Полная версия

Главная arrow Маркетинг arrow ИСТОРИЯ СВЯЗЕЙ С ОБЩЕСТВЕННОСТЬЮ

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Контрольные вопросы

  • 1. Каким образом происходил процесс институционализации коммуникационной деятельности в XIX в.?
  • 2. Почему навыки журналистской деятельности и контакты среди журналистов становятся главным требованиям к специалистам по связям с общественностью?
  • 3. В каких новых сферах политических отношений оказались востребованы инструменты коммуникационной деятельности?
  • 4. Какова была политика властей в отношении прессы?
  • 5. Какие новые средства коммуникации стали развиваться в XIX в. в сфере бизнеса?
  • 6. Как коммуникация помогала конкурентной борьбе крупных корпораций?
  • 7. Почему широкое развитие получила коммуникационная деятельность в социальной сфере? Какие средства в ней использовались?
  • 8. На основе каких наук развивалась коммуникационная мысль в Европе и США?
  • 9. Почему связи с общественностью в отличие от рекламы не приобрели в XIX в. характер систематической деятельности?

study 5. Англо-бурская война и общественное мнение

Война, которую Англия вела в 1899—1902 гг. против двух бурских республик в Южной Африке (Трансвааль и Оранжевое Свободное государство), была одним из событий, ознаменовавших переход из XIX в XX в. Ее значение в политической и дипломатической истории, а также и в истории военного искусства весьма велико, но не менее важным событием она стала и в истории социальной коммуникации. Дело в том, что с самого начала ход военных действий комментировался представителями мировой общественности посредством всех каналов массовой коммуникации: на публичных и официальных мероприятиях, в прессе, информационными агентствами, литераторами (через свои произведения) и даже рядовыми гражданами, также обращавшимися в средства массовой информации с письмами и заявлениями.

Информационное освещение боевых действий было организовано на очень высоком уровне, пожалуй, как никогда ранее. При действующих армиях находились военные корреспонденты, которые имели возможность описывать действия, как англичан, так и буров. Сами представители воюющих сторон регулярно направляли в информационные агентства сведения о предпринятых действиях, планы, комментарии. Неудивительно, что интерес к событиям этой локальной, в общем-то, войны, не спадал до ее окончания.

Уже начало войны ознаменовалось буквально мировой антианглийской кампанией на страницах прессы. Едва ли не каждый день немецкие, французские, русские, американские газеты публиковали сообщения, в которых ожесточенно критиковали англичан, осуждая нападение огромной мировой державы на две маленькие южноафриканские республики. Англичане при этом сравнивались с жестокими хищниками и представали на страницах прессы едва ли не дьяволами во плоти. Буры же, прежде совершенно не известные в Европе, стали объектом поклонения: корреспонденты и общественные деятели воспевали их отвагу, военное мастерство, благочестие. Англию обвиняли в том, что война началась из-за обнаруженных в Трансваале золотых приисков, а вовсе не по официальной причине — для защиты так называемых уитлендеров (англичан, проживавших в бурских республиках и подвергавшихся дискриминации со стороны местных властей). Кроме того, английские войска обвинялись в нарушении международных конвенций, поскольку в войне с бурами они применили мощное взрывчатое вещество лиддит, а также разрывные пули дум-дум.

Весьма характерным явлением антианглийской кампании в мировой прессе была политика двойных стандартов. Например, отравление воды англичанами рассматривалось как варварство, а бурами — как героический поступок; расстрелы пленных англичанами считались преступлением, а когда то же самое делали буры, их действия мировая пресса оправдывала военной необходимостью. За все время войны официальные сведения о результатах боевых действий и понесенных сторонами потерях представляла регулярно только британская армия, но иностранные журналисты выражали сомнения в этих цифрах, зато безоговорочно принимали случайно доходящие устные сообщения со стороны буров (вернее иностранцев, сражавшихся на их стороне, поскольку сами буры никаких комментариев не делали).

Англо-бурская война пришлась на тот период, когда весь мир обуревала жажда подвигов. Люди стремились проявить отвагу, продемонстрировать отсутствие страха перед смертью. И публикации в прессе только подогревали эти настроения, в результате чего по всему миру создавались комитеты в поддержку буров, а в Южную Африку отправились сражаться на стороне буров русские (среди них был даже будущий председатель российской Государственной думы А. Гучков), голландцы, французы, немцы. Бурской войне посвящали произведения выдающиеся писатели и поэты того времени, например, Э. Ростан и Р. Роллам. Русские авторы зашли так далеко, что сравнили поражения буров с разгромом Петра I у Нарвы в 1700 г.!

В кампании по осуждению Англии публицисты неоднократно занимались передергиванием фактов, поднимая проблемы, совершенно нс связанные с войной и международной политикой Британии. Так, например, узнав, что правительство ассигновало 100 млн фунтов стерлингов на ведение войны, и готово выделить еще 200 млн, русские журналисты сообщили, что только в Лондоне голодают до 50 тыс. детей, и представили читателю для сравнения две армии: солдат, ведущих боевые действия в Южной Африке, и школьников, голодающих в самой Англии.

Между тем, восхищаясь бурами, международная общественность закрывала глаза на многие факты, способные существенно ухудшить их имидж. В Европе не знали (или не хотели знать) о жестоком обращении буров с африканскими аборигенами, о том, что на вооружении у них было закупленное в Германии прекрасное оружие, превосходящее по своим характеристикам вооружение английской армии (кстати, на первом этапе войны нс англичане вторглись на бурские земли, а буры осаждали английские города — Кимберли, Мафекинг, Ледисмит), что буры, в отличие от англичан, неоднократно пользовались белым флагом, чтобы неожиданно напасть на англичан. Естественно, подобные сведения могли бы несколько уменьшить общественный энтузиазм в поддержке буров, и потому благоразумно замалчивались средствами массовой информации.

Как же вела себя Англия в то время, когда общественность и пресса всего мира ополчилась против нее? Как ни странно, в течение довольно длительного времени английские власти и СМИ практически не реагировали на нападки иностранных коллег, ограничиваясь только тем, что направляли в газеты и информационные агентства официальные отчеты и комментарии по отдельным событиям. Надо сказать, что эти логичные и беспристрастные комментарии нередко оказывались более эффективными, чем горячие, экзальтированные сочинения журналистов и письма представителей европейской и американской общественности. Например, в ответ на упреки в том, что Англия применяет против буров недозволенное оружие, было заявлено, что запрет касается только стран, присоединившихся к Петербургской конвенции 1868 г., а бурские республики таковыми не являются. Когда же англичан начали упрекать в использовании лиддита, английская газета «Standard» ехидно заявила, что англичане не виноваты, если их оружие оказывается мощнее, чем бурское, закупленное в Германии, тем самым, дав понять, что буры не были такими уж несчастными и скромными, оторванными от всякой цивилизации, а имели мощную иностранную поддержку и пользовались последними новинками военной техники.

Только на самом завершающем этапе войны, когда мировые страсти несколько улеглись, и победа Англии стала уже неоспоримой, английские коммуникаторы нанесли серию «ответных ударов». Это были и газетные публикации, и публицистические произведения в форме отчетов или, скорее, ответов на обвинения, сыпавшиеся на англичан в течение всей войны. Наиболее характерным примером подобного произведения служит книга А. Конан Дойла «Война в Южной Африке», в которой автор с использованием документов и свидетельств участников событий (в том числе и с бурской стороны) пункт за пунктом опроверг все обвинения, которые газеты всего мира предъявляли англичанам на протяжении трех лет. Самым главным из них было обвинение англичан в развязывании войны с целью завладеть золотыми рудниками Трансвааля, открытыми в 1886 г. Весьма аргументировано Конан Дойл разъясняет, что это обвинение несостоятельно: во-первых, рудники принадлежат частным лицам (в том числе и нескольким англичанам), во-вторых, даже под британским флагом Трансвааль сохранит автономию и будет обладать собственной казной, в которую и будут поступать отчисления с рудников; Англия же никаких новых источников дохода с них не получит.

Подход оказался весьма результативным: ближе к окончанию войны тон европейской прессы значительно изменился. Например, в русской прессе стали продвигать точку зрения, что буры сражаются лишь со «зловредными» английскими солдатами — подонками общества, а не с великой державой, родиной парламентаризма и центром мировой культуры (следует иметь в виду, что как раз в это время Россия и Англия начали активное сближение, вскоре приведшее к созданию Антанты). Американский писатель и публицист Марк Твен, поначалу резко выступавший против англичан, в конце концов заявил, что для блага цивилизации должна все же победить Англия, а не грубые, неряшливые и необразованные буры, даже на знающие такого слова как «новости»!

Информационная политика английских властей в отношении бурской войны внутри страны являла собой резкий контраст с тем подходом, который они использовали в международных отношениях. Если для мировой общественности у английских коммуникаторов были взвешенные аргументы, подтвержденные документами и предъявляемые в нужный момент, то в Англии в течение всей войны осуществлялась весьма агрессивная массированная внутренняя пиар-кампания по обеспечению общественной поддержки сторонникам войны. Уже начало войны в 1899 г. ознаменовалось манифестацией на Лондонской бирже, когда президент Трансвааля 11. Крюгер был публично объявлен несостоятельным должником, а его соломенное чучело повешено и сожжено. В газетах появлялись статьи патриотического содержания в стиле, более характерном для американской или французской революции XVIII в. Англичане объявлялись самой культурной в мире нацией, призванной нести цивилизацию остальным народам. Для демонстрации своей объективности английские газеты публиковали письма, якобы, направленные бурами: эти письма представляли собой весьма агрессивные послания с грубыми нападками на британское правительство и армию. Естественно, их обнародование еще больше восстанавливало население Англии против буров.

Помимо газет распространялись листовки и буклеты. Ряд известных авторов (Г. Р. Хаггард, Р. Киплинг, А. Конан Дойл и другие писатели и поэты) опубликовали произведения, в которых прославляли миссию Англии и оправдывали действия англичан против буров. Последние в их сочинениях были представлены как мятежники против законной власти английской королевы (в 1877—1881 гг. Трансвааль уже был аннексирован Великобританией, и теперь авторы старались убедить общественность, что эта акция прошла при полной поддержке бурского населения, которое просто взбунтовали несколько мятежников).

Не ограничиваясь печатным словом, сторонники войны организовывали массовые мероприятия: митинги, собрания, дискуссии, споры на которых доходили до избиений лиц, сочувствовавших бурам и выбивания стекол в их домах. Ура-патриотические акции способствовали появлению в Англии течения «джингоизм», которое сегодня отождествляется с крайней степенью шовинизма и расизма. Лозунги, публикации и выступления в высоком стиле, символика (очень модным стал цвет хаки, только- только введенный в употребление в британской армии) способствовали тому, что большинство населения поддерживало ведение войны.

Находившаяся у власти консервативная партия не могла не воспользоваться этим в своих интересах. В преддверии парламентских выборов она начала мощную агитационную кампанию, звездой которой стал министр колоний Л- Чемберлен, лично выступавший перед избирателями и активно поддерживающий соратников по партии. Поддавшись общему настроению, Чемберлен, чьи речи обычно отличались определенной изысканностью, в этот период демонстрировал вульгарную шовинистическую демагогию и несвойственное ему заигрывание с толпой, но он знал, что делал: именно подобного рода выступлений от него и ждала разагитированная общественность. Его фраза «Каждый голос, поданный против правительства, есть голос, отданный бурам» стала лозунгом этой кампании, в результате которой консервативный кабинет лорда Солсбери сохранил власть, несмотря на активное противостояние либеральной партии.

Англо-бурская война способствовала популярности многих деятелей первой половины XX в. Англичане прославляли Р. Киплинга, вооружившего за свой счет отряд волонтеров и в дальнейшем продолжившего сбор средств для южноафриканской армии; А. Конан Дойла, бывшего главным хирургом в одном из полевых госпиталей; будущего организатора движения бойскаутов Р. Баден-Пауэлла, участвовавшего в обороне Кимберли и других.

Значительный политический капитал заработал себе на этой войне Уинстон Черчилль, которому в 1899 г. исполнилось 25 лет. Он отправился в действующую армию в качестве военного корреспондента, но принял участие в сражении и попал в плен. Ему удалось бежать и с многочисленными приключениями добраться до английских владений. Вернувшись в Лондон, Черчилль стал настоящим героем: его приглашали в самые знатные дома Англии, имя его не сходило со страниц газет, причем его подвиги многократно приукрашивались. Забавно, что главной причиной столь большого шума вокруг его приключений стала нс столько его личная отвага, сколько тот факт, что его побег совпал с так называемой «черной неделей», в течение которой английские войска понесли ряд тяжелых поражений. Даже столь малозначительный успех Черчилля давал основания английской прессе писать не о военных неудачах, а о героизме молодого военного корреспондента, отождествляя его с героической британской армией. Черчилль, уже с молодости отличавшийся практицизмом и политическим чутьем, в полной мере использовал нежданно-негаданно свалившуюся на него популярность. Во-первых, он написал двухтомную книгу-исследование о бурской войне и в течение некоторого времени выступал перед британской общественностью с лекциями о ситуации в Южной Африке (и то и другое принесло ему немалые гонорары). Во-вторых, приобретя имидж героя, он сумел на волне патриотизма добиться избрания в Парламент, членом которого оставался более 60 лет.

Англо-бурская война, пожалуй, стала первым событием, вызвавшим столь широкое обсуждение в прессе на мировом уровне. Англия, поняв необходимость формирования общественного мнения и в международных масштабах, сумела, если не привлечь на свою сторону мировую общественность, то, но крайней мере, добиться в конечном счете более-менее объективного отношения к своей политике в Южной Африке. Учитывая изначально крайне негативный настрой других стран к англобурской войне, это можно счесть большим успехом британских коммуникаторов.

Задания к case study 5

  • 1. Охарактеризуйте информационное освещение боевых действий воюющими сторонами.
  • 2. Приведите примеры двойных стандартов при освещении в прессе действий англичан и буров.
  • 3. Перечислите средства противодействия информационной войне, которые использовали англичане.
  • 4. Назовите несколько знаменитых имен, улучивших свой имидж во время англо-бурской войны. Каким образом они добились этого?
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>