Полная версия

Главная arrow Литература arrow ИСТОРИЯ ЗАРУБЕЖНОЙ ЛИТЕРАТУРЫ XIX ВЕКА

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Виктор Гюго

Виктор Гюго (1802—1885) — крупнейший писатель XIX столетия, его творчество — это отдельная и яркая страница французской литературы. Он с одинаковым успехом творил в области прозы, поэзии, драматургии, публицистики. Гюго прожил долгую жизнь и стал свидетелем многих крупных политических событий, откликаясь на них как писатель и как общественный деятель. Его предисловия к собственным сочинениям и статьи на литературные темы формировали эстетику романтизма.

Творческий взлет молодого писателя приходится на 20—30-е гг. XIX в. В этот период созданы первые романы, несколько стихотворных сборников, знаменитые драмы.

От ранних стихов, написанных в жанре классицистической оды, Гюго переходит к поэзии с выраженным лирическим началом. В 1826 г. выходит в свет поэтический сборник «Оды и баллады». Предисловие к нему считается первым поэтическим манифестом романтизма Гюго. Баллада для него — новый романтический жанр, противопоставленный классицизму. Поэт видит в народных легендах и поверьях характерные черты ушедших эпох, национальные традиции, особенности психологии людей, живших в давние времена, — все то, что романтики называли местным колоритом. В поэтической речи Гюго появляются яркие краски, отражающие красоту реального мира, живая образность, фольклорные темы.

Сборник «Восточные мотивы» (1828) имеет уже вполне романтический характер. Восток особенно привлекал романтиков своеобразием, столь непохожим на европейские реалии. Стихотворения сборника отличают гибкая ритмика, богатая и разнообразная рифма, взгляд живописца, отмечающего необычную пластичность и красочность восточного мира. Как все романтики, Гюго вглядывается в историю других стран и народов в поисках общих законов развития общества и для более глубокого понимания собственной национальной истории.

В начальные годы Июльской монархии в обществе возникло настроение неуверенности и разочарования. Ощущение «смутного времени» окрасило следующие сборники Гюго: «Песни сумерек» (1835), «Внутренние голоса» (1837), «Лучи и тени» (1840). В них звучат социальные мотивы — сочувствие несчастным, отверженным обществом. Стихотворения сборников отличают лиризм, тонкость зарисовок, глубокое постижение природы и человека. Гюго выступает как реформатор французского стиха, его поэтический язык гибок, подвижен, разнообразен по ритмике, более свободен от формальных правил по сравнению с классицистической традицией.

В 1820-е гг. Гюго дебютирует и как романист. Он задумывает исторический роман «в духе Вальтера Скотта» — «Ган Исландец» (1823), действие которого происходит в Норвегии XVII в.

В статье 1823 г., посвященной английскому романисту Вальтеру Скотту, Гюго формулирует принципы такого романа. Статья была своего рода манифестом романтизма в области исторической прозы. Гюго ценит Вальтера Скотта за то, что тот сумел исследовать страны, эпохи и человеческое сердце, законы природы и движение истории. Именно Вальтер Скотт создал жанр драматического романа, в котором на первый план выходят красочные, живые сцены; персонажи характеризуют себя сами своими речами и поступками, а автор уходит в тень. И главное — сквозь все перипетии сюжета проступает нравственный смысл исторического процесса.

В 1826 г. появляется новый роман Гюго «Бюг Жаргаль». Его действие отнесено в конец XVIII в. и происходит на Сан-Доминго, где вспыхивает восстание черных рабов против белых плантаторов. В это время проблема рабства вызывает большой общественный резонанс, звучат требования законодательного запрещения работорговли. В русле этих идей находится и Гюго.

Выбор темы был связан и с важными для XIX в. размышлениями о насильственном характере революции, о неизбежной ее жестокости. Нечеловеческие условия жизни рабов делают их восстание неизбежным. Но романист склоняется к идее «справедливой революции». Исторические события Гюго рассматривает сквозь призму таких общечеловеческих понятий, как «любовь» и «ненависть», «добро» и «зло», «жестокость» и «милосердие».

«Собор Парижской Богоматери» стал лучшим образцом романтического исторического романа. Он был задуман Гюго еще в 1828 г., написан — в 1831 г. Роман о давнем прошлом (действие происходит в XV в.) должен свидетельствовать о том, что животное начало в человеке постепенно побеждается началом нравственным, и это трудный, но необходимый путь, по которому должно идти человечество.

XV в. был важным периодом истории, переходом от Средневековья к Новому времени. Знаменитый историк Гизо находил в XV в. «цельность, направление, развитие». Задача Гюго-романиста — показать это развитие. В центре повествования — собор Парижской Богоматери как символ эпохи. Огромный, величественный, холодный, он подавляет человека. Но собор создан руками многих поколений строителей, работавших с XII по XV в., это результат огромного труда, и уже одно это прославляет возможности человека, у которого, казалось, не могло быть своей воли. Романский стиль, тяжелый и суровый, гнетет человека. Но в готике, «народном зодчестве», как называл ее Гюго, больше свободы, фантазии, творческого духа. Писатель полагал, что в разные эпохи свобода ищет воплощение в разных видах искусства. Для современности это свобода слова, а для Средневековья — свобода в архитектуре. Поэтому для Гюго собор — символ не столько религиозный, сколько философский и исторический.

В отличие от В. Скотта Гюго не делает центром повествования какое- нибудь крупное историческое событие, а исторические персонажи (король Людовик XI и др.) оттеснены на второй план персонажами вымышленными. Он находит в каждом, даже самом маленьком и незаметном человеке средоточие противоречий эпохи, ее движение от прошлого к будущему.

Религиозное сознание средневекового человека претерпевает изменения. Кризис сознания наиболее сложен и мучителен для служителя церкви, архидиакона собора Парижской Богоматери Клода Фролло. Он — тип средневекового ученого — монаха, аскета, носителя католической догмы во всей ее полноте. Клод Фролло — не просто монах, охваченный недозволенной страстью, он воплощение трагедии веры, символ гибели старой средневековой идеологии. Он отрекается от лжи своей прежней жизни, но обрести истину не способен.

Важную роль в романе играет звонарь горбун Квазимодо. На первых страницах он кажется воплощением безобразного. Люди издеваются над его уродливостью, и он ненавидит всех, кроме Фролло, спасшего его от смерти. Но вот Эсмеральда, единственная среди глумящейся над Квазимодо толпы, пожалела его, и происходит чудо: его сознание просыпается. Любовь к Эсмеральде преображает раба. В этом освобождении сознания Гюго видит символ исторического прогресса.

Все нити сюжета стягиваются к уличной плясунье цыганке Эсмеральде. Эсмеральда — символ света и чистоты, воплощение гармонии и радости жизни, естественного нравственного чувства. Она окружена всеобщей любовью и свободна от всего: от предрассудков, сословных ограничений, материальных интересов, даже от общепринятых представлений о красоте и безобразии. У нее нет ни семьи, ни родины, она открыта миру и людям. Эсмеральда — полная противоположность Клоду Фролло, самим своим существованием она отрицает все то, что долгие годы было его миром. Эсмеральда гибнет не просто от его руки, ее губит весь старый мир с его суевериями, правосудием и жестокостью.

XV в. изображен как переломная эпоха, поэтому так трагичен роман, поэтому погибают все его герои. Может показаться, что многими событиями руководит случай. Чтобы обнаружить в хаосе случайностей закономерность, надо было охватить всю эпоху целиком. Роман построен как быстрая смена пестрых, разнообразных, динамичных картин; в текст включены исторические комментарии, рассуждения об архитектуре, подробные описания собора и площади, философские споры. Под причудливой средневековой оболочкой скрываются те же чувства, те же пороки и добродетели, те же надежды, что и у современного человека. Именно эта человеческая суть и делает исторический роман современным, отражает единство исторического процесса. «Собор Парижской Богоматери» стал крупнейшим достижением Гюго.

В 1832 г. выходит в свет второе издание повести «Последний день приговоренного к смерти» (первое издание — 1829 г.). В предисловии писатель рассуждает о неодинаковой участи представителей разных социальных слоев не только в жизни, но и в смерти.

Сама повесть — скорее психологический этюд, показывающий ужас ожидания осужденным насильственной смерти. Не случайно писатель почти не рассказывает о жизни человека, ожидающего казни. Позже, в повести «Клод Гё» (1834) тот же вопрос рассматривается более конкретно. Клод Гё — ремесленник, живущий в страшной нужде. Он не вор, но вынужден украсть, чтобы спасти от голодной смерти своих близких. Он не убийца, но убивает тюремщика, спасая свое человеческое достоинство. Гюго уверен, что в преступлении Клода Гё виноват не он, а несправедливое общественное устройство. Писатель надеется на то, что, дойдя до людей богатых и стоящих у власти, эти истины изменят их сознание и заставят позаботиться об обездоленных. Судьба Клода Гё позже будет переосмыслена Гюго в романе «Отверженные». Повесть свидетельствует о горячем интересе писателя к общественным проблемам 1830-х гг.

В конце 1820-х гг. Гюго обращается к драматургии. Он считается создателем как теории романтической драмы, так и самых ярких ее образцов.

Поиски нового драматического языка велись на всем протяжении XVIII в., но в первые два десятилетия XIX в. они стали особенно интенсивными.

В 1813 г. выходит перевод «Курса драматической литературы» А. Шле- геля, в котором отвергаются классические правила и утверждается новый тип драмы. В предисловии Гизо к сочинениям Шекспира (1821) английский драматург характеризуется как предшественник литературы нового времени. В его трагедиях, как в жизни, сочетаются комическое и трагическое, возвышенное и шутовское, прекрасное и безобразное. Он не соблюдает условностей единства места и времени, но ему в высшей степени свойственно единство поэтического впечатления. Сравнивая две эстетические системы, французскую и английскую, Стендаль в работе «Расин и Шекспир» (1825) провозглашает приоритет национально-исторических сюжетов и настаивает на прозаическом языке драмы. Стендаль ждет от новых авторов подлинного внутреннего драматизма действий и переживаний.

Гюго реформировал театральную пьесу в духе новых романтических традиций. Па становление его драмы в частности и романтической драмы вообще большое влияние оказала мелодрама. Она могла быть заимствованной (переделки пьес Шиллера «Разбойники» и «Коварство и любовь») и собственной, французской (Гильбер де Пиксерекур). В споре с классицизмом предлагалось анализ и рассуждение заменить действием, и именно мелодрама могла предъявить образец сценического динамизма. Романтическая драма впитала почти все структурные элементы мелодрамы: занимательность фабулы, контрастность сопоставлений, повышенную эмоциональность героев и явно выраженную морализаторскую тенденцию.

Первая пьеса Гюго «Кромвель» (1827) считается неудачной, но предисловие к ней стало манифестом драматургического романтизма. Оно пронизано идеей исторического развития: человеческий род, как и отдельный человек, растет, развивается, достигает зрелости и стареет. Цивилизация, согласно Гюго, знала три эпохи: первобытную, античную и новую, христианскую. Каждой из них соответствует свой тип литературы, потому что литература зависит от фазы развития общества.

Первобытная эпоха — юность человечества. Существует только человек и мир, полный чудес и тайн, к которому человек и обращает свою песнь, естественную, как дыхание. Это гимн с его великими и вечными темами. Затем начинает формироваться античное общество. Возникают племена и народы со своими верованиями и культурой, а с ними и войны. Теперь поэзия обращается к земным проблемам и описывает судьбы царств и народов. Она становится эпической, потому что в нее проникает история. Таковы поэмы Гомера и античная драма.

Новая эпоха связана с новой религией — христианством, которое видит в человеке две противоборствующие силы — дух и плоть. Между разными полюсами существует конфликт, а конфликт — основа драмы, которая и есть борьба двух разнонаправленных сил. Люди в драме такие, какими бывают в жизни, — смешные и страшные, великие и низкие. Как в человеке сосуществуют тело и душа, так и в мире есть мрак и свет, уродливое и прекрасное, возвышенное и низменное. Большое значение Гюго придает гротеску. Прекрасное связано с духовной сутью и поэтому всегда имеет один облик; безобразное имеет тысячи обличий. Полемизируя с классицистическим принципом «облагороженной природы», Гюго видит в гротеске средство представить уродливое, смешное в максимально сгущенном виде. Как на пример нового искусства Гюго ссылается на Шекспира: в его творениях все переплетено и слито, как в жизни.

Драма — это сама жизнь, поэтому в новую эпоху не должно быть деления на высокие и низкие жанры и соблюдения формальных правил. Единства действия, места и времени искусственны, ибо каждое событие происходит там, где оно должно происходить, и имеет естественную временную протяженность. Соблюдать должно лишь единство целого, которое представляет собой закон гармонии.

В стремлении к правде, утверждает Гюго, нужно помнить, что правда в природе и в искусстве — не одно и то же. Искусство соединяет, делает более ярким и выпуклым то, что в жизни неотчетливо и разрозненно. В людях и событиях для создания драмы следует выбирать характерное и индивидуальное.

Гюго формулирует задачи романтической драмы следующим образом: надлежит показать человека с его характером, дарованиями, верованиями, страстями и вкусами, а также эпоху с ее нравами, законами, обычаями, мудростью и суевериями, показать народ, который меняется под влиянием эпохи. В основе драмы должно быть заложено чувство исторической перспективы. Понятие драматического он распространяет на всю литературу, ибо сама эпоха выдвигает конфликтность как источник всякого развития.

В конце 1820-х гг. появляется несколько пьес, которые публика воспринимает как романтические и встречает с большим энтузиазмом: «Генрих III и его двор» Дюма-отца, перевод шекспировского «Отелло», сделанный А. де Виньи, «Эрнани» и «Марион Делорм» самого Гюго. Самая известная из ранних пьес Гюго — «Эрнани» (1830) — появилась на сцене в канун революции. Драму ожидали с нетерпением, как воплощение принципов, изложенных в Предисловии к «Кромвелю». Спектакли «Эрнани» сопровождались бурными спорами в зрительном зале и в обществе. «Битва за “Эрнани”», как называли это современники, длилась все время, пока драма была на сцене. Споры вокруг нее были борьбой старой и новой школ — классицистов и романтиков.

«Эрнани» — историческая драма, действие которой происходит в средневековой Испании. Сюжет строится вокруг главного героя сначала как соперничество в любви между таинственным Эрнани и королем дон Карлосом, потом переходит в столкновение Эрнани с герцогом де Сильвой из-за понятия испанской чести; продолжается заговором против короля, в котором де Сильва и Эрнани принимают участие, и заканчивается прозрением Карлоса накануне коронации, когда он из частного лица превращается в мудрого правителя.

Эрнани — романтический герой байроновского типа, свободный, загадочный и гонимый, вариация «благородного разбойника». Он наделен нежным сердцем и верностью долгу. Его возлюбленная, донья Соль, готова повсюду следовать за ним; не колеблется она и тогда, когда Эрнани как участнику заговора против короля грозит эшафот.

Король помиловал Эрнани, и наступает счастливый день свадьбы. Но появляется герцог де Сильва, требуя вернуть долг чести (когда-то Эрнани дал клятву отдать свою жизнь по первому его требованию). Пьеса заканчивается трагически: Эрнани и донья Соль принимают яд; де Сильва тоже кончает с собой.

Особое место в драме занимает король дон Карлос, с образом которого связана историческая концепция Гюго. Как король дон Карлос вероломен, жесток, часто поступает недостойно. Но у гробницы Карла Великого, когда он ждет, изберут ли его императором, он отрешается от эгоистических страстей и приходит к пониманию того, что основа нации — народ, о котором правитель должен заботиться, а фундаментом правления должно стать милосердие. Так Гюго реализует свои идеи о демократической монархии. Мудрый и милосердный император должен был служить примером правившим в 1820-е гг. Бурбонам.

Действие в драмах Гюго развивается стремительно, изобилуя неожиданными коллизиями, контрастно выстроенными эпизодами. Укрупненные эмоции, цельность характеров, бесспорность моральных решений иллюстрируют романтические принципы Гюго: театр превращает «мерцание в свет, а свет в пламя». Писатель отстаивает демократические и гуманистические ценности, утверждая, что театр — это кафедра, трибуна. Результаты революции 1830 г. его не удовлетворяли; он опасается за свободу, о чем и говорит в предисловии к драме «Король забавляется» (1832). В каждой его драме существует конфликт между королем или другим представителем власти и выходцем из низов. Действие происходит в разные эпохи и в разных странах (Италия, Испания, Франция), но везде титулованный тиран и вельможи противопоставлены угнетенному, гонимому, но благородному плебею.

Вершиной драматургии Гюго считается пьеса «Рюи Блаз» (1837), которую он сам называл «Монбланом своего театра». В предисловии к ней он писал, что королевство шатается, династия угасает, закон рушится, дворянство дичает и вырождается. Но существует и другая сила — народ, у которого нет настоящего, но есть будущее. Представитель народа — бывший лакей Рюи Блаз, волею случая ставший министром. Он наделен благородством, силой чувств, любовью к своей Испании. Он умен, честен и гораздо выше тех, кто находится у власти. Самая известная сцена драмы — речь Рюи Блаза на совете министров. Он бросает высшим кругам обвинение в том, что они, «слуги жалкие», грабя т дом, пока хозяин отсутствует. Речь Рюи Блаза прозвучала как революционный призыв.

Последняя пьеса «Бургграфы» (1843) не имела успеха.

В январе 1841 г. писатель был избран членом Французской академии. Он — признанный мэтр французской литературы. В 1845 г. он становится пэром Франции.

Новый взлет политической активности Гюго вызван революцией 1848 г. Он становится депутатом Учредительного и Законодательного собраний. После государственного переворота Луи Бонопарта, провозгласившего себя императором Наполеоном III, Гюго приходится покинуть Францию. Он не соглашается вернуться даже в 1859 г., когда император объявил амнистию. Он согласен вернуться только «вместе со свободой». В эти годы исчезает прежний романтический бонапартизм Гюго.

В эмиграции Гюго выступает как яркий публицист. За месяц он создает памфлет «Наполеон Малый» (1852), разоблачающий тирана, удушившего республику. В том же году была написана «История одного преступления», которая появится в печати только в 1877 г. Позиция Гюго определяется идеей нравственной ответственности, он требует повиноваться голосу совести, не принимая никаких оправданий безнравственных поступков, даже если они совершены ради «государственного интереса». Он отрицает теорию «сильной личности», которая якобы имеет право действовать во имя высших интересов.

Острая публицистичность отличает и поэзию этого периода. В 1853 г. выходит сборник «Возмездие». Многие стихи сборника пронизаны ненавистью к императору, мелкому авантюристу, добившемуся трона преступным путем. Пишет поэт и о людях, отдавших свободу или жизнь ради общего дела, призывает к борьбе против узурпатора.

Особое место в сборнике занимает поэма «Искупление», героем которой выступает Наполеон I. Ни разгром армии в России, ни поражение под Ватерлоо, ни сама смерть — ничто не искупает его вины за уничтожение республики. Истинное наказание постигло его, когда из своей гробницы он увидел нынешнего Наполеона и нынешнюю империю, карикатуру на себя и свое царствование.

Свой гнев Гюго выражает при помощи грубой лексики и резкой карикатурности образов. Империю он называет балаганом, воровским притоном, а Луи Бонапарта — обезьяной, влезшей в шкуру тигра.

В 1856 г. выходят два тома философской лирики Гюго — «Некогда» (1831—1843) и «Ныне» (1843—1856), объединенные под общим названием «Созерцания». В сборник входят разные стихотворные жанры: песня, сатира, идиллия, космогонические видения, философские размышления. Сборник имел огромный успех и удостоился самых восторженных похвал критики.

Эпический дар Гюго проявился в другом сборнике — «Легенда веков» (1859, 1877, 1883), над которым, начав в 1850-е гг., он работает до последних лет жизни. Поэт рисует легендарное и историческое прошлое человечества, изображает красочный и характерный облик разных эпох. Через историю народов, благородных героев и королей-тиранов он проводит единую и главную мысль о постоянном совершенствовании человеческого рода, о великом и таинственном движении к прогрессу. Высокий стиль, полный торжественности и пафоса, выразительные, пластичные образы, богатая, красочная палитра — все это привлекало читателей. Очень высоко о сборнике отзывался Флобер.

В 1862 г. выходит в свет роман «Отверженные», над которым Гюго работал почти 20 лет. Посвятил он его «тем, кто трудится, тем, кто мыслит, тем, кто страдает». Писатель не ограничивается описанием горькой участи обездоленных, он ставит в романе философские, нравственные, политические и социальные проблемы. Одна из важнейших для него — значение добра и милосердия для совершенствования человечества.

«Отверженные» справедливо называют полифоническим романом. Гюго стремится охватить все стороны, все характерные особенности почти полувека французской истории: от поражения под Ватерлоо, падения Реставрации до Июльской монархии, от боев 1830 г. до баррикад 1848 г. В романе нашли отражение такие проблемы современности, как бесправное положение низов, милосердие, духовные искания молодого поколения, система судопроизводства, проблема революции и мирного преобразования общества. Многие образы и сцены романа имеют документальную основу (эпизоды жизни Жана Вальжана, Фантины и др.), а искания Мариуса воспроизводят духовный мир самого Гюго в молодости.

В центре повествования — образ Жана Вальжана, о жизни которого рассказывается начиная с 1796 г. С ним связаны две главные темы романа: тема преступления и наказания и тема милосердия. Начало жизни Жана Вальжана напоминает судьбу Клода Гё: он вынужден украсть хлеб, чтобы накормить голодных детей, попадает на каторгу, бежит. Теперь он не просто изгой, он зверь, за которым идет охота. Жизнь Жана Вальжана — это история бурных, драматических столкновений с обществом и отдельными людьми. В его судьбе есть несколько кульминационных моментов, после которых меняется он сам и все течение его жизни.

Первый такой момент — испытание милосердием. К епископу Мариэлю Вальжан приходит озлобленный, затравленный, ни во что не верящий. Епископ воплощает собой свет и добро, Жан Вальжан — тьму и зло. Но зло может отступить перед добром. От епископа Вальжан уходит нравственно преображенным человеком. С этого момента он сам несет в себе идею милосердия. Второй крутой поворот в жизни Жана Вальжана — когда он, живущий много лет как уважаемый, почтенный человек, узнает, что кого-то приняли за него, некогда бежавшего с каторги. Пережив душевное смятение, он сам отдается в руки правосудия. Большое значение для Вальжана имеет и встреча с несчастным ребенком — Козеттой. Он познает отцовскую любовь, и вся его жизнь отныне посвящена девочке. Другие события, связанные с биографией героя, тоже необычны и отмечены печатью рока. Описывая внутреннее смятение Вальжана, Гюго использует образы вихря, пучины, бури. Сама природа откликается на страдания героя.

Антиподом Вальжана в романе выступает полицейский инспектор Жавер. Жавер — олицетворение автоматического следования чувству долга. Он защищает власть, порядок, закон, и никакие сомнения, никакие чувства не могут поколебать его убеждений. Жавер у Гюго — фигура гиперболизированная, уподобляемая самому Сатане. Безжалостно, в течение многих лет он преследует Жана Вальжана как беглого каторжника, не принимая во внимание ни перемен в своем противнике, ни изменений внешних условий. Но когда Вальжан, который может и, по понятиям Жавера, должен его уничтожить, отпускает его, Жавер осознает, что есть правила жизни, основанные на других ценностях. Его мир рухнул, то, ради чего он жил, оказалось несостоятельным, и Жавер кончает с собой. Столкновение этих двух героев символизирует для Гюго победу Справедливости над Законом.

Все жизненные перипетии героев соотнесены с историей. Кроме описаний великих событий, например битвы при Ватерлоо, в романе много авторских отступлений и размышлений. Достаточно вспомнить четвертую часть романа, озаглавленную «Несколько страниц истории».

Главное место в историческом контексте романа занимает проблема революции. Усиление интереса Гюго к этой теме связано, в частности, с тем, что он не видел другого пути борьбы с новой Империей. Для Гюго революция — это и насильственный поворот в развитии общества, и постепенное его изменение, движение к прогрессу. В социальной вспышке писатель видит не волю отдельных людей или политических партий, а закономерный и неизбежный итог накопившихся в обществе противоречий. Как и во всем движении истории, писатель ищет в революции не столько социальный, сколько нравственный смысл.

Важное место в романе занимают судьбы детей, обиженных и страдающих от нищеты и произвола. Подробно рассказывает Гюго о детстве Козетты, истязаемой семьей трактирщика Тенардье; то, что впоследствии Тенардье превращается в содержателя бандитского притона, Гюго считает совершенно закономерным.

В «Отверженных» писателю удалось создать образ, ставший символическим, нарицательным, это — парижский гамен Гаврош, «детская и великая душа». Гаврош — беспризорный ребенок, познавший голод и холод. Бунтарь по натуре, он больше всего ценит свободу. Он умеет любить и ненавидеть, он храбр, весел и беспечен. Гаврош погибает на баррикадах. Его поединок со смертью, его веселая песенка под пулями поражает даже стреляющих в него жандармов.

В романе сочетаются разные повествовательные жанры — эпос, лирика, публицистика, философские отступления, элементы детектива. Для Гюго главный смысл «Отверженных» — это «путь от зла к добру, от неправого к справедливому, от лжи к истине, от ночи к дню».

В 1866 г. Гюго создает роман «Труженики моря». Три написанных им к этому времени романа он объединяет в цикл: «Собор Парижской Богоматери» — это человек и история, «Отверженные» — человек и общество и, наконец, «Труженики моря» — человек и природа.

В «Тружениках моря» два мира: мир корыстолюбия, воплощенный в образах Клюбена и Рантена, и мир труда, который олицетворяет рыбак Жильят. Большое внимание уделено борьбе Жильята со стихией. Природа в романе — почти одушевленное существо.

В середине 1860-х гг. Гюго задумывает серию «социальных этюдов». Первый роман — «Человек, который смеется», главной темой его должна стать «аристократия». Второй, так и не написанный, должен был называться «Монархия», в нем Гюго собирался описать Францию до революции 1789 г. Третий, посвященный самой революции, — это роман «Девяносто третий год».

Роман «Человек, который смеется» (1869) рассказывает о феодальной Англии, о страданиях обманутого и угнетенного народа. «Аристократия корчится в предсмертных судорогах, народ Англии растет», — пишет Гюго. Все герои романа разделены, таким образом, на две группы, которые отчетливо противопоставлены друг другу. Один полюс — это Гуинплен и Дея, два существа, живущие друг для друга, составляющие единое целое. Дея, дочь нищенки, замерзшей в зимнюю ночь, прекрасна, чиста и добра. Она слепа от рождения, но ее внутреннее зрение дает ей больше, чем обычному человеку его глаза. Гуинплен, бродячий комедиант, ребенком был искалечен разбойниками-компрачикосами, и его лицо представляет собой вечно смеющуюся маску. Это цельная натура, гордая и благородная. Он символ человеческого страдания, «совокупность человеческих несчастий». Как Гуинплену изуродовали лицо, так у всего человеческого рода изуродованы разум, чувства, понятия справедливости, истины. Однако Гюго винит в судьбе героя не рок, а конкретные социальные обстоятельства. После целого ряда страшных и таинственных событий Гуинплен становится лордом и пэром Англии. Кульминация романа — его речь в палате лордов, которая напоминает речь Рюи Блаза из одноименной пьесы. Образ Гуиннлена создан по принципу романтического контраста, которому Гюго охотно следовал и раньше как в прозе, так и в драматургии.

Для Гюго мир аристократии — эго мир порока, коварства, жестокости. В изображении короля и его приближенных отчетливо ощущается сатирическая струя, звучат публицистические интонации. Символом аристократии становится герцогиня Джозиана, холодная, взбалмошная, не желающая отказывать себе в своих капризах, даже если цена этого — жизнь других людей. Здесь тоже используется прием контраста: Джозиана внешне очень красива, хотя и странной, порочной красотой, но внутри она — настоящее чудовище.

Роман не мог не закончиться трагической гибелью Гуинплена и Деи. Романтические герои Гюго погибают всегда, но их гибель обычно знаменует собой протест против несправедливости мира и нравственную победу. Так гибнут Эсмеральда и Квазимодо, Эрнани и донья Соль. Драматическая композиция романов Гюго требовала такой же эффектной трагической развязки, как и театральная пьеса. Автор сохранил романтическую эстетику и в своем позднем творчестве.

«Человек, который смеется» — произведение, написанное полностью в романтических традициях: на всех уровнях повествования использован романтический контраст; сюжет строится на тайнах и загадках и полон неожиданных поворотов действия; зловещие предзнаменования и совпадения определяют судьбы героев. Природа становится активным элементом действия, усиливая накал происходящих событий или контрастируя с человеческими судьбами. В романе прослеживается и историческая перспектива — Гуинплен провозглашает неизбежность грядущих перемен. Для Франции, в частности, они наступили в 1789 г. В этом плане роман

«Девяносто третий год» действительно был идейным продолжением «Человека, который смеется».

«Девяносто третий год» был закончен в 1874 г. Он был задуман как часть большого эпического полотна, посвященного революционной эпохе конца XVIII в. Роман стал последним крупным произведением Гюго.

В предисловии он обозначает свой замысел: охватить всю эпоху в борьбе противоположностей и ее своеобразие, нарисовать события, идеи и нравы. О подобной задаче он говорил еще в предисловии к «Кромвелю».

Действие романа ограничено коротким промежутком времени — летом 1793 г., ознаменованным контрреволюционными мятежами в Бретани и Вандее. Роман делится на три части: «В море», «В Париже» и «В Вандее». Это три центра действия, олицетворяющие три враждующие общественные силы: Англия поддерживала контрреволюцию, Париж был воплощением самой революции, а Вандея — контрреволюции внутренней. Внимание автора целиком сосредоточено на событиях революции, символом которой являются Париж и революционный Конвент, где концентрируются, с одной стороны, идеи общественного преобразования, а с другой — идеи террора.

Проблема якобинской диктатуры и якобинского террора занимала умы на всем протяжении XIX в. Гюго полагал, что революционное насилие вызвано сопротивлением старого мира новым идеям. Это аспект исторический. Но есть и аспект нравственный. Вожди революции руководствуются принципом «государственной необходимости», ради светлого будущего они готовы пользоваться любыми средствами, нарушая при этом нравственные каноны.

Различные исторические силы революции воплощены в главных персонажах романа. Лантенак, глава католической и монархической реакции, воплощает «слепую веру» и «старый режим».

Если Лантенак — прошлое Франции, то Симурден — ее настоящее. Он — бывший священник, ставший левым якобинцем, комиссаром революционной армии. Он ищет и находит опору в идеалах революции. Симурден — фанатик, готовый на любую жестокость и насилие во имя победы революции, ради которой он может пожертвовать всем, в том числе и собой. Гюго считает, что такого героя породила «общественная потребность в насилии». Не будучи жестоким по натуре, он считает жестокость своим революционным долгом.

Революционер Говэн, воспитанник Симурдена, олицетворяет будущее. Говэн происходит из старинного дворянского рода, но сознательно отвергает все это и становится революционером, борцом за свободу и справедливость, за «республику идеала». У него, как и у Симурдена, высокое чувство ответственности перед революцией. Они сражаются рядом. Но для Говэна важны не политические страсти данного момента, а гуманизм. Политика — величина переменная, и только совесть — величина постоянная. Именно милосердие и должно, по Гюго, быть истинным содержанием революции. Симурден и Говэн у Гюго — два полюса истины.

Роман «Девяносто третий год» подводит итог эволюции политических взглядов Гюго. Приверженец «законной монархии» в начале своего творческого пути, с середины 1820-х гг. — поклонник Наполеона I, в котором видит монарха нового типа, Гюго после двух десятилетий правления Наполеона III становится убежденным и последовательным республиканцем.

Роман «Девяносто третий год» касался проблем, над которыми постоянно размышляли философы и историки XIX в.: революция, правомерность насилия ради благой цели, прогресс, историческая закономерность, нравственный категорический императив, судьбы народов и отдельного человека. Гюго завершает роман уже во Франции, куда вернулся сразу же после свержения Наполеона III. Его популярность очень велика. В 1871 г. он избран в Национальное собрание. Не оставляет он и поэтическое творчество. В 1872 г. появляется его новый сборник «Грозный год», в котором отразились две трагические страницы в истории Франции — франко-прусская война и Парижская Коммуна. К провозглашению Коммуны Гюго отнесся неоднозначно. В тот момент ему казалось, что важнее сражаться с пруссаками, осадившими Париж. Он отрицательно воспринимал всякий террор.

Но судьба участников разгромленной Коммуны все эти годы волновала Гюго. Он много сделал для того, чтобы коммунарам была объявлена амнистия. В 1876 г. его избирают в сенат, где он продолжает добиваться амнистии.

В последние годы жизни он завершает поэтический сборник «Легенда веков» и издает еще несколько поэтических сборников.

Смерть Гюго в 1885 г. была воспринята как национальная трагедия. В стране был объявлен траур. На всем протяжении долгой жизни писателя его популярность во Франции оставалась огромной. Жизнь и творчество Гюго отразили весь XIX в. с его литературными исканиями и социальными потрясениями.

 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>