Полная версия

Главная arrow Право arrow АКЦИОНЕРНЫЕ ОБЩЕСТВА С ГОСУДАРСТВЕННЫМ УЧАСТИЕМ. ПРОБЛЕМЫ КОРПОРАТИВНОГО УПРАВЛЕНИЯ

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Право голоса на общем собрании акционеров.

В АО, за исключением тех, все голосующие акции которых находятся в федеральной собственности, назначение представителя (выдача доверенности) для голосования на общем собрании акционеров, определение позиции акционера — Российской Федерации по вопросам повестки дня общего собрания акционеров осуществляются Росимуществом (в отношении отдельных АО — Министерством обороны РФ и Управлением делами Президента РФ) в порядке, установленном Положением об управлении акциями.

Позиция акционера — Российской Федерации по вопросам повестки дня общего собрания акционеров отражается в письменных директивах, выдаваемых Агентством (Министерством или Управлением делами Президента РФ) представителю для голосования на общем собрании акционеров. Представитель действует на основании письменных директив[1] и доверенности Агентства (Министерства или Управления делами Президента РФ).

Агентство (Министерство) обязано выдавать директивы представи телям интересов Российской Федерации в совете директоров АО по вопросам, указанным в подп. 3, 5, 9, 11, 15 и 17 (1) п. 1 ст. 65 Закона об АО, по вопросу избрания (переизбрания) председателя совета директоров, а также иным вопросам в целях исполнения поручений Президента РФ, Председателя Правительства РФ или Первого заместителя Председателя Правительства РФ.

Выдавая «директивы по голосованию», государство тем самым стремится дать своим представителям исчерпывающие инструкции для того, чтобы обезопасить себя от злоупотреблений и проявлений профессиональной некомпетентности и небрежности при принятии решений. По мнению И. И. Пышкина, это «положение объясняется социалистической плановой традицией, от которой исполнительная власть никак не может отойти. Вместе с тем, — отмечает И. И. Пышкин — «такое недоверие вполне оправданно, если учесть богатый опыт злоупотреблений государственными и муниципальными служащими своими полномочиями обязательных представителей. Однако метод “прямых предписаний” неэффективен для достижения целей представительства публично-правовых образований в акционерных обществах, а также не является панацеей от злоупотреблений»[2].

Исключительно бюрократический порядок реализации прав акционера в АО с государственным участием приводит к тому, что при такой процедуре советы директоров в АО с государственным участием являются «формальными» органами. Иных задач кроме обеспечения формального соответствия Закону об АО они не выполняют. Все основные решения, касающиеся деятельности АО, фактически принимаются, минуя советы директоров[3].

В АО с государственным участием фактически имеет место назначение членов органов управления, а сам порядок образования органов управления остается в целом бюрократическим и административным, подверженным определенному политическому вмешательству в руководство А О.

В литературе отмечается, что процедура выдвижения представителей государства в советы директоров может быть бюрократической либо политической. В бюрократической модели государственное агентство, представляющее государство как собственника, назначает представителей, которые зачастую являются сотрудниками соответствующего агентства. В политической модели последнее слово о выдвижении представителей государства остается за политиками. В этом случае критерием выбора представителей становится принадлежность к политической партии. В Финляндии, к примеру, в течение 1990-х гг. (до реформы, проводимой в последние годы) состав представителей в советах должен был соответствовать представительству политических партий в парламенте, так что парламентские фракции делегировали своих представителей в советы точно так же, как и в парламентские комитеты[4].

В АО, за исключением тех, все голосующие акции которых находятся в федеральной собственности, выдвижение кандидатов для избрания в органы управления, ревизионную и счетную комиссии, осуществляются Росимуществом (в отношении определенных Положением акционерных обществ, — Министерством обороны РФ или Управлением делами Президента РФ) в порядке, установленном Положением об управлении акциями.

В АО, входящих в специальный перечень, позиция акционера — Российской Федерации по выдвижению кандидатов для избрания в органы управления, ревизионную и счетную комиссии АО определяется решением Правительства РФ, Председателем Правительства РФ или по его поручению Первым заместителем Председателя Правительства РФ либо Заместителем Председателя Правительства РФ.

Иными словами, порядок выдвижения кандидатов для избрания в советы директоров АО с государственным участием носит бюрократический характер. Представители государства назначаются в органы управления АО, не имея представлений ни о финансово-экономическом состоянии общества, ни об отраслевых особенностях, ни о перспективах развития[5].

Несмотря на положительные изменения, касающиеся образования советов директоров в АО с государственным участием путем отбора как профессиональных директоров, так и независимых директоров, процедура отбора остается непрозрачной. Она не регламентирована какими-либо нормативными правовыми актами и регулируется исключительно приказами Росимущества[6].

Лица, назначаемые в органы управления АО с государственным участием, не имеют достаточной мотивации для эффективной деятельности в органах управления АО. В первую очередь данная проблема связана с неясными и непрозрачными механизмами выплаты вознаграждения членам совета директоров.

В силу того, что Федеральный закон «О государственной гражданской службе Российской Федерации» запрещает государственным служащим участвовать на платной основе в деятельности органа управления коммерческой организацией, за исключением случаев, установленных федеральным законом, государственные служащие, являющиеся членами совета директоров АО, не имели и не имеют права на получение вознаграждения за исполнение ими функций в качестве членов совета директоров.

В соответствии с Законом об АО членам совета директоров могут выплачиваться вознаграждение и (или) компенсироваться расходы, связанные с исполнением ими функций членов совета директоров по решению общего собрания акционеров. Размеры таких вознаграждений и компенсаций устанавливаются также решением общего собрания акционеров. При этом Закон не связывает выплату вознаграждения членам совета директоров с наличием у АО прибыли по итогам года.

Однако практика АО с государственным участием показывает, что отсутствие чистой прибыли по итогам года является основанием для невыплаты вознаграждения членам совета директоров, либо размер вознаграждения привязан к размеру прибыли. Такие решения принимаются в АО с государственным участием на основе позиции представителей Российской Федерации как акционера. Логика такого подхода в следующем. Если нет чистой прибыли, то и государство не получает дивиденды, а потому и члены совета директоров, которые обязаны в том числе обеспечить получение прибыли, также не должны получать вознаграждение[7].

Вместе с тем имеющиеся данные показывают, что размер вознаграждения членов советов директоров ряда российских АО с государственным участием превышает данный показатель сравнимых по размеру, да и более крупных, западных компаний. Так, как следует из квартального отчета АО «АЛРОСА», в январе — июне 2014 г. вознаграждение за участие в работе наблюдательного совета «АЛРОСА» выросло в 3,2 раза в годовом выражении, составив 28,3 млн руб., объем вознаграждения, выплачиваемый в первом полугодии, является финальным. Как пояснили «Интерфаксу» в компании, рост вознаграждений объясняется новой методикой подсчета размера. В декабре 2013 г. «АЛРОСА» внесла изменения в положение о вознаграждениях, согласно которым размер выплат увеличился. Базовая часть вознаграждения (в случае, если выручка компании за финансовый год превысит 30 млрд руб., но окажется меньше 200 млрд руб.) возросла с 900 тыс. до 4 млн руб. Увеличился также объем надбавок за председательство в наблюдательного совете — с 30 до 50%. Итоговый размер вознаграждения по-прежнему рассчитывается исходя из количества заседаний, в которых принимал член наблюдательного совета.

Согласно положению, вознаграждение не выплачивается членам наблюдательного совета, являющимися государственными или муниципальными служащими, а также главе компании и членам правления.

Годовым общим собранием акционеров банка ВТБ, состоявшимся 19 июня 2014 г., было принято решение:

  • а) выплатить вознаграждение членам наблюдательного совета — негосударственным служащим:
    • • за работу в составе наблюдательного совета — 4 600 000 руб. каждому;
    • • за председательство в наблюдательном совете — 1380000 руб.;
    • • за председательство в комитете наблюдательного совета — 920 000 руб. каждому;
    • • за работу в составе комитета наблюдательного совета — 460000 руб. каждому;
  • б) компенсировать членам наблюдательного совета — негосударственным служащим в период исполнения ими своих обязанностей все расходы, связанные с исполнением ими функций членов наблюдательного совета, а именно: проживание, проезд, питание, включая услуги зала VIР, другие сборы и тарифы за обслуживание воздушным и (или) железнодорожным транспортом. В 2014 г. сумма выплаченного вознаграждения членам наблюдательного совета, не являющимся государственными служащими, составила 45540 тыс. руб. (по итогам 2013 г. — 51060 тыс. руб.), а также были возмещены расходы, связанные с исполнением ими своих функций, на общую сумму 1490 тыс. руб. Иным членам наблюдательного совета в 2014 г. выплаты не осуществлялись.

Определение сумм вознаграждения и компенсаций для членов правления банка ВТБ относится к компетенции наблюдательного совета. Заработная плата, включающая в себя компенсационные и стимулирующие выплаты, определена в договорах членов правления. В 2014 г. членам правления было выплачено вознаграждение (заработная плата, премии) в сумме 1597 668 тыс. руб. (в 2013 г. — 1325135 тыс. руб.)[8].

Решением годового общего собрания акционеров НК «Роснефть» 27 июня 2014 г. утверждено вознаграждение членам совета директоров компании за период выполнения ими своих обязанностей. Общий размер указанного вознаграждения составил 134665692 руб. Кроме того, указанным решением была утверждена компенсация расходов членов совета директоров ОАО «НК Роснефть», связанных с участием в заседаниях совета директоров, а также связанных с исполнением своих функций, а именно: проживание, питание, а также проезд, включая услуги зала VIP, другие сборы и тарифы за обслуживание воздушным и (или) железнодорожным транспортом, общий размер которой составил 5826780 руб.[9]

Л. Н. Тепман характеризует такую ситуацию как аномальную и необоснованную в связи с тем, что «операционная эффективность российских государственных компаний не всегда превосходит аналогичный показатель западных компаний. Даже в случаях, когда эффективность высока, она достигается главным образом за счет гораздо более низких, по сравнению с компаниями западных стран, расходов на персонал, включающих заработную плату и связанные с ней социальные выплаты. В данной ситуации превышающие западный уровень компенсации членам советов директоров являются попросту аморальными. Их размер не привязан к “трудовому вкладу” данных директоров в деятельность и успех компании»[10].

Кроме того, отсутствуют нормативные правовые акты, устанавливающие механизмы мотивации лиц, представляющих интересы государства в АО с государственным участием, а также критерии для оценки их деятельности с точки зрения достижения целей государства[11].

Актуальной проблемой остается вопрос о профессиональной подготовке и квалификации лиц назначенных в органы управления АО с государственным участием.

Закон об АО не устанавливает требований к профессиональным знаниям и профессиональной подготовке кандидатов для голосования по выборам в соответствующие органы общества, в том числе и в совет директоров[12]. Например, первоначальная редакция Закона предусматривала, что «требования, предъявляемые к лицам, избираемым в состав совета директоров (наблюдательного совета) общества, могут устанавливаться уставом общества или внутренним документом, утвержденным общим собранием акционеров». Ныне действующая редакция закона таких положений не содержит.

Кодекс корпоративного управления 2014 г. рекомендует следующее: «Совет директоров должен являться эффективным и профессиональным органом управления общества, способным выносить объективные независимые суждения и принимать решения, отвечающие интересам общества и его акционеров. Членом совета директоров рекомендуется избирать лицо, имеющее безупречную деловую и личную репутацию и обладающее знаниями, навыками и опытом, необходимыми для принятия решений, относящихся к компетенции совета директоров, и требующимися для эффективного осуществления его функций» (поди. 2.3.1 п. 2.3).

На сегодняшний день отсутствуют нормативные правовые акты, которые определяли бы требования к профессиональной подготовке и квалификации лиц, назначаемых в органы управления АО с государственным участием. Некоторые акты были приняты на уровне Росимущества. Так, распоряжением Госкомимущества России от 22.07.1996 № 849-р было утверждено Положение об аттестации управляющих, представляющих интересы государства в органах управления АО[13]. В соответствии с ним поверенными в делах государства могли быть только аттестованные специалисты. Как предусматривалось распоряжением, для получения аттестата необходимо владение специалистом знаниями в объеме, предусмотренном утвержденной Госкомимуществом России программой подготовки управляющих:

  • — правовой базой, необходимой для работы управляющего, представляющего интересы государства в органах управления акционерных обществ, антикризисному управлению,
  • - основами менеджмента, финансового аудита и планирования,
  • - основными правилами работы с ценными бумагами, банковским и биржевым законодательством, приемами работы с инструментами товарного и фондового рынков,
  • — основами теории маркетинга,
  • — основами оценки бизнеса и оценки недвижимости.

Образованная приказом Росимущества от 07.11.2012 № 250 «Об организации деятельности по отбору профессиональных директоров» Комиссия по отбору профессиональных директоров руководствуется при рассмотрении заявок кандидатов такими критериями, как:

  • — опыт работы на руководящих должностях (под руководящей должностью признается работа в качестве руководителя юридического лица, его заместителя или члена совета директоров. При этом особое внимание уделяется размеру годовой выручки такого юридического лица и наличию листинга на бирже);
  • — опыт работы в качестве члена совета директоров;
  • — наличие ключевых компетенций: в сфере стратегического планирования, аудита, кадров и вознаграждения, корпоративного управления, модернизации производства и инноваций, финансов и инвестиций;
  • - наличие общепризнанных международных сертификатов[14].

Вместе с тем на сегодня отсутствует нормативно-регламентированный

порядок прохождения и подтверждения профессиональной подготовки кандидатов в органы управления АО с государственным участием.

Проблема корпоративного управления в АО со 100%-ным государственным участием заключается в том, что фактически существующая модель управления в таких АО отлична от той модели управления, которая закреплена федеральным законом. Так, Положение об управлении акциями предусматривает следующее: в АО, все голосующие акции которых находятся в федеральной собственности, полномочия общего собрания акционеров осуществляются Федеральным агентством по управлению государственным имуществом (в отношении отдельных акционерных обществ — Министерством обороны РФ или Управлением делами Президента РФ). Решение общего собрания акционеров оформляется распоряжением Агентства (Министерства или Управления делами Президента РФ).

В АО, входящих в специальный перечень, позиция акционера — Российской Федерации по голосованию по вопросам повестки дня общего собрания акционеров определяется решением Правительства РФ, Председателем Правительства РФ или по его поручению первым заместителем Председателя Правительства РФ либо заместителем Председателя Правительства РФ.

Вместе с тем в уставах АО с единственным акционером-государством предусмотрена компетенция общего собрания акционеров, порядок его проведения и принятия решений.

2

Понятно, что формально уставы АО со 100%-ным участием государства должны соответствовать требованиям Закона об АО, который предусматривает, что «в обществе, все голосующие акции которого принадлежат одному акционеру, решения по вопросам, относящимся к компетенции общего собрания акционеров, принимаются этим акционером единолично и оформляются письменно» (п. 3 ст. 47).

Но Закон не учитывает особенностей АО со 100%-ным участием государства. Решения годовых собраний в таких АО оформляются либо распоряжениями Правительства РФ, либо распоряжениями того органа исполнительной власти (Росимущество, Минобороны России и пр.), который осуществляет права акционера.

Так, Арбитражный суд г. Москвы слушал дело по иску гр. Пантелеева К. Д. к Росимуществу о признании недействительным распоряжения Росимущества от 04.02.2013 № 57-р «О решениях общего собрания акционеров ОАО “Распорядительная дирекция Минкультуры России”». Из материалов дела следовало, что данным распоряжением досрочно прекращены полномочия генерального директора ОАО «Распорядительная дирекция Минкультуры России» Пантелеева К. Д., на должность генерального директора ОАО «Распорядительная дирекция Минкультуры России» избран Соловьев В. В.

Согласно подп. 8 п. 14.2 Устава ОАО «Распорядительная дирекция Минкультуры России» к компетенции собрания акционеров относится в том числе образование единоличного исполнительного органа общества, досрочное прекращение его полномочий.

В силу и. 3 ст. 69 Закона об АО образование исполнительных органов общества и досрочное прекращение их полномочий осуществляются по решению общего собрания акционеров, если уставом общества решение этих вопросов не отнесено к компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества.

Единственным акционером ОАО «Распорядительная дирекция Минкультуры России», которому принадлежит 100% акций общества, является Российская Федерация, что подтверждается выпиской из реестра акционеров ОАО «Распорядительная дирекция Минкультуры России» от б/д № 4.

В соответствии с п. 3 Положения об управлении акциями в АО, все голосующие акции которых находятся в федеральной собственности, полномочия общего собрания акционеров осуществляются Росимуществом. Решение общего собрания акционеров оформляется распоряжением Росимущества.

В силу п. 3 ст. 47 Закона об АО в обществе, все голосующие акции которого принадлежат одному акционеру, решения по вопросам, относящимся к компетенции общего собрания акционеров, принимаются этим акционером единолично и оформляются письменно.

Таким образом, распоряжение Росимущества от 04.02.2013 № 57-р является решением общего собрания акционеров ОАО «Распорядительная дирекция Минкультуры России».

Вместе с тем суд указал, что в соответствии со ст. 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие- либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности. Иными словами, распоряжение Росимущества является, с одной стороны, решением общего собрания акционеров, с другой стороны, ненормативным правовым актом[15].

В том случае, когда полномочиями по осуществлению от имени Российской Федерации прав акционера в отношении АО наделены государственные корпорации (имеется в виду госкорпорация «Росатом», государственная корпорация «Ростехнологии»), полномочия общего собрания акционеров АО со 100%-ным участием государства осуществляются соответствующими государственными корпорациями[16]. Вместе с тем возникает вопрос: какой орган управления государственной корпорации принимает такое решение? Было бы логичнее считать, что решение общего собрания акционеров оформляется как решение наблюдательного совета государственной корпорации. Соответственно, воля акционера-государства формируется и выражается коллективным органом — наблюдательным советом, в который входят также государственные служащие.

Применительно к АО со 100%-ным участием государства классический треугольник корпоративного управления в виде «акционеры — коллегиальный орган — менеджмент» отсутствует и превращается в одну прямую вертикаль, когда федеральные органы исполнительной власти, осуществляющие права акционера от имени государства, назначают и совет директоров, и исполнительный орган. В связи с этим некоторые специалисты полагают, что АО со 100%-ным участием государства следует реорганизовать из АО в иную организационно-правовую форму, а исполнительные органы подчинить напрямую федеральным министерствам[17].

Возникает вопрос: можно ли общее собрание акционеров считать высшим органом управления в АО с единственным акционером, которым является государство?[18] Ведь получается, что воля такого акционера формируется и выражается как воля Росимущества или иного федерального органа исполнительной власти, или, в случаях, предусмотренных законом, как воля государственной корпорации. Реальным выразителем этой воли является государственный служащий — государственный чиновник. Внешней формой выражения воли государства является ненормативный правовой акт (распоряжение Правительства, Росимущества), либо приказ госкорпорации. Такое положение дает основание считать, что в АО, все 100% акций которых принадлежат одному публично-правовому образованию, порядок управления максимально приближен к порядку управления унитарным предприятием[19].

Таким образом, с точки зрения формирования органов управления АО со 100%-ным участием государства тяготеют к государственным унитарным предприятиям, так как и в тех, и в других федеральные органы исполнительной власти (в определенных случаях — государственные корпорации) формируют органы управления. Как отмечается в литературе, «организационно-правовая форма унитарного предприятия, преобразованного в акционерное общество, как субъекта хозяйственной деятельности по существу претерпевает лишь формальное, на бумаге, изменение»[20]. На наш взгляд, происходит огосударствление АО, что является искажением такой организационно-правовой формы, как АО.

В АО, где наряду с государством присутствуют и другие акционеры (смешанных АО)у действуют положения Закона об АО. В этом случае государство участвует в корпоративных отношениях наравне с другими акционерами. Вместе с гем в силу дуализма положения государства в корпоративных отношениях государство обладает значительно большим объемом прав и возможностей и вынуждено реализовывать их вне рамок и процедур корпоративного права. Иными словами, участвуя в корпоративных отношениях как акционер, государство подчас сохраняет свои публичные полномочия. Например, в целях защиты стратегических АО от возможного иностранного преследования был принят Указ Президента РФ от 11.09.2012 № 1285 «О мерах по защите интересов Российской Федерации при осуществлении российскими юридическими лицами внешнеэкономической деятельности». В соответствии с ним стратегические АО и их дочерние общества в случае предъявления к ним требований со стороны органов иностранных государств, международных организаций, союзных объединений иностранных государств, органов (институтов) зтих организаций и объединений, включая органы регулирования и (или) контроля, вправе совершать определенные действия только с предварительного согласия федерального органа исполнительной власти, уполномоченного Правительством РФ, в том числе предоставлять этим органам, организациям и объединениям информацию, касающуюся своей деятельности; вносить изменения в договоры, заключенные с иностранными контрагентами, и в другие документы, касающиеся их коммерческой (ценовой) политики в иностранных государствах; отчуждать принадлежащие им доли участия в иностранных организациях, права на осуществление предпринимательской деятельности на территориях иностранных государств и недвижимое имущество, находящееся за рубежом.

В соответствии с Законом о приватизации единоличный исполнительный ОАО, включенного в перечень стратегических АО, не вправе совершать сделки, связанные с отчуждением акций, внесенных в соответствии с решением Правительства РФ в уставный капитал общества, а равно сделки, влекущие за собой возможность отчуждения или передачи их в доверительное управление без согласия Правительства РФ или уполномоченного федерального органа исполнительной власти. Сделка, совершенная без такого согласия, ничтожна.

Вместе с тем государство как акционер подчас озабочено только реализацией своих прав и достижением своих целей и забывает о правах и законных интересах других акционеров — частных лиц. Такое положение не только нс соответствует принципам корпоративного управления, но и делает АО с государственным участием не привлекательными для частных инвесторов. Административно-бюрократический порядок принятия решений, связанных с реализацией государством прав управления в АО, явно не способствует привлечению частных инвесторов.

Одна из проблем, существующая в смешанных АО, — это обеспечение прав и интересов прежде всего миноритарных акционеров. С одной стороны, такими миноритарными акционерами в АО с государственным участием могут быть частные инвесторы. С другой стороны, по данным на 2013 г. государство является миноритарным акционерам (имеет от 2 до 25%) в 201 АО.

При существующей системе управления государственными пакетами акций в АО, где контрольный или блокирующий пакет акций принадлежат государству, последнее использует весь свой административный потенциал для достижения своих целей, даже в ущерб интересам и правам миноритарных акционеров. В тех же АО, где само государство является миноритарным акционером, его права и интересы также подчас нарушаются. В некоторой степени этому способствует и действующие нормы Закона об АО. Так, например, согласно ст. 77 Закона «в случаях, когда в соответствии с Федеральным законом цена (денежная оценка) имущества, а также цена размещения или порядок ее определения либо цена выкупа эмиссионных ценных бумаг общества определяются решением совета директоров (наблюдательного совета) общества, они должны определяться исходя из их рыночной стоимости». Закон же называет случаи, когда цена определяется решением совета директоров: одобрение крупной сделки и сделки с заинтересованностью, приобретение обществом размещенных акций (ст. 72 Закона), выкуп акций по требованию акционеров. В остальных случаях решение совета директоров не требуется. Согласно ст. 65 Закона об АО «к компетенции совета директоров (наблюдательного совета) отнесено принятие решений об участии и о прекращении участия общества в других организациях (за исключением организаций, указанных в подп. 18 п. 1 ст. 48 Закона), если уставом общества это не отнесено к компетенции исполнительных органов общества».

Так, Уставом ОАО «ПТИлитпром», в котором государству в лице ТУ Росимущества принадлежит 18,9% уставного капитала, было предусмотрено, что «исполнительный орган общества принимает решение об участии, прекращения участия в других организациях». Генеральным директором ОАО «ПТИлитпром» было принято решение об учреждении ООО «ПТИ-инвест», передаче принадлежащего ОАО «ПТИлитпром» недвижимого имущества в уставный капитал ООО «ПТИ-инвест» и утверждении денежной оценки объектов недвижимости, вносимых ОАО «ПТИлитпром» в счет оплаты его доли в уставный капитал ООО. Генеральный директор ОАО «ПТИлитпром» привлек независимого оценщика для определения стоимости передаваемых объектов недвижимости. Данная сделка но внесению принадлежащего ОАО «ОАО «ПТИлитпром» недвижимого имущества в уставный капитал ООО «ПТИ-инвест» не подпадала под критерии крупной сделки, не являлась сделкой с заинтересованностью, поэтому решения совета директоров по определению рыночной стоимости передаваемого имущества не требовалось. Более того, вопрос об участии, прекращения участия в других организациях согласно уставу был передан в компетенцию исполнительного органа, что допускает Закон об АО. Понятно, что такой сделкой нарушены интересы государства как акционера, но оспорить ее по правилам п. 3 ст. 77 Закона оснований нет. Государство-акционер вынуждено было подчиниться воле крупных акционеров, настаивающих на таких формулировках устава, формально соответствующих закону, но по сути ущемляющих права мелких акционеров.

Положения Закона об АО, предусматривающие возможность передачи отдельных вопросов из компетенции общего собрания в компетенцию коллегиального органа АО, а из компетенции последнего в компетенцию исполнительного органа АО, при всей их привлекательной диспозитивности, нарушают в конечном счете права и законные интересы миноритарных акционеров.

Следующая проблема — присутствие в советах директоров членов исполнительного органа, а также лица, исполняющего функции единоличного исполнительного органа, — характерна для всех российских АО, но для АО с государственным участием она имеет особые последствия.

Как следует из и. 4 ст. 65.3 ГК РФ «лица, осуществляющие полномочия единоличных исполнительным органов корпораций, и члены их коллегиальных исполнительных органов не могут составлять более одной четверти состава коллегиальных органов управления корпораций и не могут являться их председателями». Такое же положение закреплено и Закона об АО (п. 2 ст. 66).

Присутствие в коллегиальном органе АО (совете директоров) членов коллегиального исполнительного органа (пусть и не более 1/4 его состава), а также участие в нем единоличного исполнительного органа в целом нарушает принцип подотчетности органов корпорации и разделения управленческих и контрольных (надзорных) функций.

В АО с государственным участием кандидатуры для избрания в органы АО выдвигается Росимуществом по согласованию с соответствующими федеральными министерствами. Росимущество образует и исполнительный орган общества. При этом совет директоров АО не участвует в образовании исполнительного органа.

Во многих российских АО собственники (контролирующие акционеры или группа аффилированных акционеров) сами руководят финансово-хозяйственной деятельностью АО, т.е. являются членами исполнительного органа. Часто они же входят в состав коллегиального органа АО (совета директоров). Получается, что углы треугольника корпоративного управления стремятся к центру, и треугольник превращается в точку, в которой соединяются акционеры, директора и члены исполнительного органа (менеджеры). Иными словами, контролеры и те, чью деятельность необходимо контролировать совпадают, и в результате важнейшая функция совета директоров — надзор за деятельностью менеджеров — остается нереализованной, а система корпоративного управления становится крайне неустойчивой[21]. Практическое «слияние» членов коллегиального органа (совета директоров) и членов исполнительного органа (менеджеров) приводит к тому, что совет директоров занимается главным образом выполнением текущего управления (менеджерских обязанностей), игнорируя функцию стратегического управления.

Таким образом, корпоративное управление в АО с государственным участием в современных условиях является недостаточно эффективным, так как существующей порядок реализации государством прав акционера (прежде всего — прав управления) носит бюрократический и административный характер, не позволяя быстро и эффективно принимать решения; советы директоров в АО с государственным участием, особенно в АО со 100%-ным участием государства, являются чисто формальными органами в силу того, что этого требует закон. Правительство РФ или уполномоченные федеральные органы исполнительной власти фактически назначают кандидатов в органы управления АО с государственным участием. По способам управления со стороны государства, по порядку формирования органов управления АО с государственным участием тяготеют к государственным предприятиям. Такое огосударствление не отвечает природе и сути АО. В результате имеет место несоблюдение принципов корпоративного управления.

  • [1] Примерная форма директив утверждена приказом Росимущества от 26.07.2005 № 228«Об упорядочении деятельности Федерального агентства по управлению федеральным имуществом в сфере корпоративного управления».
  • [2] См.: Пышкин И. И. Государство как акционер. М., 2007. С. 149; Торкановский Е. Особенности управления акционерными обществами с государственным капиталом // Хозяйствои право. 1997. № 8. С. 36—37.
  • [3] ТепманЛ. Н. Корпоративное управление : учеб, пособие. М„ 2009. С. 201.
  • [4] Авдашева С. Б., Долгопятова Т. Г., Пляйнес X. Корпоративное управление в АО с государственным участием: российские проблемы в контексте мирового опыта. ПрепринтР1/2007/01. М.: Издательский дом ГУ ВШЭ, 2007. С. 19-20.
  • [5] Гаврилин Е. В. Управление государственными активами (акциями долями) в хозяйственных обществах: теория, методология, практика. М., 2006. С. 117.
  • [6] Межведомственный портал по управлению государственной собственностью. URL:http://mvpt.rosim.ru/Instruction/DocLib.
  • [7] Беликов И. В., Вербицкий В. К. Касьянова Т. Л. Вознаграждение членов советов директоров компаний с государственным участием... и не только // Акционерное общество: вопросыкорпоративного управления. 2013. № 8. С. 36—37. В принципе рекомендации Росимуществапо определению размеров вознаграждений независимых директоров и профессиональныхповеренных в АО с государственным участием также исходят из того, что базовая частьвыплачиваемого вознаграждения устанавливается в зависимости от итогов деятельности АОи корректируется исходя из фактического участия члена органа управления в его заседаниях.При этом письмом Минэкономразвития России от 16.04.2012 установлено, что размер базовой части не должен превышать 1,5 млн руб.
  • [8] URL: http://www.vtb.ru/annual-rcport/2014/corp-governance/emuneration.
  • [9] URL: http://www.rosneft.ru/docs/report/2014/governance/remuneration.html.
  • [10] Тепман Л. II. Указ. соч. С. 203.
  • [11] Приказом Росимущества от 06.03.2014 № 71 утверждена Методика индивидуальнойоценки деятельности членов совета директоров.
  • [12] Федеральный закон от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельныезаконодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» внес изменения в законы, касающиеся деятельности кредитных организаций, страховых организаций, профессиональных участников рынка ценных бумаг в частиустановления профессиональных требований и требований к деловой репутации членоворганов управления данных организаций.
  • [13] Распоряжением Минимущества России от 10.10.2001 № 2943-р данное распоряжениебыло отменено.
  • [14] URL: https://mvpt.rosim.ru/instructions/Commission/Pagcs/2013_2014.aspx.
  • [15] См.: Постановление Арбитражного суда г. Москвы по делу № А40—55455/13.
  • [16] В частности, постановлением Правительства РФ от 17.10.2009 № 831 «Об осуществлении Государственной корпорацией “Ростехнологии” от имени Российской Федерации правакционера акционерных обществ, акции которых находятся в федеральной собственностии передаются Государственной корпорации “Ростехнологии” в качестве имущественноговзноса Российской Федерации, до передачи указанных акций» предусмотрено, что в «акционерных обществах, все голосующие акции которых находятся в федеральной собственности,полномочия общего собрания акционеров осуществляются Государственной корпорацией“Ростехнологии”. Решение общего собрания акционеров оформляется приказом государственной корпорации “Ростехнологии”».
  • [17] URL: http://www/nccg.ru.
  • [18] По мнению В. К. Андреева, необходимо признать, что общее собрание акционеровили совет директоров общества, совершая крупные сделки или иные действия по распоряжению имуществом (включая и акции АО), выступает как его собственник, а не как органюридического лица. Их полномочия нс охватываются понятиями приобретения гражданских прав и принятия на себя гражданских обязанностей, как сказано в ст. 53 ГК РФ. Крометого, ст. 71 Закона об АО не предусматривает ответственности общего собрания акционерови совета директоров в целом за упущения и ошибки в распоряжении собственностью общества. См.: Андреев В. К. Право государственной собственности в России : учеб, пособие. М.,2004. С. 120.
  • [19] Пышкин И. И. Государство как акционер. М., 2007. С. 119.
  • [20] Крапивин О. М., Власов В. И. Комментарий к Федеральному закону «О приватизациигосударственного имущества и об основах приватизации муниципального имущества в Российской Федерации». М., 1998.
  • [21] Михайлов Д. М. Эффективное корпоративное управление (па современном этапе развития экономики РФ). С. 146
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>