Механизмы разрушения социального взаимодействия: Гарольд Гарфинкель

Определенный вклад в теорию социального взаимодействия внес Г. Гарфинкель, исследовавший привычные основания повседневных действий, или социологию повседневности. Результаты его социальных экспериментов позволяют понять, что определяет структуру повседневных действий, почему они воспроизводятся индивидами автоматически. Также выводы, полученные по результатам его экспериментов, позволяют понять причины развития доверия и недоверия как характеристики взаимодействия индивидов и социальных групп. В определенной степени он продолжает развивать идеи социолога А. Шюца (феноменологию повседневной жизни как одного из направлений социологии).

Выбор такого метода, как демонстрационный эксперимент, был использован исследователем, потому что трудно какими-либо другими методами оценить степень взаимного согласия индивидов по конкретным вопросам. Результаты экспериментов позволили Г. Гарфинкелю прийти к следующим выводам.

Подтвердились выводы других социологов, утверждающих, что существует связь между ожиданиями индивида или социальных групп, а также этическими нормами, распространенными в обществе.

При этом возможность общего понимания чего-либо состоит не в проявляемой мере общего знания общественных структур, но целиком и полностью заключается в узаконенном характере действий в соответствии с ожиданиями повседневной жизни как морали. Здравый смысл как знание фактов общественной жизни является для членов общества институционализированным знанием реального мира. Обыденное знание не только изображает реальное общество для его членов, но сами свойства реального общества, как самореализующиеся пророчества, воспроизводятся людьми посредством мотивированного подчинения этим фоновым ожиданиям. А значит, стабильность согласованных действий должна прямо зависеть от всех и любых реальных условий общественной организации, которые обеспечивают мотивированное подчинение людей этой фоновой системе «уместностей» как узаконенному порядку представлений о жизни в обществе, как они видятся «изнутри» этого общества. Рассматриваемая же с точки зрения отдельного человека его приверженность к мотивированному подчинению состоит в понимании и признании им «естественных фактов жизни в обществе». Документальные свидетельства используются лишь для взаимного уточнения представлений и действий, ранее принятых в обществе.

По Г. Гарфинкелю, индивид совершает конкретные действия, интерпретирует понятия, испытывает эмоции под влиянием навязанных правил, действий и иерархии установок и потребностей, а также общей для людей культуры. Заметим, что в данном случае исследователь солидарен с П. Сорокиным. Но принципиальное различие состоит в понимании такого условия, как время. Для П. Сорокина время как условие изменения чего-либо длительное (десятилетия, столетия), а для Г. Гарфинкеля, хотя он прямо не указывает на это, возможны другие временные рамки изменений чего- или кого-либо.

Основным выводом, который отличает рабогу Г. Гарфинкеля, является предлагаемая им методика разрушения и дезорганизация структур взаимодействия [10]. Чем более жестким является представление члена сообщества о том, что всякий нормальный человек обязательно знает, гем сильнее будет его замешательство, если при описании им своих реальных жизненных обстоятельств «естественные факты жизни» окажутся поставленными под сомнение.

Для возникновения сомнения и недоверия к ранее сформированному, например, действию, представлению необходимо изменить объективную структуру знакомой, известной участникам среды, сделав фоновые ожидания неработающими. Это изменение, в частности, должно поставить человека перед необходимостью нарушения фоновых ожиданий в отношении повседневной жизни и при этом не позволять ему интерпретировать складывающуюся ситуацию как игру, эксперимент, обман, т. е. нечто иное, чем то, что в соответствии с повседневной установкой известно ему как проявление санкционированной морали и нравственного поведения.

Для создания ситуации растерянности и недоверия к чему- или кому-либо надо заставить человека реконструировать «естественные факты», но не дать достаточного времени на такое реконструирование с точки зрения необходимого овладения практическими обстоятельствами, для которых ему приходится использовать свое знание «естественных фактов». При этом нужно требовать, чтобы он справился с реконструкцией естественных фактов сам и без согласованных обоснований.

Предполагается, что у человека не будет другой альтернативы, кроме как попытаться нормализовать возникающие несоответствия в порядке событий повседневной жизни. Однако в результате самих этих усилий события будут все более утрачивать свой кажущийся нормальным характер. Испытуемый оказывается не в состоянии приписать происходящему статус типичного события. Ему не удается ни вынести суждения о происходящем на основе сравнения его с чем-то похожим, ни связать текущие события с похожим порядком событий, встречавшимся ему прежде.

Он не может указать условия, при которых подобные события могли бы повториться, не говоря уже о способности опознать их «с первого взгляда». Он не способен упорядочить эти события в соответствии с отношением «цели - средства». Должна быть подорвана его убежденность в том, что происходящее всегда освящено моральным авторитетом знакомого ему общества. Стабильные и «реалистичные» соответствия между намерениями и целями должны распасться.

В технологии разрушения важную роль играют привычные способы решения чего-либо. По мнению Г. Гарфинкеля, при разрушении нарушаются типичные последовательные действия индивида или социальных групп, что ведет к дезорганизации структуры взаимодействия.

Способы (в других обстоятельствах известные индивиду), которыми объективная, воспринимаемая обстановка служит мотивирующей основой эмоций и, одновременно, сама мотивируется эмоциями, направленными на нее, должны стать непонятными. Реально воспринимаемая участниками ситуация, утратив фон «всем известного», должна стать «конкретно-бессмысленной».

В идеальном случае поведение участников по отношению к такой бессмысленной ситуации должно выявлять их замешательство, неопределенность, внутренние конфликты, психосоциальную изоляцию, острое и ненаправленное беспокойство, а также различные симптомы острой деперсонализации. Соответственно, и структуры взаимодействия будут дезорганизованы.

При разрушении чего-либо, считает Г. Гарфинкель, важно создать условия, в которых будут разрушены ожидания индивида намеренным изменением происходящих событий, а также сформировавшихся этических норм поведения.

Г. Г арфинкель обосновывает следующую последовательность действий, которые приведут к разрушению сформировавшихся ожиданий индивида. Поскольку всякое ожидание, участвующее в формировании установки повседневной жизни, приписывает какое-то ожидаемое свойство окружающей действующей среде, разрушить эти ожидания можно, намеренно изменяя происходящие события так, чтобы они обманывали ожидания человека в отношении тех или иных свойств событий [11,24-28]. Очевидно, что такие неожиданности можно подстроить по любому из этих ожидаемых свойств.

Насколько неприятной окажется подобная неожиданность, будет самым непосредственным образом зависеть от того, в какой мере человек подчинен моральной необходимости использовать их в качестве схемы для приписывания наблюдаемым явлениям статуса событий в нормальной по видимости среде.

Реалистичное восприятие членом сообщества естественных жизненных фактов и его устойчивое отношение к знанию этих фактов как основе для самоуважения (т. е. представления о себе как о добропорядочном и компетентном члене коллектива) являются тем условием, которое необходимо, чтобы максимально усилить его замешательство в том случае, когда привычные способы понимания станут источником непреодолимого несоответствия.

Заметим, что именно таким образом разрушались сложившиеся понятия и этические нормы граждан в постсоветской России в 90-е гг. XX в.: были разрушены не только сформировавшиеся представления, но и базовые этические нормы о справедливости, долге, чести и т. д. Состояние растерянности и тревоги из-за потери привычных ценностей и норм поведения было характерно для большинства граждан.

По Г. Гарфинкелю, обязательные условия разрушения сформировавшихся действий, представлений и этических норм следующие. Участник не сможет «покинуть поле» (в данном случае - жизненную реальность). У него не будет времени на выработку нового определения обстоятельств, в которых он оказался. Он будет лишен консенсуальной поддержки для альтернативного определения социальной реальности.

Далее Г. Гарфинкель, по сути, обосновывает методику измерения растерянности индивида или социальных групп и связанной с нею тревожности. Стоит согласиться с его выводами о том, что когда ожидания повседневной жизни нарушаются (при условии, что такие нарушения создаются оптимальным образом), люди будут различаться по проявляемой ими растерянности на величину, коррелирующую с их исходной приверженностью своему пониманию «естественных фактов жизни» [11, 39].

По нашему мнению, для социологов, изучающих такие аспекты социального взаимодействия, как тревожность и растерянность индивидов или социальных групп, можно использовать этот методологический прием. Например, при опросе или проведении фокус-группы респондентам задают вопросы, предполагающие от них в ответах оценки «естественных фактов жизни» или сформировавшихся о чем-либо представлений, огношений и действий. А далее социолог может сравнить полученные оценки с ответами на вопросы относительно чего-либо, подвергшегося разрушению.

Механизм разрушения стандартов или стереотипов состоит в том, что люди открывают для себя эту стандартизацию, осуществляют и поддерживают ее посредством одних и тех же действий. Стандартизованное ожидание индивида или социальной группы закрепляется в институционализированных правилах, например, в торговле правило единой цены. Эти правила закрепляются формализованными или неформализованными контрастами [55]. Следовательно, нарушение контраста и норм, правил поведения ведет к негативным эмоциям: стыду, раздражению, беспокойству.

Но, как тонко замечает Г. Гарфинкель, чем важнее правило, тем больше вероятность того, что знание не основано на собственных проверках. Всякого, кто попробует исследовать ожидания, составляющие обычный фон повседневной деятельности, наверняка поджидают удивительные находки, поскольку эти ожидания редко подвергались исследователями даже такой проверке, какая может быть осуществлена путем их воображаемого нарушения [11, 43]. Именно в этом принципиальная разница между методологическими подходами П. Сорокина и Г. Гарфинкеля. Для первого исследователя все изменения имеют имманентную природу, а инициированные действия извне ведут к конфликтам в социальном взаимодействии и моральным разрушениям, а также к краху системы социального взаимодействия. Для второго исследователя этические ограничения в виде искусственного вмешательства извне и запуска механизма разрушения не имеют значения. Он проявляет так называемый релятивизм относительно этических норм и ценностей.

Г. Гарфинкель называет этот процесс методом обнаружения соглашений посредством выявления или навязывания уважения к правилу практических обстоятельств. Этот метод является общим для общества в целом как системы взаимодействий, управляемых принципом «et cetera» (лат.; «и другие», «и тому подобное», «и гак далее»).

Реализация этого принципа, по мнению Гарфинкеля, является одним из механизмов, посредством которого человек, с одной стороны, управляет своими потенциальными и реальными успехами, равно как и неожиданными удачами. А с другой стороны, индивид справляется с разочарованиями, фрустрациями и провалами (и те и другие неизбежно поджидают его при попытках соблюдать подобные соглашения), сохраняя при этом ощущение разумности реальных социально организованных взаимодействий. Но, как замечает Г. Г арфинкель, подобные соглашения между индивидами или социальными группами не вечны. Их изменение связано с течением внутренних и внешних событий во времени и, тем самым, с последовательным развитием обстоятельств и их непредвиденными изменениями. А следовательно, было бы и неверно, и неконструктивно считать подобное соглашение своего рода страховкой, обеспечивающей людям способность в любой момент взаимодействия надежно предсказать будущие действия партнера. Точнее говоря, общее понимание, сформулированное по принципу соглашения, используется людьми для того, чтобы упорядочивать любые последствия своих реальных действий. Непредвиденные обстоятельства не просто случаются - люди всегда и везде знают, что непредвиденные обстоятельства могут появиться или быть придуманы в любой момент, когда приходится решать, соответствовали ли реальные действия сторон принятому соглашению.

Технология разрушения также связана с нарушением соглашений, формализованных и неформализованных, что, естественно, ведет к растерянности и страху индивидов, не по своей воле включенных в этот процесс.

ПРАКТИЧЕСКИЕ ЗАДАНИЯ Задание 1

Прочитайте текст, ответьте на вопросы.

Вопросы

  • 1. Почему родственники студентов, которые участвовали в эксперименте и вели себя соответствующим образом, испытали потрясение, тревогу, беспокойство, гнев?
  • 2. Почему родственники сочли студентов мелочными, невнимательными, эгоистичными, непорядочными, невежливыми?

Социальный психолог Г. Гарфинкель дал своим студентам следующее задание. Он попросил их вести себя дома так, словно они квартиранты: эта роль предполагает проявление сдержанности и официальности, свойственных незнакомым людям. У себя дома они должны были просить разрешения пользоваться ванной, брать воду для питья, говорить по телефону и т. д. Некоторые студенты заявили, что такое задание может привести к конфликту в семье, и отказались его выполнять. Но те, кто согласился вести себя как квартиранты, были потрясены результатами эксперимента.

Члены семьи пришли в полное недоумение. Они тщетно старались понять причины столь странных поступков и наладить нормальную, привычную обстановку в доме.

Студенты сообщали, что изменение их поведения вызвало удивление, потрясение, тревогу, беспокойство и гнев. Многие члены семьи сочли студентов мелочными, невнимательными, эгоистичными, непорядочными, невежливыми. Члены семьи требовали объяснений: «Что случилось? Что с тобой произошло? Может быть, тебя исключили из колледжа? Ты болен? Почему ты так высокомерен? Ты действительно сошел с ума или ведешь себя так просто по глупости?»

Задание 2

В письменном виде приведите до пяти примеров норм и отклонений от них в различных социальных институтах.

Темы на выбор

  • 1. Нормы и отклонения в семейно-брачных отношениях.
  • 2. Нормы и отклонения в сфере потребления.
  • 3. Нормы и отклонения в институте государственной власти.
  • 4. Нормы и отклонения в институте местного самоуправления.
  • 5. Нормы и отклонения в институте образования.
  • 6. Нормы и отклонения в институте здравоохранения.

Задание 3

Прочитайте текст, ответьте на вопросы.

Вопросы

  • 1. Какие типы отношений есть в этом коллективе?
  • 2. Охарактеризуйте сложившуюся неформальную группу и ее влияние на коллектив.
  • 3. Какие роли есть у членов бригады и Сергея?
  • 4. Можно ли изменить нормы поведения и отношения членов бригады и Сергея?

Сергей после окончания первого курса университета летом подрабатывал на обувной фабрике в родном городе. Его определили в бригаду, которая занималась погрузкой готовой продукции и разгрузкой привозимых на фабрику материалов. Через пару недель Сергей заметил, что бригада выполняет маленький объем работ и много времени тратит па разговоры и перекуры.

Иногда Сергей один разгружал грузовик, а другие члены бригады занимались своими делами и даже прятались. Сергей решил поговорить с сослуживцами, но они дали понять «новичку», что если ему что-то не правится, то он может уходить, а если пожалуется начальству, то пожалеет об этом.

После этого разговора Сергей неформально был исключен из жизни бригады: в перерывах он оставался один, по пятницам его не приглашали пить пиво. Сергей подошел к старшему в бригаде и сказал: «Вы что, ребята? Я просто стараюсь делать свою работу, за которую хорошо платят. Поэтому не слоняюсь без дела. И честно говоря, я рад тому, что не такой, как вы». Рабочий ответил ему: «Сыпок, если бы ты побыл здесь с мое, то стал таким же».

СПИСОК РЕКОМЕНДУЕМОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

Гарфинкель Г. Исследование привычных оснований повседневных действий [Электронный ресурс] / Г. Гарфинкель ; пер. с англ. Ю. И. Турчаниновой, Э. Н. Гусинского // Социол. обозрение. 2002. Т. 2, № 1. С. 24. URL: http://christsocio.info/content/view/114/72/ (дата обращения: 01.12.2012).

Parsons Т. «Economy, Polity, Money and Power» : dittoed manuscript, 1959 / T. Parsons // Социол. обозрение. 2002. T. 2, № 1.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >