Философия XIX века

Развитие философии в XIX в. имеет существенные особенности по сравнению с предшествующим периодом. В этом веке вышли на интеллектуальную арену Россия и Америка. Европа благодаря распространению романтизма познакомилась с индийской философией. Бурное развитие науки и машинного производства меняло общественную структуру и представление о месте человека в мире. Настроениями протеста против традиционных схем мышления были пронизаны философские и политические концепции.

Английский утилитаризм: Бентам и Милль

Утилитаризм (от лат. utilitas – польза) – направление в философии, основы которого были изложены Иеремей Бентамом (1748–1832) в трактате "Введение в принципы нравственности и законодательства" (1780). Далее это направление было развито в его классическом виде Джоном Стюартом Миллем (1806–1873). Милль сформулировал основные аргументы утилитаризма против многочисленных критиков и, в частности, против последователей Канта.

Согласно утилитаризму, в основе морали лежит общее благо (как счастье большинства людей), которое Бентам называл "общей пользой", отличая ее от корысти или личной выгоды. Под принципом пользы он понимал принцип выбора действий и оценки поступков, который ориентирует на максимально большое благо. Если действие касается интересов сообщества, то речь идет о пользе (счастье) сообщества, если интересов индивида, то – о пользе индивида.

Согласно утилитаризму, все люди стремятся к удовлетворению своих желаний. Счастье, или польза, заключается в удовольствии, но при отсутствии страдания, т.е. счастье заключается в чистом, длительном и непрерывном удовольствии. И удовольствие, и польза понимаются в утилитаризме в широком смысле: под наслаждением понимаются всякие наслаждения, в том числе чувственные, под пользой понимается всякая польза, в том числе выгода.

Утилитаризм – это теория, направленная против эгоизма. Приемлемость в каждом конкретном случае получаемого удовольствия или выгоды определяется тем, содействуют ли они достижению высшей цели. На этом же основываются оценки явлений и событий как хороших или дурных. При этом человек должен, имея в виду высший нравственный принцип, стремиться обеспечить хотя бы свое частное благо. Таким образом, в духе протестантской этики предполагается, что человек должен исполнить в первую очередь свое профессиональное и социальное предназначение, но исполнить его с чистыми руками, по совести, добродетельно.

Мораль определяется Миллем как "такие правила для руководства человеку в его поступках, через соблюдение которых доставляется всему человечеству существование, наиболее свободное от страданий и наивозможно богатое наслаждениями". Три фактора, по Миллю, препятствуют осуществлению принципа пользы или человеческому счастью: себялюбие людей, недостаток умственного развития и дурные государственные законы.

Права человека, по Миллю, выступают неким стандартом, выполнение которого вменяется каждому в обязанность. Бентам же, будучи демократом и либералом, вместе с тем, как это ни странно, не соглашался с учением о правах человека, которое он прямо характеризовал как "бессмыслицу". Критерий морали, по Бентаму, – "достижение пользы, выгоды, удовольствия, добра и счастья".

Гегель: диалектика и смысл истории

Философия немецкого философа Георга Вильгельма Фридриха Гегеля (1770–1831) является одной из самых сложных и запутанных философских концепций. Ее можно, однако, свести к следующим трем основным, хотя и не очень ясным моментам.

  • 1. Реальность, или мир, – это процесс самопознания и тем самым самореализации бесконечного "абсолютного духа" (Абсолюта, или Бога, хотя о последнем Гегель обычно избегает говорить прямо); можно поэтому сказать: "Все есть мысль".
  • 2. Сама жизнь "духа" есть диалектика – универсальная теория развития как самодвижения; "духовность" означает, таким образом, "диалектичность".
  • 3. Диалектика носит спекулятивный, или умозрительный, характер и не может быть проверена в опыте.

Рассмотрим вначале диалектику, являющуюся, по Гегелю, высшим законом всего реального. Прежде всего нужно отметить, что факты малозначительны для диалектики, она не стремится установить, что конкретно происходит в мире. Ее задача – обнаружить общий план мировых событий, найти сущность мира вне его самого, пренебрегая конкретными событиями. Можно сразу же заметить, что ученому, заботящемуся о точности в передаче фактов, такой подход, ориентирующийся не на конкретное исследование, а лишь на прослеживание на эмпирическом материале общих, не зависящих от него схем, кажется не просто неудовлетворительным, но преднамеренно и отталкивающе ложным.

Основной принцип гегелевской диалектики – закон единства и борьбы противоположностей – провозглашает сближение и отождествление противоположностей: имеющегося в разуме и существующего в действительности, количества и качества, исторического и логического, свободы и необходимости и т.д. Диалектика предстает как сочетание твердости ума с его софистической гибкостью. Результатом ее применения к осмыслению социальных процессов является двойственность, мистифицированность всех реальных структур и отношений.

Отличительной чертой диалектики, тесно связанной с законом единства и борьбы противоположностей, является триадическое движение, само иногда именуемое "диалектикой". Согласно Гегелю, всякое развитие слагается из трех этапов: тезиса, антитезиса и синтеза. Рассел так со скрытой иронией иллюстрирует триадическое движение. "Во-первых, мы говорим: "Реальность есть дядя". Это – тезис. Но из существования дяди следует существование племянника. Поскольку не существует ничего реального, кроме Абсолюта, а мы теперь ручаемся за существование племянника, мы должны заключить: "Абсолют есть племянник". Это – антитезис . Но существует такое же возражение против этого, как и против того, что Абсолют – это дядя. Следовательно, мы приходим к взгляду, что Абсолют – это целое, состоящее из дяди и племянника. Это – синтез. Но этот синтез еще не удовлетворителен, потому что человек может быть дядей, только если он имеет брата или сестру, которые являются родителями племянника. Следовательно, мы приходим к тому, чтобы расширить нашу вселенную, включив брата или сестру, с его женой или ее мужем. Считается, что таким способом одной лишь силой логики мы можем прийти от любого предлагаемого свойства Абсолюта к конечному выводу диалектики, который называется "абсолютной идеей". Через весь этот процесс проходит основополагающее предположение, что ничто не может быть действительно истинным, если оно не рассматривается относительно реальности как целого".

Хорошей иллюстрацией приложения диалектики в философских рассуждениях служит социальная философия самого Гегеля. Сущность материи, утверждает Гегель, – тяжесть, сущность духа – свобода. История оказывается в результате некоторого рода гигантским умозаключением, имеющим своей целью познание свободы. В развитии духа выделяются три фазы: восточная, греко-римская и германская. Все остальные регионы и народы остаются, в сущности, вне истории, составляют ее балласт. Восток знал, говорит Гегель, что только один свободен; греческий и римский мир знал, что некоторые свободны; германский народ знает, что все свободны. Общим законом исторического развития является, таким образом, прогресс, но не простой, а "диалектический" прогресс, при котором германская монархия оказывается высшей точкой как в познании свободы, так и в ее воплощении. Свобода тоже понимается диалектически: она означает право подчиняться закону, и оказывается, что везде, где есть закон, есть и свобода. К примеру, заключенный, сидящий в тюремной камере за признанное им самим преступление, вполне свободен.

В мире сейчас существует около двухсот пятидесяти государств, и каждое из них имеет свои законы. По в каждом ли из этих государств есть свобода? Разумеется, нет. Все зависит от того, что представляют собой принятые в них законы: есть законы, способствующие свободе индивида, и есть законы, закабаляющие его.

Принципом исторического развития является, по Гегелю, национальный дух. В каждый период истории есть определенная нация, реализующая ту стадию развития, которой достигло человечество. В современной истории такой нацией является Германия. Национальный дух воплощается в государстве, которое есть наличная, действительно нравственная жизнь. Государство – это божественная идея, как она существует на земле. Оно – разумная, объективно себя осознающая и для себя сущая свобода. Каждое государство является естественным врагом всех иных государств и должно утверждать свое существование посредством войны. К государству неприменимы никакие моральные ограничения, его оправданием является только исторический успех. Война, особенно война молодых наций против старых, вполне допустима. Более того, три вещи наиболее ценны: война, судьба и слава. Конфликты государств разрешаются только в военном столкновении. Мир – это окостенение, война же позволяет серьезно воспринять повседневную жизнь. Отношения между государствами не являются правовыми или нравственными, поскольку высший закон каждого государства – его собственный интерес. Война сохраняет нравственное здоровье народов, уберегает их от гниения, которое непременно явилось бы следствием продолжительного мира. Соответственно, принципом достойной уважения жизни и идеалом "героического человека", противостоящего мелкой посредственности, является максима: "Живи, рискуя".

Если государство внеморально, то и великие люди своего времени, высказывающие то, что оно хочет, и понимающие то, что нужно, также стоят вне морали. Против них не должны раздаваться скучные упреки в недостатке скромности, смирения, любви к людям и сострадательности. Великая личность вправе растоптать и сокрушить едва ли не все на своем пути.

Таким образом, для социальной философии Гегеля характерны: национализм, доходящий до идеи, что одна избранная нация обречена на мировое господство; восхваление государства как высшей ценности; освобождение государства от любых моральных ограничений и обязательств; превознесение войны как естественного способа разрешения конфликтов между государствами; восхваление "всемирно-исторических личностей", умеющих не обращать внимания на нормы морали и общественное мнение; концепция человека как не столько разумного существа, сколько "героического животного", презирающего обычную, мелкую, материалистическую жизнь.

Современник Гегеля А. Шопенгауэр писал о нем, что он оказал опустошающее или, точнее говоря, оглупляющее влияние на философию и все другие формы культуры.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >