Полная версия

Главная arrow Культурология arrow АРХИТЕКТУРА: КОМПОЗИЦИЯ И ФОРМА

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

КОМПОЗИЦИЯ И ФОРМА В АРХИТЕКТУРЕ. ОБЩИЕ ПОНЯТИЯ

Слово «композиция» (от лат. compositio — сложение, соединение) — ключевое в любом виде творчества. Каждый продукт (результат) творческой деятельности в конечном счете есть не что иное, как определенное (а не случайное) сочетание элементов — звуков, линий, цветовых пятен, объемных форм, пространств и пр[1]. Применительно к архитектуре и архитектурному дизайну[2] можно утверждать, что композиция — это эстетически обусловленное взаиморасположение материальных элементов и пространств.

Определение выглядит простым, но содержит скрытый и очень трудный вопрос в словосочетании «эстетически обусловленное». Действительно, по каким законам, правилам, принципам должны сочетаться элементы композиции, чтобы родилось полноценное, т.е. образное и гармоничное произведение строительного искусства? Какие взаимоотношения могут быть (или должны быть) между массой и пространством, элементами самой массы, элементами пространства, плоскостью и объемом, внутренним пространством и его архитектурной оболочкой, конструкцией и формой, формой и функцией? Каким образом можно оптимизировать эти взаимоотношения и как учитывать законы восприятия? И нужно ли их учитывать?

Ответы на эти кардинальные для профессии вопросы невозможны без привлечения такого итогового для процесса проектирования понятия, как архитектурная форма. Это понятие — не синоним композиции. Композиция олицетворяет собой принципиальные закономерности организации конкретной архитектурной «материи», которую в первом приближении можно обозначить как массу, т.е. обобщенные геометрические параметры, контур (а не физическую массу) будущей формы. Полноценной архитектурной «материей» форма становится после того, как масса будет конкретизирована факторами влияния — функцией, конструкцией, контекстом, образно-эстетическими соображениями, технологией и др. Таким образом, масса — это первая ступень материализации принципиальных композиционных закономерностей и связей. Масса как промежуточная категория исчезает после окончательного становления архитектурной формы. Поэтому можно утверждать, что архитектурная форма — это овеществленная и конкретизированная композиция. Исходная триада «композиция — масса — форма» отражает последовательность проектирования от общего к частному.

Действительно, любая архитектурная композиция существует лишь постольку, поскольку она материализована в конкретных формах. Это относится и к пространственным композициям, которые просто не существуют без фиксирующих их материальных форм. Пространства бескрайней степи или безграничной водной глади не являются композиционно организованными. Подчеркнем, что понятия архитектурной формы могут быть применены лишь к материально-пространственным формам, созданным человеком по законам композиции, т.е. по законам красоты. Ни один природный ландшафт не может быть назван композицией.

Таким образом, в архитектурно-дизайнерской сфере категории формы и композиции неразделимы[3]. Но в этой диалектической паре композиция играет роль «организатора» формы, т.е. она служит не целью, а средством проектной деятельности, целью которой, в свою очередь, является вполне материальный продукт — архитектурно-градостроительный объект, т.е. реальная форма. Отсюда следует, что законы композиции и законы организации формы принципиально идентичны. Поэтому можно утверждать, что архитекторы и дизайнеры — это композиторы форм.

Учитывая широкую распространенность слов «композиция» и «форма», следует уточнить их содержание применительно к архитектурно-дизайнерской сфере и к целям настоящего издания, а именно:

  • • термины «композиция» и «архитектурная композиция» применимы лишь к случаям организации пространства и массы с целью получения эстетического или символистского результата. К объектам закономерно не организованным, а также к природным ландшафтам и объектам[4] термины неприменимы;
  • • термин «архитектурная форма» подразумевает наличие образно-эстетического фактора, корректирующего исходную функциональную или конструктивную «массу» (характерные примеры — доходные дома XIX в. с их дворцовыми фасадами, за которыми скрывается утилитарная функция);
  • • термин «форма» (без прилагательного «архитектурная») применим в тех случаях, когда конструкция объекта является одновременно и его формой (характерный пример — Эйфелева башня).

Композиция и форма — это фундаментальные категории архитектуры, развивающиеся на протяжении всей истории, с момента, когда древнему человеку понадобилась определенная форма не для утилитарных, а для символистских целей, для связи с воображаемыми «высшими силами» (мегалитические сооружения). Таким образом, интуитивно найденная «нервоформа» явилась праматерью будущей осознанной композиции.

Исторический момент, когда человеку потребовалась конкретная внеутилитарная форма, имеющая образно-символистское значение, можно считать временем зарождения зодчества[5]. На территории Европы это произошло в эпоху неолита (рис. 1.1, 1.2).

Менгир в Англии

Рис. 1.1. Менгир в Англии

Менгиры («длинные камни») — это грубо обработанные и поставленные вертикально камни-столбы. Самые древние менгиры относятся к III тыс. до н.э. Считается, что менгиры, как и другие мегалитические сооружения, создавались «жреческой сектой», распространявшей культ солнца морским путем. Некоторые менгиры достигали высоты 20 м при весе до 300 т. Технологии их изготовления, транспортировки и установки до сих пор неизвестны, как неизвестно и их точное предназначение. Менгиры могли быть одиночными либо установленными в ряд с другими по дуговой или прямой линии, образовывая в ряде случаев своеобразные коридоры, иногда многокилометровые. Замкнутые ряды (прямоугольные или овальные) образуют сооружения, называемые кромлехами.

Дольмен в Англии

Рис. 1.2. Дольмен в Англии

Дольмены («каменные столы») — более сложные, чем менгиры, первобытные сооружения. В простейшем варианте это камень, поставленный на один или несколько других камней. Более совершенный вариант представлял собой своеобразный каменный ящик из пяти-шести камней. Соединяясь, дольмены могли образовывать целые комплексы. Основная функция дольменов — погребальная.

Искусственная среда обитания — самый монументальный продукт непрерывной человеческой деятельности на протяжении тысячелетий. С древних времен практика зодчества накопила неисчислимое количество форм и приемов — конструктивных и декоративных. С 1920-х гг., когда начались кардинальные изменения основ архитектурного творчества, это количество стало резко возрастать и процесс казался бесконечным. В условиях этой «гонки» свободного формотворчества возникает резонное сомнение в существовании вечных законов и композиционных закономерностей в архитектуре. Сомнение исчезнет, если вспомнить, что произведения строительного искусства появляются и существуют по воле человека, а природа человека неизменна на протяжении многих тысячелетий. Поэтому неизменны и фундаментальные основы зодчества, среди которых выделяется соответствие формы объекта (т.е. его композиции и образа) типу функции и конструкции[6]. Это соответствие может проявляться естественным, внеконцептуальным путем, например, в обширной типологической группе традиционного народного жилища, где дома строились без проектов, в соответствии с привычным образом жизни, максимально рационально и экономично. С середины XIX в. стали возникать профессиональные концепции органичной зависимости архитектурной формы от специфики конкретной функции и конструкции. Для современных архитекторов-профессионалов эта зависимость является базовой формотворческой аксиомой, что подразумевает глубокое освоение ими фундаментальных законов композиции.

Однозначных и окончательных ответов на основополагающие вопросы архитектурной композиции и формы не существует, как не существует их ни для какого другого искусства. Но известны общие, фундаментальные законы традиционной композиции, без знания и учета которых невозможно выйти на высший, интуитивный уровень архитектурного творчества. Это знание важно прежде всего потому, что помогает автору очертить круг композиционных ограничений, без которых продуктом творческого поиска будет случайный, хаотичный набор элементов, не несущий в себе общезначимого смысла. И не нужно думать, что эти ограничения угнетают свободу творчества. Напротив, они стимулируют творческий поиск, заставляя искать выход из лабиринта условий, которыми столь богата архитектура — самое несвободное из всех искусств[7]. Они способствуют рождению нестандартных или обновленных традиционных решений и в то же время помогают оставаться в рамках композиционной целостности. О богатейших возможностях формообразования в рамках композиционных, конструктивных, функциональных и иных ограничений свидетельствует вся история мирового зодчества.

Эта же история говорит, что чувство композиционной упорядоченности зародилось у человека в глубокой древности и стало одним из фундаментальных его отличий от остального животного мира. Абстрактное мышление, постепенно формировавшееся у людей со времен неолита, рождало потребность в геометрически закономерной форме (в том числе форме пространства), что заставляло их ценой неимоверных усилий создавать из природных материалов композиционно упорядоченные формы, наполненные для них высшим, внеутилитариым смыслом. Так рождалось образное мышление. Поэтому развитие композиционных форм тесно связано с категориями духовного порядка, в том числе и с эстетическими (а в современном мире — в основном только с эстетическими категориями, ставшими облегченным эквивалентом духовности). Попытки исследовать закономерности архитектурной композиции и формы предпринимались еще в эпоху Возрождения. Но решительный шаг в этой сфере науки был сделан лишь в 1920-х гг. советскими архитекторами-авангардистами[8]. Благодаря переходу к геометрически чистым бездекорным формам им удалось подняться на высокий уровень формализации понятий, выявить и обобщить закономерности, виды и средства архитектурной композиции. Они также приступили к изучению законов восприятия архитектурных форм и композиций с учетом оптических искажений и эффектов. Но главное в том, что в соответствии с основными понятиями, которыми оперирует архитектор, — пространством, объемом и плоскостью — ими были выявлены три основные группы композиций: плоскостные (фронтальные), объемные и объемно-пространственные (в без- декорной архитектуре особую актуальность приобретают объемные и объемно-пространственные композиции). Отдельную большую группу составляют композиции интерьерных пространств.

  • [1] Именно видимую простоту «технологии» профессиональной творческой деятельности имел в виду И. Репин, когдана вопрос «Трудно ли быть художником?» ответил: «Вовсе нет. Просто берите нужный цвет и кладите в нужное место».
  • [2] В дальнейшем для экономии места и удобства изложения упоминания о дизайне могут опускаться и по умолчаниювключаться в термин «архитектура».
  • [3] Аналогично в физике неразделимы категории пространства и времени. Академик В. И. Вернадский даже предложилтермин «пространство-время».
  • [4] Природа творит не по законам красоты, а по законам функциональной оптимизации. Даже самая красивая, по мнению людей, бабочка — результат сугубо рациональной бессознательной эволюции, а не чьего-то «эстетического замысла».
  • [5] Слова «архитектура» и «зодчество» нередко употребляются как синонимы, но в современной профессиональнойсреде они различаются оттенками смыслового содержания. Синонимами они были в античную эпоху и в последующиеполтора тысячелетия, когда существовала единая архитектурно-строительная профессия. Термин «зодчество» происходит от греч. sed — глина. От этого же корня происходят слова «созидать» и «здание».Слово «архитектура» образовано от греч. arhi — главный, первый и tectonics — строитель. В России это слово появилосьлишь в Петровскую эпоху и долго применялось наряду с изначальными «мастер», «палатных дел мастер», «каменныхдел мастер», «каменщик» и с более поздним (с XV в.) словом «зодчий». Поэтому правильнее говорить не «древнерусскаяархитектура», а «древнерусское зодчество». Со второй половины XIX в., когда единая прежде профессия начала распадаться на собственно архитектурную (композиционно-эстетическую) и инженерно-строительную, лишь термин «зодчество» продолжает сохранять в себе смысловой оттенок прежней универсальности.
  • [6] Формулу зодчества как единства пользы, прочности и красоты вывел еще в I в. до н.э. известный римский архитектор и военный инженер Витрувий. Правда, эта триада настолько универсальна, что подходит почти ко всем видамматериальной деятельности человека.
  • [7] Чрезвычайно редко архитектор имеет полную свободу творчества. Обычно ему приходится учитывать экономические, функциональные, а иногда и стилистические требования заказчика, положения нормативных документов, условия(технические задания) местных властей и инженерных служб. Па архитектурные решения влияют также особенностиокружающей среды, включая климат и пр.
  • [8] Большой вклад в исследование законов архитектурной композиции внесли в 1920-с гг. Н. А. Ладовский, И. А. Голосов, М. А. Туркус, И. В. Ламцов, Н. В. Докучаев, В. Ф. Кринский. Эта научная тематика актуальна до сих пор из-за^прекращающегося обогащения формотворческого арсенала зодчества.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>