонограммы, указываются словесные границы фонограммы).

  • 4. Имеются ли на фонограмме признаки монтажа или иных изменений, привнесенных в процессе или после производства звукозаписи?
  • 5. Является ли представленная фонограмма оригиналом или копией фонограммы, записанной на_(указывается местонахождение и тип носителя)?
  • 6. Была ли представленная фонограмма изготовлена с помощью представленного магнитофона (указывается тип записывающего устройства)?

Для решения некоторых из этих вопросов эксперту необходимо произвести перезапись представленной фонограммы с очисткой от шумов и помех.

Эксперт-фоноскопист вправе по своей инициативе, но в пределах своей компетенции давать заключение и по вопросам, которые хотя и не поставлены в определении суда о назначении экспертизы, но имеют отношение к предмету экспертного исследования. Так, например, при производстве судебной фоноскопической экспертизы эксперт может мотивировать отказ от решения вопроса об идентификации говорящего по голосу и речи наличием признаков монтажа фонограммы, даже если в постановлении был поставлен только один вопрос о принадлежности голоса и речи конкретному лицу.

В ст. 17 Закона о судебно-экспертной деятельности эксперту как участнику судопроизводства предоставлено еще одно крайне важное, по нашему мнению, право - делать подлежащие занесению в протокол следственного действия или судебного заседания заявления по поводу неправильного истолкования участниками процесса его заключения или показаний. Это положение особенно значимо для судебной фоноскопической экспертизы. Заключение эксперта по фоносконической экспертизе содержит значительное число специальных терминов, сложно для восприятия на слух в условиях судебного разбирательства.

Как известно, заключение эксперта-фоноскописта, как любое другое доказательство, оглашается в судебном заседании, по нему эксперт может дать свои пояснения. Для содействия в оценке заключения может привлекаться специалист.

Выяснение содержания понятия специальных знаний субъекта судебной фоноскопической экспертизы является существенным для детерминации ее сущности, пределов компетенции и возможности решения конкретных экспертных задач, а также для формирования соответствующей экспертной специальности.

Оценка компетентности эксперта и обоснованности его выводов проводится путем сопоставления сведений о специальности эксперта и требований двух методик: 1) идентификации человека по фонограммам голоса и речи и 2) технического исследования на предмет выявления признаков монтажа.

Эксперт (эксперты), проводящий идентификацию человека по голосу и речи, должен обладать знаниями таких разделов наук, как:

  • - общее языкознание, в том числе фонетика, грамматика, лексикология;
  • - фонетика, морфология, синтаксис, лексикология русского языка;
  • - физиология речи; психология речи; логопедия; акустика речи;
  • - основы магнитной звукозаписи;
  • - основы распознавания образов и автоматической обработки речи;
  • - основы теории вероятности и математической статистики1.

Для выявления следов монтажа требуется специалист, обладающий специальными знаниями в объеме требований экспертной специализации - техническое исследование фонограмм с базовым техническим и лингвистическим образованием.

Отсутствие у лиц, взявшихся за производство фоноскопической экспертизы, необходимого комплекса специальных знаний может быть расценено судом как основание для исключения экспертизы из числа доказательств по делу2. Проиллюстрируем это примером.

По делу о разделе имущества была назначена фоноскопическая экспертиза в негосударственное экспертное учреждение "ЗАО "Центр фонотехнологий""

(название изменено). Эксперты Центра, не имеющие экспертной квалификации, не обладающие всей совокупностью специальных знаний и практических навыков, которая требуется для достоверного и научно обоснованного решения вопросов судебной фоноскопической экспертизы на современном уровне развития науки, сделали вывод о монтаже фонограммы, представленной истцом в качестве вещественного доказательства по делу, не установили достоверно принадлежность реплик проверяемым лицам. Для содействия суду в оценке заключения экспертов был привлечен специалист. Он разъяснил, что существенные нарушения требований методических указаний и рекомендаций при проведении данной экспертизы, низкий уровень владения методикой идентификации дикторов по фонограммам устной речи на автоматизированной системе "Диалект" указывают на некомпетентность экспертов. Незнание экспертами критериев пригодности речевых сигналов привело к ошибкам в оценке результатов сравнительного анализа акустических и лингвистических признаков и необоснованности выводов.

В заключении экспертов были приведены критерии пригодности фонограмм, которые совершенно не соответствуют тем требованиям, которые изложены в учебно-методическом пособии "Идентификация лиц по фонограммам русской речи на автоматизированной системе "Диалект"", на которое ссылаются сами же эксперты. Согласно названной методике "Диалект" акустический анализ состоит из интегрального акустического анализа и анализа микроструктуры звуков, последний экспертами вообще не проводился. Лингвистический анализ проведен поверхностно и неполно. В нарушение предписаний методики "Диалект" не были выявлены и описаны все группы лингвистических признаков на уровне речевого потока, фразы, слова и звука. Техническое исследование на предмет выявления признаков монтажа выполнено экспертами с грубыми нарушениями существующих методических указаний и рекомендаций. В заключении экспертов не указано, какой конкретно аппаратно-программный комплекс был использован для технического анализа фонограмм, каковы его технические характеристики, отвечает ли его чувствительность и разрешающая способность требованиям для выявления следов монтажа.

В распоряжение эксперта должны были быть предоставлены:

  • - оригиналы фонограмм, подлежащих исследованию;
  • - тексты всех фонограмм;
  • - установочные данные на диктора (сведения о месте и дате рождения, национальности, родном языке, образовании, специальности, профессии, месте наиболее длительного проживания, знании иностранных языков);
  • - информация о технических условиях звукозаписи (дата, время, тракт передачи, тип магнитофона и микрофона, характеристика помещения).

Кроме того, для решения вопроса о наличии признаков монтажа в обязательном порядке требуется предоставить:

  • - аппаратуру, на которой производилась звукозапись оригинала фонограммы (магнитофона, микрофона, телефонного аппарата при записи телефонных переговоров);
  • - подробное описание обстоятельств и ситуации, в которой производилась звукозапись;
  • - детальную характеристику носителя записи с указанием его отличительных признаков, позволяющих исключить подмену носителя звукозаписи при передаче от лица, ее осуществившего, экспертам и суду.

Наличие магнитофона, на котором производилась запись спорной фонограммы, дает возможность начать экспертное исследование с непосредственного изучения его основных электроакустических параметров, в результате чего определяются все характеристики аппарата, способные влиять на степень и характер выраженности признаков, существенных для решения вопросов, поставленных перед экспертом.

Требования методики идентификации говорящего по фонограммам его речи на автоматизированной системе "Диалект" экспертами не выполнены. Рекомендованные к практическому применению комплексные методики технического исследования фонограмм на предмет выявления их монтажа на основе метода магнитооптической визуализации, инструментального и лингвистического анализа экспертами не были применены. Как видно из текста заключения, эксперты не обладают опытом и навыками инструментального (технического) и лингвистического поиска следов цифрового электронного монтажа. Указанное экспертами оборудование и программное обеспечение в принципе не позволяет проводить всестороннее исследование на предмет выявления признаков монтажа.

Кроме того, в своем заключении эксперты никак не учли специфику речевых сигналов, получаемых с помощью цифровых средств звукозаписи, в том числе средств сотовой связи стандарта GSM. Это привело к тому, что они могли не заметить точек монтажных переходов, находящихся в местах начала (окончания) каждой реплики диктора, говорящего по сотовому телефону. Такой "монтаж" выполняется собственно алгоритмом кодирования речи в сотовом телефонном канале связи и значительно затрудняет поиск монтажных переходов при фальсификации фонограмм. Эксперты не могли провести такой учет специфики сигнала, так как они не обладают информацией о кодировании речевого сигнала спорных фонограмм с помощь алгоритмов стандартов, используемых в сотовой телефонной связи.

Перечисленные экспертами признаки монтажа не позволяют обнаружить аккуратно выполненный монтаж разговора, если точки монтажных переходов расположены в паузах между репликами, а сам монтаж выполнен на компьютере с последующей перезаписью на аналоговый носитель (компакт-кассету). Чтобы заключение эксперта было обоснованным, в нем должны быть ссылки на методики, которыми эксперт руководствовался при разрешении поставленных вопросов; результаты экспериментов и др., если они имеют значение для обоснования выводов; ссылки на иллюстрации, приложения и необходимые пояснения к ним; экспертная оценка отдельных этапов исследования (в случае, например, проведения экспертизы на предмет наличия (отсутствия) признаков монтажа - оценка трасологической, аудитивной, инструментальной частей исследования) и всех полученных результатов в целом в качестве оснований для формулирования соответствующих выводов по экспертизе. Если на некоторые из поставленных вопросов не представилось возможным дать ответы, в исследовательской части указываются причины этого.

Полное отсутствие в экспертном заключении ссылок на научные публикации, апробированные и паспортизированные методики выявления признаков монтажа, отсутствие подробного изложения хода исследования и конкретных результатов в форме числовых данных, наглядных иллюстраций, графиков, спектрограмм и т.п. противоречит основным методическим требованиям о воспроизводимости и проверяемости результатов исследований, не отвечает принципам научной организации производства экспертизы фонограмм.

Голословность сделанных утверждений, отсутствие надежности и достоверности результатов измерений технических параметров фонограмм не позволили суду оценить выводы экспертов как обоснованные.

Заключение эксперта по фоноскопической экспертизе содержит значительное число специальных терминов, сложно для восприятия на слух в условиях судебного разбирательства. Это порождает дополнительные сложности в оценке экспертного заключения по судебной фоноскопической экспертизе. Поэтому желательно до вынесения определения суда о назначении фоноскопической экспертизы и после оформления заключения эксперта на этапе его оценки судом получить квалифицированную консультацию сведущих лиц.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >