Оценка Корана со стороны формы. — Рифмованная проза. — Влияние формы на содержание.

нешняя форма Корана, пожалуй, оригинальна1; но Г оригинальность не всегда и не во всех отношениях

есть заслуга. Литературным стилем у старинных арабов были или стихи, или рифмованная проза[1] [2] [3]. В искусстве слагать стихи, которым в то время владел почти всякий, Мохаммед не знал толку[4]; он потому и не говорил стихами и даже питал к поэзии нескрываемое отвращение. Вкус у него был очень странный: величайшим арабским поэтам, которые еще были живы или недавно лишь умерли, он предпочитал совсем посредственных, но умевших облекать благочестивые мысли в витиеватые стихи. Вообще он был врагом поэзии, да и не мог не быть, потому что поэзия была истинным проявлением старинного жизнерадостного язычества1. Итак, Мохаммед волей- неволей вынужден был употреблять для своих откровений рифмованную прозу, заключавшуюся в том, что желаемая мысль выражается короткими фразами, из которых две или несколько рифмуются одна с другой[5] [6]. В старейших сурах Мохаммед довольно верно соблюдал надлежащие правила, так что те суры имеют много аналогии с изречениями староарабских вещунов[7] ; впоследствии, однако, он все более и более нарушал правила, делал фразы более длинными, чем полагалось, и позволял себе ради рифмы всякие вольности, в которых не только нет красот, но, напротив, есть полнейшие ошибки; попадись они в другой какой-нибудь книге, а не в божественном слове, были бы жестоко раскритикованы'1. Во-

4

обще Мохаммед не был мастером слова, чем отчасти и объясняются многочисленные повторения одною и того же, встречающиеся в Коране. Мохаммед сочинял с трудом; он редко находил сразу же настоящее слово для передачи своей мысли; вот он и делал попытки на все лады, и оттого в Коране подряд повторяются одни и те же мысли, различаясь каждый раз только по своим выражениям1. Из многих примеров видно, что Пророк находил желательную форму только после нескольких повторений[8] [9].

  • [1] ным последователям, побуждая их стоять твердо за ислам и идти в бой илиутешая в испытанных несчастиях: известная живость встречается и в обращениях, направленных против «притворяющихся» и «сомневающихся», атакже против иудеев; совсем сухи суры чисто законодательные, указывающие чин совершения обрядов или заключающие в себе гражданские и уголовные постановления.
  • [2] Дози, конечно, хочет сказать: «оригинальна сравнительно с формамиевропейской поэзии».
  • [3] Так называемый «саджЧ или «тасджй». Из этих двух форм поэзиисадж‘ древнее, чем стихи (он известен и у абиссинцев, даже в их старо-амхарских народных песнях, которые возникли без всякого чужого влияния). Размеры же стихотворные (и именно — стариннейший из них: ямбический, раджаз, который иными арабскими теоретиками не принимается даже за стихотворный) возникли уже из рифмованной прозы черезее расчленение, и следом такого возникновения остался обычай оканчивать все стихи какого-нибудь стихотворения на одну и ту же рифму. См.И. Голъдциэр, Abhandlungen zur arabischen Philologie. I. Ueber die Vor-geschichte der Hidja-Poesie, Лейден, 1876, особенно с. 76; M Hartmann,Metrum und Rythmus. Der Ursprung der arabischen Metra, Гиссен,1896.
  • [4] Про него сохранился анекдот, что, пожелавши однажды процитировать стих, он переставил в нем слова так неискусно, что стихотворный размер оказался потерянным. А ведь у старинных арабов, повторяем, чуть лине каждый умел слагать стихи.
  • [5] Ср. суру XXVI («Поэты»), 221 — 228.
  • [6] 1 Словом, это та форма, какой составлены великорусские прибауткираёшников или — в случае большей близости к стихам — малорусскиедумы кобзарей. Хаммер, Рюккерт и Кламрот переводили Коран на немецкий язык, сохраняя и в переводе эту же рифмованную форму.
  • [7] Правда, мы не имеем достоверных, подлинных отрывков речи староарабских предсказателей, но судить о ее стиле можем по более позднимподражаниям ей. Впрочем, Д Г. Мюллеру кажется (едва ли с основанием),что Мохаммед ввел в рифмованную прозу новшество: деление на строфы,которое он мог узнать от своих еврейских и христианских учителей, но которое, однако, старался скрывать от своих учеников, и затушевывал его,чтобы форма его откровений сохраняла для учеников прелесть полной оригинальности. Die Propheten in ihrer urspriinglichen Form: die Grundgesetzeder ursemitischen Poesie, erschlossen und nachgewiesen in Bibel, Keilschrif-ten und Koran und in ihren Wirkungen erkannt in den Choren dergriechischen Tragpdie, 2 т., Вена, 1895.
  • [8] забывал его к тому времени, когда требовалось полученное вдохновение записать. Ср.: 87: 6—7 и объяснения комментаторов.
  • [9] Особенно характерный пример — сура CIX: «Неверные», которую япереведу как можно буквальнее: «О неверные! Я не поклоняюсь тому, чемувы поклоняетесь, и вы не поклонники того, чему я поклоняюсь, и я не поклонник того, чему вы поклонились, и вы не поклонники того, чему я поклоняюсь. У вас своя вера, у меня своя».
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >