Философия экзистенциализма

Начиная с эпохи Возрождения, в западной философии усиливается внимание к человеку. Однако в течение Нового времени антропологическая проблематика не доминировала. Новый поворот к человеку происходит в начале XX в. Укрепляется мнение, что все основные проблемы философии можно свести к вопросам, что есть человек и каково его место в жизни

(немецкий религиозный философ Макс Шелер). Подобную мысль концентрированно выразил также известный французский персоналист Эммануэль Мунье: существование человека — это первая проблема философии. Антропологическую переориентацию философии поддержали несколько влиятельных западных течений: неотомизм, персонализм, философская антропология и наиболее яркое и многочисленное — экзистенциализм.

Философское течение, именуемое экзистенциализмом, объединило философов порой совершенно различных убеждений и интересов. Что же у них было общего? Общей была мировоззренческая позиция, согласно которой не сущность (лат. essentia), а существование (лат. exsistentia) должно быть основным предметом философских размышлений. Иными словами, на первый план выдвигаются не абстрактные всеобщие сущности, а реальная жизнь единичного человека с ее волнениями, тревогами и проблемами.

У истоков этих идей стояли: датчанин Сёрен Кьеркегор, русские религиозные философы Николай Бердяев (1874—1948) и Лев Шестов (1866— 1938), а также испанский писатель и философ Мигель де Унамуно (1864— 1936). Начиная с 20-х гг. XX в. экзистенциализм активно развивается и достигает своего пика в период 30—60-х гг. XX в. Видные представители философии экзистенциализма: Карл Ясперс, Мартин Хайдеггер — в Германии; Жан-Поль Сартр, Альбер Камю, Габриель Марсель — во Франции; Хосе Ортега-и-Гассет — в Испании.

Как правило, в экзистенциализме выделяют два основных направления развития: религиозное (Бердяев, Шестов, Ясперс, Бубер, Марсель) и атеистическое (Сартр, Камю, Мерло-Понти, Хайдеггер).

Какие же объективные социальные причины способствовали интенсивному развитию экзистенциализма? Две мировые войны, возникновение тоталитарных режимов, кризис романтического оптимизма и гуманизма Нового времени, многочисленные социально-экономические противоречия и, как следствие, — нарастание революционного движения, отчуждение философии и науки от индивида и его жизненных проблем.

Попробуем сформулировать несколько наиболее общих и концептуальных идей экзистенциалистов. Подлинная реальность, заслуживающая внимания философии, есть существование человеческой личности. Человек сначала существует — живет, чувствует, страдает, мыслит, действует — и лишь после этого обретает свою сущность. Причем сущность, как и цель жизни, полагали экзистенциалисты, человек выбирает сам.

Человек не может и не должен стремиться к каким-либо всеобщим и великим целям, снимая с себя ответственность за свои поступки. Никакая великая цель не может оправдать безнравственные средства. Философы атеистического направления экзистенциализма полагали, что жизнь человека в конечном счете абсурдна и бессмысленна, бытия в ином мире и высшего справедливого воздаяния не существует. Нет и объективной истины. В человеческом мире всякая истина — это результат личных переживаний, предпочтений и выбора каждого индивида. Тем не менее, несмотря на бессмысленность бытия и отсутствие объективной истины, человек способен к преобразованию мира.

Таким образом, мировоззрение экзистенциалистов пронизано глубоким индивидуализмом, субъективизмом и пессимизмом. Однако оно нс лишено и ряда весьма ценных элементов. Важнейшие из них: пристальное внимание к человеческой личности, призыв не подчиняться толпе, делать свободный выбор и нести за него ответственность. Присмотримся поближе к некоторым идеям экзистенциалистов.

Главная цель философского разума, по мнению профессора Гейдельбергского университета Карла Ясперса (1883—1969), — помочь человеку понять себя и свое место в мире, осознать ценность любви и свободы. Достигается это с помощью философской веры, которая основана не на религиозном откровении, а на собственном размышлении. Наука (рассудок) на это не способна. Во-первых, она познает лишь отдельные вещи, а не бытие как таковое. Во-вторых, она лишена ценностной ориентации и исключает из круга своего зрения многие важные проблемы. Следовательно, наука не может направлять жизнь человека.

Как же познать жизнь или прояснить экзистенцию? Либо через философию, выявляющую истинное бытие человека, либо через саму жизнь. Второй путь — это познание на грани жизни и смерти, т.е. тогда, когда человек находится в глубоком кризисе (болезнь, война, бедствия). Здесь человеку открывается его подлинная сущность и ее экзистенция.

Каким же увиделась Ясперсу экзистенция современного мира? Бог забыт, природный мир принесен в жертву технике и науке, но научная рациональность терпит кризис. Человек теряет свое «Я» и стремится «быть как все». Толпа как иррациональная неуправляемая сила, желающая наживы, наслаждений и иллюзорного равенства, подавляет личность и ее свободу. Что же делать человеку? Бороться за свободу и свои права, но избегать насилия. Слушать гениев, а не толпу и вместе с тем стремиться услышать и понять другого человека (т.е. повышать коммуникацию).

Весьма показательна для экзистенциализма оригинальная онтология немецкого философа Мартина Хайдеггера (1889—1979). Мысль его движется не от всеобщего бытия (нем. Sein) к частному бытию человека (нем. Dasein) — здесь-бытию, а наоборот. Поэтому понятие Dasein выступает основой его экзистенциальной онтологии. В чем же состоит преимущество человеческого здесь-бытия? Только оно может «вопрошать» о бытии вообще и о самом себе. «Забвение бытия», в том числе и вопроса о смысле бытия, есть тяжелая болезнь классической философии и всего человечества.

От «вопрошания бытия» логика Хайдеггера следует к понятиям бытие- в-мире (нем. in-der-Welt-sein) и бытие-с-другтш (нем. Mit-sein). Ведь человек не существует изолированно от мира и других людей, а это накладывает на него обязанность не только вопрошать, но и заботиться о мире и другом человеке. Тем более, когда над ним нависла опасность.

Чувство опасности и даже страха бытия оказались очень созвучными душевному состоянию философа, который в 30—40-е гг. XX в. сотрудничал с немецкими нацистами (Хайдеггер согласился стать ректором Фрей- бургского университета). Более того, Хайдеггер делает достаточно спорный вывод, что существование в страхе есть сама сущность человека. Только он один (человек) осознает конечность своего бытия и видит, что оно есть не что иное, как «бытие к смерти». Пытаясь спастись от своей сущности, человек хочет забыться в суете общественной жизни. Но это ему мало помогает. Остается лишь одно — набраться мужества взглянуть в лицо «бытию к смерти», т.е. своему Ничто.

К концу жизни Хайдеггер отказывается от рационального познания бытия и обращается к восточной философии (дзен-буддизм и др.), мистический язык которой, по его мнению, более подходит для выражения «невыразимых» вопросов. Возможно, именно в ней он и нашел опору в борьбе со страхом «бытия к смерти».

Важные проблемы человеческой жизни поднимают французские экзистенциалисты — философствующие писатели Жан-Поль Сартр (1905— 1980) и Альбер Камю (1913—1960). К таким проблемам причисляют смысл жизни, отношение к смерти, выбор, сущность и существование человека.

Сартр пишет, что у вещей сущность предшествует существованию. Например, нож делают, исходя из определенных представлений, для чего и каким он должен быть. У человека все иначе: существование предшествует сущности. Человек сначала рождается, живет, а уже после, в процессе существования, обретает свою сущность. Что ценного в этих абстрактных рассуждениях? Прежде всего, идея, что никто (ни Бог и ни случай) не предписывает человеку его сущность и нравственный облик. Человек делает себя сам. Он выбирает и несет ответственность за свой выбор. Поэтому свобода человека неистребима.

Вполне закономерно, что активная жизненная позиция побудила французов Сартра и Камю (участников движения Сопротивления) к противодействию фашизму. В этом они с немцем Хайдеггером оказались но разные стороны мировоззренческой баррикады. Известный роман «Чума» Камю заканчивает философским предупреждением: «Микроб чумы никогда не умирает», намекая тем самым на микробы фашизма и других заразных идеологических болезней человечества. Возрождение национализма и неофашизма на Украине в начале XXI века свидетельствует о тонкой интуиции этого философа и неутраченной актуальности идей его аллегорического романа.

Большое внимание Альбер Камю уделяет проблеме самоубийства. «Стоит ли жизнь труда быть прожитой?» — вопрошает он в «Мифе о Сизифе». К таким мыслям, по его мнению, подталкивает бесчеловечность природного и общественного мира, абсурдность самой жизни. Камю не верит в бога, не верит в высшие миры и бессмертие человеческого духа. Тем не менее жизнь должна быть прожитой.

Ее оправдание и смысл Камю находит в свободе, мерилом которой, да и других ценностей бытия, является сам человек. Насколько убедительно такое обоснование, каждый может поразмышлять самостоятельно. Очевидно, что весьма непросто примирить тезис об абсурдности жизни с призывом все же достойно прожить ее.

Вообще, Сартр и Камю, как и другие экзистенциалисты, придавали большое значение пограничным ситуациям человеческой жизни: стрессу, болезни, войне, голоду и т.д. Именно в таких ситуациях человек волейневолей начинает задумываться о смысле жизни и обретает свою подлинную экзистенцию, т.е. познает самого себя и саму жизнь.

Актуальную для XX в. проблему поднимает испанский философ и общественный деятель Хосе Ортега-и-Гассет (1883—1955). В известной работе «Восстание масс» (1930) он говорит об опасности разрушения культуры безликой, но агрессивной массой. Противостояние духовной элиты и бессознательной социальной массы — это тревожный феномен XX в. Опасения философа оказались вовсе не напрасными. Примерно с середины столетия порожденная нсевдоценностями толпы массовая культура, как опухоль, стала пожирать здоровые духовные начала личности и общества.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >