Полная версия

Главная arrow Литература arrow ВВЕДЕНИЕ В ЯЗЫКОЗНАНИЕ

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

ЯЗЫК И МЫШЛЕНИЕ

Проблема языка и мышления — одна из самых сложных и дискуссионных в теории языкознания. В разные периоды истории науки о языке она решалась по-разному: представители логического направления, например, отождествляли эти понятия (логическим категориям как вневременным и всеобщим должны соответствовать, по их мнению, и универсальные языковые категории); сторонники психологического направления пытались решить этот вопрос в иерархической плоскости, обосновывая примат то мышления по отношению к языку, то языка по отношению к мышлению; представители американской этнолингвистики полагали, что структура языка определяет структуру мышления и способ познания внешнего мира.

Несмотря на разное решение этой проблемы, все исследователи сходятся в том, что связь между языком и мышлением существует, расхождения начинаются тогда, когда встает вопрос о природе и качестве этой связи. Одни ученые полагают, что механизм мышления не связан с вербальным кодом и осуществляется независимо от языка на универсальном предметном коде (коде смысла), другие считают, что механизм мышления тесно связан с языком, и без языка мышления быть не может, наконец, третьи полагают, что мышление может быть как вербальным, так и невербальным (чувственно-образным).

Подлинно научное решение вопроса о соотношении языка и мышления дает материалистическая теория отражения, рассматривающая язык и мышление в диалектическом единстве. «Мышление — это высшая форма активного отражения объективной реальности, состоящая в целенаправленном, опосредствованном и обобщенном познании существенных связей и отношений предметов и явлений. Оно осуществляется в различных формах и структурах (понятиях, категориях, теориях), в которых закреплен и обобщен познавательный и социально-исторический опыт человечества»[1].

Орудием мышления является язык, а также другие знаковые системы (абстрактные, как, например, математические или химические, где используется язык формул, или конкретно-образные в искусстве). Язык как знаковая система является материальной опорой мышления, он материализует мысли и обеспечивает обмен информацией. «Вне языка, — говорил

Э. Бенвенист, — есть только неясные побуждения, волевые импульсы, выливающиеся в жесты и мимику... Мысль расплывается, превращаясь в нечто неясное и неопределенное»[2]. Если мышление отражает действительность, то язык ее выражает. Мышление идеально, а язык — материален (все его единицы облечены в звуки). Мысль же не имеет свойств материи (массы, протяженности, плотности и т.д.). Связь языка с мышлением позволяет осуществлять ему коммуникативную и когнитивную функции: язык не только передает суждения или сообщения о предметах и явлениях внешнего мира, но и определенным образом организует наши знания об этом мире, расчленяя и закрепляя их в сознании. «Язык является своеобразной призмой, через которую человек “видит” действительность... проецируя на нее при помощи языка опыт общественной практики»[3]. Таким образом, язык, с одной стороны, является средством выражения мысли, а с другой — орудием ее формирования, и в этом смысле он представляет собой некий результат мышления.

Последние работы в области психологии и психолингвистики доказали, однако, что мышление может осуществляться не только с помощью языка, но и без слов, с помощью лишь наглядно-чувственных образов: «Для меня не подлежит сомнению, что наше мышление протекает в основном, минуя символы (слова), и к тому же бессознательно», — писал А. Эйнштейн. О существовании внеязыковых форм мышления свидетельствуют следующие факты:

  • - практика воспитания и обучения глухонемых (и слепоглухонемых) детей, которые ведут себя в обществе вполне адекватно, поэтому нет никаких оснований отрицать их способность к мышлению;
  • — клинические наблюдения над больными, имеющими поражение участков головного мозга, отвечающих за речь, ее понимание и производство; будучи лишенными языка, они сохраняют сознание, способность решать разного рода тесты, задачи, т.е. мыслить;
  • — обучение здоровых детей «доязыкового» возраста;
  • — наличие наглядно-образного мышления у математиков, шахматистов, художников, скульпторов, композиторов;
  • — мышление животных, позволяющее им правильно ориентироваться в пространстве.

Современная психология предполагает наличие у человека двух языков мысли — вербального и невербального, образного. Невербальный язык — это язык интеллекта, он образует базу мышления. Это так называемый универсально-предметный код, состоящий из набора образов, логических схем, двигательно-осязательных, обонятельных отпечатков реальности в сознании человека. Именно на этом мыслительном языке происходит формирование внутренней речи, которая затем оформляется с помощью вербального языка. При этом «мысль всегда представляет собой нечто целое, значительно большее по протяжению и объему, чем отдельное слово... Процесс перехода от мысли к речи представляет собой чрезвычайно сложный процесс расчленения мысли и воссоздания в словах»[4]. Сложность этого процесса, сопряженного с поисками нужного слова, подтверждается и собственно языковыми данными (ср. выражения: «Как бы это сказать...», «Я не совсем точно выразился...», «Я не это имел в виду...» и т.д.).

Все это разные формы мышления. Однако наличие этих невербальных форм мышления не опровергает, как представляется, языковую концепцию мышления, так как предметно-чувственные образы мышления выполняют, по сути, ту же функцию, что и язык: «Мыслить — это, значит, говорить с самим собой», — считал Э. Кант.

В ходе исторического развития языка и мышления характер их взаимодействия не оставался неизменным: развитие письменности, например, усиливало воздействие языка на мышление, увеличивались и сами возможности языка как средства оформления мысли. Однако и развитие мышления оказывало воздействие на язык, расширяя значения слов, способствуя увеличению лексического и фразеологического состава языка.

Мышление тесно связано с познанием. Согласно теории отражения, первой ступенью познания является чувственное восприятие действительности. Внешний мир, воздействуя на органы чувств, вызывает в человеке определенные ощущения. Эти ощущения от предметов и явлений внешнего мира и являются материалом для мышления: у человека возникает представление о предмете и на его основе образуется понятие. На второй ступени познания в процессе отвлечения от чувственного восприятия конкретного предмета, когда во внимание принимаются наиболее существенные и общие его свойства, понятие облекается в форму, а именно в слово, поэтому «всякое слово уже обобщает»[5]. Таким образом, отталкиваясь от чувственного опыта, мышление преобразует его, дает возможность получать знания о таких явлениях действительности, которые недоступны непосредственному наблюдению, позволяя проникнуть в тайны природы.

На разных этапах развития человечества уровень его знаний о мире был разным, поэтому даже в развитых языках можно найти немало слов, которые иллюстрируют «примитивное» мышление народа (ср., например, этнокультурную мотивировку названий человека в индоевропейских языках названием земли: большинство их соотнесено с индоевропейским корнем *ghem-/*ghom-> ср. лат. homo ‘человек’, которое восходит к *ghem > humus ‘земля’), т.е. является выражением древних мифологических представлений «земля (люди) — небо (боги)»; или же выражение «Солнце село», отражающее первоначальное представление о том, что солнце вращается вокруг земли).

Теория отражения согласуется с учением И. П. Павлова о двух сигнальных системах. В соответствии с этой теорией, человек в своем познании мира использует две сигнальные системы. Первая сигнальная система дает сознанию только ощущения, она включается на первой ступени познания. Предметы и явления внешнего мира оказывают воздействие на наши органы чувств, вызывая у нас определенные ощущения (зрительные, слуховые, вкусовые и др.). Этой сигнальной системой обладают и животные. Вторая сигнальная система включается на второй ступени познания, она и становится базой формирования понятий, суждений, умозаключений, когда восприятие внешнего мира происходит через воздействие слов. Этой системой животные не обладают.

Новейшие исследования в области биологии свидетельствуют о том, что язык и мышление человека отличаются от «предъязыка» животных как раз тем, что мышление человека способно отвлекаться от контекста, тогда как «предъязык» животных всегда ситуативен. Изучавшая много лет «предъ- язык» обезьян Я. Тих выяснила, что он у них целиком ситуативен и зависит от данного, и только данного контекста, тогда как мышление человека способно к абстракции и широким обобщениям[6].

Таким образом, «на основе впечатлений от действительности, на основе этих первых сигналов ее, — писал И. П. Павлов, — у человека развились вторые сигналы в виде слов; слово составило вторую, специально нашу сигнальную систему действительности... именно слово сделало нас людьми»[7]. Поэтому именно вторая сигнальная система лежит в основе языкового общения.

Вторая сигнальная система развилась в процессе труда человека, поэтому ею обладает только человек как существо разумное, нуждающееся в средстве общения, т.е. в языке. «При помощи второй сигнальной системы, лежащей в основе механизма мышления, речи и всей сознательной трудовой деятельности, человек обрел способность “удаляться от действительности”, осознанно фиксировать результаты познавательной и речемыслительной деятельности в содержании номинативных единиц»[8]. Именно вторая сигнальная система обеспечивает переход от живого созерцания к абстрактному мышлению и от него к практике, т.е. к формированию понятий, суждений, умозаключений, получающих свое выражение в слове. Слово позволяет обозначить не один только данный конкретный предмет, а целый ряд однородных предметов, т.е. оно объединяет предметы на основе общего признака или функции в классы, разряды, группы, что способствует формированию у человека понятий о вещах и явлениях внешнего мира.

  • [1] Философский энциклопедический словарь. М., 1983. С. 391.
  • [2] Бенвенист Э. Общая лингвистика. М., 1974. С. 129.
  • [3] Леонтьев А. Л. Проблема глоттогеиеза в современной пауке // Энгельс и языкознание.М., 1972. С. 153.
  • [4] Выготский Л. С. Собр. соч.: в 6 т. Т. 2. М., 1982. С. 356.
  • [5] Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 29. 5-е изд. С. 246.
  • [6] Тих Я. Предыстория общества. Л., 1970. С. 266.
  • [7] Павлов Я. Я. Соч. ТЛИ. С. 568.
  • [8] Уфимцева Л. Л. Лексическое значение: принципы семасиологического описания лексики. М., 2002. С. 71.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>