Античные представления о коммуникации

Родиной алфавита и, соответственно письменности, принято считать Финикию, однако необходимо отметить, что уже в XVI—XIV вв. до н.э. в Греции существовала собственная (микенская) письменность, образцы которой были обнаружены и расшифрованы в середине XX в. Микенская культура была уничтожена в XIII в. (до н.э.?) дорийцами, и письменность погибла вместе с ней. Впоследствии греки создали алфавит на основе финикийского, но, в отличие от восточных монархий, считались цивилизацией устной традиции. Это привело к формированию стереотипа восприятия греков как «нации болтунов»: даже греческие авторы (Геродот, Плутарх и другие) отмечают, что их соотечественники обычно говорили много и не по делу.

Письменная коммуникация служила атрибутом власти (постановления и решения на стенах храмов, стелах, обелисках и т.п.) и торгового сообщества (реклама на продукции, надписи на зданиях и т.п.), но даже и в этих сферах гораздо большее распространение в Греции имела устная коммуникация: деятельность глашатаев, публичные выступления, зазывания и т.п.

Неудивительно, что именно в Греции развивается риторика — ораторское искусство. Древнегреческие ораторы — логографы (составители текстов) и риторы (выступавшие сами) — пользовались большой известностью. В V в. появились первые профессиональные учителя ораторского искусства — софисты, обещавшие за короткое время сделать из любого человека первоклассного оратора. Некоторые из них известны и сегодня как выдающиеся философы своего времени, например, Протагор, Горгий. Другие философы нередко критиковали софистов за то, что те обучают за деньги (за уроки они брали большое вознаграждение и очень часто бывали богатыми людьми), но критиками были такие деятели, как Платон, который как богатый человек не понимал необходимости для менее состоятельных философов зарабатывать на жизнь. Впрочем, деятельность софистов сводилась преимущественно к многочисленным примерам речей (чаще всего вымышленных) «на все случаи жизни».

В отличие от софистов Платон (427—347 до н.э.) попытался выявить общие закономерности составления речей, отведя этому немало места в своих произведениях. Однако наиболее выдающимся теоретиком ораторского искусства в Греции следует признать Аристотеля (384—322 до н.э.), автора трактата «Риторика». Он много внимания уделял языку выступлений, необходимости приспосабливать речь к разным аудиториям, методам убеждения. Аристотель выделил в процессе общения три составляющих: этос (природа и качества отправителя), логос (природа, структура и содержание послания) и пафос (природа, чувства и мысли получателя (аудитории)). Таким образом, в Греции появляются специальные работы, заложившие первоосновы теории коммуникации! Аристотелем же впервые были подняты вопросы о создании «имиджевого капитала» за счет отказа от некоторых материальных благ и приобретения взамен этого чести, славы, дружбы и т.п., а также об имидже правителя.

Не меньшим авторитетом, чем теоретики, пользовались в Греции и ораторы-практики. Логографы и риторы V—IV вв. Антифопт, Андокид, Лисий, Исократ, Ликург, Демосфен, Динарх были, пожалуй, не менее известны, чем знаменитые политики: Пизистрат, Клисфен, Перикл (также бывшие отличными ораторами). Самый известным среди них — Демосфен (384—322 до н.э.), который был не только оратором, но и влиятельным политическим деятелем, поборником независимости Афин и греческой культуры, противником мира и союза с Македонией, за что неоднократно терпел гонения и от своих противников в Афинах, и от македонских царей Филиппа II и Александра III. Главным вкладом Демосфена в дело риторики стало использование разговорной речи (но без вульгаризмов) в официальных выступлениях, выработка приемов удерживания внимания аудитории, рациональное сочетание эмоционального воздействия и логических доводов.

Благодаря теоретикам (Аристотель) и практикам (Демосфен) ораторского искусства, в Греции сложился образ оратора как представителя не только престижной профессии, но и «свободного искусства». Ораторы пользовались большим уважением и брали высокие гонорары за свои услуга или выступления. Тот же Демосфен, например, когда после смерти отца опекуны расхитили его наследство, в короткое время поправил свое финансовое положение, занимаясь логографией — составлением речей. Красноречие становилось одним из главных достоинств политических деятелей и правителей, включая даже наследственных монархов. Не случайно, что когда Аристотель был приглашен в учителя к Александру Македонскому, риторика стала одним из главных предметов в обучении царевича.

Приемы коммуникации у римлян выглядят сравнительно бедными и чересчур прямолинейными по сравнению с такими приемами у греков. Означает ли это, что коммуникация в Риме не получила дальнейшего развития? Полагаем, что нет: просто практичные римляне, используя опыт греков, уделили максимум внимания чисто прикладным аспектам коммуникационной деятельности, совершенно отбросив все то, что делало ее в глазах греков «свободным искусством». В Риме, жизнь граждан которого была постоянной политической борьбой, коммуникация составляла совокупность приемов и методов, а нс предмет для самостоятельного теоретического изучения.

Так, в Древнем Риме не было логографов и риторов, которыми славилась Греция. Все лица, об ораторском искусстве которых нам известно, были, в первую очередь, политиками, для которых ораторское искусство служило лишь инструментом: Марк Туллий Цицерон, Гай Саллюстий Крисп и другие. Для политика же ораторское искусство считалось чем-то самим собой разумеющимся: историки сообщают о красноречии Луция Корнелия Суллы, Юлия Цезаря, Октавиана Августа, Адриана, Юлиана Отступника и других правителей, как о чем-то вполне естественном, иначе эти деятели просто не стали бы правителями.

Чисто прикладной аспект имели работы, например, римского ритора I в. н.э. Квинтилиана, автора 12-томного труда об ораторском искусстве. Он считал, что о том или ином событии или поступке можно судить, если об этом событии или поступке известен ответ на следующие семь вопросов: quis (кто), quid (что сделал), иЫ (где), quibus awdlli (какими средствами), сиг (зачем), quomodo (каким образом), quando (когда), предвосхитив таким образом методику создания современных пресс-релизов — метод «перевернутой пирамиды».

Римляне не испытывали такого пиетета к философам, какой был у греков. Напротив, в трактате Цицерона выражается презрение к людям, склонным рассуждать об отвлеченных вещах, и прославляются те, кто может обратить свой дар на благо отечеству. Поэтому в римском философском наследии нет абстрактно-философских трактатов: в большинстве своем это произведения либо политические (Цицерон, Сенека), либо научные (Лукреций, Плиний и другие). Для того же Цицерона философия служила лишь основой для ораторского образования, необходимого политику.

Особое место занимали в древнеримской коммуникации публичные чтения, которые со времен Августа устраивались постоянно и строились по заранее разработанному сценарию. Были даже специальные учителя, обучавшие правилам публичного чтения. Так, автору-чтецу надлежало выражать смущение перед прочтением произведения, после каждого раздела умолкать до тех пор, пока слушатели не начнут просить его продолжать. Существовали особые правила декламации, использования мимики и жестикуляции, соблюдения необходимой громкости чтения и т.п. Для публичных чтений состоятельные авторы использовали собственные столовые и гостиные, а менее состоятельные — нанимали специальные залы.

Весьма широкое развитие получила в Риме историография: исторические произведения становились крайне эффективным орудием коммуникационного воздействия и, следовательно, политической борьбы. При этом авторами были не только политические деятели и чиновники «второго порядка»: Тит Ливий, Таций, Светоний, Саллюстий, но и правители: Юлий Цезарь, Октавиан Август, Марк Аврелий. Их труды распространялись среди большого числа людей и содержали не только сведения о делах давно минувших дней, но и политические воззрения авторов, их представления о том, как лучше устроить государство и принести благо народу. Правители, оставившие мемуары, создавали собственный имидж в глазах современников и потомков: таковы «Записки о Галльской войне» Юлия Цезаря или «Деяния» Октавиана Августа. Характерно, что эта же тенденция отразилась и в искусстве: в отличие от греков, стремившихся отразить красоту человеческого тела, римские скульпторы старались передать максимум сходства портретов с оригиналами — историческими деятелями и монархами, равно как и воплотить могущество Рима, решительность и целеустремленность его деятелей.

Составители исторических хроник и анналов использовали свои труды как способ обратить на себя внимание правителей, добиться их покровительства. Приемы придворных историков порой бывали весьма изощренными. С одной стороны, они восхваляли правителей прошлого, с другой — писали о тиранах и узурпаторах. Таким образом, они ненавязчиво проводили сравнение между героями своих произведений и теми правителями, которым их труды посвящались и адресовались: историки давали понять, что даже лучшие правители древности не могли сравниться с современными им самодержцами. Особенно пышно расцвела придворная историография в эпоху Домината — в III—V вв. н.э., когда появились труды Аммиана Марцеллина, Геродиана, Элия Спартиана, Юлия Капитолина и других авторов.

Таким образом, даже теоретическая составляющая коммуникации (если можно говорить о ее теории применительно к древнеримской действительности!) в полной мере соответствовала общему уровню самосознания римлян: она была максимально приближена к практике, и в основе ее лежал приоритет государственных интересов над личными.

Итак, главной чертой коммуникации Древней Греции стала высокая степень индивидуализации, культ человека, его красоты, силы и ума, можно сказать, культ человека, личности и двусторонний характер коммуникации. Это, безусловно, способствовало повышению эффективности взаимодействия членов общества, заставляло их искать новые способы воздействия, убеждения, формирования мнения аудитории. Именно Древнюю Грецию можно счесть прародиной социальной коммуникации, причем не только ее практики, но и теории.

В Древнем Риме коммуникация получила еще большее развитие и преимущественно на практике, причем сами римляне опирались на опыт греческих предшественников, так как Греция даже после ее подчинения Римом оставалась центром мировой цивилизации и культуры.

Можно отметить, что государство и религия практически монополизировали все средства коммуникации и воздействия на общественное мнение. Торгово-ремесленная прослойка в те времена еще только формировалась и в конструировании общественных отношений участия не принимала. Что же касается частных лиц, индивидов, то у них не было возможности воздействовать на общественное мнение от собственного имени, поскольку они не обладали атрибутами сакральное™ или божественного покровительства как правители и священнослужители. Таким образом, коммуникация в Древнем мире — это коммуникация власти и религии, коммуникация преимущественно нисходящая, хотя и не односторонняя, поскольку мнение народа учитывалось.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >