Полная версия

Главная arrow Политология arrow Геополитика

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>

5.3. Проблема ускорения времени

Отвечая на вопрос, почему мир не был сотворен раньше, св. Августин утверждал, что никакого "раньше" вообще не могло быть, поскольку время было создано вместе с миром. К Богу, существующему вне времени, неприемлемы понятия "раньше" и "позже". Для него верно лишь вечное настоящее, в нем наличествует одновременно и прошлое, и настоящее, и будущее.

Все же мы знаем, что человек и его деяния, общество существуют во времени. Общественно-исторические феномены и процессы отмечены становлением, развитием и убыванием. Как сказано в Екклесиасте, "всему свое время, и время всякой вещи под небом". Общественно-исторические феномены и процессы имеют не только пространственное, но и временное измерение. Существуют две ипостаси времени: циклическое время как последовательность повторяющихся событий (жизненных кругов) и линейное (историческое) время как однонаправленное поступательное необратимое движение. Линейно протекающая расчлененная длительность составляет неотъемлемое свойство жизни.

Время — преходящее и вместе с тем вечное явление, оно выражает конечность и вечность одновременно. В этом смысле прав был Платон, который в "Тимес" утверждал, что время — это движущийся образ вечности. Чтобы совладать с безмерностью космического времени и быстротечностью людской жизни, человечество создало соответствующие символические структуры.

В отличие от космического, человеческое время связано с осознанием прошлого, настоящего и будущего. В этом смысле оно постигается как движение от прошлого к будущему через настоящее. Поэтому категория "пространство — время" в равной мере относится как к природному, так и к социально-историческому миру. При анализе общественных и политических феноменов уместны не только вопросы "что", "где", "как", но и не менее основополагающие вопросы "когда" и "насколько долго".

Первые попытки измерения времени путем его деления на определенные отрезки (единицы) восходят к древнейшему периоду истории человечества. Деление времени на часы, призванные фиксировать длительность, последовательность, темп, периодичность, было впервые введено древними египтянами, а затем и остальными древними цивилизациями. Каждая из них создавала собственное летосчисление или же заимствовала его у других. Например, как сообщает отец истории Геродот, греки заимствовали так называемый лунно-солнечный календарь у вавилонян. Этот же календарь был принят ассирийцами, а затем — персами и иудеями.

При всех последующих изменениях в календарях (как западных, так и восточных) вплоть до конца Средних веков в Европе и, по сути дела, до XX столетия в остальной части земного шара социальное и историческое время как бы пребывало в некоем застывшем, летаргическом состоянии. Казалось, что оно совпадает с геологическим временем и ничто не способно помешать его размеренному, неспешному ходу (разумеется, такая оценка корректна лишь как метафора).

В этом контексте идеалом служил так называемый золотой век, который Овидий характеризовал как период, когда отсутствовали власть, письменные законы, суды, войны, общение с иноземцами, как состояние, которое не меняется, а пребывает в неподвижной вечности. Сенека полагал, что люди "золотого века", лежащего вне исторического времени, жили в блаженной неподвижности и, "еще не зная испорченности, следовали природе".

Постепенно римский annus perennus, т.е. неиссякающий, вечно длящийся год был оттеснен концепцией динамического поступательного времени и развития. Уже в образе двуликого Януса, обращенного лицами в прошлое и будущее, нераздельно слиты в единое целое само время и деятельное, миросозидающее движение.

Разрешение загадки времени было сопряжено с раскрытием рокового значения слов "прошедшее", "настоящее" и "будущее" с их неумолимой необратимостью. Развитие представлений людей о времени, особенно в Новое и Новейшее время, привело в конечном счете к осознанию факта его необратимости.

В XIX в. сформировалась идея так называемой "стрелы времени", заключавшей в себе признание динамичности, необратимой направленности, неповторимости и энтропийности общественно-исторических феноменов и процессов. Время движется (если возможно так говорить) только в одну сторону — вперед, оно необратимо, ему нет пути назад. Это безусловный и сакраментальный закон жизни вообще и человеческого существования в частности.

И действительно, никаких круговоротов, никаких циклов, понимаемых как некий возврат к первоначальному состоянию, в мировой истории не было и не могло быть. История человечества движется в направлении стрелы времени, необратимо: то, что было один раз, больше никогда, во всяком случае в точности, не повторится. Ни человек, ни Бог не в состоянии отменить формулу "дважды четыре", или "перпендикуляр, опущенный с вершины прямоугольного треугольника, делит треугольник на две равные части".

Такое понимание времени в силу множества факторов стало более характерно для Запада, чем для Востока, так как на Западе развернулись и постоянно наращивали темпы динамические процессы формирования капитализма и определяющих его сущность индустриализации, урбанизации, ускорения научно-технического прогресса, утверждения научно-рационалистического миропонимания и т.д. Можно сказать, что сущностной характеристикой необратимого, направленного времени является движение, динамика.

Как показывает исторический опыт, каждая цивилизация (каждый культурный круг) имели собственные понимание и измерение времени. В наши дни сближение и взаимопроникновение Запада и Востока, Севера и Юга, формирование единого мирового экономического, информационного, технологического, экологического, культурного и иных форм пространства постепенно отодвигают на задний план различные национальные или цивилизационные летоисчисления. Повсеместно принимается на вооружение, если не официально, то де-факто, григорианский календарь, который постепенно приобрел общемировой статус.

Хотя вследствие вращения Земли время суток в различных частях нашей планеты различно, для многих целей оказалось необходимо наличие единого, всепланетарного времени. Им стало время нулевого меридиана, проходящего через Гринвич в Англии, — Гринвичское всемирное (меридианное) время. В 1885 г. была введена и постепенно принята всеми странами система временных поясов.

Синхронизация минут и секунд обеспечивалась сначала посредством телеграфа, а в паше время — с помощью спутниковой связи. В развитии мировых процессов во все более растущей степени утверждается механизм синхронности. Электронные средства массовой информации, спутниковая связь, передовая телематика, обеспечивая практически мгновенную передачу информации во все уголки земного шара, создают ощущение одновременности и вездесущности.

С развертыванием технологической и промышленной революций, индустриализации и урбанизации, а затем научно-технической революции второй половины XX в. началось и интенсифицировалось беспрецедентное убыстрение исторического и социального времени. Перемены настолько грандиозны и стремительны, что прошлое и будущее как бы растворяются в настоящем. Настоящее быстро устаревает, время как бы теряет непрерывность, становится хаотическим чередованием не связанных между собой отрезков.

Вместе с учащением пульса планеты ускоряются темпы перемен во всех сферах жизни. Спутники, волоконно-оптические кабели, компьютеры и факсы способствуют экспоненциальному убыстрению и уплотнению потоков информации. Телекоммуникационные сети, соединившие между собой самые отдаленные точки земного шара, обеспечивая моментальную связь между ними, создали возможность преодоления времени.

В результате человек с помощью электронных средств массовой информации приобрел способность как бы пребывать одновременно в разных местах и быть участником событий, происходящих далеко за пределами своего фактического физического присутствия. Произошло своеобразное выравнивание времени в различных точках планеты, в результате чего мы имеем пространственно-временное единство всего земного шара.

Революционные изменения происходят и в сфере языкового общения. В качестве средств мирового общения все большую значимость приобретают несколько ведущих языков, а английский язык в некоторых сферах (например, авиации) получает статус мирового языка.

Компьютерный язык, основанный на английском, становится средством универсального межнационального общения, особенно в деловом мире. Огромное значение имеют разработка и внедрение новейших средств машинного перевода, которые позволяют преодолеть языковые барьеры между представителями разных стран и народов.

Из всего изложенного можно сделать вывод, что комплекс названных и связанных с ними других процессов и тенденций мирового развития способствовал формированию единого всемирного времени, характеризующегося беспрецедентной динамичностью, ускорением и сокращением. Вместе с теми процессами и тенденциями, которые были рассмотрены в первом параграфе данной главы, сложилась пространственно-временная инфраструктура современного мира и нового миропорядка.

 
<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>