Религиозные воззрения

Язычество и христианство

В разные исторические эпохи менялись религиозные верования народов Северного Кавказа, и все они оставили свой след в художественной культуре, характере отношений людей, воспитании детей.

Примерно в III–I тысячелетиях до н.э. стало распространяться язычество. Каждое явление природы, каждое небесное светило обожествлялось. Люди приносили жертвы богам солнца, дождя, войны, любви, плодородия. О некоторых из них напоминают в наши дни мужские и женские имена, например чеченские: Ану, Хин-Нанна, Ун-Нанна, Села-Сата, Мал-ха-Азни, Кибела. Еще одно напоминание о язычестве – принятые у горцев клятвы: "клянусь золотым солнцем", "клянусь землей", "клянусь хлебом" и т.п. О языческом и христианском прошлом горцев рассказывают мифы, легенды и предания, о нем свидетельствуют памятники древней и средневековой материальной культуры.

С XII в. начался процесс христианизации народов Северного Кавказа, который шел из Грузии. По христианство не получило широкого распространения у горцев, что подтверждают, в частности, погребальные ритуалы этого периода. Материалы археологических экспедиций показали, что покойника клали в склеп, снабжая его предметами быта: оружием для воинов, предметами культа для знахарей и т.п. Похороны сопровождались щедрыми поминками, которые повторялись через год и через два. Смысл повторных поминок был в том, чтобы показать умершему заботу о нем живых и тем задобрить его. Обычаем этим люди выказывали уважение к предкам, а клятва и присяга на могиле считались самыми верными. Для усопших родственников каждая семья устраивала по окончании жатвы жертвенный ужин. "Пересылка пищи на тот свет" сопровождалась молитвой хозяина дома, из которой явствует, что горцы представляли загробную жизнь как продолжение жизни земной со всеми ее горестями и радостями.

Несмотря на утверждение ислама, на Северном Кавказе до сих пор существуют языческие обряды жертвоприношения – как поминальные, так и благотворительные. И хотя жизнь народа порой бывала полна тягот и невзгод, люди всегда старались принести жертву своим родным, ушедшим из жизни. Обычно живые родственники вспоминают об умерших в своих молитвах, прося о божьей к ним милости, и еженедельно вечером с четверга на пятницу раздают соседям или нуждающимся так называемый сахь в виде продуктов: сахара, соли, чая, лепешек с творогом. Существует притча, что души близких умерших приходят к себе в дом с четверга на пятницу и, если их вспомнили, помянули, они гордо уносят сахь, а те, о которых не вспомнили, очень стараются скрыть это и делают вид перед другими, что несут сахь.

Обряд жертвоприношения выполняется в день похорон до погребения – пекут лепешки с творогом, готовят халву из пшеничной и кукурузной муки или раздают по округе до выноса тела зерна пшеницы. Существует и такой ритуал: в течение недели в комнате, где ранее лежал покойник, мулла по вечерам читает молитву и родственники раздают соседям лепешки, чтобы там, "наверху", приняли усопшего хорошо. А дальше сахь раздают по своему усмотрению – на 39-й, 40-й день или в годовщину смерти.

Если умерший родственник приснится родным опечаленным, плохо одетым, полагается раздать сахь в виде одежды, обуви нуждающимся, и это дойдет до покойного. Обряд жертвоприношения выполняется и тогда, когда челок тяжело болен и дни его сочтены. В таком случае забивается животное. Считается, если больной уверен, что сахь выполнен, дух его выходит легко. Но обряд этот не носит обязательного характера.

По представлениям ингушей, вначале был Хаос без конца и без начала. Мир из Хаоса сотворен Верховным богом, который создал небо, где живут боги, и землю, где живут люди. Вселенная, тоже созданная им, состоит из семи миров, в каждом из которых есть свои земля и небо. Мир людей делится на солнечный, который населяют живые, и подземный – мир мертвых. Увидев, что земля в три раза больше неба. Верховный бог сжал ее и создал горы – ими он укрепил землю, которую держат на своих рогах быки. Создал он также мужчину и женщину, животных и растения. Управление же миром перепоручил другим богам, своеобразным посредникам между ним и людьми.

Вторым по значению богом у ингушей считался всесильный бог грома и молнии. Увидев на земле неправедный поступок, он громом предупреждал провинившегося о каре, если тот не исправится. Если человек не желал исправляться, бог поражал его стрелой-молнией из лука, которым считалась радуга. После восстановления справедливости бог вешал свой лук на небо, и появившаяся радуга возвещала об этом людям. Почитание этого бога было столь велико, что убитых в грозу людей и животных хоронили там, где они были поражены молнией, причем похороны проходили с особенными церемониями, жертвоприношениями. Празднества в честь убитого животного проходили в течение трех дней, а человека – семи. Разбитое молнией дерево считалось священным. Ему приписывали необыкновенные свойства, и поэтому к нему совершали паломничество больные, делавшие особые жертвоприношения духу этого дерева, а его кусочки служили талисманом.

Одной из самых почитаемых ингушских богинь была богиня плодородия, дочь Верховного бога. Ее просили о здоровом потомстве, хорошем урожае, умножении скота. Особенно распространено было поклонение ей бездетных матерей, просивших у нее потомства. Богиней водной стихии, ветра и вьюг считалась жена Верховного бога, обитавшая на вершине Казбека. В жертву ей приносили турьи рога, скот. Могущественными считались боги, живущие в пещерах; перекликаясь между собой, они предсказывали людям судьбу, их именами клялись в особо торжественных случаях.

С богиней, покровительницей искусств и любви, обладавшей священной птицей иволгой, связан миф о происхождении Млечного Пути и трех звезд, составляющих на небе треугольник; Бега, Денеб и Альтаир. Согласно древнему мифу, перед тем как выйти за соломой, богиня слепила из теста треугольный хлеб, сунула его в золу с угольками, чтобы он испекся, а пока она ходила, два угла хлеба сгорели, остался лишь один. Поэтому из трех звезд одна ярче других. Очень почитался ингушами бог солнца, который днем освещает мир живых, повернувшись к нему лицом, а ночью – мир мертвых. Лучами, содержащими мужское семя, он оплодотворяет землю. Дочерью солнца считалась богиня утренней зари.

Ингуши поклонялись также множеству других богов, им посвящались храмы и святилища, приносились жертвы, к ним обращались за помощью в трудных жизненных ситуациях. Верили они и в духов-хранителей, которых имели люди, животные и даже растения, и в злых духов, которые могли входить в тела людей и причинять им страдания.

Чеченская песня в честь бога грома именно об этом.

Не всели в гостей тревоги,

Нам не прегради дороги,

Наши кровли, наши стены

Пусть не сотрясает гром,

В очаге огонь священный

Не убит твоим огнем.

Злобный дух, что входит в дом.

Долго там живет потом.

Ты на этот дух лукавый

Обрати огонь свой правый

.

Культ предков, тотемические обряды в той или иной форме присутствовали у всех народов Северного Кавказа. У каждого рода, аула, общины были свои покровители. Центром почитания такого покровителя делали особые святилища. Родовую святыню составляли каменные столбы особой формы, воздвигавшиеся в честь умерших предков рода. Около таких столбов род устраивал моления. Кроме родовых, почитались общие божества, к святилищам которых приходили для молений представители всех религий.

Особое место в пантеоне божеств отводилось отдельным деревьям и рощам. Культ деревьев и рощ в разнообразных формах с древности существовал на Кавказе повсеместно. Деревья и рощи как обиталища духов были неприкосновенны. На ветвях деревьев вешались жертвенные вещи; умирающие оставляли священному дереву, священной роще саблю, ружье, одежду. Посягнувшему на неприкосновенность святыни, а то и всему его племени, грозили несчастье и смерть. Отдельная семья часто имела свой священный дуб, перед которым совершала просительные молитвы.

Верили во всемогущество своих богов и осетины. Пахарь надеялся, что владыка грома и молнии сохранит его посевы. Пастухи просили милости у повелителя волков, с милостью покровителя овен связывали приумножение стада. Отправляясь на войну или в долгий путь, обращались к любимому божеству, покровителю мужчин, воинов и путников, защитнику честных и благородных людей, врагу воров и убийц. Народ представлял это божество прекрасным всадником на белом коне, часто спускавшимся на землю. Под видом нищего старика он проверял отношение людей друг к другу, наказывал тех, кто равнодушен к чужим нужде и горю.

Магические приемы вызывания дождя занимали важное место в поверьях народов Кавказа. Еще в начале XX в. бытовал обряд купания куклы во время засухи с целью вызвать этим действием дождь. Остовом куклы являлась лопата или метла. Процедура выполнялась исключительно женщинами или девушками. Характерными моментами обряда были купание куклы в воде (при этом и сами женщины, не снимая одежды, бросались в речку); обход процессии с куклой и захват в плен всех встречных, в том числе и мужчин; бросание пленных в реку (обрызгиванию водой подвергались все идущие с куклой); пение обрядовых песен.

Многие ритуалы сложного, длящегося несколько дней свадебного обряда также восходят к язычеству. Причем наиболее значимы те, что символизируют способность к рождению детей, особенно сыновей. Символ плодородия – куры и яйца непременно присутствуют на свадебном столе. С той же целью при входе молодой в дом мужа ее осыпают зерном, конфетами.

Многие языческие обряды сохранялись и исполнялись еще в начале XX в. Так, весь хозяйственный год кавказцы делили на циклы (периоды), связанные с тем или иным видом деятельности. Каждый из периодов сопровождался определенными обрядами и магическими действиями. Особенно много их приходилось на день весеннего равноденствия – 22 марта, когда призывали весну вступить в свои права и заложить основу урожая. Полагалось готовить ритуальные блюда, обязательными составляющими которых были семь продуктов, считавшихся главными в пищевом рационе: кукуруза, фасоль, пшеница, черный горох, припасенные еще с осени высушенные челюсти и ножки животных, молоко, соль. В Дагестане готовили хинкал (блюдо из вареного мяса и галушек), ритуальные хлебцы в виде фигурок лошади, петуха и т.д. В самый день равноденствия участники обряда жгли костры – в селениях, на плоских крышах домов, на возвышенностях, считавшихся священными; скатывали с гор горящие поленья, чучела, символически прогоняя таким образом зиму; перепрыгивали через костры – считалось, что это избавляет от застарелых недугов.

Важнейший из весенних обрядов был связан с началом полевых работ, проведением первой борозды. В этот день земледельцы украшали животных: аварцы, например, насаживали быкам на рога ритуальные хлебцы, даргинцы вешали баранки, лакцы обмазывали рога жиром и кашей и привязывали к ним разные амулеты. Сам пахарь работал в шубе наизнанку и в овчинной папахе с длинной вьющейся шерстью (от сглаза). После этого сорок дней – до появления всходов – он не должен был бриться и стричься.

У осетин не было устойчивых религиозных традиций. Еще в V в. христианские миссионеры разъезжали по аулам с проповедью, стремясь обратить людей в свою веру; строились христианские храмы. Однако вера народа в христианскую религию оказалась непрочной, поверхностной и вскоре исчезла. Население продолжало поклоняться языческим богам. Языческие обряды превращались в своеобразные праздники, народные гулянья.

Почти каждое селение имело свое местное божество. Но у осетин было еще некое представление о едином боге, полученное, очевидно, через христианство, но люди мало с ним считались, не веря в его могущество.

В конце XV и начале XVI в. в Осетию со стороны Кабарды стал проникать ислам, а через Россию и Грузию пришло христианство. Здесь фактически столкнулись две мировые религии, каждая из которых претендовала на победу над другой. Успех был переменный в зависимости от того, кто правил Осетией: если грузинские цари, то народ выказывал приверженность христианству, а если осетинские – исповедовал ислам. В конечном итоге традиционные языческие суеверия и христианство совместились в сто сознании, дополняя друг друга. Многие языческие обряды не противоречили обрядам христианской религии, поэтому последняя находила их вполне приемлемыми и готова была идти на компромисс, тем более что церковь и церковная служба не пользовались особой популярностью у народа.

В XIII в. монголы нанесли сокрушительный удар по Грузии, и миссионерская деятельность грузинской церкви среди кавказских горцев прекратилась. Горцы, запертые в труднодоступных горных ущельях, были отрезаны от равнинных областей, оторваны от внешнего мира, а построенные христианские храмы оказались брошены на произвол судьбы.

Жизнь вернула горцев к дохристианским верованиям. Вновь расцвело язычество. Впрочем, древних своих божеств, связанных с силами природы, народ никогда и не забывая. Тем не менее, в отличие от всех других народов Северного Кавказа, к XVIII в. окончательно принявших ислам, большинство осетин исповедовало православие, и лишь незначительная часть западных осетин (так называемые дигорцы) была мусульманами. Христианизация других народов Северного Кавказа не состоялась.

Ислам

Первое проникновение ислама на Северный Кавказ отмечено VI–IX вв. – временем затяжных арабохазарских войн за обладание Кавказом. Затем был период распространения христианства, оборвавшийся из-за монгольского нашествия. В качестве официальной религии ислам большинством горских народов был принят в XIII в. Это было время Золотой Орды. На первых порах ислам впитывал в себя народные традиции, адаптировался к ним. Жители принимали новую религию по мере того, как переселялись на равнинные земли. Ко времени падения Золотой Орды ислам в предгорьях Кавказа закрепился уже довольно прочно, тем более что ряд принципиальных положений адата (обычая) и шариата (исламского права) совпадали. В течение XVI–XIX вв. постепенно – то сотрудничая, то противопоставляя себя древним традиционным верованиям и христианству – ислам стал господствующей и единственной религией у горцев (кроме осетин). Интенсивному проникновению ислама способствовали экономические, культурные и политические связи чеченцев, ингушей, населения Кабарды и Кумыкии с турками и персами, а также с другими северокавказскими пародами, исповедовавшими ислам.

Окончательное утверждение ислама на Северном Кавказе связано с усилением в XVIII в. национально-освободительного движения. Первый крупный лидер национально-освободительной войны, поднявший знамя газзаватарелигиозной войны против неверных, т.е. немусульман, известен в истории под именем шейха Мансура (Победителя). Религиозно-политическая программа Мансура была поддержана духовенством Чечни, Дагестана и Азербайджана. Речь шла об объединении северокавказских пародов под знаменем ислама в единое государство. Волна народных выступлений спала после ареста мятежного шейха.

В 1834 г. имам Шамиль реализовал идею шейха Мансура: был создан имамат – исламское светско-религиозное государство, просуществовавшее 27 лет. Под знаменем религиозной войны с немусульманами Шамиль объединил горцев Северного Кавказа на борьбу против колонизаторской политики русского царизма. Ислам в период имамата Шамиля, соединяя светскую и религиозную сферы, был синтезом религии, политики и права. Теоретической его основой стал суфизм, согласно которому тот, кто решил посвятить себя Богу, должен отказаться от всего, что может отвлечь и помешать в служении ему.

Домусульманские и дохристианские языческие верования наиболее сохранились у ингушей и осетин. Эти верования, закрепившиеся во многих обрядах и обычаях, на протяжении веков видоизменявшихся под воздействием мусульманства и христианства, нашли отражение в народном искусстве, этикете, сказались на воспитании детей.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >