Литература второй половины XIX в.

После революции 1848 г. объединение Германии, которого давно требовал здравый смысл истории — и всей Европы, и самой Германии, — снова не состоялось. Принятие демократической конституции осталось недостижимым требованием дня. При первых же всплесках социальной активности пролетариев национальная буржуазия предпочла консервативную верность своим местным монархиям и легко отказалась от революционных идеалов, которые питала еще накануне 1830 г. Раскол в стане либеральной буржуазии на национально-консервативное и республиканское крыло, слабость, отсутствие воли к реальному действию и, не в последнюю очередь, проявившееся недовольство низов способствовали тому, что революция не осуществила целей, которые ставила либеральная буржуазия, — через свободу к единству Германии. История пошла по иному пути. И общество после революции охватывает настроение поражения и все большей безнадежности, что и определит на долгие годы «дух времени».

Вместе с тем Германия получила заметный толчок к более быстрому индустриально-капиталистическому развитию. Произошла явная смена политических интересов буржуазии хозяйственными. Место идеалистически окрашенных, демократических проектов общественного развития, связанных еще с идеями Просвещения, в ее сознании занимает теперь реалистическая и практическая цель собственного экономического обогащения. Довольно быстро набирают силу националистические интересы, идея национального превосходства. Германия, подобно другим европейским странам, становится колониальным и империалистическим государством.

Во второй половине XIX в. среди других немецких государств заметно выдвигается Пруссия за счет энергичного развития промышленности и хозяйства. Начинается эра так называемой реальной политики «железного канцлера» О. фон Бисмарка (1815—1898), которому удалось в 1871 г. объединить Германию «железом и кровью», т.е. самыми жестокими методами. Объединению предшествовали войны с Данией (1864), Австрией (1866), Францией (1871).

Превратившись в империю и освободившись от своей вековой раздробленности, которая всегда мешала ей стать в ряд других развитых европейских государств, Германия принялась быстро нагонять упущенное. Наступает эпоха так называемого грюндерства. Получив огромную контрибуцию и земли у Франции, потерпевшей сокрушительное поражение в войне, Германия использовала свою победу на пользу собственному быстрому промышленному, финансовому, политическому росту. Бисмарк играл в этом процессе главную роль. Индустриализация, концентрация капитала, возникновение и рост крупных фирм, банков, монополий не только способствовали прогрессу, строительству, росту городов, особенно Берлина, но несли с собой жестокую конкурентную борьбу, колониальные войны, быстрое расслоение общества, углубление социальных контрастов, неимоверное обогащение немногих и столь же резкое обнищание остальных.

Реакцией на эти новые процессы и новые условия жизни становился протест народа, социально ущемленных слоев общества, рост влияния социалистических идей. В 1848 г. появился «Коммунистический манифест» Маркса и Энгельса.

Когда на смену правлению Бисмарка пришло с 1890 по 1918 г. «личное правление» Вильгельма II, заметно изменились политика и устремления Германии. На место прагматизма приходит забота о престиже, дилетантизм правления. Помпезным восхвалением кайзера прикрывались неразрешенные политические и хозяйственные проблемы, разочарование и растущее недовольство масс, рабочее движение. У среднего человека вырабатывалась пассивная привычка к фигуре сильного правителя, а также представление о собственной слабости, беспомощности и бессилии.

Принятый в 1878 г. и действовавший до 1890 г. закон против социалистов, хотя и был поддержан общественным мнением, не разрешив проблем рабочего движения, пробудил в обществе интерес к социальным вопросам. И в то же время это был удар по социал-демократии, от которого ей трудно было оправиться. Она все больше утрачивала свою активную позицию, склоняясь к компромиссам и консерватизму, что и привело в 1914 г. к одобрению ею военных кредитов правительства.

Университеты, гимназии, куда простой люд не допускали, школы, вся система образования все больше ориентировалась па имперские интересы и верноподданнические идеалы. Печатная продукция и общественные зрелища подлежали цензуре, которую осуществляли местные полицейские органы. Театр в этих условиях представлял собой жалкий институт, зависимый от властей.

Можно говорить о кризисе буржуазного сознания в эту эпоху и о потере им духовной опоры. Следствием этого оказывается сумятица и быстрая смена увлечений и умонастроений.

Расширяющееся воздействие материалистической мысли тесно связано с экономическим подъемом буржуазии, а всеобщее распространение позитивизма в науке предвещает и обещает новую, ищущую обоснования в фактах ориентацию человеческого сознания по сравнению с периодом до 1848 г. Однако ни ускоренное экономическое развитие, ни материализация сознания, ни позитивистский прагматизм не только не стимулировали духовную жизнь, но, напротив, обедняли ее и свидетельствовали о духовном истощении общественного бытия, лишь углубляя его кризис. Материалистические и позитивистские идеи не случайно соседствуют в эту эпоху с разными формами иррационализма, с культом «витальности» и просто с суевериями и мистикой.

Социально-политическая депрессия в обществе 1850-х гг. нашла мировоззренческое отражение во всеобщем увлечении пессимистической философией А. Шопенгауэра.

Артур Шопенгауэр (1788—1860) после не принесшей ожидавшихся плодов революции 1848 г. как нельзя лучше легитимировал пессимизм и депрессию, объясняя их как неотъемлемые, присущие самой жизни свойства и доказывая обреченность человека в столкновении с жизнью. По сравнению с философами-материалистами Д. Ф. Штраусом и Л. Фейербахом с их ориентацией на посюстороннюю, естественную, чувственно познаваемую действительность А. Шопенгауэр представляет другую философскую идею и другой путь духовного развития.

Его главный труд «Мир как воля и представление», написанный в 1819 г., получил свое истинное признание во второй половине XIX в. и оказал большое влияние на духовную жизнь не только Германии, но и всей Европы, дав толчок переоценке ценностей XIX в. и обозначив линию слома его гуманистических идей.

По представлению Шопенгауэра, мир не развивается, а движется по кругу, принося бесконечное повторение того же самого. Принцип, управляющий бытием, — это слепая, бесцельная, иррациональная воля, повергающая человечество в вечную борьбу индивидов — борьбу всех против всех. Пессимизм, отказ от противостояния миру, отказ от самой жизни — духовный итог исканий Шопенгауэра. Единственным ответом на вопросы существования Шопенгауэр считал позицию художника-созерцателя или ушедшего от мира аскета, а в перспективе — смерть.

С 1860-х гг. пессимизм оказывает все большее воздействие на культурное и политическое сознание общества. Влияние Шопенгауэра испытывают на себе Ф. Ницше, Р. Вагнер, В. Раабе, хотя сам Раабе настаивал па самостоятельности своей критической позиции, не зависимой от Шопенгауэра. Особенно большое распространение идеи Шопенгауэра нашли в Австро- Венгрии, они имели отклик также во Франции и России.

Характерной чертой мировоззренческих исканий в Германии второй половины XIX в. являются попытки совмещать шопенгауэровский пессимизм с теорией биологического отбора Дарвина.

На фоне кризиса духа и мысли огромное влияние на немецкое сознание оказали сочинения Фридриха Ницше (1844—1900), одного из первых и самого беспощадного аналитика и критика общества и культуры своего времени.

Ницше резко отрицал господствующие принципы политики, религии, науки, морали, образ жизни своих соотечественников и современников.

Ход мыслей Ницше и форма их изложения неповторимо оригинальны. Его философия неакадемична и антропоморфна. Началом его рассуждений является современный человек и его положение в мире, т.е. экзистенциальные вопросы.

Ницше представляет себе жизнь как вечное движение, становление, бесцельное, непостижимое, противоположное всякой статике. Интеллект не в состоянии познать вечное изменение, он останавливает движение и воспроизводит становящееся в статике, искажая его. Поэтому мир, отражаемый интеллектом, — фикция, и только становление — абсолютная реальность. Но жизнь не может обойтись без фикций, вернее, жизнь, осознаваемая человеком, и есть фикция. Истина — лишь род заблуждения, необходимого для выживания одного вида живых существ. Полное познание истины привело бы к истреблению иллюзий, заблуждений, к истреблению самой жизни. За поисками истины скрыта воля к смерти, которой должна быть противопоставлена воля к жизни. Познание — всегда трагический акт, связанный с риском смерти. Познающий разлагает все вещи, оказывается в оппозиции к вещам и лишается любви к миру. Растворение себя в вещах — другой возможный подход познающего к миру, оно оборачивается смертью, ибо погружает в лабиринты непознаваемого. Однако познание и философия должны быть «веселой наукой» (отсюда название книги «Веселая наука», 1882). Трагизм положения современного человека, по Ницше, снимается юмором, игрой духа, который выбирает жизнь, движение, энергию вместо статики и смерти. Высшее проявление игры и жизни — искусство.

Ницше — не только философ, но и поэт и музыкант, страстно увлеченный музыкой и идеями Р. Вагнера, которого считает гением. Гений своим творчеством способен придать смысл жизни. Однако постепенно вызревает критическое отношение философа к Вагнеру. По мнению Ницше, композитор пренебрег высоким назначением искусства, торжествовать над обыденностью и застоем, оцепенелостью культуры и жизни, над пошлостью обывателя, меркантилизмом и прагматизмом и стремится лишь подчинить и опьянить зрителя своей музыкой. Вагнер ищет, как теперь кажется философу, только признания, триумфа у публики, и Ницше так же страстно, как прежде восхвалял, отныне отвергает Вагнера.

Первым и одним из важнейших сочинений Ницше стало «Рождение трагедии, или Эллинство и пессимизм» (1872), в котором автор излагает принципы эстетики, покоящейся на дуализме «аполлоновского» и «дионисийского» начал в культуре, где «аполлоновское» — это красота, свет, мера, а «дионисийское» — хаос витальных сил, движение, интуиция, тьма. Но оба эти начала взаимообусловлены и нерасторжимы. Будучи но образованию филологом-классиком, базельский профессор в своей философской системе исходит из далеко не традиционного представления о Древнем мире, пытаясь наново оживить его, наполнить движением и борьбой, налагая на него печать своей неординарной личности, сопрягая с живейшей современностью: книга задумана как «предисловие к Р. Вагнеру» в самом широком смысле слова, снабжена реальным предисловием, обращенным к композитору, а также ему посвящена.

В своих заметках 1887—1889 гг., собранных и вышедших в свет посмертно в 1901 г. под названием «Воля к власти», Ницше называет искусство единственной духовной деятельностью, которая способствует жизни и придает ей смысл, в отличие от религии, морали и философии — этих форм «декаданса» в человеческой культуре, как считает философ. «Искусство и ничего кроме искусства! Оно, только оно — великая сила, открывающая возможность жизни, дающая стимул к жизни, оно — огромный соблазн жизни». В этих рассуждениях явно читается ответ на размышления А. Шопенгауэра, на его представление о ничтожности жизни, о предпочтении и желанное™ смерти как единственного выхода для человека.

Одним из наиболее известных сочинений Ницше является его философская поэма «Так говорил Заратустра. Книга для всех и ни для кого» (1883—1891) с ее идеей «сверхчеловека», носителя «иной жизни» и иного сознания, «сверхчеловека», который не подобен никому из земных существ и который со своей нравственной высоты презирает и попирает все негодные законы и принципы человеческого бытия, ибо это законы потухающей жизни, жизни-фикции, законы, изобретенные ущербным сознанием и самодовольным ограниченным разумом. «Сверхчеловек» — это состояние абсолютной свободы человека, которая означает смерть Бога — символа всех связующих человека верований, норм, ценностей. Не на разуме, а на инстинкте жизни и на свободе должно быть основано созидание нового бытия, новой истории.

Эта книга, плохо прочитанная и непонятая, в XX в. немало способствовала упрощенному, огрубленному, одностороннему восприятию идей Ницше, особенно идеологами фашизма.

Чрезвычайно резко формулировал Ницше свое отрицание истории в сочинениях 1880-х гг. — «По ту сторону добра и зла» (1886), «К генеалогии морали» (1887), «Сумерки богов» (1889). Это были последние сочинения философа. Отвергая существующую мораль современного ему мира и общества в его кризисный период, Ницше предлагает отвергнуть любую мораль как ложное и порочное измышление человеческого духа и создать новую мораль, как и вообще дать миру новые духовные ценности и ориентиры. На это способно искусство и его творец — художник, движимый инстинктом жизни, волей к власти.

Последние годы и без того короткой жизни философа прошли в состоянии помрачения рассудка.

Сочинения Ницше, его идеи оказали огромное влияние па современников и нашли многих последователей. Можно утверждать, что философия после Ницше уже немыслима без освоения его идей.

Идеи Шопенгауэра и особенно Ницше отделили старую эпоху от новой, г.е. весь XIX в. от его конца, так как это время тяготеет к духовному и культурному феномену XX в. и его предвосхищает. Новые идеи, обретавшие в 1880—1890-е гг. все большее распространение, явственно несли в себе признаки кризиса культуры XIX в., иссякания духовного заряда и багажа эпохи, ее представлений о гуманизме, связывавшихся с надеждой на изменение жизни, на лучшее будущее, на исполнение светлого предназначения человека.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >