Полная версия

Главная arrow Культурология arrow ИСТОРИЯ И КУЛЬТУРА ЕВРОПЫ

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Динамика и особенности европейской интеграции в 1991-2016 гг.

Завершение «холодной войны» придало мощный импульс развитию европейской интеграции как в социально-экономической, так и в политической сферах, что было обусловлено кардинальным изменением международных реалий, распадом социалистического содружества и стремлением целого ряда восточноевропейских государств интенсифицировать собственные отношения с Западом, вступив в ЕС и НАТО. В свою очередь, западноевропейские страны, составлявшие ядро европейского интеграционного объединения, рассматривали постсоциалистические государства в первую очередь как перспективные рынки для сбыта собственной продукции, а также как выгодный объект инвестиций. Немаловажно отметить и тот факт, что некоторые восточноевропейские страны в силу тяжелого постсоветского наследия, а также ввиду целого комплекса геополитических и исторических причин, сочетавших в себе как рациональные моменты, так и абсолютно иррациональные страхи, полагали, что вступление в ЕС и НАТО станет своего рода гарантией защиты их суверенитета от потенциальной агрессии со стороны России. Значительную роль в ускорении темпов европейской интеграции сыграла и общая привлекательность западноевропейской модели экономического развития в начале 1990-х гг., базировавшаяся на точке зрения об исключительно благотворном влиянии интеграционных процессов на ускорение темпов экономического роста и социального развития.

Сочетание всех вышеуказанных факторов и их значительный синергетический эффект обусловили интенсивное развитие интеграционных процессов в рамках европейского региона в 1990-х и первой половине 2000-х гг., причем данное развитие вплоть до резкого обострения кризисных тенденций в рамках ЕС, наиболее отчетливо проявившихся в период 2005—2016 гг., происходило как «вглубь», так и «вширь», в результате чего количество государств — членов ЕС увеличилось с 12 на момент окончания «холодной войны» до 28 в настоящее время.

Первым шагом на пути к интенсификации темпов европейской интеграции в начале 1990-х гг. и к расширению количественного состава организации стало подписание в феврале 1992 г. Маастрихтского договора, согласно которому ЕЭС, существовавшее с 1957 г., было преобразовано в Европейский союз. К 1992 г. формирование единого рынка ЕС (некогда запланированное еще на 1970 г.) было в общих чертах достигнуто, вследствие чего перед интеграционным объединением была поставлена новая амбициозная задача — создание экономического и валютного союза и введение общей валюты — евро, которая в безналичных расчетах стала использоваться уже с 1999 г., а в наличное обращение поступила с января 2002 г. Существенные изменения коснулись и целого ряда иных экономических областей деятельности ЕС, в частности Маастрихтский договор ввел так называемые «Маастрихтские критерии», касавшиеся таких показателей, как дефицит бюджета, уровень инфляции, процентные ставки по государственным облигациям и т.д., причем данным критериям должна была в полной мере соответствовать экономическая и финансовая политика не только государств — членов ЕС, но и кандидатов на вступление в организацию. И, конечно же, одним из наиболее значимых успехов европейской интеграции, отраженным в тексте Маастрихтского договора, стало введение гражданства ЕС, которое не заменяло, но дополняло национальное гражданство.

Дальнейшее углубление европейской интеграции нашло свое отражение в Амстердамском (1999 г.) и Ниццком (2001 г.) договорах, существенно реформировавших внутреннюю структуру ЕС и ставших своего рода концептуальной основой для дальнейшего его расширения. Еще в 1995 г. в состав ЕС были приняты Австрия, Швеция и Финляндия, а вслед за подписанием двух вышеуказанных договоров темпы расширения ЕС еще более ускорились: в 2004 г. членами ЕС стали сразу 10 государств: Латвия, Литва, Эстония, Мальта, Кипр, Венгрия, Польша, Чехия, Словакия и Словения. В 2007 г. к ним присоединились Румыния и Болгария, в 2013 г. — Хорватия.

В то же время резкое расширение Евросоюза было не до конца продуманным и привело к значительному политическому и экономическому дисбалансу в рамках организации. Интересы новых членов ЕС зачастую противоречили или, по крайней мере, не всегда совпадали с интересами «старой Европы», т.е. государств, составлявших историческое ядро интеграции. Кроме того, все более актуальной становилась проблема оптимизации и реформирования организационной структуры ЕС таким образом, чтобы она в полной мере отвечала интересам и потребностям самых разных государств региона.

Накопившиеся противоречия и диспропорции в развитии Евросоюза долгое время не проявляли себя сколь-нибудь явственным образом, однако ближе к середине 2000-х гг. ситуация стала постепенно меняться. Провал проекта единой Конституции ЕС в 2005 г. стал первым симптомом надвигающейся политической «турбулентности» и знаменовал собой переход структурного кризиса Евросоюза из инкубационного периода в активную фазу. Лиссабонский договор 2007 г. (ратифицирован в 2009 г.), призванный стать своего рода концептуальной заменой европейской Конституции, стал первой попыткой преодоления накопившихся проблем. Однако дальнейшее развитие событий подтвердило тезис о серьезности и структурном характере кризиса Евросоюза: значимой вехой нарастания интеграционных противоречий стал затяжной долговой кризис в Греции, расколовший ЕС на государства-доноры (которыми стали, в первую очередь, Германия и Франция) и так называемые Р/С5-страны, остро нуждавшиеся в финансовой и экономической помощи (по первым буквам английских названий данных стран — Португалия, Италия, Греция, Испания).

Еще одним ярким свидетельством нарастания кризисных тенденций в процессе европейской интеграции стал тот факт, что Евросоюзу не удалось добиться и реализации одной из своих ключевых целей, заявленных еще в тексте Маастрихтского договора, а именно перейти от этапа экономического и валютного союза к стадии союза политического, характеризующегося проведением общей внешней политики. И хотя формально Общая внешняя политика и политика безопасности (ОВПБ) стала второй опорой ЕС в 1992 г. и оставалась таковой вплоть до ратификации Лиссабонского договора и упразднения трехопорной правовой структуры ЕС в 2009 г., тем не менее на практике, несмотря на существование должности Верховного представителя Союза по иностранным делам и политике безопасности[1], европейские государства по-прежнему продолжали проводить независимую внешнюю политику, причем подчас национальные интересы одной группы стран прямо противоречили интересам других государств Евросоюза.

Лавинообразно нарастали и социальные проблемы ЕС, связанные с неконтролируемостью миграционных потоков из стран Северной Африки и Ближнего Востока, обострением межэтнических и религиозных конфликтов на территории Европы и с очевидной неэффективностью политики мульгикультурализма и адаптации мигрантов к европейским культурным и цивилизационным реалиям.

Результатом все большего обострения кризисных явлений в социально- экономической, культурной и политической сферах жизни ЕС стал отказ от дальнейшего территориального расширения и попытка сконцентрироваться на решении наиболее острых и насущных внутренних проблем интеграционного объединения. К сожалению, в настоящее время перспективы преодоления всех накопившихся противоречий выглядят более чем туманными, особенно учитывая события 2016 г., связанные с Brexit’ом — референдумом в Великобритании, на котором большая часть проголосовавших высказалась за выход страны из состава ЕС.

Вопрос для самостоятельной подготовки

Как Вы думаете, чем может закончиться нынешний кризис ЕС? Какие меры, на Ваш взгляд, следует предпринять для исправления текущей ситуации и возвращения на траекторию устойчивого развития интеграционных процессов в рамках европейского региона?

Таким образом, после окончания «холодной войны» ЕС последовательно пережил сначала эпоху резкого ускорения и интенсификации интеграционных процессов, а затем, в 2005—2016 гг. — период стагнации и затяжного структурного кризиса, завершения которому пока не предвидится. Несмотря на предстоящий выход Великобритании из состава интеграционного объединения, хотелось бы верить, что Евросоюз располагает достаточно мощным экономическим, социальным и культурным потенциалом, который позволит ему преодолеть столь глубокий и острый кризис, так как печальной альтернативой оздоровления ЕС может стать полный распад организации, который, но мнению автора, неминуемо приведет к архаизации и хаотизации всей экономической, культурной и политической жизни европейского региона.

  • [1] Эта должность нередко упрощенно именуется Союзным министром иностранных дел.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>