Полная версия

Главная arrow Культурология arrow ИСТОРИЯ КУЛЬТУРОЛОГИИ

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Диагноз кризиса культуры

Трактат Й. Хейзинги «В тени завтрашнего дня», имеющий подзаголовок «Диагноз духовного недуга нашей эпохи», был опубликован в 1935 г. и переведен на многие языки мира, многократно переиздавался. В России он впервые вышел в свет только в 1992 г.

Эпиграфом этой книги стало изречение: «У этого мира есть свои темные ночи, и их много»[1] — в этом скрыт символический и пророческий смысл книги. В ней есть и посвящение: «Моим детям». Оно тоже воспринимается как обращение ученого к будущим поколениям. В основу этой книги был положен доклад, прочитанный в 1935 г. в Брюсселе.

В предисловии Хейзинга пишет, что, невзирая на все самые угрожающие признаки упадка и вырождения современной культуры, он — оптимист, ибо верит в возможность исцеления Для этого нужно хранить мужество, верить и выполнять свой долг. Есть своя символика и в самом названии книги: что означает «тень завтрашнего дня»? Можно предлагать разные толкования.

Но вернемся к трактату. У него тоже есть свои особенности: публицистичность, обращение к широкой аудитории. Это отразилось и в названиях глав, приведем некоторые из них: «Б ожидании катастрофы», «Страхи прежде и теперь», «Проблематический характер прогресса», «Профанация науки», «Культ жизни», «Упадок моральных норм», «Государство государству волк?», «Виды на будущее». Каждая глава кратка, лаконична, как приговор и диагноз.

Хейзинга начинает свой трактат с тревожного предчувствия:

Ни для кого не было бы неожиданностью, если бы однажды безумие вдруг прорвалось в слепое неистовство, которое оставило бы после себя эту бедную европейскую цивилизацию отупелой и умоисступленной, ибо моторы продолжали бы вращаться, а знамена — реять, но человеческий дух исчез бы навсегда[2].

Его охватывает страх перед будущим и трагическое ощущение грозящей человеку гибели. Пошатнулось все, что казалось незыблемым и священным, — истина и человечность, право и разум, перестают функционировать государственные институты и производственные системы. Прогрессирующее разложение и упадок культуры стали сигналом тревоги, осознаваемой все более значительным числом людей. Постоянно растет число «гордиевых узлов» проблем: судьба национальных меньшинств, новых государственных границ, запрет на воссоединение семей, немыслимые экономические условия жизни.

Как отмечает Хейзинга, любая из этих ситуаций переживается на грани ожесточения, превращая их во множество горячих очагов, готовых воспламениться в любой момент. Доктрина абсолютной власти государства заранее оправдывает любого державного узурпатора, приближая мир к угрозе опустошительной войны.

В прошлые эпохи неоднократно возникали кризисные ситуации: подземные толчки, смещение пластов и приливные волны были не менее разрушительны, чем в наши дни. Однако чувства грозящего краха всей цивилизации не было.

Преодоление кризиса культуры многие видят в возрождении прошлого, возврате к былому совершенству. Хейзинга иронизирует над таким подходом. Старая мудрость, старая добродетель создают лишь иллюзию обновления. Если мы хотим сохранить культуру, считает

Хейзинга, то должны продолжить ее созидание. Только непрерывно двигаясь вперед в штормовом море неизвестности, можно найти путь выхода из кризиса. Это не означает забвения прошлого, ибо здоровый дух не боится брать с собой в дорогу весомый груз прежних ценностей.

Для созидательной деятельности важно понимать смысл и назначение культуры. В главе «Основные условия культуры» Хейзинга называет важнейшие черты, которые необходимы для преодоления кризиса и возрождения культуры.

Во-первых, культура требует известного равновесия духовных и материальных ценностей. Это означает, что различные сферы культурной деятельности реализуют каждая в отдельности, но в рамках целого более эффективную жизненную функцию. Гармония проявляется в порядке, мощном сочленении частей, стиле и ритме жизни данного общества. Каждая оценка культурного состояния народа определяется этическим и духовным мерилами. Культура не может быть высокой, если ей не хватает милосердия.

Во-вторых, всякая культура содержит некое стремление. Культура есть направленность на идеал общества. Этот идеал может быть разным: духовно-религиозный; прославление чести, благородства; почет; власть; экономическое богатство и благоденствие; восхваление здоровья. Подобные стремления воспринимаются как благо, они ограждаются общественным порядком и закрепляются в культуре общества.

В-третьих, культура означает соединение с природой, использование природных сил для изготовления инструментов, защиты себя и своих ближних. Тем самым она меняет ход природной жизни. Но это еще половина дела. Главное состоит в осознании человеком свое-их обязанности и долга в отношениях с космосом.

В-четвертых, культура создает систему условностей, правил поведения, табу, культурных представлений, направленных на обуздание негативных сил. Так возникают понятия служения и сотрудничества, на которых основаны отношения человека и природы, человека и общества.

В-пятых, культура отличается гармоническим равновесием духовных и материальных ценностей и характеризуется определением идеала, на который ориентированы различные формы деятельности общества.

Духовный кризис нарушает равновесие материальных и духовных ценностей в ориентации общества, приводит к дисгармонии, дезинтеграции, утрате идеалов, возвышает зло до роли «путеводной нити и сигнального маяка» человечества. Прославление насилия и борьбы любыми средствами, войны и завоеваний как цели государства неизменно вызывает упадок морали и жестокость. Ненависть и нужда — следствия чудовищной войны и ее свиты.

Величайшей опасностью, угрожающей западной цивилизации, Хейзинга считает аморальную автономию государства, которому позволено использовать любые средства для самоутверждения — вражду и ненависть, ложь и вероломство. «Государство государству волк», — заключает автор. В этом утверждении содержится главное разоблачение политики фашизма и тоталитаризма.

«Диагноз духовного недуга нашей эпохи» — такой подзаголовок имеет эта книга. Каков же этот диагноз?

Хейзинга отмечает, что целый комплекс опасностей угрожает культуре, переживающей период острого духовного кризиса.

Культура находится в состоянии ослабленного иммунитета против инфекции и интоксикации, дух расточается впустую. Неудержимо падает значение слова, растет безразличие к истине: «Над всем миром висит облако словесного мусора, как пары асфальта и бензина над нашими городами»1.

Необычайно возросла опасность абсолютно безответственных массовых действий, вдохновляемых лозунгами, митингами и призывами.

Назвав кризисные симптомы духовного недуга, автор делает попытку представить прогноз на будущее. Правда, он оговаривается, что взгляда хватает не более чем «на три шага». Вся перспектива скрыта туманом. Сегодняшний мир не может вернуться на прежний путь. Кроме того, прогноз затрудняется тем, что некоторые признаки нового могут вовсе не получить развития в будущем. Откуда можно ожидать спасения?

Наука и техника не могут стать фундаментом обновления.

Новое устройство социальной жизни, упорядочивание деятельности государства могут упрочить базис культуры, но не излечить от кризиса.

Объединение религий возможно, но не диктатом, а добровольным принятием общей воли. Но все это внешние факторы.

Для выздоровления необходимо обновление духа:

... Необходимо внутреннее очищение самого индивидуума. Должен измениться сам духовный habitus (состояние) человека[3] [4].

Как считает Хейзинга, основы культуры таковы, что их не могут закладывать или поддерживать коллективные субъекты, будь то народы, государства, церкви, школы, партии, ассоциации. Благо не может заключаться в победе одного государства, одного народа, одной расы, одного класса над другими. Мир зашел слишком далеко в своих противоречиях.

Новую культуру может создать только очистившееся человечество. Очищение, или катарсис, — состояние, которое наступает в момент созерцания трагедии, вызывая боль и сочувствие, способно избавить душу от грубых инстинктов и вызвать умиротворение, призвать человека к правильному употреблению жизненных сил.

Пока трудно предвидеть, когда начнется духовное очищение, для которого необходимо самопожертвование. Для этого нужна кропотливая работа.

Йохан Хейзинга возлагает большие надежды на молодое поколение. Несмотря на все тяготы жизни, оно не стало ни слабым, ни апатичным, ни равнодушным:

Молодежь эта выглядит открытой, бодрой, непосредственной, способной и к наслаждениям, и к лишениям, решительной, отважной и благородной. Она легче на подъем, чем прошлые поколения1.

Перед ней стоит задача вновь овладеть и управлять этим миром, не дать ему погибнуть в безрассудстве, а пронизать его духовностью.

На этой оптимистической ноте заканчивает Й. Хейзинга свою книгу о диагнозе духовного недуга нашей эпохи.

  • [1] В оригинале: Habet mundus iste noctes suas et non paucas (Бернард Клервоский). —Примеч. ред.
  • [2] Хейзинга Й. В тени завтрашнего дня. М., 1992. С. 245.
  • [3] Хейзинга Й. В тени завтрашнего дня. С. 349.
  • [4] Там же. С. 362.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>