Герман Мелвилл

Творческая судьба Германа Мелвилла (1819—1891) была драматична. Перепробовав множество профессий, от рассыльного в юридической конторе до матроса военного флота, в 1846 г. Мелвилл напечатал первую свою книгу — «Тайпи». Она открывает писательскую полосу в его жизни, которая продолжалась всего 10 лет. Это сочинение имело шумный успех. Его материал, проблематика, идейно-философская направленность оказались неожиданно злободневными, что побудило Мелвилла в 1847 г. опубликовать «продолжение» — «Ому». Повествование в обеих книгах организовано как автобиографическое, так же были выстроены и два следующих романа, в одном из которых («Редберн», 1849) писатель использовал свой опыт плавания в качестве юнги на «Святом Лаврентии», а в другом («Белый бушлат», 1850) — наблюдения над жизнью моряков военного флота, относящиеся ко времени службы на фрегате «Соединенные Штаты». Однако в новых книгах Мелвилла автобиографический элемент неукоснительно убывал, а философская глубина, свидетельствующая о стремительном его развитии как мыслителя и художника, нарастала. Все книги, написанные между 1845 и 1850 гг., стали ступеньками на пути к главному его творению — роману «Моби Дик» (1851). Задуманный первоначально как повесть о китобойном промысле, он вырос в грандиозную национальную эпопею, разрушив попутно все традиционные жанровые рамки романтической прозы. Может быть, поэтому роман не имел успеха у современников, как не имели его и три последних романа писателя («Пьер», 1852; «Израиль Поттер», 1854; «Искуситель», 1857). После 1857 г. Мелвилл никогда уже больше не возвращался к прозе, если не считать небольшой повести «Билли Бадд», написанной незадолго до смерти.

Творческое наследие Мелвилла разнообразно и неравноценно. Наиболее значительными вехами в его эволюции как мыслителя и художника остаются «Тайпи» и «Моби Дик». Историки литературы видят в этих книгах не просто свидетельство внутреннего развития таланта писателя, но и этапные явления в истории американского романтизма.

«Тайпи» — это бесхитростный рассказ простого матроса о том, как он сбежал с китобойного корабля, попал в плен к каннибалам и прожил среди них несколько месяцев, присматриваясь к их нравам и образу жизни. Романтическое сознание, как известно, с его тягой к необычному, экзотическому, нетривиальному, питало острое любопытство к далеким краям, неизведанным уголкам земли, к жизни нецивилизованных и полуциви- лизовапных народов, не утративших еще первозданной цельности натуры и единения со всеблагой природой.

Вместе с тем мелвилловские картины жизни свободных и счастливых дикарей — классический образец романтической утопии. Важнейшее условие их благоденствия заключается в том, что их сознание не обременено и не искажено противоестественными законами цивилизации. «Тайпи» - свидетельство того, что с самого начала своей творческой деятельности писатель вступил на путь философско-художественного осмысления социальной реальности. Вершиной в этом движении и стал его знаменитый роман о Белом Ките — одно из величайших художественных достижений американского романтизма.

Жанр «Моби Дика» синтетичен. В романе сплавились основные достижения американской романтической прозы и многовековой опыт мировой литературы. Мелвилл не погрешил против истины, когда назвал среди своих учителей не только Дж. Ф. Купера и Р. Г. Дану, но также Гомера, Шекспира, Рабле и Сервантеса.

В ходе работы над романом авторский замысел неоднократно менялся. Соответственно менялась структура книги: дописывались новые части, переделывались уже готовые, уходили из повествования одни персонажи, появлялись другие, возникали вставные эпизоды, необходимость которых опять-таки диктовалась переменами в замысле. Отсюда и особая форма романа о Белом Ките, не предустановленная заранее, но стихийно родившаяся в процессе написания книги. Поэтические описания океанской стихии, суховатые научные рассуждения, диалоги и монологи в духе елизаветинской трагедии, философские отступления, притчи, картины охоты на китов, описание разделки китовой туши, инвентарная опись промысловых инструментов, размышления о судьбах человека, народов и государств — все это идет «непрерывной чередой», заставляя читателя с некоторым усилием переключаться с предмета на предмет и следовать за глубинной логикой авторской мысли.

В середине XIX в. в китобойный промысел в Америке были вовлечены десятки тысяч людей. «Моби Дик» — бесценный и уникальный источник для всякого, кто заинтересуется историей китобойного промысла. Однако хотя жизнь и труд китобоев интересны сами по себе, они прежде всего образуют круг обстоятельств, в которых автор рассматривает универсальные нравственные, социальные, философские проблемы. Он представляет корабельную палубу не только как часть национальной действительности, но как наиболее концентрированное и, если угодно, символическое ее воплощение. Не имеет никакого отношения к промыслу и сам Белый Кит — эго всеобъемлющий символ, олицетворение демонической мощи и великой тайны универсума, подлежащей разгадке.

Вместе с тем познание универсальных законов бытия было поставлено писателем в зависимость от деятельности человеческого разума, который представлялся Мелвиллу отнюдь не безупречным инструментом. Отсюда новая задача — исследовать основные типы познающего сознания. Именно таков философский смысл многочисленных сцен, эпизодов и образов романа, так или иначе соотнесенных с Белым Китом. Капитан Ахав проецирует на Белого Кита представление о мировом зле, живущее в его мозгу. Ему, в сущности, все равно, каков Моби Дик на самом деле и каково истинное содержание символически воплощенных в нем сил. Он полагал, что может одолеть мировое зло, уничтожив Белого Кита. На самом же деле Ахаву открыт один путь — самоуничтожение. Истина открывается лишь созерцательному сознанию Измаила. Он открывает для себя, что во вселенной нет высших сил, направляющих жизнь человека, общества, народов и государств. В ней нет ни Бога, ни абсолютного духа, ни провиденциальных законов. В ней — только безмерность, пустота и неопределенность.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >