Полная версия

Главная arrow Политология arrow Демократия как универсальная ценность

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>

13.2. Демократическая система отбора функционеров власти

Членов социума множество, но для управления общественными процессами требуется ограниченное количество людей, а потому всегда приходится выбирать. О качествах, которыми должны обладать избранники, шла речь выше. Каждое общество подходит к этому процессу по-своему, ими приняты многочисленные избирательные законы, и право выбора ныне признается одним из фундаментальных прав гражданина.

Некоторые правоведы считают избирательное право не естественным, а установленным законом на основе целесообразности [15, р. 12]. Думается, что подобное утверждение не вполне соответствует действительности, ибо выбор является имманентным свойством человека: выбор места жительства, спутника жизни, вида и сферы деятельности, времени решения тех или иных своих проблем. Хотя природа не установила такого права, как право выбора, в его современном понимании, оно все равно выпекает из другого фундаментального права каждого взрослого члена, социума участвовать в определении путей развития своего социума и в обязанности защищать его. Когда численность людей была ограничена, все вопросы общественной жизни решались ими совместно путём прямого участия в собраниях и ассамблеях. Это была прямая демократия.

Когда общества разрослись, численность населения увеличилась, структура жизни усложнилась, прямая демократия могла функционировать только на локальном уровне, на уровне первичных коллективов. Для решения общих проблем сообществ потребовалось делегирование представителей народа с полномочиями совместно определять стратегию развития сообщества и тактику решения конкретных проблем. Теперь речь идёт о том, кто может быть наделён правом номинировать так называемых представителей народа, кто и как будет избирать их. Чем выше уровень власти, тем слабее участие масс в её формировании. Здесь её осуществляют не столько представители народа, сколько "представители представителей", т.е. люди, избранные представителями народа (главы ветвей власти). Правда, и на этих уровнях при решении вопросов, касающихся основополагающих вопросов жизни государства, по воле определённой части граждан может практиковаться прямая демократия в форме всенародных референдумов.

Таким образам, избирательное право вытекает из естественного права человека как члена социума участвовать в определении путей его функционирования, как члена верховного суверена, осуществляющего свою власть через формируемые им институты. Каждый совершеннолетний член общества и гражданин государства не только вправе, но и обязан участвовать в определении общественной системы, в которой он желает жить, в формировании её институтов, в отборе их функционеров, а также в защите общества и конституционного строя. Признание такого комплекса прав и обязанностей, а также их практическая реализация являются началом и конкретными проявлениями демократии. Только при этих условиях обеспечивается легитимность власти, человек воспринимает её как свою собственную и чувствует личную ответственность за неё. Граждане, лично участвующие в формировании институтов власти, не будут против он оставлять себя им и конфликтовать с ними, наоборот, они будут заинтересованно помогать им в решении общих проблем. Естественным следствием становится расширение социальной базы институтов власти, степени их поддержка народом, а соответственно, и их прочность.

Долгое время в мире доминировали политические системы, основанные на монархических типах правления с нобилитетом и священниками как господствующими сословиями. Только они участвовали в формировании институтов власти и её исполнении. Право выбора считалось не естественным правом человека, а только правам, которым человек наделяется законом в интересах государства. Этим нравом в Англии – стране первого представительного органа в Европе в Новое время, – наделялись первоначально только собственники средств производства, составлявшие небольшую долю населения. Поэтому требование избирательных прав для всех свободных членов общества становится настоятельным. Обсуждался также вопрос о распределении голосов среди разных слоёв населения. Предлагался вариант, согласно которому каждый плательщик налогов государству обладал бы одним голосам, главы семейств старше 35 лет – двумя, а лица, получившие высшее образование и способные стать функционерами государства, – тремя голосами. Такая норма нашла отражение, в частности, в конституции Бельгии [15, р. 140-141].

О там, что все взрослые граждане, умеющие читать и писать, получают право на один голос, а высокообразованные и компетентные люди должны наделяться ещё дополнительным голосом на выборах, писал и известный учёный и поборник свободы Д.С. Милль. Но восторжествовал справедливый принцип, вытекающий из признания равенства людей: "один человек – один голос", что было реализовано только в XX веке и закреплено в конституциях почти всех государств мира.

Однако во многих странах, где нормы демократии ограничены или совсем отсутствуют, продолжается практика самоформирования и самовоспроизводства власти диктаторских и авторитарных типов. Формально выборы здесь продолжают проводиться, но они организуются только для того, чтобы придать демократический антураж тираническим режимам. Диктаторы и тираны сами отбирают близких им лиц для исполнения тех или иных властных функций и предлагают гражданам голосовать за них. Когда общества отказываются следовать подобным играм в демократию и бойкотируют выборы, отменяют пороги явки избирателей, объявляя выборы состоявшимися при всех условиях, даже если на избирательные участки, приходят только сами номинанты на представительские должности. Естественно, что "закон большинства" при этом перестаёт работать. Лишаются легитимности формируемые подобным образом представительные органы и их решения, но диктаторам и тиранам это и неважно. Главное для них – это достижение своих целей при формальном (для остального мира) соблюдении внешних форм демократии. Эти антидемократические игры организуются через создаваемые самими диктаторами партии, руководство которых в лице самих же диктаторов формирует списки кандидатов в "представители народа".

При демократии кандидатов на выборные должности выдвигают собрания граждан по предложению их участников или самих лиц, желающих стать кандидатами. Для избрания или внесения фамилий в списки кандидатов требуется поддержка большинства участников собрания. Или кандидаты выдвигаются группами граждан. Известный исследователь демократии В. Леки писал об отсутствии единообразия или общих правил при выборах в английский парламент. Только половина членов палаты общин избиралась народом, а другая половина – небольшой группой людей по номинации собственника земель в избирательном округе [15, р. 14].

Во многих странах существуют нелегитимные институты, контролирующие как выдвижение, так и процессы организации выборов. Сейчас почти везде роль "крестных отцов" исполняют штабы политических партий, особенно крупных. Выборы так и не стали равными, поскольку процедуры выдвижения, сбор подписей, проведение предвыборной кампании требуют огромных денежных средств, которых девять десятых населения не имеют.

Многие национальные конституции и международные соглашения о правах человека и демократии чётко устанавливают современные правила и нормы, в соответствии с которыми должны организовываться и проводиться выборы представителей народа во властные структуры. Согласно ст. 25 Международного пакта о гражданских и политических правах, "каждый гражданин должен иметь без какой бы то ни было дискриминации... и без необоснованных ограничений право и возможность:

  • а) принимать участие в ведении государственных дел как непосредственно, так и через посредство свободно выбранных представителей;
  • б) голосовать и быть избранным на подлинных периодических выборах, производимых на основе всеобщего равного избирательного права при тайнам голосовании и обеспечивающих свободное волеизъявление избирателей".

Статья 3. Первого протокола к Европейской конвенции о правах человека и основных свободах также обязывает её участников "проводить свободные выборы через разумные интервалы времени путём тайного голосования на условиях, обеспечивающих свободное волеизъявление народа в выборе членов органов законодательной власти".

Что значит свободные выборы? Декларация о критериях свободных и честных выборов Совета межпарламентского союза (Париж, 26 марта 1994 г.) отвечает на этот вопрос так:

"3.1. Каждый имеет равную возможность становиться кандидатом на выборах

3.2. Каждый имеет право присоединяться или учреждать вместе с другими политическую партию или организацию с целью соперничества на выборах". Эту последнюю формулировку следует понимать таким образам, что каждый имеет право присоединяться, но не обязан делать это.

Согласно универсальному пониманию демократии, каждый гражданин имеет право по своему усмотрению выставлять свою собственную кандидатуру в выборные органы государственной власти или поддерживать других Пункт 3.6 "Декларации о критериях свободных и честных выборов" провозглашает право каждого индивидуума и каждой политической партии на защиту законом от нарушений их политических и электоральных прав.

Отметим также, что Всеобщая декларация о демократии провозглашает свободные и справедливые выборы, позволяющие народу выразить свою волю, ключевым элементом в осуществлении демократии. "Эти выборы должны проводиться на основе всеобщего равного и тайного голосования, чтобы все избиратели могли избрать своих представителей в условиях равенства, открытости и прозрачности, которые стимулируют политическую конкуренцию" (п. 12). Субъектами равенства являются в первую очередь граждане, а затем образуемые ими ассоциации.

Все эти нормы закреплены и в национальном законодательстве, но ни одна из них не функционирует в точности. Во-первых, практикуемая при относительной демократии выборность многих должностных лиц (губернаторов, членов верхних палат парламентов) в некоторых странах заменена назначаемостью самой исполнительной властью. Так, Федеральный закон № 51 "О выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации" по существу свёл гарантируемые конституцией и международным правом избирательные права человека и гражданина России на нет.

Установив, что "выдвижение кандидатов в составе федеральных списков кандидатов осуществляется политическими партиями, имеющими в соответствии с Федеральным законом... право принимать участие в выборах, в том числе выдвигать списки кандидатов", Федеральный закон (ст. 7, п. 2) отодвинул граждан на второй план. Им предоставляется право только пассивно "участвовать в выдвижении федеральных списков кандидатов" (ст. 5, п. 1). "Каждый гражданин РФ, обладающий пассивным избирательным правом... вправе обратиться в региональное отделение любой политической партии с предложением включить его в федеральный список кандидатов, выдвигаемой этой политической партией", – говорится в ст. 37 Федерального закона.

Вправе-то вправе, но предусмотренная законом процедура составления и утверждения списков руководством партий не даёт гражданам, не являющимся их членами и активистами, никаких шансов на включение их фамилий в списки, ибо, согласно ст. 36 этого же закона:

"1. Решение о выдвижении федерального списка кандидатов принимается тайным голосованием на съезде политической партии.

  • 2. Порядок включения кандидатур в федеральный список... определяется уставам политической парши. ...
  • 6. Политическая партия вправе включать в список кандидатов лиц, не являющихся членами данной политической парши". Но вправе и не включать.

Как, не будучи членом парши, беспартийный гражданин может отстаивать свою кандидатуру на съезде политической партии, состоящей из делегатов, избираемых из числа наиболее активных её членов, также претендующих быть включёнными в этот список?

Таким образом, одно из фундаментальных прав гражданина Российской Федерации – право избирать и быть избранным – постулировано в Федеральном законе таким образом, что он лишается возможности воспользоваться им в личном качестве.

Данные нормы Федерального закона противоречат положениям ст. 1, 2, 3, 15 (п. 4), 17, 18 и 60 действовавшей на момент принятия закона Конституции Российской Федерации. Так, ст. 2 гласит, что "человек (а не партия! – прим. Д.М.), его права и свободы являются высшей ценностью". Согласно же ст. 3., п. 2, народ осуществляет свою власть непосредственно, а также через органы государственной власти и органы местного самоуправления. Субъектов и институтов под названием "политическая партия" в этом случае нет. Самоназначенные "представители народа", приняв нелегитимный и противоречащий Конституции Федеральный закон, лишили гражданина Российской Федерации этого статуса и передали его политическим партиям, от руководства которых теперь будет зависеть форма реализации электоральных прав гражданина.

Статья 17 Конституции гласит, что "признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией....

2. Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения".

Федеральный закон № 51 нарушает и международные обязательства Российской Федерации в области прав человека, принятые ею по Международному пакту о гражданских и политических правах (ст. 25), и Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод (ст. 3 Первого протокола к ней), о требованиях которых речь уже шла выше.

Напомним, что согласно ст. 15 (п. 4) Конституции, "общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью её правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора".

Противоречащим международным обязательствам Российской Федерации является также запрет формирования предвыборных блоков. Это противоречит ст. 11 Европейской конвенции, которая гласит:

"1. Каждый имеет право на свободу мирных собраний и свободу ассоциации с другими, включая право создавать профсоюзы и вступать в них для защиты своих интересов.

2. Осуществление этих прав не подлежит никаким ограничениям, кроме тех, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного спокойствия, в целях предотвращения беспорядков и преступлений, защиты здоровья и нравственности или защиты прав и свобод других лиц".

Ограничения избирательных прав человека, вводимые Федеральным законом № 51, не обусловлены ни одним из этих оснований.

Гражданин имеет право свободно и самостоятельно определять, кого он хотел бы видеть своим представителем и кого ему поддержать на "свободных выборах". Федеральный закон № 51 лишает его этой свободы, принуждая договариваться с одной из существующих в данный момент политических партий. Следствием этого станет то, что "свобода действий гражданина" будет определяться не им самим, а руководством одной из этих партий. Это тем более непозволительно, что, согласно данным, менее 2% граждан Российской Федерации считают себя членами той или иной партии, а 98% пока не принадлежат ни к одной из них. Федеральный закон как бы подчиняет эти 98% беспартийных граждан 2% граждан с партбилетами, что грубейшим образом попирает элементарные нормы демократии. Это походит на практику Сицилии, где организованная мафия, состоящая: примерно из такого же процента жителей острова, диктует свою волю всему остальному населению.

Решения избирателей, а также всех представительных органов определяются, вернее должны определяться, законом большинства. О сути закона речь уже шла выше. Важную роль играет и меньшинство, за которым сохраняется право вето при решении основополагающих вопросов жизни общества. Так, для принятия конституционных, т.е. затрагивающих фундаментальные основы жизни и прав человека законов требуется не менее двух третей общего числа депутатов. Треть голосов плюс один, а в некоторых случаях и четверть голосов плюс один против означают фактическое вето. В Швейцарии законы, принятые Федеральным собранием, по требованию 50 тыс. граждан, обладающих правом выбора, могут быть вынесены на прямое всенародное голосование в форме референдума, который может его легитимировать или отменить. Референдум в данном случае выступает как последняя апелляционная инстанция, давая гражданам путём прямого голосования право вето на меры, предложенные законодательным органом.

В некоторых странах большинство обеспечивается и по линии преемственности поколений. Конституционные законы здесь требуют одобрения не менее двух следующих друг за другом составов законодательного органа.

Системы голосования. В современном мире применяется несколько систем выборов в представительные органы власти: мажоритарная, пропорциональная, смешанная и др. Все они имеют как достоинства, так и недостатки. Мажоритарная система справедлива при выборе между двумя кандидатами. А если кандидатов много и никто из них не получил большинства голосов, то считается целесообразным проведение второго тура голосования с участием двух кандидатов, занявших первое и второе места, и победителем здесь становится тот, кто набрал наибольшее число голосов участников выборов.

Преимущество этой системы в том, что каждый избиратель знает своего представителя в законодательном органе и при необходимости может апеллировать к нему В то же время при очевидных достоинствах такой системы она таит в себе серьёзные недостатки. Теоретически может подучиться так, что партия, пользующаяся поддержкой половины избирателей страны, при условии равномерного распределения этих избирателей по округам, может подучить все мандаты в представительные органы, оставив без единого мандата партии, пользовавшиеся поддержкой 50% избирателей минус один в каждом округе.

Мажоритарная система, в один тур при участии десятка кандидатов способна породить ещё большую несправедливость. Так, при этой системе депутатские мандаты могут получать люди, пользующиеся поддержкой менее 10% избирателей округа. В таких случаях обязательно должен быть проведён второй тур выборов.

"Мажоритарное голосование в один тур ведёт к дуализму партий", – писал М. Дюверже. Он считал это настолько повторяющимся, что называл социологическим законом [3, с. 279]. Этот вывод подкреплялся опытом многих стран. Но, как известно, нет правил без исключения. Так, если избирательных округов в стране насчитывается, скажем, сто, и в каждом из них участвуют по множеству претендентов, то вполне вероятно, что в некоторых из них большинство голосов могут получить популярные на региональном уровне деятели, принадлежащие к третьей, четвёртой и т.д. партии. Впрочем, возможность такого варианта подтверждал и сам Дюверже на опыте плата Нью-Йорк в 1936-1947 гг., где на заседаниях муниципального совета в 1937 г. можно было видеть представителей пяти партий, в 1941 г. – шести, а в 1947 г. – даже семи партий [3, с. 280].

Теоретики демократии и приверженцы свободы считали пропорциональную систему представительства наиболее справедливой. Пропорциональную не только в смысле дали голосов, которые получила каждая из политических партий, но и удельного веса членов общества: мужчины и женщины, слои населения по интересам (промышленники, аграрии и т.д.). Д. С. Милль, например, считал, что группа, представляющая наибольшее число избирателей, должна иметь наибольшее число мандатов в парламенте. При этом каждая труппа населения должна избирать своих представителей из собственной среды, а не из абстрактных для избирателей списков, предлагаемых политическими партиями. На практике же и пропорциональная система, как она понимается и применяется властями, оказывается несправедливой.

Во-первых, "пропорциональное избирательное право и система голосования списками упраздняет связь между избирателем и депутатом и так называемый принцип репрезентации... теряет смысл". Настоящая законодательная деятельность происходит не на открытых пленарных дискуссиях, а в комитетах Важные решения принимаются на тайных заседаниях лидеров фракций, что снимает и отменяет всякую ответственность избранных перед избирателями. В итоге "вся парламентская система, представляет собою, в конце концов, всего лишь фасад, за которым кроется господство партий и экономических интересов" [9, с. 161-162].

Принцип пропорциональности нарушается множеством способов. На него можно претендовать только при условии, если партия преодолела устанавливаемый властями проходной барьер, который в ряде стран очень высок. Например, согласно Федеральному закону о выборах в Российской Федерации, партия, за которую проголосовали на выборах 7% минус один голос, не получала ни одного мандата, в то время как получившая ровно 1% голосов могла получать 32 мандата. То есть по существу один дополнительный голос становился эквивалентным 32 мандатам.

Во-вторых, мандаты, не доставшиеся партиям, не преодолевшим проходного барьера, а также те, которые приходятся на избирателей, в знак протеста испортивших бюллетени или голосовавших "против всех", распределяются между прошедшими в эти органы партиями, против которых они и были отданы, в качестве своеобразных "премиальных", или бонусов. В результате может получиться так, что партия, набравшая, скажем, 20% голосов избирателей, может обладать 35-40% всех депутатских мандатов, а партия, заручившаяся поддержкой менее половины избирателей, получить абсолютное большинство представительских мест. Партия "Единая Россия", за которую на выборах в Государственную Думу в декабре 2011 г. проголосовали, по официальным данным, менее 50% граждан, пришедших на выборы, благодаря такой "пропорциональной системе" имела более двух третей мест в нижней палате Федерального Собрания Российской Федерации.

Нормы истинной демократии предполагают полное соответствие процента мандатов проценту полученных партией голосов. А мандаты, приходящиеся на партии, не преодолевшие порога проходимости в парламент, а также на бюллетени испорченные и "против всех", должны быть аннулированы.

Из существующих систем выборов пока что наиболее демократичной представляется смешанная мажоритарно-пропорциональная система при обязательном избирательном праве с выдвижением кандидатов самими гражданами, с всесторонним обсуждением их достоинств и недостатков в ходе предвыборных кампаний. Партии могут поддерживать отдельных из них и формировать из числа своих приверженцев соответствующие фракции в представительных органах.

 
<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>