Диалектический материализм - философия марксизма

Соединение материализма и диалектики. Преодолевая идеализм гегелевской и созерцательно-метафизический характер фейербаховской философии, Маркс и Энгельс унаследовали содержание их учений — диалектику Гегеля и материализм Фейербаха, освобожденные соответственно от идеализма и метафизики.

Так, порвав с идеализмом Гегеля, они сохранили и развили в своем учении его диалектику как теорию и диалектический метод познания и мышления.

Но это была уже материалистическая диалектика, в рамках которой человеческие понятия истолковываются как отражения реальных вещей, их многообразных связей и отношений. Такое соединение диалектики и материализма положило начало созданию новой философии — диалектического материализма.

В качестве первичной признается диалектически развивающаяся объективная материальная действительность, отражением которой выступают категории и законы мыслительной деятельности людей.

«Диалектика сводилась этим к науке об общих законах движения как внешнего мира, так и человеческого мышления: два ряда законов, которые по сути дела тождественны...»[1]

Это значит, что в «диалектике понятий», т.е. в их сложной и противоречивой взаимосвязи и развитии воспроизводится «диалектическое движение действительного мира». Другими словами, в «диалектике понятий» отражается «диалектика вещей».

Таким образом, материалистически истолкованная гегелевская диалектика была как бы перевернута, «поставлена на ноги», ибо прежде, по остроумному замечанию Энгельса, «она стояла на голове»[2]. Освобожденная от «идеалистических оболочек», она стала плодотворным методом исследования явлений природы, общества и человеческого мышления.

«Великая основная мысль», выражающая основополагающую идею диалектики, заключается, по Энгельсу, в том, что «мир состоит не из готовых, законченных предметов, а представляет собой совокупность процессов, в которой предметы, кажущиеся неизменными, равно как и делаемые головой мысленные их снимки, понятия, находятся в беспрерывном изменении, то возникают, то уничтожаются, причем поступательное развитие, при всей кажущейся случайности и вопреки временным отливам, в конечном счете прокладывает себе путь...»[3]

Такова диалектика развития объективного мира и его познания. Учение о ней составляет важный раздел марксистской философии диалектического материализма. Речь идет, разумеется, о материалистической диалектике, которая, по словам Лепина, является «душой» марксизма.

В работе «Анти-Дюринг» Энгельс писал, что, спасая «сознательную диалектику» Гегеля, он и Маркс постарались «перевести ее в материалистическое понимание природы». В этой, а также в работе «Диалектика природы» Энгельс последовательно проводил идею о том, что «природа есть подтверждение диалектики» и что новейшие открытия в области естествознания доказывают это. Глубокое обоснование этой идеи дается в названных выше работах Энгельса, а также в философских трудах такого выдающегося марксиста, как Владимир Ильич Ленин (1870—1924).

В своей работе «Материализм и эмпириокритицизм» Ленин доказывает, что состоявшиеся в конце XIX и в начале XX в. открытия в области физики, химии и других наук показали ограниченность метафизического материализма и в то же время подтвердили основные положения диалектического материализма.

Имеются в виду такие положения диалектико-материалистической философии, как первичность материи и вторичность сознания, философское понятие «материи» и естественно-научные представления о ней, соотношение материи и движения, толкование пространства и времени как форм существования материи, а также соответствующие положения о познании мира, объективной, абсолютной и относительной истине, о роли практики в познании и т.д.

Две стороны основного вопроса философии. «Великий основной вопрос всей, в особенности новейшей, философии есть вопрос об отношении мышления к бытию», — утверждает Энгельс в работе «Людвиг Фейербах и конец классической немецкой философии»[4]. В этой и в других своих работах, таких как «Анти-Дюринг» и «Диалектика природы», он характеризует основной вопрос философии как вопрос об отношении мышления к бытию, духа к природе, сознания к материи. Философы, писал он, разделились на два больших лагеря сообразно тому, как они отвечали на данный вопрос. «Те, которые утверждали, что дух существовал прежде природы, и которые, следовательно, в конечном счете, так или иначе признавали сотворение мира, — а у философов, например, у Гегеля, сотворение мира принимает нередко еще более запутанный и нелепый вид, чем в Христианстве, — составили идеалистический лагерь. Те же, которые основным началом считали природу, примкнули к различным школам материализма»[5].

Надо сказать, что идеалистически и материалистически мыслящие философы появились с самого начала становления и развития философии. И, как уже отмечалось, классическое определение материализма и идеализма было дано немецким философом Ф. Шлегелем задолго до Маркса и Энгельса. Многие философы немарксистского направления в прошедшие эпохи и в настоящее время отмечали и отмечают существование идеалистического и материалистического направления в философии. В свою очередь последовательный марксист В. И. Ленин указал на линию Демокрита и линию Платона в развитии философии от Античности до наших дней — материалистическую и идеалистическую.

Смысл основного вопроса философии заключается в указании на предельно общие субстанции — материальную и духовную — и отражающие их понятия. В зависимости от того, какая из этих субстанций признается за первичную, решается вопрос о природе и сущности отдельных явлений и соответственно множество других философских проблем. Как показывает история развития философской мысли на Западе и Востоке, философы неизбежно приходили к вопросу об изначальной субстанции мира, чтобы иметь о нем более или менее целостное представление. Является ли это представление истинным или ложным, и как доказать это — уже другая проблема.

Марксистская философия решает проблему соотношения бытия и мышления, природы и духа, материи и сознания диалектико-материалистически. Так, признавая первичной материю и вторичным сознание, она рассматривает их сложные и противоречивые взаимодействия, указывая при этом на активную роль сознания, его воздействие на природу и общественное бытие людей в процессе их предметно-практической деятельности. К тому же раскрывается соотношение не только понятий «бытие» и «мышление», но также понятий «бытие» и «материя», «бытие» и «природа», о чем пойдет речь далее.

«Но, — писал Энгельс, — вопрос об отношении мышления к бытию имеет еще и другую сторону: как относятся наши мысли об окружающем нас мире к самому этому миру? В состоянии ли наше мышление познавать действительный мир, можем ли мы в наших представлениях и понятиях о действительном мире составлять верное отражение действительности?»[6]

Как следует из работ Маркса и Энгельса, они твердо исходили из того, что мир познаваем, что объективные явления и процессы материального мира более или менее правильно отражаются в сознании людей. Формирующиеся таким образом знания о мире помогают им приспосабливаться к нему и преобразовывать его в соответствии со своими потребностями и интересами. Ранее о возможности познания мира писал Гегель, который решал эту проблему с позиций идеалистических представлений о тождестве мышления и бытия.

Однако, писал Энгельс, ряд философов, стоящих на позициях агностицизма, оспаривают возможность познания мира или, по крайней мере, исчерпывающего его познания. К ним он отнес английского философа Д. Юма и немецкого философа И. Канта, заметив при этом, что они играли значительную роль в развитии философии.

Указывая на существующие формы агностицизма, т.е. разного рода взгляды о непознаваемости мира, марксистская философия опровергает их. При этом она опирается на достижения современного естествознания, общественных наук и общественную практику, которые убедительно показывают, что люди узнают о мире (природе, обществе, человеке) все больше и больше, постигают сущность явлений и законы их развития. Благодаря этому общество может существовать и развиваться. Особенно это относится к современному обществу.

  • [1] Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. Т. 21. С. 302.
  • [2] Там же. Т. 21. С. 302.
  • [3] Там же.
  • [4] Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. Т. 3. С. 4.
  • [5] Там же. С. 283.
  • [6] Маркс К., Энгельс. Ф. Сочинения. 2-е изд. Т. 3. С. 283.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >