Полная версия

Главная arrow Литература arrow ИСТОРИЯ ЗАРУБЕЖНОЙ ЛИТЕРАТУРЫ СРЕДНИХ ВЕКОВ И ЭПОХИ ВОЗРОЖДЕНИЯ

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

ДВА ВЕКА ИТАЛЬЯНСКОГО РЕНЕССАНСА: ОТ БОЯРДО ДО ТАССО

Тассо жил в мире, полном противоречий... Отсюда разорванность, тревога и раскаяние, характерные как для его поэтического мира, так и для его жизни.

Де Санктис, историк итальянской литературы

Возрождение в Италии продолжалось дольше, чем в других странах Европы: оно обнимает почти три столетия. В XV в., после Петрарки и Бок- каччо, оно достигло зрелости, а в XVI в. вступило в полосу кризисных явлений. Эти два столетия — время величайших достижений практически в самых разных жанрах: в философско-публицистической прозе, новеллистике, драматургии, но особенно весомы они в поэзии.

Высокое Возрождение в Италии в XV в.: кружок Медичи. В XV в. Италия оставалась феодально раздробленной. Но ее общественно-политическое развитие приобрело новый характер. Богатые города оставались центрами экономической жизни. Но обострение социальных конфликтов, борьба между «жирными» и бедняками вели к усилению единовластия верхов. Республиканские порядки в городах сменяются тираниями. Гуманистическое движение приобретает ученый характер. Важная тенденция — стремление литераторов освободиться из-под гнета церковной ортодоксии и борьба с невежеством и схоластикой.

«Ученый гуманизм». В XV в. гуманистическое движение в Италии ширится, наряду с Флоренцией появляются новые культурные центры. Неаполь, Рим, Феррара. Гуманизм становится зрелым, но одновременно приобретает более элитарный и «придворный» характер: герцоги и князья, властители итальянских городов, привлекают к себе на службу ученых, художников и поэтов-гуманистов.

Начало высокого Возрождения связано все с той же Флоренцией, с которой соприкоснулись, как отмечалось, судьбы Данте, Петрарки и Бок- каччо. Важную роль сыграла династия банкиров Медичи, являвшимися некоронованными властителями города и превратившими его фактически в культурный центр Италии. Один из Медичи, Козимо, богач, снискал популярность своими щедрыми подачками простому люду и покровительством искусству. Если Козимо заслужил титул «Отца отечества» (как когда-то Цицерон после низвержения Каталины), то его сын Лоренцо — прозвище «Великолепный». При его дворе жили обласканные им художники Боттичелли, Леонардо да Винчи, скульптор Микеланджело и другие корифеи искусства. Сам Лоренцо, не только меценат, но и человек высокообразованный, был одаренным поэтом. Пойдя по стопам Петрарки, он воспел свою платоническую любовь к Лукреции Донати в книге стихов «Леса Любви». Он также был автором «Карнавальных песен», исполняемых во время народных праздничных шествий, так называемых триумфов. Сын Лоренцо Джованни стал римским папой под именем Льва X.

При нем вспыхнуло восстание (1494), приведшее к временному восстановлению республики. Его возглавил доминиканский монах Савонарола (имя которого осталось в истории и стало едва ли не синонимом страстного обличителя). В своих пламенных проповедях он громил пороки власть имущих, разврат, тунеядство, роскошь. Но при этом впадал в другую крайность, насаждая фанатичный аскетизм, когда на кострах пылали картины ренессансных художников и даже «Декамерон» Боккаччо. В конце концов, Савонарола был схвачен сторонниками Медичи и папы и подвергнут казни как еретик.

Ренессансно-рыцарская поэма: Пульчи и Боярдо. На исходе XV в. в Италии возникает новый культурный очаг — Феррара, в которой переживают расцвет ренессансное искусство и литература. Правившие в Ферраре герцоги из династии д’Эсте владели богатейшей библиотекой, основали университет, приглашали людей искусства, а главное — стремились насаждать культ рыцарства в своеобразной ренессансной окраске. В Ферраре процветала поэзия, по преимуществу, крупные, эпические формы. Среди сочинений такого рода выделяется поэма в 28 песнях «Большой Моргайте» Луиджи Пульчи (1432—1484), поэта, приближенного к Лоренцо Медичи. В поэме, близкой к буффонаде и стилистически созвучной Рабле, рассказывалось о вражде между двумя дворянскими родами, Къярамонте (к которому принадлежит Орландо, т.е. Роланд) и Маганца, представленным Гано (т.е. Ганелоном).

Сюжетные мотивы «Песни о Роланде» даны в несколько сниженном, бурлескном виде. Интриган Гано посылает на гибель верных вассалов Карла Великого. Но сами персонажи — комичны. Друг Орландо — великан Морганте — необычайно силен, но страдает непомерным чревоугодием, Карл Великий отличается старческой словоохотливостью, а Ринальдо — хвастун и любитель кутежей.

Вслед за Пульчи увидела свет поэма «Влюбленный Роланд» (1486) Мат- тео Боярдо (ок. 1441 — 1494), по рождению знатного аристократа, талантливого поэта, служившего при Феррарском герцоге. Поэма, оставшаяся неоконченной, написана октавой, излюбленной строфой итальянской ренессансной поэзии (она затем перекочевала в другие литературы: октавой написаны «Беппо» и «Дон Жуан» Байрона, «Домик в Коломне» Пушкина). В центре у Магтео Боярдо — Роланд, который, в отличие от протагониста «Песни о Роланде», прежде всего патриота и воина, предстает как рыцарь, носитель куртуазных добродетелей. Его поступками движут, как и у других персонажей Боярдо, исключительно любовь, ревность, соперничество, женская хитрость. Роланд у Боярдо влюблен в красавицу Анжелику. Появившись при дворе Карла Великого, она кружит головы его рыцарям. Во имя Анжелики Роланд совершает подвиги, но наталкивается на ее холодность. Анжелика же влюблена в двоюродного брата Роланда,

Ринальдо. Но тот равнодушен к ее чарам. Оказывается, что они испили воды из волшебного источника, способного менять чувства людей. Позднее они меняются ролями: Ринальдо влюблен в Анжелику, но чувство его безответно. В поэме Боярдо, как во многих куртуазных сочинениях, — нагромождение приключений, в которых «задействованы» феи, волшебники, великаны и им подобные существа.

Ариосто и его «Неистовый Роланд». Наиболее значительным образцом ренессансно-рыцарской поэзии, продолжающей традицию, заложенную Боярдо, стала знаменитая поэма «Неистовый Роланд», написанная октавой, в 46 песнях, принадлежащая перу Лодовико Ариосто (1474—1533). Близкий к феррарскому двору, Ариосто остался в истории литературы как автор выдающейся по своей художественной силе поэмы, над которой он трудился четверть века. В центре поэмы, как и у Боярдо, — Роланд. В поэме, насыщенной огромным количеством эпизодов и перипетий, едва ли поддающихся подробному пересказу, Ариосто продолжает неоконченную поэму Боярдо. При этом он усложняет коллизию разнообразными вставными эпизодами, запутывает интригу, чередует комические и трагические эпизоды, соединяет обыденное и фантастическое, а главное — меняет концепцию любви, которая предстает наваждением, безумием, неконтролируемой страстью.

В пестрой мозаике эпизодов у Ариосто — а его поэма близка к рыцарскому роману — прослеживаются три главные темы. Первая, достаточно традиционная для каролингского эпоса, — это противоборство Карла Великого и преданных ему рыцарей, его паладинов, с неверными. После множества поединков и сражений воинство сарацинского царя Аграманта, достигшее Парижа, разгромлено, что означает избавление христианского мира от смертельной угрозы.

Вторая тема, в сущности, главенствующая, связана с любовью Роланда к роковой красавице, язычнице Анжелике. Именно эта страсть становится причиной безумия героя, о чем заявлено в заглавии поэмы. Множество эпизодов связано с преследованием Роландом Анжелики, которая становится предметом соперничества между христианскими рыцарями. Анжелика спасает раненого сарацинского юношу, красавца Медора, и загорается к нему страстью. В лесу, где Медор и Анжелика предавались любви, Роланд видит следы их страсти, дополненные свидетельствами пастуха. Жестокая ревность приводит Роланда к помрачению рассудка. При этом отчаяние, овладевшее благородным рыцарем, отмечено подлинным драматизмом и выписано поэтом с психологической достоверностью.

Наконец, третья тема связана с историей любви сарацинского воителя Руджеро к Брадаманте, сестре Ринальдо.

Поэма отмечена героическим пафосом, соединенным с иронической, насмешливой интонацией. Ариосто создает особый светлый яркий мир, в котором есть место красоте и подвигу. А разве не о них постоянно мечтают люди? Ариосто, как истинному художнику-гуманисту, импонируют личности смелые, энергичные, готовые к бескорыстному деянию. Вместе с тем, поэт отнюдь не смотрит на мир сквозь розовые очки; есть в поэме и выпады по адресу тиранов (правда, античных), и критические стрелы в сторону монашества, и сетования но поводу горестной судьбы Италии. Исполненное блеска и легкости творение Ариосто — одно из вершинных явлений поэзии итальянского Ренессанса.

Кризис гуманизма: Макиавелли. XVI в. — позднее Возрождение в Италии, отмеченное кризисными явлениями. В результате великих географических открытий, налаживания новых морских путей ослабевает значение богатых итальянских портов. Италия, жертва хищнической экспансии соседей, экономически слабеет. Усиливается феодальная реакция, а вместе с ней — и наступление консервативных католических сил. Все это отрицательным образом сказывается на развитии культуры. Происходит постепенная трансформация ренессансного «универсального человека» в «благовоспитанного придворного», запечатленная в трактате Б. Кастильоне «Придворный» (1513—1518). Позднее Возрождение характеризуется развитием пасторального жанра, ярким примером которого стал пастушеский роман Якопо Саннадзаро (1458—1530) «Аркадия» (1502). Он стал широко известен за пределами Италии и ему было суждено заложить мощную традицию европейской романной пасторали XVI—XVII вв.

В это время творит выдающийся писатель Никколо Макиавелли (1469— 1527), являвший характерный для Ренессанса тип универсально талантливой личности: государственный деятель, юрист, историк, поэт, драматург. Он вошел в историю политической мысли как автор знаменитого трактата «Государь» (1513), в котором сформулировал концепцию власти фактически неограниченного правителя. В ней он доказывал, что для достижения высших государственных целей правомерно использовать любые средства, в том числе самые аморальные. Эта политическая философия, до сих пор бытующая в международных отношениях, получила название макиавеллизма. Макиавелли был автором нескольких исторических трудов, поэтом и создателем знаменитой комедии «Мандрагора» (1514), пронизанной сатирическими мотивами. В центре ее — монах Тимотео, ловкий лицемер, абсолютно аморальный, промышляющий сводничеством, которое изображает чуть ли не богоугодным делом. Его рассматривают как одного из литературных предтеч знаменитого мольеровского Тартюфа.

XVI в. был также временем достижений в области драматургии и театра. Национальным своеобразием отличалась народная, по своей основе, комедия масок, которая получила название «комедиа дель арте». Это было веселое, живое, исполненное комизма и даже буффонады представление, построенное на любовной интриге с разного рода хитроумными ходами. В этом жанре фигурировали обычно образы-маски, наделенные определенными признаками. Одним из главных героев был слуга, Дзанни, который представал в разном обличье: то как проворный ловкач, то как деревенский простак. Среди персонажей были также служанка (Коломбина), деревенская девушка, молодые влюбленные, счастью которых мешает старик-отец.

В XVI в. влияние католической реакции, подавлявшей инакомыслие и вольнолюбие, усилилось. В 1600 г. сжигают на костре натурфилософа и писателя Джордано Бруно (1548—1600), последователя Коперника, взгляды которого противоречили учению церкви о сотворении мира. Был объявлен иезуитами сумасшедшим Томмазо Кампанелла (1568—1639), автор утопического романа «Город солнца» (1602), рисовавшего идеальное общественное устройство. Заставили отречься от своих взглядов гуманиста и великого ученого Галилея (1564—1642). Позднее драматизм его судьбы привлек внимание ряда писателей, в том числе Б. Брехта.

Торквато Тассо: «Освобожденный Иерусалим». Закат Ренессанса в Италии отмечен фигурой последнего величайшего поэта этой эпохи Торквато Тассо (1544—1595), жизнь которого сложилась во многом трагично. Сын поэта Бернардо Тассо, он получил прекрасное образование, переехал в Феррару, где приобщился к жизни двора.

Существует легенда, согласно которой он был влюблен в принцессу Элеонору д’Эсте, сестру герцога Феррары, который воспринял поэта, проявившего неслыханную дерзость, психически нездоровым и поместил его в сумасшедший дом. Сейчас установлено, что мотив любви был вымышлен, но Тассо действительно был болен. Как человек крайне впечатлительный, он тяжело переживал унижения, связанные с придворной жизнью, а также испытывал горькие религиозные метания.

Тассо дебютировал поэмой «Ринальдо» в духе рыцарской классики. За ней последовала пасторальная драма «Аминта» написанная в духе античных идиллий Феокрита и эклог Вергилия. В ней описывалась трогательная любовь пастуха Аминты к холодной нимфе Сильвии. При этом в «Аминте», этом классическом образце пасторали, любовное чувство воспроизводилось во всех его психологических подробностях.

Но главным делом жизни Тассо стало создание поэмы «Освобожденный Иерусалим» (1575). В ней он хотел дать образец национальной героической эпопеи, в чем-то сопоставимой с «Энеидой» Вергилия. При этом она отлична от поэмы Ариосто. Во-первых, его тема была уже актуальна: она соотносилась с крестовым походом за освобождение Гроба Господня (1099). Поэма была созвучна событиям XVI в., когда католическая Европа вступила в резкую конфронтацию с Оттоманской империей. Это нашло яркое выражение позднее в разгроме турецкого флота при Лепанто (в ней участвовал будущий автор «Дон Кихота»). Во-вторых, не в пример свободной, в духе ренессансного вольномыслия, поэме Ариосто, Тассо придерживался композиционной строгости и четко проведенной идеи, связанной с апофеозом христианского воинства.

Исторической основой был поход Готфрида IV Бульонского, завершившийся взятием Иерусалима. Его осада осуществлена по велению Бога, посланцем которого выступает архангел Гавриил. Боевые действия — цепь поединков между христианскими героями, руководимыми Провидением, и сарацинами, олицетворяющими силы ада и зла. Благодаря вмешательству небесных сил христианские рыцари одерживают победу.

В структуре поэмы очевидна ориентация Тассо как на «Илиаду» Гомера, так и на «Энеиду» Вергилия. При общей строгости поэмы, в нее вплетаются сказочные и романтические элементы — образы волшебных садов и замков, заколдованных лесов. Стилистика рыцарских романов явно присутствует в художественной палитре поэмы. Это проявляется и в интерпретации любовной темы. Под пером поэта возникают и фигуры дев-воительниц, и славных рыцарей, совершающих во имя них невероятные подвиги.

Так, христианский рыцарь Ринальдо, оплот крестоносцев, оказывается в объятьях волшебницы Армиды, привлекшей его к себе с помощью волшебного пояса.

Соблазнившая немало рыцарей-христиан, она из коварной чаровницы превращается во влюбленную женщину и переносит Ринальдо на далекий остров, где они наслаждаются страстью в ее волшебных садах посреди роскошной природы. Эти описания — апофеоз чувственной страсти — относятся к самым впечатляющим сцепам поэмы. Отправленные Готфридом рыцари после долгих блужданий находят пропавшего Ринальдо, предающегося неге и забывшего о воинском долге. Ему предлагают алмазный щит, на котором он видит себя:

Ринальдо бросил взор на этот щит И в нем свое увидел отраженье,

Какой несвойственный мужчине вид!

Эта сцена вызывает ассоциации с Ахиллесом из «Илиады», покинувшим лагерь ахейцев из-за обиды на Агамемнона. В итоге Ринальдо возвращается к крестоносцам и помогает им овладеть Иерусалимом. И хотя Тассо пытался представить Армиду как орудие антихристианских сил, он, тем не менее, воспел ее любовь и в финале соединил с Танкредом.

Другая примечательная история — это увлечение одного из главных героев поэмы Танкреда, влюбленного в прекрасную сарацинку Клотильду. Сражаясь с Клотильдой в темноте, он не узнает ее, и она гибнет от его руки. Именно в любовных сценах поэмы особенно ярко сказалось мастерство Тассо.

После появления поэмы она вызвала и читательские восторги, и нападки на поэта тех, кто счел ее недостаточно ортодоксальной с точки зрения канонического христианства. Это тяжело подействовало на Тассо, и он принялся за переработку поэмы, исключив из нее ренессансное жизнелюбие и подчинив текст новой редакции, названной «Завоеванный Иерусалим» (1592). Это привело лишь к снижению художественного уровня поэмы. Но она понравилась власть имущим, и папа не только назначил Тассо пенсию, но предложил увенчать его лавровым венком на Капитолии. Однако поэт не дожил до этого вожделенного часа.

Тассо был трагической фигурой. К. Батюшков посвятил ему элегию «Умирающий Тасс» (1817), а Гёте — стихотворную драму «Торквато Тассо» (1790). В «Евгении Онегине» Пушкин вспоминает «...средь ночных забав // Напев Торкватовых октав».

 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>