Полная версия

Главная arrow Литература arrow ИСТОРИЯ ЗАРУБЕЖНОЙ ЛИТЕРАТУРЫ ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ XX

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Литература и эпоха маккартизма: «время негодяев»

Писатели и война: музы, которые не молчали. Годы Второй мировой войны (1939—1945) — переходный этап литературного процесса. После катастрофы в Перл-Харборе (7 декабря 1941 г.) и вступления США в войну большинство писателей занимают твердые антифашистские позиции, выражают свою солидарность с СССР, который подвергся нацисткой агрессии, выступают за скорейшее открытие второго фронта. Многие литераторы, работая военными корреспондентами, находились в зоне боевых действий.

Джон Стейнбек в 1943 г. отправился на фронт в Италию, откуда посылал корреспонденции, составившие книгу очерков. Эрнест Хемингуэй в 1942— 1943 гг. патрулировал на яхте «Пилар» в Карибском море, выслеживая нацистские субмарины. В 1944 г. он, прилетев в Лондон, стал свидетелем открытия второго фронта, в ряде очерков описал события на Западном фронте осенью 1944 — начале 1945 г.[1] Там же в качестве корреспондента работал Ирвин Шоу — плодовитый писатель, автор одного из лучших романов о войне «Молодые львы» (1948). На Тихом океане в 1945 г. побывал Дос Пассос.

Репортажи о сражениях с японцами на Филиппинах, а затем в районе Соломоновых островов составили книги писателя и военного корреспондента Джона Херси «Люди на Батаане» и «Захват долины» (1943). Он же первым опубликовал документально-публицистическую книг}' о ядерной бомбежке «Хиросима» (1946). Ряд писателей сотрудничают в Голливуде, участвуя в выпуске военных фильмов антифашистского и патриотического движения (А. Бесси, Д. Трамбо, Д. Г. Лоусон и др.).

Л. Хеллман пишет сценарии двух фильмов, основанных на советском материале, «Северная звезда» и «Песнь о России». Некоторые литераторы работают по заданию военных ведомств, содействуя мобилизации сил во имя победы. Такова книга Дж. Стейнбека о летчиках «Бомбы вниз» (1942). Даже Фолкнер позволил себе некоторое время поработать в Голливуде, где создал сценарий, посвященный французскому Сопротивлению.

Известное выражение: «Когда говорят пушки, музы молчат» — применимо и к американской литературе военной поры. Среди первых произведений, отразивших антифашистскую борьбу, была повесть Стейнбека «Луна зашла» (1942). Действие в ней развертывалось в одной из европейских стран, скорее всего, в Норвегии, которая подверглась оккупации.

Процесс нравственного прозрения человека, рядового немца Вилли Веглера, освобождающегося от нацистского дурмана, определяет пафос романа А. Мальца «Крест и стрела» (1944), события которого разворачиваются в Германии в 1942 г. В романе «Колокол для Адаио» (1944) Джона Херси место действия — итальянский фронт.

Русско-американские культурные контакты. В период, когда наши страны были союзниками, расширились советско-американские культурные контакты, которые в конце 1930-х гг. заметно ослабли. В США вновь приобрели популярность русские классики Тургенев, Достоевский, Чехов и особенно Толстой.

Не только музыкальным, но и общественным событием стало исполнение за океаном в 1942 г. Седьмой Ленинградской симфонии Шостаковича: она транслировалась через коротковолновые передатчики по всему миру. Партитура симфонии была доставлена в США самолетом. Карл Сэндберг отозвался на нее восторженным стихотворным посланием, адресованным композитору. В романе Э. Колдуэлла «Всю ночь напролет» (1942) героями были советские партизаны, правда, обрисованные не без схематизма и очевидной наивности. Зимой 1944—1945 гг. Лилиан Хеллман побывала в Москве, выезжала на фронт. Она увидела страшные нацистские «фабрики смерти» на только что освобожденной территории Польши. Несмотря на непростые обстоятельства военного времени в России находили возможность публиковать книги американских авторов, с успехом шли американские фильмы.

Американские корреспонденты в Москве: слагаемые победы. За событиями на советско-германской фронте с напряженным вниманием следили в США. Американский журналистский корпус в Москве в 1941—1945 гг. был представлен многими маститыми именами (Э. Колдуэлл, Дж. Херси, Э. Уинтер и др.)[2]. 22 июня застало в СССР Э. Колдуэлла, который в первые недели войны стал выступать по радио с репортажами для США, выезжал с другими корреспондентами иод Ельню (сентябрь 1941 г.), где Красная Армия имела заметный успех и где родились первые гвардейские дивизии. Свои впечатления о раннем этапе боевых действий он запечатлел в своей очерковой книге «По дороге на Смоленск» (1942). В то время как стремительное наступление вермахта летом 1941 г. породило на Западе пессимистические прогнозы о неизбежном и скором крахе русских, Колдуэлл высказывал убеждение, что они выстоят. Другие американские корреспонденты (Г. Кессиди, Л. Лесур,Дж. Браун) писали о битве под Москвой осенью 1941 г., героическом самопожертвовании народных ополченцев и о первом жестоком поражении вермахта. В своих книгах Э. Сноу, Э. Уинтер, Р. Лау- тербах и др. свидетельствовали как о высоком мужестве солдат на фронте, так и о самоотверженности рабочих в тылу женщин и подростков, их энтузиазме и готовности к самопожертвованию.

Характеризуя «слагаемые победы», они констатировали удивительную способность русских людей переносить лишения, отмечали героизм и стойкость, а также роль партийного руководства, сумевшего целеустремленно мобилизовать народ для выполнения лозунга: «Все для фронта, все для победы». Читая сегодня малоизвестные свидетельства людей «с того берега», носителей иной идеологии, написанные по горячим следам событий, их безусловное признание решающего вклада нашей страны в разгром фашизма, — нельзя, с позиций современных знаний, не видеть и прямолинейности некоторых выводов, и неполноты воссозданной ими картины. Журналисты добывали свой материал в условиях жесткой военной цензуры. Не все они в обстановке засекреченности и получения «процеженной» информации представляли в полной мере, что победа была достигнута ценой огромных жертв, которых можно было бы избежать, не будь жестоких просчетов и ошибок высшего руководства страны, особенно в начале войны и репрессий военных кадров в 1930-е гг.

«Холодная война» и маккартизм. Вторая половина 1940-х — начало 1950-х гг. — тяжелая полоса национальной истории США. Конфронтация между двумя сверхдержавами привела к наступлению новой войны - «холодной».

Сенатор Джозеф Маккарти, глава печально известной Комиссии по расследованию антиамериканской деятельности, вместе с ФРБ обвинил ряд государственных чиновников, а также деятелей культуры и литературы в «прокоммунистических» симпатиях и шпионаже. Началась настоящая «охота на ведьм». Многие деятели либеральных, левых убеждений были ошельмованы, подвергались преследованиям. Видный литературовед либеральной ориентации Ф. О. Матиссен (1902—1950), автор известного труда «Американский ренессанс», книг о Драйзере, других работ, был доведен мак- картистами до самоубийства. Это была далеко не единственная их жертва. В комиссию по расследованию антиамериканской деятельности были вызваны писатели Л. Хьюз, Дж. Дос Пассос, А. Миллер, Л. Хеллман и др. Им предъявили обвинение в «неуважении к конгрессу». «Бесноватый» Маккарти в своем рвении перегнул палку, стал угрозой для истеблишмента, ему самому были предъявлены серьезные обвинения, и карьера его закатилась[3].

1950-е годы вошли в историю под названием «запуганных». Тягостная общественная атмосфера, настроение растерянности — все это сказалось на общем характере литературного процесса. Социально-критический пафос, решительно проявившийся в литературе 1930-е гг., ослабевает. В условиях антикоммунистической истории в обществе усиливаются конформистские пастроенимя. Известный критик радикальных взглядов М. Гайсмар характеризует положение в литературе в книге под названием «Американские современники. От бунта к конформизму».

Первый удар маккартисты обрушили на Голливуд: некоторые режиссеры, сценаристы были обвинены в «прокоммунистической» пропаганде.

Альва Бесси: испанский вокзал. Показательна судьба одного из жертв маккартизма, прозаика и драматурга, писателя левых взглядов Альвы Бесси (1904—1985). В числе обвинений, ему предъявленных, было участие в «коммунистической» войне и пребывание в республиканской Испании в рядах интербригадовцев. По горячим следам пережитого Бесси написал книгу «Люди в бою» (1939), близкую по форме к дневнику, достоверно, нелицеприятно обнажавшую суровую «окопную» правду и героику антифашистской борьбы. После войны Бесси работал сценаристом в Голливуде, затем после суда над «голливудской десяткой» был отправлен в тюрьму. Выйдя из нее, Бесси оказался в «черных списках». Туда же попали его товарищи Д. Трамбо, Дж. Лоусон, А. Малъц.

Ангимаккартистская и испанская темы переплелись в романе Бесси «Антиамериканцы», во многом автобиографичном. Он стал одним из образцов целой жанрово-тематической разновидности: антимаккартистского романа.

В центре — судьба двух главных героев — Эндрю Лэнга, процветающего радиокомментатора, экс-радикала, порвавшего с левыми, и Бена Блау, твердого антифашиста, газетчика, которого маккартисты бросают в тюрьму. Те же мотивы присутствуют в мемуарах Бесси «Инквизиция в раю» (1964), облеченных в форму киносценария. Они живо воссоздают историю работы Бесси в Голливуде, а также обстоятельства процесса над ним и его коллегами. В книге «И снова Испания» (1976), соединяющей элементы путевого дневника, мемуаров и политического памфлета, Бесси рассказывает о поездке в Испанию в конце 1960-х гг. для создания кинофильма о местах, где он когда-то воевал.

Дальтон Трамбо: «Джонни получил винтовку». Среди «голливудской десятки», подвергшейся преследованиям, находился и талантливый писатель Дальтон Трамбо (1905—1976). На исходе 1930-х гг. он выпускает роман «Джонни получил винтовку» (1939), одно из лучших антивоенных произведений в литературе США, исполненное страстного антимилитаристского пафоса.

Герой, молодой человек Джо Бошем, увлеченный патриотической эйфорией, записывается в армию. На фронте он получает тяжелейшее ранение: лишается рук, ног, зрения, речи, превращается в страшный, беспомощный обрубок. Работает лишь его ум. Совершенно беспомощный, Джо пытается осваивать окружающий мир, ориентироваться в пространстве и во времени, ощущать восход и закат солнца, появление медсестры, врачей. С помощью азбуки Морзе, стуча головой о подушку, Джо подает о себе знаки окружающим. Сама ситуация, в которой оказался герой, побуждает его мучительно размышлять, анализировать, оценивать то, что с ним произошло. Осмысляя аргументацию «патриотов», все те опошленные расхожие лозунги, во имя которых проливалась кровь, Бонхем понимает: «многие ребята попали впросак». Отныне он хочет помочь прозреть зрячим! Пусть его превратят в живой экспонат, поместят в стеклянную коробку и возят по городам, чтобы люди на подобном страшном примере узнали о войне «все, что можно о ней узнать»! От имени «людей мирного труда» звучит его страстное предупреждение тем, кто разжигает войну: «...Дайте нам в руки винтовки. Мы обратим оружие против вас!» Роман был переведен на десятки языков мира, экранизирован. Его называли «наиболее шокирующим романом из когда-либо написанных об ужасах войны, который никогда не забудется теми, кто ее прочтет».

Во время войны Трамбо, трудясь в Голливуде, создавал антифашистские сценарии. В 1947 г. его и других сценаристов обвинили в симпатиях к Советскому Союзу. На суде Трамбо держался мужественно и поэтому оказался в тюрьме. Там он написал антимаккартистский памфлет «Время жабы» (1949), который был снабжен подзаголовком «Исследования инквизиции в Америке». Отсидев в тюрьме, Трамбо долгое время числился в «черных списках» и был вынужден писать сценарии под чужими именами. Сценарий «Спартака», где он укрылся под псевдонимом, получил высокую награду. Но сценарист на вручение не явился. Позднее выяснилость, что автор — Трамбо. Тем самым он в очередной раз привлек внимание общественности к «черным спискам», способствуя, в конце концов, их отмене[4].

Альберт Мальц: герой делает выбор. Еще одна жертва маккартистских гонений, уже упоминавшийся автор романа «Глубинный источник» Альберт Мальц, весьма популярный в нашей стране в 1950-е гг., отразил пережитое в пьесе «Дело Моррисона» (1952) и отчасти в романе «Длинный день короткой жизни» (1957).

В этом романе, построенном по драматургическому принципу, герои показаны в момент принятия ими судьбоносных решений. Время действия спрессовано до одного дня их пребывания в четырехэтажной цементной коробке федеральной тюрьмы. Главные герои — Флойд Верней, черный юноша Хью Уилсон и белый рабочий южанин Макпик. Последний в день освобождения решается остаться в тюрьме, чтобы помочь спасению «цветного», ложно обвиненного в убийстве. Мальц поднимает проблему гражданской совести, проблему выбора.

  • [1] Подробно см.: Гиленсон Б. А. Эрнест Хемингуэй. Легенда и реальность. М.: ИНФРА-М,2016. Гл. 10; Его же. Роман Э. Хемингуэя «По ком звонит колокол». История и современность. М.: ИПФРА-М, 2016.
  • [2] Их деятельность освещается в цикле наших публикаций. А их репортажи и статьисобраны в антологии: Дорога на Смоленск. Американские писатели и журналисты о Великой отечественной войне советского народа: 1941—1945 / сост., пред. комм. Б. А. Гиленсона.М.: Прогресс, 1985.
  • [3] Подробно об этом времени и судьбе писателей США левых убеждений см.: Гилен-сон Б. А. Социалистическая и радикальная традиция в литературе США. Достижения,утраты, надежды. М.: ИИФРА-М, 2016.
  • [4] Подробно о судьбах Альпы Бесси и Дальтона Трамбо см.: Гилеясоя Б. А. В поисках«другой Америки». М., 1987. Что касается знаменитого романа Трамбо, экранизированного и получившего премиюна Каннском кинофестивале (1972), его долго у нас не издавали по причине якобы его «пацифистской» направленности. На русском языке он увидел свет лишь в 1989 г., спустя полвекапосле издания в США благодаря усилиям писателей В. Астафьева и К. Симонова. Он вышелв переводе И. Шрайбера с предисловием Б. Гиленсона.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>