Прощение

Прощение - это специфически моральное явление, оно определяется как "отказ от возмездия за обиду или нанесенный ущерб". Идея прощения содержится во многих древних нравственно-религиозных текстах. В Новом Завете прощение понимается как практическое проявление добродетели милосердия и воплощено наглядно в виде образцов поведения Иисуса, а потому кажется настолько очевидным, что никаких вопросов по поводу его толкования как будто бы быть не должно. Между тем прощение - это одно из самых неоднозначных, загадочных явлений моральной жизни. "Что только не называют прощением, - пишет

В. Янкелевич, - уступки процессу общего примирения, склонность к теплоте поверхностного сочувствия и грубому добродушию повседневных взаимоотношений!". Однако смысл прощения совсем в ином. Работа В. Янкелевича "Прощение" (1967) является образцом филигранного этического анализа этого морального феномена. Янкелевич занимает радикальную позицию в толковании прощения, и это позволяет ему детальнейшим образом рассмотреть все нюансы отношений, внешне сходных с прощением, как он его понимает, и обнаружить множество форм, напоминающих прощение, однако по тем или иным признакам отличающихся от него. Среди этих форм он выделяет, с одной стороны, те, которые заведомо прощением не являются, - их он называет "прощениеподобными формами", "суррогатами" прощения, а с другой - "нечистое прощение". "Нечистое прощение" - это уже собственно прощение, которое эмпирически существует в формах, максимально приближающихся к подлинному прощению, но все же по тем или иным основаниям не "дотягивающих" до "чистого" прощения. Однако для того чтобы выделить все эти несовершенные формы, необходимо представление об идеальном, совершенном прощении, которое В. Янкелевич в зависимости от контекста рассмотрения называет также "чистым", подлинным, абсолютным, тотальным, "сверхъестественным" и "метаэмпирическим".

О "чистом", подлинном прощении можно сказать немного. В работе "Прощение" В. Янкелевич выделяет три основных признака подлинного прощения: 1) оно является событием личных взаимоотношений с кем-либо; 2) оно является "датированным событием", т.е. появляется в определенный период исторического становления общества и представляет собой событие, критический, переломный момент в жизни личности; 3) оно возникает вне рамок нормативности, "какой бы то ни было законности" и справедливости. Прощение - это бескорыстный, "благодатный дар оскорбленного оскорбителю". В основе идеи справедливого воздаяния покоится представление о взаимности, эквивалентности воздаяния как о норме, - неэквивалентность воздаяния необходимо обосновывать. Прощение с этой нормой не считается, оно сверхнормативно.

По форме прощение носит вторичный, реактивный характер, как благодарность, которая является ответом на благодеяние, или как угрызения совести, которыми мучится человек, совершивший злой поступок. Прощение, пишет В. Янкелевич, "звучит эхом скандала, называемого, в зависимости от конкретного случая, грехом или оскорблением, и представляет собой вид ответа на него: ответа парадоксального, ответа, если угодно, неожиданного и удивительного, ответа незаслуженного, но, тем не менее, все-таки ответа!".

Ситуацию, которая разрешается (или не разрешается) прощением, В. Янкелевич называет пограничной. Прощение - событие исключительное. В чистой форме, считает он, прощение существует лишь как долг, реализация которого если и возможна, то на пределе человеческих возможностей, граничащем с "пределом сверхчеловеческим". "Дорогостоящее для самолюбия и личной корысти, - пишет В. Янкелевич, - жестокое для чести и достоинства даже прощающего, прощение исключает любую компенсацию и любой эквивалент; и, как таковое, оно - жертвоприношение". "Душераздирающее жертвоприношение", - уточняет он. Янкелевич не исключает, что в реальной жизни описанного им чистого прощения - прощения без всяких задних мыслей, без обид, без злопамятности, без расчета - не бывает, что прощение - это "событие, так и не наступившее в истории". Если оно и имело место в истории и психологии, то лишь как кратчайший миг, "как мимолетное виденье", как тайна, а потому оно неописуемо и невыразимо. Следовательно, делает вывод В. Янкелевич, "единственно реальная философия прощения - это философия апофатическая, или негативная": "о прощении можно рассуждать не иначе, как говоря о чем-нибудь ином: говоря вокруг да около и по поводу, но прежде всего говоря о том, чем прощение не является. Нужно, например, много и времени и слов, чтобы доказать, что конкретное прощение не является извинением".

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >