Обряды инициации и потестарные отношения

Понятие инициации в этнографической литературе используется в двух значениях: 1) фиксация перехода индивида во взрослое состояние; 2) форма отношений между индивидами, определяющая половозрастную иерархию внутри общества.

В первом значении речь идет о ряде ритуализованных действий, приуроченных к определенному моменту жизни индивида, достигшему совершеннолетия. В этом плане обряды возрастной инициации совпадают с переводом индивида из статуса детей в статус взрослых мужчин, т.е. символическим наделением его теми качествами, которые необходимы охотнику и воину. До прохождения инициации юношам запрещено охотиться на крупных животных и вместе с тем изготавливать (или обменивать) необходимые для этого орудия труда. Одновременно это означает перевод в репродуктивное состояние. С этой точки зрения, общий смысл австралийских обрядов инициации сводится к "доработке" тела юноши, выражающейся в операциях над гениталиями (обрезание и (или) подрезание). Но, прежде всего, ритуалы инициации связаны с физическими и (или) психологическими испытаниями неофитов, подготавливающими их к восприятию тайного знания, заключенного в священных мифах.

Смысловое ядро инициации составляет раскрытие содержания мифов и показ священных предметов, воплощающих мифических первопредков данной локальной группы. В роли таких предметов, хранящихся в особых тайниках, выступают дощечки с выгравированными на них знаками. В Центральной Австралии такие предметы именуются "чуринга" или "тьюрунга" (слово, обозначающее нечто "священное" или "тайное"). С момента показа священных предметов, символизирующих тела мифических существ, начинается процесс посвящения в местную мифологию, содержанием которой являются деяния этих существ. От неофитов требуется не только послушание по отношению к своему наставнику, но и выполнение некоторых вполне материальных обязательств, связанных с его обслуживанием и обеспечением пищей в виде продуктов охоты. Это становится тем более необходимым условием окончательного посвящения, так как наставником, как правило, является отец будущей жены неофита или посредник при заключении брачного соглашения.

Во втором значении инициация выступает как модель властных отношений между людьми и строится на трех основных способах выделения индивида в соответствии с парадигмой пола и возраста. Традиционное австралийское общество достаточно четко разделено по трем линиям: "мужчины – женщины", "старшие – младшие", "посвященные – непосвященные". Принадлежность к указанным категориям связана с достаточно развитой системой запретов, в частности, пищевых, налагаемых на тех, кто занимает низшие позиции. Как уже говорилось, некоторые виды мясной пищи имеют право употреблять только старшие мужчины. Противопоставление категорий (возрастных классов) старших и младших мужчин является основой социальной иерархии. Это проявляется во всех сферах жизни и в первую очередь в правилах заключения брачных соглашений. Как правило, австралийский мужчина приобретает жену, только достигнув статуса старшего мужчины (реально это становится возможным в возрасте примерно 35–40 лет). В целом число брачных соглашений, которые удается заключить мужчине на протяжении жизни, зависит от его реального статуса (среди старших мужчин также существует градация, основанная на авторитете в сфере ритуальных отношений). Таким образом, эгалитаризм в традиционном австралийском обществе означает не буквальное равенство между людьми, по равную для всех (в рамках возрастной пирамиды) возможность достижения статуса старшего мужчины. Исключения из этого правила крайне редки.

Единоличная наследственная власть для традиционного общества аборигенов Австралии нехарактерна. Безусловно, здесь существуют лидеры, влияние которых распространяется на различные виды деятельности в виде охоты, войны, ритуала или магии. Однако эта власть имеет преходящее значение. "Коллегиальное" правление представителей возрастного класса старших мужчин лишь предполагает выделение наиболее влиятельного человека при стечении множества различных факторов в данном месте и в данное время. Ближе всего понятие "вождь" подходит к старшему мужчине, который воспринимается окружающими как инкарнация (воплощение, или олицетворение) верховного мифического существа, сверхъестественного покровителя местности, обитающего в локальном центре данной группы. Главный компонент авторитета традиционного лидера – господствующее положение в проведении обрядов, которое естественным образом распространяется на все сферы повседневной жизни. Старшие мужчины – это по определению ритуальные ("религиозные") лидеры, степень влияния которых ранжируется в зависимости от формы участия в тех или иных обрядах.

В повседневной жизни основной ячейкой австралийского общества является полигинная семья. В большинстве районов мужчине предписывалось иметь нескольких жен, по реально семья могла быть и моногамной. Отдельные семьи состояли из мужчины, двух-трех жен и детей.

В основе традиционного мировоззрения аборигенов Австралии лежит образ первопредка. Описание этого образа или его производных, вероятно, и определяет собой действительное понятие анимизма как "минимума религии", но выражению Э. Тайлора.

Первопредки аборигенов Австралии – это мифические существа, жившие во времена Сновидений, т.е. в эпоху священного прошлого, которое, однако, не мыслится как эпоха сотворения мира. Мир существовал всегда, но в ином виде. Согласно австралийским мифам, первоначально земля представляла собой пустое, безжизненное, ровное пространство, которое было преобразовано (как бы изломано) в современный ландшафт деяниями культурных героев, обладавших сверхъестественными ("нечеловеческими") свойствами. Миф прямо не характеризует эти существа в качестве великанов, но следы их деятельности обладают циклопическими размерами. Это скалы, горные хребты, водоемы, реки и проливы. Любой физиографический знак на поверхности земли рассматривается как "тело" определенного первопредка, вместилище его "духа" или "силы". Представления о "душе" развиты очень слабо, находя свое соответствие в "дыхании", потеря которого отождествляется с физической смертью. Священное прошлое для аборигенов Австралии является их настоящим. Мир первопредков продолжает существовать параллельно миру реальных людей в особых сакральных зонах, концентрирующихся вокруг каменных "тел" первопредков. Такие священные центры принадлежат определенным локальным группам и являются местом хранения священных предметов типа чуринг, которые также выступают в сознании аборигенов как своего рода "капсулы", заключающие в себе духовное начало первопредков. Обычно локальные центры трактуются как места эпифании (явления, пробуждения и пр.) первопредков или погружения их в состояние вечного сна. Идея смерти в нашем понимании аборигенам незнакома и заключается в представлении о переходе из одной ипостаси в другую. Духовная сущность ("дух") есть особая форма телесности, не подчиняющаяся физическим законам. На общем фоне традиционной картины мира образ первопредка проецируется двояким образом, трансформируясь, с одной стороны, в образы верховных (часто небесных) мифологических персонажей и (или) патронов инициации, с другой – низших демонологических существ (например, духов мертвых).

Локальные первопредки рассматриваются как основатели данного клана, но это не означает, что понятие первопредка совпадает с понятием прародителя. В сознании аборигенов происхождение человеческого индивида от первопредка не подразумевает наличие между ними генеалогической связи. Люди происходят от первопредков непосредственно путем реинкарнации. Точнее говоря, представители расы людей и расы первопредков имеют один и тот же источник, но обладают разными телесными свойствами в силу различных нарушений, совершенных первопредками, которые и привели к закату эры Сновидений. В рамках этой доктрины человек по отношению к своему первопредку не является другим существом, но как личность полностью тождествен ему. Иными словами, это две формы одного и того же "Я". Считается, что конкретный первопредок в виде "духа-зародыша" входит в тело земной женщины, трансформируясь в человеческий плод. Модели подобных "вхождений" могут быть самыми разнообразными. Например, предок бросает в женщину свою чурингу, женщина "съедает" зародыш вместе с плодом растения, мужчина "находит" и "передает" жене зародыш вместе с куском охотничьей добычи и т.п.

Место, в котором это произошло, считается "местом зачатия" данного человека и определяется но моменту первого движения плода или с помощью каких-либо знамений или галлюцинаций. Вычисляя "место зачатия" аборигены устанавливают, к какому клану будет принадлежать родившийся ребенок. Поскольку при расчетах используется метод подстановки, ребенок "регистрируется" на территории локальной группы отца, что исследователями принято трактовать как свидетельство патрилинейности клана. Следует все же подчеркнуть, что идея реинкарнации не означает отрицания физической связи между ребенком и родителями. Аборигены признают биологические родство, но считают второстепенным в сравнении с мифологическими узами.

Понятие тотемизма применительно к австралийским материалам требует некоторых уточнений. Обычно под тотемизмом понимают определенный комплекс представлений и стереотипов поведения, включающий в себя несколько моментов: человек называет себя именем животного, считает его родственником и воздерживается от его умерщвления и (или) употребления его мяса в пищу. Однако, кроме этого, вслед за Дж. Фрэзером можно сравнивать тотем с сосудом, в котором человек держит свою душу. Следовательно, тотем – это материализация, телесная оболочка первопредка, носитель его внешнего облика. Поэтому тотемизм не есть вера собственно в тотем (т.е. то или иное животное), а в некую духовную сущность/существо, или силу, которая в животном (вариант: растении) содержится. С этой точки зрения, тотемизм является лишь аспектом анимизма как системы представлений об антропоморфных первопредках.

Австралийский вариант тотемизма представляет собой одну из самых сложных систем, известных этнографам. Согласно мифам аборигенов Австралии, животные, населяющие землю, считаются продуктом их деятельности или результатом их превращения в конце эпохи Сновидений. Исследователи выделяют несколько форм относительно принадлежности тотемов. Это может быть тотемизм индивидуальный или клановый, тотемизм половин или тотемизм секций, половой тотемизм или локальный тотемизм и т.д. Все эти сочетающиеся между собой разновидности тотемизма иногда предлагается подразделять на две большие категории: тотемизм социальный и тотемизм обрядовый, или культовый. Первый тип характеризуется принадлежностью к социальному объединению. Связь с таким тотемом играет определенную роль как при выборе брачных партнеров (браки между одноименными тотемитами в принципе запрещены), так и в соблюдении норм повседневного поведения (запрет на убийство и употребление в пищу). Согласно данной классификации, социальный тотем считается "плотью" или "мясом" имярек индивида. Культовый тотемизм связан с обрядами магического продуцирования животных или растительных видов. В отличие от социального культовый тотемизм трактуется как не предполагающий каких-либо запретов. Принято думать, что социальный тотемизм определяется матрилинейным счетом происхождения, а обрядовый тотемизм – патрилинейным. Поэтому использование данной классификации требует предварительного решения проблемы существования матрилинейного счета родства.

Другой возможный вариант типологии тотемических связей может быть основан на противопоставлении понятий тотемизма зачатия и тотемизма Сновидений. Тотем зачатия – это животное или растение, в образе которого первопредок ("зародыш") был либо "найден" отцом ребенка, либо "съеден" его матерью. Этот "случайный" тотем в большинстве случаев не совпадает с тотемом Сновидения, т.е. природным видом, который является эмблемой мифического первопредка человека. Первый определяет "место зачатия", следовательно, принадлежность новорожденного к определенной локальной группе (аборигены довольно свободно манипулируют такого рода "воспоминаниями", чтобы "место зачатия" оказалось в пределах территории клана отца). Второй определяет социальный ранг человека как члена тотемической ложи и исполнителя (руководителя) обрядов, посвященных данному первопредку. Оппозиция "тотем зачатия – тотем Сновидения" представляет собой структуру ("форму") австралийского тотемизма, конкретные проявления ("содержания") которого могут быть самыми разнообразными, комбинируя собой несколько мысленных образов.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >