Классические, или родовидовые, определения.

В явных определениях отождествляются, приравниваются друг к другу два понятия. Одно из них — определяемое понятие, содержание которого требуется раскрыть, другое — определяющее понятие, решающее эту задачу.

Обычное определение метафоры: «Метафора — это оборот речи, заключающий скрытое уподобление, образное сближение слов на базе их переносного значения». Определяющая часть выражается словами «оборот речи, заключающий...» и слагается из двух частей. Сначала понятие «метафора» подводится под более широкое понятие «оборот речи», затем ограничивается от всех других оборотов речи. Это достигается указанием признаков, присущих только ей и отсутствующих у эпитета, метонимии и всех иных оборотов, с которыми ее можно было бы спутать.

Такие определения называются определениями через род и видовое отличие.

Их общая схема: «А есть В и С».

Здесь А — определяемое понятие, В — понятие, более общее по отношению к А (род), С — такие признаки, которые выделяют предметы, обозначаемые А, среди всех предметов, обозначаемых В (видовое отличие).

Родовидовое определение — как один из самых простых и распространенных способов определения — называют «классическим».

Однако не следует считать его лучшим из всех и тем идеалом, к которому следует постоянно стремиться.

К явным определениям, и в частности к родовидовым, предъявляется ряд требований — правила определения.

1. Определяемое и определяющее понятия должны быть взаимозаменяемы. Если в предложении встречается одно из этих понятий, всегда должна существовать возможность заменить его другим. При этом предложение, истинное до замены, должно остаться истинным и после нее.

Это правило для определений через род и видовое отличие формулируется как правило соразмерности определяемого и определяющего понятий: совокупности предметов, охватываемые ими, должны быть одними и теми же.

Соразмерны, например, понятия «горельеф» и «скульптурное изображение, выступающее над плоскостью фона более чем на половину своего объема». Соразмерны также «барельеф» и «скульптурное изображение или орнамент, выступающие на плоской поверхности менее чем на половину объема изображенного предмета».

Если объем определяющего понятия шире, чем объем определяемого, значит, допущена ошибка слишком широкого определения. Мы бы ее совершили, определив, к примеру, «горельеф» просто как «скульптурное изображение, выступающее над плоскостью фона». Барельефы оказались бы отнесенными в этом случае к горельефам.

Если объем определяющего понятия уже объема определяемого, речь идет об ошибке слишком узкого определения. Ее может допустить, в частности, тот, кто определяет «барельеф» как «скульптурное изображение, изготовленное из камня и выступающее на плоской поверхности менее чем на половину объема изображенного предмета». Из числа барельефов исключаются этим определением все те, которые изготовлены не из камня, а, скажем, из металла или других материалов.

2. Нельзя определять понятие через само себя или определять его через другое понятие, которое, в свою очередь, определяется через него. Это правило запрещает порочный круг в определении.

Пример этого: «Жизнь есть жизнь» и «Поэзия — это поэзия, а не проза». Задача определения — раскрыть содержание ранее неизвестного понятия и сделать его известным. Определение, содержащее круг, разъясняет неизвестное через него же. В итоге неизвестное так и остается неизвестным.

3. Определение должно быть ясным. Это означает, что в определяющей части могут использоваться только понятия, известные и понятные тем, на кого рассчитано определение. Желательно также, чтобы в ней не встречались образы, метафоры, сравнения, т. е. все то, что не предполагает однозначного и ясного истолкования.

Можно определить, к примеру, пролегомены как пропедевтику. Но такое определение будет понятным лишь тем, кто знает, что пропедевтика — это введение в какую-то науку.

Не особенно ясны и такие определения, как: «Архитектура есть застывшая музыка», «Овал — круг в стесненных обстоятельствах» и т. п. Они образны, но ничего не говорят об определяемом предмете прямо и по существу, каждый человек может понимать их по-своему.

Ясность, конечно, нельзя считать абсолютной и неизменной характеристикой. То, что ясно одному, может оказаться не совсем понятным другому и совершенно невразумительным третьему. Представления о ясности меняются и с повышением уровня знании.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >