Полная версия

Главная arrow Психология arrow Детская психология

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>

8.3. Стадии развития

Первая стадия (занимающая промежуток времени от рождения до конца первого года жизни) характеризуется тем, что в процессе ее благополучного прохождения у ребенка вырабатывается чувство базового доверия к миру. Если стадия будет проходить неблагополучно, то у ребенка появится чувство недоверия к окружающим.

Эрик Эриксон характеризовал стадии развития Эго, используя такие понятия, как "зона" и "модус". Зона характеризует телесную область, а модус – Эго ребенка. Для первой оральной стадии зоной выступает рот, т.е. оральная зона, которая представляет собой "центр первого и генерального модуса приближения, именно инкорпорации". Младенец буквально хочет включить, вобрать в себя окружение. Если первоначально он инкорпорирует ртом любой объект, поддающийся сосанию, и любой предмет, выделяющий жидкость, то позднее инкорпорация осуществляется с помощью органов чувств. Младенец вбирает глазами различные образы, ушами – звуки. Инкорпорирование – хотя и главный, но не единственный модус. Здесь же присутствуют и другие вспомогательные модусы: сжимание челюстей и десен – второй инкорпоративный модус (путем сжатия ребенок стремиться вобрать в себя); смыкание губ – ретентивный модус (ребенок стремится удержать нечто, как бы закрыть выход); вжимание в материнскую грудь – интрузивный модус (ребенок сам как бы стремится внедриться в материнскую грудь, напрягая мышцы шейно-головного отдела) и др. Эриксон указывал, что эти вспомогательные модусы могут быть в разной степени выражены у разных детей. Более того, в некоторых случаях они становятся практически господствующими, если модус инкопорации не обеспечивает полноценного взаимодействия с источником пищи. Вспомогательные модусы могут лежать в основе развивающихся индивидуальных особенностей детей, определяя черты их характера.

При благополучном развитии модус инкорпорации генерализуется, распространяясь на различные, в том числе тактильные ощущения. Э. Эриксон рассматривал акт хватания как инкорпорацию. Вообще модус инкорпорации выступает как обобщенный способ, с помощью которого Эго малыша устанавливает отношение с миром. В дальнейшем ребенок научается выхватывать интересующий его объект не только рукой, но и глазом. При этом ребенок может следить за перемещением объекта в пространстве, определять по звуку его местонахождение и т.п.

Благополучное прохождение стадии обеспечивается в том случае, если ребенок в этот период испытывает минимальное число отрицательных переживаний. Эти чувства в дальнейшем будут определять отношение к миру, ко всякой новой ситуации, с которой он столкнется в своей жизни.

Первая форма проявления базового чувства доверия у ребенка связана с легкостью кормления, глубиной сна и ненапряженностью внутренних органов. По мере развития увеличивается время детского бодрствования. Вместе с тем растет число получаемых ребенком впечатлений, которые должны совпадать с ощущением внутреннего благополучия. Это означает, что развитие чувства базового доверия к миру включает как бы две стороны: впечатления от внешних объектов и впечатления от внутренних состояний. Одним из главных достижений этого возраста является возможность переносить без травмирующих переживаний или гнева исчезновение матери из поля зрения. Это означает, что у малыша появляется внутренняя уверенность, что она появится вновь, но за этим стоит и некоторая предсказуемость будущих событий вообще. Можно сказать, что по Э. Эриксону у ребенка существует ряд внутренних переживаний, которым вовне соответствует определенный набор людей и вещей. У младенца формируется представление о том, что внешний источник ухода остается самотождественным, т.е. даже тогда, когда он уходит, он как бы находится рядом. Кроме того, это означает, что малыш может доверять самому себе, поскольку он становится уверенным, что может справиться с собственными побуждениями, удовлетворить их. По мнению Эриксона, младенец постоянно опробует отношения между внутренними свойствами, т.е. своими собственными побуждениями, и внешними свойствами – возможностями удовлетворения потребностей. Особая роль отводится акту кусания в момент кормления: появление зубов и боль десен приводит к кусанию ребенком материнской груди. Смысл кусания заключается в том, что таким образом он избавляется от боли. Если же младенец не может совершить акт кусания, то одним из последствий может стать образование мазохистских тенденций, поскольку ребенок привыкает к мучительному успокоению через преодоление боли.

Отсутствие базового доверия может вести к шизофрении в силу того, что потеря доверия вызывает разрыв связи между внешним окружением и внутренним миром ребенка. Поэтому терапия подобных состояний основана в первую очередь на восстановлении доверия, т.е. на восстановлении связи между побуждениями и возможностью их удовлетворения.

Эрик Эриксон отмечал, что такие формы поведения, как демонстративность и отказ от контактов, вызваны попыткой добиться социальной взаимности: человек стремится проверить связь между своим внутренним миром и внешним миром, между социальными значениями и личностными смыслами.

Ранний процесс дифференциации внешнего и внутреннего ведет к образованию защитных механизмов интроекции и проекции. Интроекция – это механизм, при котором мы чувствуем, что какое-то внешнее благо становится нашим внутренним достоянием, порождающим уверенность в собственных действиях. При проекции, наоборот, мы наделяем других значимых людей собственными недостатками. Согласно Э. Эриксону эти механизмы действуют у младенцев в тех случаях, когда им хочется выразить свое страдание и пережить удовольствие. Аналогичные тенденции проявляются у взрослых в периоды острых кризисов, особенно кризисов любви, доверия и веры, когда, выстраивая отношения к соперникам и врагам, они наделяют их различными свойствами.

Главным человеком в жизни младенца обычно является мать, поэтому выработка базового доверия зависит именно от нее. Базовое недоверие возникает в том случае, если процесс еды и упражнения механизма сосания будут часто прерываться. Также базовое недоверие может быть вызвано повторяющимися со стороны взрослых ограничениями положительных эмоциональных переживаний ребенка (например, когда мать отвергает ребенка, выражает свое недовольство во время ухода за малышом). Разрешение конфликта между базовым доверием и недоверием зависит не столько от того, как часто мать будет взаимодействовать с ребенком, сколько от качественных особенностей этого общения. Иными словами, мать не просто должна чутко исполнять свои родительские обязанности, а сочетать их с представлением о том, как она хочет, чтобы он выглядел в глазах других людей. Если позиция матери направлена на интегрирование ребенка в социум, то за счет идентификации со значимыми (для матери) социальными группами и социальным контекстом в целом малыш сможет перенести практически любые фрустрации. Поэтому родители обязаны не только управлять поведением детей, но и передавать им убежденность в важности того, что совершают взрослые. Причины возникновения недоверия ребенка к миру определяются не столько фрустрациями, возникающими в процессе воспитания, сколько потерей значения этих фрустраций для успешного социального развития. Поскольку, как отмечалось ранее, процесс развития осуществляется на трех уровнях, важно, чтобы взрослые верили в будущее ребенка, в то, что они делают все правильно. Такая вера формирует у малыша надежду.

Однако даже если у ребенка формируется чувство базового доверия к миру, эта стадия развития, тем не менее, характеризуется ощущением тоски по утраченному "раю". Подобным чувствам лишенности, оторванности на всем протяжении жизни как раз и противостоит чувство базового доверия, на основе которого строится вера в религию, науку, деятельность, которой занимается человек, и т.д.

Эрик Эриксон подчеркивал, что хотя ущерб, который может принести неблагополучное взаимодействие ребенка с близким взрослым на первом году жизни, впоследствии может быть скорректирован, полностью он устранен не будет. Поэтому элемент недоверия навсегда останется с ребенком, даже когда он станет взрослым человеком, что в итоге будет тормозить его активность.

На второй стадии (продолжающейся от одного года до трех лет) при благополучном проживании у ребенка возникает ощущение собственной силы. Оно основано на том, что созревающая мышечная система дает возможность выбрасывать и удерживать различные объекты, что особенно касается актов мочеиспускания и дефекации. При этом особую важность приобретает анальная зона, а главными модусами Эго становятся задерживание и выделение, а также удерживание (т.е. заключение) и отпускание (предоставление свободы). В процессе опорожнения кишечника и мочевого пузыря у ребенка возникает не только хорошее самочувствие, но и ощущение контроля над собственной системой выделения, что становится основой развития чувства автономии (способности действовать самостоятельно). Если взять социальный аспект данных тенденций (удерживания и отпускания), то любая из них может иметь две крайности – доброжелательную или враждебную. Удерживание может стать жестоким заключением, ограничением или принять характер заботы со стремлением сохранить объект.

Отпускание может превратиться в проявление разрушительных, враждебных сил или в освобождение (например, когда на свободу отпускаются птицы или другие животные). Ребенку, которому удалось сформировать чувство базового доверия, необходимо преодолеть другую опасность, связанную с проблемой выбора между тем, чтобы отпустить и удержать. Опыт подобного выбора должен быть автономным. Если же ребенка лишить такого выбора, то он может обратить активность на себя: развить раньше времени требовательную совесть – вместо масштабного видения у него разовьется мелочный контроль. "Во взрослой жизни человек будет держаться скорее за букву закона, чем за его дух".

В этот период перед ребенком встает серьезная проблема: дети пытаются делать многое самостоятельно, однако их действия далеко не всегда встречают одобрение со стороны взрослых. Поэтому от взрослых (в первую очередь от родителей) требуются гибкость и терпение, чтобы, с одной стороны, позволять детям проявлять свою активность, а с другой – оградить их от нежелательных последствий. Если внешний контроль со стороны взрослых слишком груб или начинается слишком рано, когда ребенок еще не готов к этому, то вместо автономии у ребенка начинает развиваться чувство стыда и сомнения. Стыд – это не столько неготовность к ситуации, сколько гнев, обращенный на себя. "Тот, кому стыдно, хотел бы заставить мир не смотреть на него, не замечать его наготы. Ему хотелось бы уничтожить “глаза мира”. Вместо этого он вынужден желать собственной невидимости". Характерными формами поведения детей в этом случае являются сосание большого пальца, хныканье, требование внимания, а также враждебность и упрямство. Наиболее распространенным способом добиться от ребенка послушания является пристыживание, однако вызывающее у ребенка обратную реакцию, а именно скрытую решимость попытаться выйти из положения. По мнению Э. Эриксона, у детей существует предел выносливости в отношении предъявляемых со стороны взрослых требований считать себя, свое тело и свои желания дурными. Если этот предел превысить – ребенок будет мечтать о том, чтобы просто уйти от взрослых.

Сомнение, по Э. Эриксону, связано с особым чувством того, что человек оставил нечто позади себя (то, что существует где-то сзади, но он этого не видит). Следует иметь в виду и то обстоятельство, что зад (как область ягодиц) – это особое место в том смысле, что оно скрыто от ребенка, но доступно взору окружающих. Более того, они вторгаются в эту область при уходе за ребенком. Именно с этой областью связаны важные детские переживания. Они возникают по поводу продуктов выделения кишечника и обусловлены в первую очередь отношением взрослых: в одной ситуации эти продукты могут оцениваться положительно, а в другой – резко отрицательно, в то время как для ребенка ситуация всегда одна (ситуация дефекации). Подобная противоречивость во взрослом возрасте может привести к неуверенности, паранойяльным страхам преследования, угрожающим именно "сзади". Э. Эриксон соглашался с 3. Фрейдом, что родители часто стыдят детей в процессе приучения к горшку и всячески ограничивают детские наслаждения, связанные с анальной зоной. Однако столкновения детей и родителей в этом возрасте происходят в разных областях. Дети могут настаивать, чтобы самостоятельно есть или одеваться. При этом процесс еды может быть весьма неопрятным, сопровождаться разбрасыванием нищи, а одевание быть долгим и неуспешным. Отстаивая свою автономию, дети этого возраста на предложения взрослых часто отвечают отказом: "Нет!" В этом отношении исход данной стадии зависит от соотношения любви и ненависти, сотрудничества и своеволия, свободы самовыражения и ее подавления. Чувство самоконтроля как свобода распоряжаться собой без утраты самоуважения дает начало чувству доброжелательности, готовности к активному действию и гордости за свои достижения. Утрата же свободы распоряжаться собой и ощущение внешнего сверхконтроля порождает склонность к сомнению и стыду.

В случае положительного исхода этой стадии у ребенка вырабатывается такое свойство Эго (волевое начало), которое позволяет малышу, с одной стороны, сдерживать свои побуждения, а с другой – проявлять инициативу и добиваться результата.

Во взрослой жизни чувство автономии служит основой для сохранения в экономической и политической сферах справедливости и правопорядка. Э. Эриксон говорил о том, что дети, неблагополучно прожившие вторую стадию, могут стать чрезмерно навязчивыми взрослыми, скупыми и мелочными в эмоциональных отношениях, в отношении ко времени, деньгам и к готовности делать что-либо.

Третья стадия (охватывающая период до шестилетнего возраста) связана с развитием детской инициативы. В этот период интерес к анальной зоне заменяется интересом к гениталиям. "На этой стадии ориентация мальчика является фаллической... теперь развивается направленный интерес к гениталиям обоих полов, вместе со смутным, ненаправленным побуждением к совершению полового акта". Главными модусами становятся интрузия (внедрение) и инклюзия (включение в себя). Э. Эриксон говорил: "Интрузивный модус, господствующий в большей части поведения на этой стадии, служит характерным признаком целого ряда ... активностей и фантазий. Все они включают интрузию (вторжение) в другие тела посредством физической атаки: вторжение в уши и умы других людей с помощью агрессивного, напористого говорения, вторжение в пространство посредством энергичной локомоции; вторжение в неизвестное благодаря неуемному любопытству". Интрузия и есть основа инициативы. Ситуация с девочками несколько сложнее, так как у них нет пениса – символа интрузии. Хотя интрузивное поведение у девочек тоже развивается, оно сопровождается инклюзией. При неудачном стечении обстоятельств девочки склонны развивать требующую, цепкую позицию либо прилипчивую и чрезмерно зависимую детскость.

Наличие интрузивных и инклюзивных модусов Э. Эриксон показал в ходе эксперимента по изучению свободной игры в кубики. Детям (мальчикам и девочкам) предлагалось построить из кубиков какую-либо интересную сценку для кинофильма. Эксперимент показал, что в конфигурациях, представленных мальчиками преобладали высокие строения. "Простые огороженные места, с низкими стенами и безо всяких украшений были самыми многочисленными среди построенных девочками конфигураций. Однако такие примитивно огороженные места часто имели искусно сделанные входы-выходы, и это единственный элемент, который девочки заботливо строят и богато украшают". Как следует из приведенного описания, за постройками мальчиков стоит модус интрузии (проникновения как можно выше), а в конструкциях девочек просматривается модус инклюзии – готовность включить кого-либо в постройку.

В это время у детей развиваются двигательные навыки, навыки обращения с различными предметами. Инициатива позволяет реализовать избыток энергии и решать задачу, действуя с разных сторон. Детская инициатива обычно выходит далеко за рамки как физических, так и интеллектуальных возможностей ребенка, поэтому она требует определенного управления. В связи с этим Э. Эриксон обратил внимание на то, что создаются предпосылки для расщепления мотивации ребенка на мотивацию, обеспечивающую реализацию инициативы, и на мотивацию, связанную с управлением этой инициативой. Первый тип мотивации характерен для спонтанного, инициативного детского поведения, а второй тип присущ контролирующему родительскому поведению, который составляет основу развития морального сознания человека, его Супсрэго.

Поскольку моральное сознание возникает через необходимость контроля детской инициативы, оно на протяжении всей дальнейшей жизни человека остается частично детским. По Э. Эриксону, этот факт оказывается чрезвычайно важным в силу того, что детский компонент морального сознания может оказывать влияние на поведение взрослого (например, оказавшись в сложной ситуации, вместо управления собственной инициативой, в чем состоит задача взрослого, он просто подавляет ее, т.е. обращается к детским способам поведения).

В ходе этой стадии ребенок может сталкиваться с объектами, которые вызывают у него страх, но при благоприятном взаимодействии со взрослыми ребенок преодолевает этот страх и остается инициативным. В качестве примера можно привести ситуацию, когда ребенок впервые встречается с каким-то животным. Здесь можно наблюдать две стратегии поведения ребенка. Первая будет характеризоваться активным взаимодействием с объектом. Так, если показать ребенку черепашку, то он начнет брать ее в руки, переворачивать, наблюдать, как она прячет голову, шевелит лапками, опускать на пол и следить за тем, как она движется, кормить ее и т.д. В этой же ситуации ребенок может демонстрировать вторую стратегию – стратегию избегания. Поведение ребенка будет характеризоваться высокой эмоциональной напряженностью: если черепашка станет ползти в его сторону, то он будет переживать и прятаться за взрослого, отворачиваться от нее. С помощью взрослого ребенок сможет в конце концов перестать бояться животного и преодолеть свою скованность, что потребует, правда, значительного времени и будет сопряжено с затратами усилий как со стороны взрослого, так и со стороны ребенка.

В этот период дети переживают сложные отношения с родителями, которые характеризуются Эдиповым конфликтом. Они связаны со стремлением детей обладать родителем противоположного пола и соперничать с другим. Однако когда ребенок понимает, что существуют жесткие социальные запреты, он их интернализирует. Родители и педагоги должны помочь дошкольникам смягчить переживаемое ими чувство ненависти и вины, и обеспечить благополучный переход к новой ситуации, связанной с обучением в школе. Если эта стадия будет проживаться ребенком неблагоприятно, он выйдет из нее с чувством вины, которое не позволит ему в дальнейшем уверенно продвигаться по жизни.

На следующем этапе (который начинается после шести лет и продолжается до конца начальной школы) у ребенка развивается чувство достижения (или стремление получить социальной значимый результат). По мнению Э. Эриксона, дети в этом возрасте хотят заслужить признание окружающих их взрослых и сверстников через создание чего-либо значимого. При этом для ребенка важно, что нечто значимое было получено в результате упорной, настойчивой деятельности. Если взрослый ставит перед детьми решаемые, социально значимые и привлекательные задачи и создает условия, необходимые для их решения, то дети, скорее всего, пройдут этот период благополучно. Если же ребенок оказался неподготовленным к школе, не разрешил конфликтов на предыдущих стадиях развития, то этот период может сформировать у него чувство неполноценности. Чувство неполноценности может возникнуть и в том случае, если ребенок выполняет какое-либо дело хорошо, а результат его усилий оказывается незамеченным или неоцененным соответствующим образом ни учителями, ни сверстниками.

 
<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>