Полная версия

Главная arrow Маркетинг arrow ИСТОРИЯ СВЯЗЕЙ С ОБЩЕСТВЕННОСТЬЮ

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

study 9. «Коммуникационные войны» Шейбани-хана

Потомки Чингис-хана использовали общественное мнение для достижения политических целей не менее эффективно, чем сам основатель династии. Ярким примером тому является политика основателя Бухарского ханства — Абу-л-Фатха Мухаммеда Шах-Бахта, более известного как Шейбани-хан (1451—1510).

Прямой потомок Чингис-хана в 12-м поколении, Мухаммед Шейбани после смерти деда, узбекского хана Абу-л-Хайра, в 1468 г. был вынужден спасаться от могущественных врагов и в течение ряда лет вел жизнь искателя приключений. Он скрывался у дальних родичей в Хаджи-Тархане (Астрахани), учился в бухарском медресе, вступил в суфийский орден Накшбандийа, был «казаком» (наемником) на службе у еще одного родственника — кашгарского хана Махмуда. Наконец, к концу XV в. ему удалось собрать приверженцев своей династии, во главе которых он вторгся в Мавераннахр — историческую область между Амударьей и Сырдарьей, крупнейшими городами которой были Самарканд, Бухара, Ходжент и др.

Этим регионом к тому времени уже более 100 лет управляли потомки грозного среднеазиатского завоевателя Тимура, имевшие в своем распоряжении хорошо укрепленные крепости и многочисленные войска, намного превосходившие силы Шейбани по численности, опыту и вооружению. Однако узбекский царевич имел несколько преимуществ, которые не преминул использовать, чтобы привлечь на свою сторону местное население.

Прежде всего, он был прямым потомком Чингис-хана по мужской линии и в качестве такового имел законные права на трон в любом из государств, основанных Чингизидами. Тимуриды же, управлявшие Мавераннахром, отстранив потомков Чингис-хана, сами никакого отношения к последнему не имели и потому считались узурпаторами трона и власти. Таким образом, никому неизвестный пришелец из степей в глазах местного населения был более законным правителем, нежели те, кто управлял страной уже более века.

Кроме того, Мухаммеду было прекрасно известно о разногласиях потомков Тимура со среднеазиатским духовенством, которое порицало Тимуридов за то, что те в большей мере опирались на древние монгольские обычаи, чем на шариат. Тут очень кстати оказалось, что Шейбани-хан учился в бухарском медресе и состоял в ордене Накшбандийа — одном из самых влиятельных в Средней Азии того времени. Этим он противопоставил себя Тимуридам, которых правоверные мусульмане считали неверными и язычниками. Кроме того, населению Мавераннахра очень льстило, что Шейбани-хан мог общаться с представителями разных народностей на их собственных языках: он одинаково хорошо владел узбекским, таджикским и персидским.

Поэтому, нет ничего удивительного, что Шейбани-хану удалось очень скоро взять верх над Тимуридами. В 1499 г. он захватил Бухару, а в 1500 г. — Самарканд. При этом он старался обеспечить себе поддержку местного населения, создавая себе репутацию просвещенного правителя. Во время обучения в медресе Мухаммед овладел искусством живописи и считался одним из выдающихся поэтов своего времени («Шейбани» — его поэтический псевдоним), он оставил ряд поэтических и крупное прозаическое произведение. При его дворе в Самарканде жили и творили известные живописцы, ученые, поэты и писатели; кроме того, он не упускал случая показать благочестие, делая богатые пожертвования служителям мусульманского культа и активно принимая участие в богословских и правовых диспутах. Конечно же, население Средней Азии поддержало столь идеального монарха, забыв, что и многие Тимуриды были не менее просвещенными правителями, покровителями науки и искусства, как, например, Хусейн Байкара, наследников которого Мухаммед выгнал из Герата в 1506 г.

Шейбани-хан также стремился предстать перед новыми подданными и как великодушный правитель. Так, захватив Самарканд и пленив его правителя Султана-Али- мирзу, он сохранил ему жизнь и прилюдно даровал свободу, позволив отправиться туда, куда тот пожелает. И мало кому было известно, что вдогонку за ним Мухаммед отправил своих людей, которым приказал умертвить свергнутого правителя. Точно так же он поступил и с кашгарским ханом Махмудом, на службе у которого когда-то прежде был «казаком»: разгромив его и взяв в плен, он великодушно отпустил его. Но впоследствии, когда кашгарский хан опять вторгся в Мавераинахр, Мухаммед Шейбани вновь разгромил его и приказал умертвить вместе со всеми сыновьями, сумев представить это как заслуженное наказание вероломного противника.

Одним из наиболее упорных противников Шейбани-хана был Бабур — потомок Тимура (а по материнской линии и Чингис-хана), также знаменитый воитель и поэт конца XV — начала XVI вв. Он неоднократно сражался с Мухаммедом Шейбани за Самарканд и другие владения в Мавераннахре и даже обратился за помощью к давнему недругу узбеков — персидскому шаху Исмаилу Сефеви. Это стаю большой ошибкой Бабура, которой тут же воспользовался Шейбани-хан. Он мастерски использовал многовековую вражду в исламе между суннитами и шиитами и, заручившись поддержкой большинства населения Средней Азии (суннитов), объявил персам (шиитам) священную войну, а Бабура назвал предателем интересов своего народа, что оттолкнуло от последнего очень многих сторонников и вскоре вынудило его навсегда покинуть Среднюю Азию.

Вскоре после изгнания Тимуридов из Герата в 1507 г. Шейбани-хан провозгласил денежную реформу, в соответствии с которой вместо прежних монет, чеканившихся Тимуридами, вводились в обращение монеты самого Шейбани-хана (лучшего качества и большего веса). Этот шаг, на первый взгляд, имевший преимущественно экономическое значение, на самом деле был весьма важен в политическом и, особенно, в имиджевом отношении. Прежде всего, в глазах населения официально была подведена черта под правлением потомков Тимура в Центральной Азии. Кроме того, Шейбани-хан показал новым подданным, что является компетентным правителем (активно занимавшимся не только войной, но и хозяйственной деятельностью) и могущественным монархом, имевшим возможность осуществлять реформы на всей территории Мавераннахра.

Чтобы окончательно дискредитировать Тимуридов в глазах населения и даже потомков, Шейбани-хан использовал весьма распространенное средство — исторические сочинения. В ряде придворных исторических хроник, написанных по его приказу (одна из этих хроник, возможно, принадлежала и самому Мухаммеду Шейбани), Тимур был представлен как простолюдин, потомок «сеятеля проса» (так обыгрывалось имя отца Тимура Тарагая, якобы производное от «тариг» — просо). Следовательно, ни сам Тимур, пи его потомки не имели права на трои, который у них законно и справедливо отобрал потомок Чингис-хана — Мухаммед Шейбани-хан.

Стремясь расширить свои владения за счет областей, населенных казахами, которыми управляли такие же потомки Чингис-хана, как и он сам, Мухаммед Шейбани совместно с духовенством предварительно провел настоящую информационную кампанию по дискредитации казахов. В традициях того времени мусульманские богословы по распоряжению Шейбани-хана подготовили фетву (особое правовое разъяснение), в которой казахи объявлялись идолопоклонниками, обвинялись в торговле рабами-мусульманами, что было запрещено Кораном и т.д. В результате любые военные действия против них считались «священной войной», а их участники признавались газиями (борцами за веру), которых в случае гибели ждало место в раю.

Создав себе образ борца за истинную веру, Мухаммед Шейбани принял титул хакана (великого хана), а также «имама эпохи и халифа милосердного», т.е. не только верховного правителя среди тюркских народов, но и духовного главы всех мусульман. И в качестве такового мог позволить себе создавать новые правила, даже если они расходились с официальной позицией духовенства, при помощи которого он пришел к власти. Так, весьма показательно, что наравне с мусульманскими законами в государстве Мухаммеда Шейбани активно применялась Великая яса — свод законов Чингис-хана, хотя борьба за восстановление позиций шариата была предлогом изгнания Тимуридов из Средней Азии. Впрочем, учитывая покровительство и щедрые пожертвования Шейбани-хана мусульманской церкви, а также суровый нрав монарха, местное духовенство не считало нужным вступать с ним в конфронтацию, и он остался в мусульманской суннитской традиции как истинный борец за веру и едва ли не святой.

Мухаммед Шейбани погиб в 1510 г. в бою с войсками персидского шаха Исмаила, и даже его гибель (в ходе очередного завоевательного похода) была представлена как «мученическая смерть» в результате священной войны, «горестное событие», а сам погибший монарх заслужил вошел в историю как «хакан-мученик»[1]. Этот его образ нашел отражение в большинстве исторических сочинений среднеазиатских авторов, и на сегодняшний день Мухаммед Шейбани-хаи считается одним из выдающихся правителей в истории Средней Азии.

Задания к case study 9

  • 1. Назовите личные качества и навыки Шайбаии-хана, позволившие ему разработать и реализовать эффективную информационную войну против соперников.
  • 2. Объясните, какой коммуникационный эффект имела денежная реформа Шайбани-хана.
  • 3. Охарактеризуйте значение исторических сочинений как средства политической коммуникации. Почему оно оказалось наиболее действенным именно в Центральной Азии эпохи позднего Средневековья?
  • 4. Перечислите, с помощью каких средств Мухаммад Шайбани-хан сумел сформировать свой положительный образ в глазах многонационального и даже по- ликонфсссионального населения своей державы?

  • [1] Хафиз-и Таныш Бухари. Шараф-наме-йи шахи (Книга шахской славы). Т. I. М. :Наука, 1983. С. 83.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>