Полная версия

Главная arrow Культурология arrow ИСТОРИЯ КУЛЬТУРОЛОГИИ

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Новая «психосфера» как защита личности

Культура должна создать такие механизмы, которые помогут человеку не утратить чувства новизны и стремления к обновлению и вместе с тем не потерять собственной идентичности и индивидуальности. Стремительный поток перемен и лавина новых, прежде неизвестных форм культуры способны вызвать у человека стрессовую ситуацию, как ответ на социальные и физические перегрузки. Симптомы и проявления состояния стресса очень различны. К ним Тоффлер относит депрессии и апатии, немотивированную враждебность, чрезмерную властность, подозрительность и мнительность, стремление к социальной и эмоциональной изоляции.

В этой сложной ситуации на помощь человеку приходит механизм адаптации. Постоянные перегрузки могут подорвать физическое здоровье, привести к истощению интеллектуальных и душевных сил. Футуро- шок — реакция на чрезмерное изменение окружающей среды, с которой человек не справляется.

Финальная стадия эмоционального истощения проявляется как чрезмерная усталость, когда человек становится нервным, напряженным, гневным, раздражительным, возникают чувство обиды, потери ориентиров для принятия решений, склонность к одиночеству. Все эти явления имеют социальное происхождение, а на психологическом уровне вызывают состояние дезадаптации. Наиболее распространенной реакцией на избыток перемен является открытое отрицание всего нового, блокирование нежелательной реальности, ностальгия по прошлому.

Иная реакция жертвы футурошока — уход в профессию, использование новшеств в своей узкоспециализированной области, но при этом нежелание не только вмешиваться, но и слышать о политике. Однако такая позиция «страуса» тоже уязвима. Такой человек рискует: утверждая позицию невмешательства, он может оказаться за «бортом корабля жизни».

Существуют и другие формы снятия напряжения — алкоголизм, наркомания, апатия, мистицизм.

Теперь возникает самый главный вопрос: если тенденции к самообновлению общества неизбежны и порождают футурошок, то как же приспособить к ним человека, сохраняя его интеллектуальный и нравственный потенциал?

Тоффлер посвящает ответу на этот вопрос заключительную главу, названную «Стратегии выживания». В самом общем виде задача состоит в том, чтобы создать «новый персонал и новые социальные регуляторы изменений»[1].

Необходимо разработать новые принципы планирования собственной жизни, стратегии использования новшеств, технологии повышения адаптивной способности, создания новых социальных институтов, выполняющих функцию амортизаторов.

Конечно, все это не может полностью предотвратить футурошок, однако будет способствовать не только выживанию, но и укажет путь наиболее оптимального решения.

Начать борьбу за предотвращение футурошока надо «с себя», на личном уровне. Тоффлер предлагает создавать «зоны личностной стабильности». Человек должен сам выработать определенную тактику помощи самому себе. Он может отказываться от излишних и неоправданных перемен, от чрезмерной реорганизации, от вынужденного общения.

Его усилия направлены на сохранение привязанности к друзьям, родным местам, привычного уровня комфорта. Такой человек не отрицает перемен, но оберегает себя и свое окружение от их «нашествия». Полезно также иметь такие устойчивые привычки, которые всегда «путешествуют» вместе с человеком, где бы он ни был. Важно настроить себя на возможность предвидения неизбежных перемен: это касается изменения возраста, бюджета, состава семьи — и периодически готовить себя к будущему. Амортизатором футурошока могут стать такие места, где жизнь намеренно «притормаживается», где можно освободиться от «бега времени», ощутить освобождение от бесконечной гонки. Такие экологические ниши способны содействовать восстановлению душевных сил и выполнять функции «зоны стабильности», создавая очаги постоянства и буферы, снимающие стресс и усталость.

Но существуют и другие способы снятия напряжения. Они заключаются в расширении человеческих адаптационных возможностей, изменении деятельности социальных институтов.

Это в первую очередь связано с изменением системы образования. Несмотря на все заявления о Школе Будущего, до сих пор образование ориентировано на прошлое и воспроизводит модель индустриальной эры. Строгая регламентация жизни, стандартные программы обучения, пренебрежение индивидуальностью, авторитарная роль учителя, массовое общественное образование, ориентация на потребности практики «здесь и сейчас» — все это является анахронизмом, ибо устаревает прежде, чем выпускник приступит к работе.

Необходимы не полумеры в обновлении системы образования, а ее принципиальное изменение с ориентацией на будущее. Тоффлер выделяет три цели: 1) трансформацию организационной структуры образования; 2) рационализацию учебного распорядка; 3) предвидение будущих потребностей и перемен.

Эти кардинальные цели определяют стратегию развития образования. Большие надежды Тоффлер возлагает на технические средства обучения: компьютеры, видеозаписи, голографию. Поскольку знания очень быстро устаревают, то обучение должно быть непрерывным, продолжаться всю жизнь. Лекции должны уступить место множеству обучающих методик: деловым и ролевым играм, компьютерным тестам. Образование призвано подготовить молодого человека к будущему, развить навыки самостоятельного решения реальных проблем. Для этого полезно менять и привычные организационные структуры, разделяющие студентов на группы.

Необходимо преодолеть инерцию повторяемости и неприкасаемости учебных планов и программ, которые чаще всего отражают столкновения академических гильдий, борющихся за бюджет и статус. Должно быть установлено гибкое равновесие между образовательными стандартами и авторскими вариациями в курсах. Важно иметь в виду, отмечает Тоффлер, что разнообразие форм и программ образования обеспечивает приспособление к новому. Нужно всячески поощрять вариативные курсы с живым обсуждением предлагаемых проблем. Разнообразие в образовании будет стимулировать развитие воображения, фантазии, способности личности к проектированию и созданию нового.

Однако при этом необходимо закреплять основы общих знаний и навыков, необходимых для социальной интеграции и коммуникации. Именно общие контуры образования поддерживают профессиональные и человеческие отношения, определяют стратегию перемен. Образование формирует мир ценностей молодого поколения, представления о достоинстве и чести, ответственности и дружбе. Роль образования будет неуклонно возрастать, ибо оно составляет интеллектуальный ресурс общества и личности. Образование должно научить оперировать опережающей информацией, заключает Тоффлер.

Вступление общества в новый виток развития цивилизации требует разработки стратегии социального футуризма, освобожденной от технократической близорукости и ориентированной на гуманистические принципы и ценности. Трудно предположить, что стратегия футуризма дает абсолютное знание. Она имеет вероятностный характер. Однако сама попытка предсказывать будущее неизбежно приближает и видоизменяет его.

Будущее не должно «парализовать» нас и сделать беспомощными. Нужно владеть инструментами предвидения, предупреждая действия, наносящие ущерб человеку. Для этого организуются службы социальной помощи, развивается гуманистическая ориентация в культуре и образовании, создаются новые способы регулирования технологий, разрабатывается стратегия предупреждения шока от встречи с будущим. Человечество располагает огромными возможностями, чтобы преодолеть кризис, сделать жизнь благополучной и духовно богатой. Это должно стать главным направлением культурной деятельности.

  • [1] Тоффлер А. Футурошок. С. 302.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>