Правила частной практики.

Всякая человеческая деятельность — будь то изготовление столов, просмотр корреспонденции, проведение судебных процессов или создание художественных романов — подчиняется определенным правилам, применяемым обычно лишь в пределах данной, области. Их можно назвать правилами частной практики. Такие правила носят двойственный, описательно-оценочный характер, хотя оценочная (прескриптивная) составляющая здесь явно доминирует.

Правила частной практики обобщают опыт предыдущей деятельности в соответствующей области. В этом смысле они являются описаниями и, следовательно, должны обосновываться подобно описательным утверждениям, которые могут быть истинными или ложными. В то же время правила регламентируют будущую деятельность и как таковые являются предписаниями, т. е. должны обосновываться ссылками на эффективность той деятельности, которая направляется ими.

Хорошим примером правила, широко используемого в такой специфической области деятельности, как научное исследование, может служить требование свободы от ценностей и, соответственно, свободы от оценок и норм.

В последнее время это требование стало подвергаться критике, но еще совсем недавно «свободу от ценностей» обычно рассматривали как важное преимущество и свидетельство превосходства науки над другими формами интеллектуальной деятельности.

Предполагалось, что социальные и гуманитарные науки не могут достичь высокого уровня объективности, характерного для естествознания, именно из-за субъективистского влияния ценностей на рассмотрение и объяснение фактов. Вначале требование независимости от ценностей предъявлялось только к естественным наукам, но уже в начале прошлого века его стали все более активно предъявлять к социальным и гуманитарным наукам.

Характерно, что независимость науки от ценностей (называемая иногда «аксиологической нейтральностью») выдвигалась как тезис одновременно и описательный, и предписывающий. В описательном аспекте он утверждал, что наука ограничивается наблюдением и объяснением действительного положения вещей и не формулирует никаких ценностных суждений (т. е. воздерживается от «оценок»), В качестве предписания тезис обязывал ученого не позволять собственным ценностным предпочтениям воздействовать на исследование и, оставаясь ученым, воздерживаться от ценностных суждении о результатах исследования.

Критика требования свободы науки от ценностей разворачивалась, как и всякая критика двойственных выражений, в двух направлениях.

Во-первых, пытались доказать, что описательное содержание этого требования не соответствует реальной практике научных исследований. В сформировавшихся естественных науках действительно нет оценок, но в науках, изучающих человеческую деятельность (например, в юриспруденции, социологии, психологии), оценки обычны. В дальнейшем было показано, что в неявном виде ценности содержатся даже в естественно-научных теориях, поскольку эти теории имеют иерархическое строение и одни их утверждения способны выступать в качестве стандартов оценки других.

Во-вторых, подвергалась сомнению эффективность правила, предписывающего исключать ценности из научного исследования. Мир человеческой деятельности, как индивидуальной, так и коллективной, просто полон ценностями. Кроме того, от социальных и гуманитарных наук естественно ожидать не только описания того, что есть, но и суждений относительно того, что должно быть, своего рода рекомендаций по рационализации социальной жизни и деятельности. Если эти науки только описывают, всячески воздерживаясь от оценок, какую пользу принесет исследование ими общества и человека?

Понятно, что это был спор не об истинности некоторого описания и не об эффективности какого-то правила, а о двойственных высказываниях, соединяющих описание с предписанием.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >