Полная версия

Главная arrow Культурология arrow АРХИТЕКТУРА: КОМПОЗИЦИЯ И ФОРМА

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Зальные пространства

Зальные пространства отличаются прежде всего своими габаритами (объем более 200 куб. м, высота более 3 м). Это обстоятельство

качественно меняет взаимоотношения человека и пространства. В отличие от комнат и кабинетов человек в залах ощущает себя не хозяином

и не масштабным «камертоном» пространства, а лишь его частью, порой весьма незначительной. Еще одно отличие зальных пространств — разнообразие их форм. Наряду с наиболее распространенными прямоугольными в плане залами

начинают все чаще создаваться залы свободной, не связанной никакими осями формой плана, что стало возможным благодаря технологии монолитного строительства и крупным размерам зальных пространств (рис. 7.8).

План паломнической церкви Нотр-Дам-дю-О в селении Роншан (Франция; 1950—1955). Архит. Ле Корбюзье

Рис. 7.8. План паломнической церкви Нотр-Дам-дю-О в селении Роншан (Франция; 1950—1955). Архит. Ле Корбюзье

Лидер рационализма 1920—1930-х гг. Ле Корбюзье в послевоенные годы возглавил противоположное направление в архитектуре, основанное на чувственном иррационализме. Бетонная капелла в Роншане — первое произведение великого мастера, утверждавшее надбытовые ценности. Интерьерное пространство капеллы не имеет осевых ориентиров, оно отличается текучей неопределенностью очертаний, в соответствии с представлениями об охраняющем людей непознаваемом «верхнем» мире.

На форму залов оказывает влияние их функциональная специфика. Так, например, выставочные залы универсального назначения должны быть нейтральными по своему архитектурному облику, чтобы исключить возможность стилистического несоответствия экспозиции и интерьера. Универсальность выставочных залов обязывает при их проектировании предусматривать максимально простую форму плана, а также возможность трансформации пространства и регулирования освещенности (естественного и искусственного). Монофункциональные выставочные залы (включая музейные) имеют более широ-

кий спектр пространственных и планировочных решений, ограниченный лишь характером экспозиции.

Обеденные залы проектируются исходя из класса и функциональной специфики предприятия. Но в любом случае большие площади и большая высота залов не являются обязательным условием их архитектурного качества. При проектировании даже крупных кафе и ресторанов приоритетной остается задача создания уютных, расслабляющих пространств, контрастных беспокойному внешнему миру. Поэтому большие обеденные залы желательно расчленять на отдельные зоны, не обязательно

полностью изолированные, но имеющие все же некие пространственные границы. В обеденных залах желательно не иметь четко выраженных композиционных осей. Предпочтительнее пространства, в которых статика преобладает над динамикой. Исключением могут быть специализированные банкетные залы вытянутой формы. Интерьеры обеденных залов должны быть сугубо индивидуальными по своему архитектурно-дизайнерскому решению, быть запоминающимися, с «изюминкой».

Зрительные залы и залы заседаний, в отличие от выставочных и обеденных, должны не разъединять, а объединять людей, создавать условия для одновременного и однопорядко-

вого воздействия на них происходящим действием. Пространство зрительного зала — это пространство ожидания действия. Во время самого действия это пространство исчезает для восприятия, остается лишь освещенная сцена, которая может располагаться в торце зала (портальная схема) или в его центре (амфи- театральная схема). Оптимальная форма портального зрительного зала — трапециевидная, со сценой, устроенной в меньшей стороне. Однако на практике чаще встречаются залы прямоугольной формы — более представительные и простые в осуществлении. Амфитеатры, естественно, тяготеют к центрической форме плана (рис. 7.9, 7.10).

План Дворца культуры им. А. М. Горького в Санкт-Петербурге (1925—1927)

Рис. 7.9. План Дворца культуры им. А. М. Горького в Санкт-Петербурге (1925—1927).

Архит. А. Гегелло и Д. Кричевский

Для зрительного зала вместимостью 2200 мест опытные зодчие применили трапециевидную форму плана как оптимальную именно для больших залов. Такая форма позволяет приблизить задние ряды партера и балкон к сцене.

Проект главного зала Дворца Советов в Москве (1937). Архит. Б. Иофан

Рис. 7.10. Проект главного зала Дворца Советов в Москве (1937). Архит. Б. Иофан

Гигантский зал решен в виде амфитеатра. Только такая форма позволяла разместить иод куполом 21 тыс. мест. Кроме того, амфитеатр — наиболее демократичная форма, рожденная в античной Греции. Это соответствовало идеологии Советской власти, позиционировавшей себя как власть народа.

Архитектоническая специфика зальных пространств напрямую зависит от архитектурных решений верхней, средней и нижней зон залов. Верхняя зона в отдельных случаях может играть роль ведущего архитектурного мотива зала. Наибольшие возможности в этом отношении предо-

ставляют залы с открытыми пространственными конструкциями перекрытия, особенно со светопрозрачным покрытием. К группе эстетически активных относятся также пространственные формы подвесных экранов, активные системы освещения и др. (рис. 7.11—7.14).

Операционный зал биржи в Амстердаме (1897—1903). Архит. Х.-П. Берлаге

Рис. 7.11. Операционный зал биржи в Амстердаме (1897—1903). Архит. Х.-П. Берлаге

Хендрик-Перкюс Берлаге принадлежал к немногочисленной в эпоху декоративизма плеяде зодчих- рационалистов, которые искали красоту не в украшениях, а в форме и фактуре конструкций, включая стеновые. В операционном зале амстердамской биржи главное внимание привлекает верхняя зона со стеклянным потолком и металлическими фермами. Дополнительный эстетический эффект создается контрастом ажурных арочных конструкций и «средневековых» кирпичных стен.

Операционный зал Почтовой сберегательной кассы в Вене (1904—1906)

Рис. 7.12. Операционный зал Почтовой сберегательной кассы в Вене (1904—1906).

Архит. О. Вагнер

Рациональный творческий метод Вагнера позволил ему создать изысканно-суховатый, лишенный традиционной репрезентативности общественный интерьер с верхним светом. Утилитарность открытых металлоконструкций преодолена за счет минимизации их сечений и сложной кривизны очертания свода.

Перронный зал станции метрополитена «Маяковская» в Москве (1937—1938)

Рис. 7.13. Перронный зал станции метрополитена «Маяковская» в Москве (1937—1938).

Архит. А. Душкин

Этот зал выбивается из бесконечного ряда объектов эпохи «сталинского ампира», гак как имеет авангардный характер, граничащий с ар-деко. Лаконичные сводчато-арочные конструкции из нержавеющей полированной стали формируют эффектную верхнюю зону, освещаемую светильниками в овальных нишах.

Рис. 7.14. Кафетерий в здании Дойче-банка в Берлине (1994—2001). Архит. О. Гери

Небольшое пространство кафетерия под полом атриума кажется значительно выше и просторнее благодаря двойной подвесной конструкции потолка и подвешенным к нему белым «лепесткам».

Средняя зона зала чаще всего имеет фоновое значение или играет роль связующего звена между верхней и нижней зонами. Но нередки случаи, когда именно средней зоне отводится роль главного архитектонического мотива. В исторической архитектуре такое значение имели прежде всего интерьерные колоннады, ритмика и пластично-геометрические формы которых и являются ведущим архитектоническим мотивом в пространстве зала. Современная архитектура нередко использует возможность акцентировать среднюю зону средствами дизайна, а также крупными объемными формами, связывающими верхнюю и нижнюю зоны (рис. 7.15—7.19).

Главный зал Таврического дворца в Санкт-Петербурге (1783—1789). Архит. И. Старов

Рис. 7.15. Главный зал Таврического дворца в Санкт-Петербурге (1783—1789). Архит. И. Старов

Построенный в период расцвета екатерининского классицизма, Таврический дворец отличается особым лаконизмом облика, в котором славную роль играют пропорции и ритмика ордерной архитектуры. Эти же качества присущи основным интерьерам дворца, в том числе главному залу, в котором средняя зона (колоннады и торцевые арочные окна) имеет более важное значение для пространства зала, чем верхняя с ее громадными люстрами и потолочными росписями.

Рис. 7.16. Фрагмент боковой стены Института арабского мира в Париже (1981—1987). Архит. Ж. Нувель и др.

Плоская южная стена института выполнена в виде гигантского ковра из 240 орнаментальных алюминиевых панелей, рисунок которых напоминает традиционную деревянную решетку мушра- бия. Остекленные проемы снабжены титановыми лепестковыми диафрагмами, автоматически реагирующими на изменение естественного света.

Музей BMW в Мюнхене (2003—2007). Архит. К. Шванцер

Рис. 7.17. Музей BMW в Мюнхене (2003—2007). Архит. К. Шванцер

Активная архитектурно-дизайнерская композиция в зале связывает нижнюю и верхнюю зоны, не нарушая общей архитектоники крупного интерьерного пространства.

Зал Театрино в венецианском Палаццо Грасси (2012—2013). Архит. Т. Андо

Рис. 7.18. Зал Театрино в венецианском Палаццо Грасси (2012—2013). Архит. Т. Андо

Нетрадиционно решенный зал включает в себя крупные геометризованные объемы, соединяющие пол и потолок и превращающие пространство зала в сценические подмостки.

Интерьер Музыкального центра в Рио-де-Жанейро (Бразилия; 2004—2012)

Рис. 7.19. Интерьер Музыкального центра в Рио-де-Жанейро (Бразилия; 2004—2012).

Архит. К. де Портзампарк

Бетонные массы в средней зоне интерьерного пространства, между полом и потоком, на первый взгляд противоречат стихии музыки. Но динамизм этих разнообразных масс, находящихся в «сложных отношениях» друг с другом, рождает психологический эффект акустического драматизма, который составляет внутреннее содержание любого крупного музыкального произведения.

Нижняя зона — это пространство непосредственной человеческой деятельности, зона непосредственного контакта с «материалом» архитектуры и дизайна. Она наиболее динамична, подвержена частым изменениям, может быть относительно независима от средней зоны и еще более — от верхней (рис. 7.20). Для залов представительского типа важен и декоративный рисунок пола.

Современная гостиная

Рис. 7.20. Современная гостиная

Гостиные (залы, комнаты) — это пространства общения и просмотра телепередач. Поэтому наиболее активны в них нижние зоны, сформированные мебелью и оборудованием, т.е. дизайн-продукцией, которая допускает самые разнообразные сочетания объемов и цветных пятен.

Оранжерея в Англии (1848)

Рис. 7.21. Оранжерея в Англии (1848)

Естественные для оранжерей сводчатые формы отличаются архитектонической целостностью, обусловленной спецификой геометрической формы свода, которая объединяет нижнюю, среднюю и верхнюю зоны единым законом начертания сложной кривизны в плоскости сечения.

Недифференцированные интерьерные пространства — это залы, архитектоника которых основана на слиянии нижней, средней и верхней зон. Подобный объединяющий эффект возникает обычно благодаря текучей форме внешней оболочки зального пространства.

Большинство исторических примеров здесь связано с купольными и сводчатыми формами, но в XXI в. появились более сложные биопо- добные формы архитектурных оболочек, объединяющих все три зоны зальных пространств (рис. 7.21-7.24).

Зал столетия во Вроцлаве (Бреслау, Польша; 1911—1913). Архит. М. Берг

Рис. 7.22. Зал столетия во Вроцлаве (Бреслау, Польша; 1911—1913). Архит. М. Берг

В отличие от сводчатой купольная форма — это форма двоякой кривизны, что влияет на геометрический характер подкупольного пространства, в котором изначально нет зрительно воспринимаемых различий между нижней, средней и верхней зонами. Это качество купольной оболочки не зависит от ее размеров, что доказывает огромный, вмещающий в себя 10 тыс. чел., Зал столетия, перекрытый самым большим в начале XX в. железобетонным куполом (диаметр 67 м, высота 42 м).

Купол Рейхстага в Берлине (1995—1999). Архит. Н. Фостер

Рис. 7.23. Купол Рейхстага в Берлине (1995—1999). Архит. Н. Фостер

Светопрозрачпый купол диаметром 40 м и высотой 23,5 м формирует кольцевое пространство обзора по двум круговым рампам. Универсальная кольцевая форма возникла благодаря центральной «воронке» (верхний диаметр 16 м), которая обеспечивает естественную вентиляцию зала Рейхстага.

Рис. 7.24. Культурный центр им. Гейдара Алиева в Баку (2007-2012).

Архит. 3. Хадид

Захи Хадид, известная своими поисками и открытиями в сфере архитектурного формообразования, использовала в том числе и биопластичные формы для достижения эффекта целостной текучей формы, архитектоника которой основана нижней, средней и верхней зонами экс- терьерной массы и интерьерных пространств. Центр в Баку - один из значительных примеров такого подхода.

 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>