Философия культуры и понимание конфликта

Развитие культуры видится философу как развитие культурных форм, которые по мерс постоянно изменяющейся жизни теряют свою эластичность и становятся все более консервативными, застывшими, утрачивают свою функциональность. Новые отношения, потребности и интересы вступают в конфликт со старыми формами культуры, что приводит к разрушению старых мертвых форм, так как они не соответствуют происходящим изменениям, и созданию новых. В этом стадиальном изменении спонтанно действуют независимые интенции отдельных индивидов и групп. Изменения культурных форм, сопровождающие эти изменения конфликты воздействуют на индивидуальную и коллективную действительность. «Поскольку историческое наличное бытие на каждой более высокой ступени обнаруживает два ряда: внеличностные образования, предметный порядок и труд, с одной стороны, личности с их субъективными качествами и потребностями, с другой стороны, проявляется особенно часто отличие в их темпах развития»[1].

Здесь закономерно выяснить, изменяется более динамично личность в се уникальном персональном проявлении или формы связей отдельных индивидов в некую общность. Философ, безусловно, в духе философии жизни указывает на неповторимый динамизм развития индивидуальности, которая ставит некоторых людей как бы впереди времени, то сеть их жизнь в значительной мере предвещает еще только складывающиеся культурные конфликты. Однако это нс значит, что нс происходит и обратного воздействия, ведь изменение культурных форм в соответствии с новыми отношениями также приходит в конфликт со сложившимся менталитетом и требует его изменения. То есть процесс культурного развития в контексте проблемы индивидуальности представляется Г. Зиммелю также многообразным и диалектичным по своей сути.

В истории религии мыслитель видит множество примеров, подтверждающих его понимание сущности развития культуры. Поэтому он анализирует культуру начала XX века в рамках тех противоречий, которые очевидно проявляются в религиозной жизни. Достаточно долго христианство играло большую роль в создании культурных форм, в которых развивались и становились общественные отношения. Но совершенно очевидно, что роль христианства изменилась, что современная культура утратила ту религиозность, которая отличала ее долгие столетия. Налицо утрата доминирования определенной культурной формы под влиянием новых отношений и нового содержания культуры. Идет процесс формирования основ новых культурных форм, и в том числе новой религиозной культуры.

Г. Зиммсль исключает возможность культурного развития вне какой-либо религии, так или иначе человек реализует свою потребность в религиозном чувстве, поэтому, раз налицо кризис доминирующей религиозной культурной формы, культура вступает в эпоху религиозных исканий. Это диагностируется тем фактом современной культуры, что она буквально объявляет своим манифестом некую новую мистику и экспериментирует в области религиозной жизни, создавая множество сект. Внеконфессиональные формы реализации религиозных потребностей соответственно приводят к возникновению новых отношений к проблеме веры и изменению роли церкви в жизни человека. Душа стремится к поиску Бога, но отказывается в этих стремлениях от каких-либо посредников и пытается обрести какую-то новую религиозную картину мира, которая бы соответствовала изменениям, происходящим в сфере политических, экономических отношений.

Таким образом, можно говорить, что признаком современного Г. Зиммелю времени он считает конфликт религиозных культур, в котором можно увидеть также и конфликт ценностей. Строго говоря, религия всегда, как система ценностей, противоречит тем смыслам, которые предстают перед человеком в повседневной жизни. Призывая к миру, она предлагает людям, которые являются врагами вне церкви, смирить свои амбиции и прийти к согласию. Также противоречат друг другу, к примеру, экономические и семейные системы ценностей, в первом случае конкуренция и погоня за прибылью, во втором случае альтруизм и солидарность никак не согласуются, и человек, играя разные социальные роли, должен находить какой-то выход из этого культурного конфликта. Религиозной картине мира противостоит научная картина мира, которая придаст совершенно другие смыслы реальности. Особенно культура XX века видится философу конфликтующей в сфере ценностей, где сталкиваются старые христианские ценности со скептическими ценностными ориентирами современной науки, а также мистическими смыслами, возникающими по мере формирования религиозной культуры многочисленных сект, которые появляются в последнее время.

Совершенно новое значение получили в культуре XX века деньги, они начали играть роль универсальной ценности. Это касается не только экономической сферы, но и многих других. Это связано с тем, что деньги становятся универсальным эквивалентом, а это создаст основу для их особой мировоззренческой роли; они оказываются тем, что формирует единство бесконечного многообразия современной реальности. Таким образом, деньги приобретают своего рода трансцендентальный смысл, оказываются тем пределом, за которым множественность обретает единство. Поэтому деньги в современном мире претендуют в своем метафизическом влиянии на роль бога и для многих людей эту роль играют1'7. Для такого рода культурной функции у денег есть значительный ресурс, ведь они постоянно в центре социальной жизни, в отличие от христианской религии, которая все больше отодвигается на периферию ценностных миров. Формируется новая культура денег, образуя соответствующие формы.

Деньги открывают новые перспективы развития индивидуальности. Прежде всего, деньги делают человека более свободным, он может, имея деньги, более не руководствоваться никакими нормами, то есть деньги освобождают его от традиций, привязанностей и необходимости соблюдать моральные нормы. Тем самым индивидуальность получает новые перспективы развития и возможность самореализации. Человек может теперь сравнить ранее [2]

не сопоставимое: коль скоро все измеряется деньгами, то можно определить ценность таланта певца и инженера, можно сравнить стоимость картины и природного пейзажа. Таким образом, складывается новая шкала ценностей и можно точно определить, сколько стоит свобода. Будучи символом свободы, деньги становятся наиболее частой подоплекой вражды, которая возникает немедленно, как только сталкиваются финансовые интересы.

Однако изменяющаяся ситуация приводит к утрате духовности, к той эмоциональной пустоте, которая наполняет эпоху чувством катастрофы. Власть денег лишает человека родины, друзей, любви, формирует новые отношения, в которых его душевность остается невостребованной. Поэтому утрата денег становится двойной трагедией, ведь теряется не только свобода, но и переживается та цена, которую человеку пришлось заплатить за стремление к богатству. В отличие от религиозного блага, в отличие от христианского Бога деньги не оставляют надежды на прощение, утраченная духовность невосполнима. Таким образом, символом новой культуры оказывается конфликт старых культурных форм, воплощенных в религиозные символы, и той демонической стихии, которую порождают деньги.

  • [1] Kauffman М. Struktur und Dynamik sozialer Prozesse... S. 130.
  • [2] См.: Simmel G. Philosophic des Geldes. В. : Akademie Verlag, 1977. S. 240.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >