Постмодернизм

Постмодернизм – это тип философствования, дистанцирующегося не только от классической, но и от неклассической традиции, сложившейся в XIX веке. Постмодернистская программа современной философии, представленная именами таких французских философов, как Ролан Барт, Жорж Батай, Морис Блапшо, Жан Бодрийяр, Жиль Делёз, Жак Деррида, Жан-Франсуа Лиотар, Мишель Фуко и др., генетически восходит к неклассическому типу философствования (начиная с Ницше), в частности – к постструктурализму, структурному психоанализу, неомарксизму, феноменологии, фундаментальной онтологии Хайдеггера, а также к традициям семиотики, структурной лингвистики, философии диалога, теории языковых игр.

Жан-Франсуа Лиотар (1924–1998) в работе "Состояние постмодерна" (1979) выявил доминирующую роль в европейской культуре тенденций формализации знания. Основной формой "употребления" знания являются нарративы (лат. Narrare – языковой акт, рассказ) – повествовательные структуры, характеризующие определенный тип дискурса в различные исторические периоды. Лиотар выделяет легитимирующие макронарративы, цель которых – обосновать господство существующего политического строя, законов, моральных норм, присущего им образа мышления и структуры социальных институтов. Сам дискурс является метанаррацией (метаповествованием) и создает "социальную мифологию", которая поддерживает функционирование всех механизмов управления. Специфика же нашего времени как "послесовременного", согласно Лиотару, заключается в утрате макронарративами своей легитимирующей силы после катастрофических событий XX столетия.

В целом статус постмодернизма в современной культуре может расцениваться не только как определившийся и значимый, но и как во многом определяющий тенденции развития современной философии как таковой. Вместе с тем нельзя не отметить, что критика "большого нарратива" – это в целом разрушительная, а не утвердительная установка. Именно она и не позволила положительно оценить риторику и функции эпической речи, а главное – показать необходимость ее сохранения в современной культуре. Иммунная функция такого рода речей очевидна: они не только укрепляли веру в превосходство собственной культуры, но и достигали идентичности на основе узнаваемых мелодий. Постмодернистские дискурсы, напротив, все более приобретают не только деструктивный, но и апокалипсический характер.

Идолы эпохи модерна – власть, труд, капитал и либидо – были подвергнуты анализу в трудах представителей критико-идеологической школы, которые упрекали традиционную философию за некритическое оправдание действительности и поддержку существующего порядка вещей. Например, представитель франкфуртской критической школы Теодор Адорно (1903–1969) утверждал, что сегодня власть не нуждается в онтологическом обосновании и поэтому философия, момент осуществления которой был упущен, стала анахронизмом. К этому мнению присоединяется и младшее поколение критических рационалистов, считающих, что коммуникация на основе философии является чем-то иллюзорным и эфемерным по сравнению с идеологиями правящих партий, манипулирующих сознанием посредством масс-медиа; располагающих полицией и армией для подавления инакомыслящих.

Сведение власти к политическому насилию или к идеологии было оспорено лидерами постмодернизма. В условиях растворения власти в анонимных структурах повседневности всякие попытки избавиться от нее одним махом оказываются наивными и несостоятельными. Заботой философии должна стать разработка стратегии и тактики эмансипации дисциплинарных пространств общества. Между тем, занимаясь критикой идеологии, она выступала в роли мальчика, сообщавшего о том, что король – голый. Это не являлось секретом для масс, которые не нуждаются в просвещении и знают о действительном положении гораздо больше и лучше, чем интеллектуалы. Основная проблема людей заключается не в том, что власть их обманывает, а в том, что посредством устройства повседневных дисциплинарных пространств она их делает такими, какими нужно, включая и само желание власти.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >