Полная версия

Главная arrow Педагогика arrow ИСТОРИЯ ЗАРУБЕЖНОГО ОБРАЗОВАНИЯ И ПЕДАГОГИКИ

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Развитие образования в Китае в XX веке

Маньчжурская династия в XIX в. показала неспособность справиться с агрессией западных держав, назрела необходимость реформ системы образования. Император Гуансюй после поражения в войне с Японией (1894—1895) одобрил проект «Ста дней реформ» (1898), но японскому образцу. Была основана Императорская высшая школа — Пекинский университет и Столичные учительские палаты (Пекинский педагогический университет), современные школы в провинциях, однако вдовствующая императрица Цыси остановила движение за реформы, что привело к восстанию Ихэтуань (1900), после чего в школах начали преподавать западные науки и технологию вместе с китайской классикой. Но этих мер оказалось недостаточно, чтобы удовлетворить насущные потребности. В 1905 г. отменили систему экзаменов, которые доминировали в китайском образовании на протяжении веков, что стало поводом к созданию современной системы школьного образования.

Система школьного образования копировала японские школы, которые, в свою очередь, были заимствованы из Германии. После установления республики китайские лидеры отметили, что старый стиль образования больше не может соответствовать новой эпохе, и они обратились к модели школы США (1911): восьмилетняя начальная школа, четырехлетняя средняя и четыре года обучения в колледже. В 1922 г. начальное образование сократили до шести лет, а среднее образование было разделено на два трехлетних уровня. Республику раздирали политические интриги и междоусобные войны, отсутствовала стабильность, система образования находилась в упадке, возникло движение «Новой культуры», принимавшее новые идеи из-за рубежа и пытающееся переоценить китайское культурное наследие в свете современных знаний и учености. Именно в это время в Китае появился марксизм. Другое движение — «Литературная революция» — выступало против классического стиля письма и пропагандировало народную письменность, так как учебники были написаны классическим языком, отличавшимся от разговорного, так что ученик мог научиться читать, не понимая смысла слов. Прогрессивные ученые заявили о своей решимости писать так, как говорят, письменная форма «байхуа» (повседневный язык) — официальная система записи современного разговорного китайского языка — вскоре завоевала популярность, ибо отвечала реалиям современной жизни. Возникшее после 1919 г. китайское студенческое движение «Четвертого мая» в решающий момент становилось активной силой на политической и социальной арене. В середине 1920-х гг. правительство Китая стремилось осуществить модернизацию и национальное возрождение, что означало централизацию управления системой образования националистическим правительством. Министерство образования с помощью аппарата инспекторов строго контролировало соблюдение минимальных стандартов обучения, квалификацию учителей и состояние школ, библиотек, лабораторий и т.п. Частные и государственные школы взяли иод контроль правительства и обязали следовать общим правилам в вопросах содержания и методов обучения. Главная цель была сокращение неграмотности. В Китае правительство выступало за четырехлетнее обязательное образование, но финансовые проблемы не позволили этого реализовать. Большое внимание уделялось школам взрослых и разным формам «социального образования», т.е. образовательным учреждениям вне школы: библиотекам, музеям, общественным читальным залам, радиовещанию и кино. Возникли три типа средних школ: академическая средняя, нормальная и профессиональная. Основной целью государственной политики стало содействие практическим занятиям, что в среднем образовании означало развитие профессионально-технических и технических училищ. В высшем образовании приняли меры, чтобы перенаправить студентов от гуманитарного образования к технологическому, сельскохозяйственному и медицинскому. В результате этой политики в 1920—1930 гг. наблюдался устойчивый рост приема студентов на «практическое обучение» и соответствующее снижение гуманитарного образования, что привело к другой крайности — узкой утилитарной концепции образования и пренебрежению гуманитарных и социальных наук. Политика правительства централизованного администрирования в области образования привела к созданию национальной системы образования, государственных школ и университетов, было введено совместное обучение в системе начального и высшего образования и использование национального языка, разработанного лингвистами Линь Юйтаном и Чжао Юаньжэнем, в качестве средства преодоления трудности местных диалектов.

Когда коммунисты пришли к власти в 1949 г., они поставили три первостепенные задачи: 1) обучение неграмотных читать и писать, 2) обучение педагогов и 3) формирование нового мировоззрения людей. В КНР коммунистическая власть требовала полного идейного подчинения, образование было призвано сыграть стратегическую роль в достижении политических целей революции. В КНР не делалось различия между образованием и пропагандой, имеющих общую задачу — «воспитать нового человека». Очевидно, что школы составляли небольшую часть образовательной программы. Поскольку коммунистические лидеры не имели опыта государственного управления, они обратились к своему идеологическому союзнику в СССР за помощью и руководством. Советские специалисты принялись советизировать китайское образование и культуру, отвергая прозападное и националистическое влияние.

Коммунистическая партия Китая (КПК) распространила свою деятельность во всех школах, предприятиях и государственных учреждениях, привлекая к работе учащихся и преподавателей. Советники из СССР разработали план но слиянию колледжей и университетов, реорганизовали университетские специализации в соответствии со советскими образцами, факультеты и кафедры ликвидировали без учета сложившихся традиций и научных интересов. Русский заменил английский как наиболее важный иностранный язык. В содержании и методах обучения КНР следовал советской модели под руководством советских советников, произошло вытеснение бойскаутов, и молодежные организации КНР построили по образцу пионерской и комсомольской организации. Никогда прежде в истории в Китае за столь короткий период времени не проводилась такая масштабная имитация системы образования иностранного государства, однако серьезного эффекта это не возымело. Китайское общество оказалось психологически не готово к столь интенсивной индоктринации: студенты, преподаватели и интеллигенция в целом стремилась к реформе, которая сделала бы образование более национальным и скептически отнеслись к советскому влиянию. Китайские лидеры по идеологическим соображениям подражали советской модели: стали повсеместно изучаться произведения Ленина, Сталина, Мао Цзэдуна, идеология заняла первостепенное место в сфере образования. На всех уровнях образования изучали основы марксизма-ленинизма, документы, доклады и высказывания руководителей партии и правительства, конкретной целью образования стало развитие классового сознания, чтобы молодые граждане были воспитаны в идеалах коммунизма, до 20% содержания образования выделялось для идеологических дисциплин. Идеология и политика пронизывали учебную программу и школьную жизнь, полностью доминируя во внеурочной деятельности. В результате Культурной революции (1966—1976) высшее образование значительно сократили, увеличив профессионально-техническое обучение. Отношение коммунистов к интеллигенции в значительной мере находилось под влиянием их идеологии, рабочих и крестьян провозгласили «гегемонами», а интеллектуалов понизили, поскольку их рассматривали как «продукты буржуазного и феодального образования». Интеллектуалам предлагалось пройти тщательное «очищение» от буржуазных идей и взглядов путем «перевоспитания». В 1950-е гг. начались организованные нападения на университетских профессоров, писателей, художников, те, кто учились в западных школах или работали на западных фирмах, были вынуждены писать подробные отчеты о своих реакционных взглядах и отказываться от идеологических недостатков. После закрытого доклада Н. С. Хрущева на XX съезде КПСС (1956), в котором он критиковал культ личности Сталина, вспыхнуло восстание в Венгрии. Мао согласился попробовать по предложению Чжоу Эньлая ослабить давление на интеллигенцию. Появился лозунг: «Пусть расцветают сто цветов, соперничают сто школ». Мао сказал, что интеллигенции будет разрешено говорить свободно, однако на самом деле начались репрессивные меры — «цветы» увяли, а «школы» приглушили. Во время культурной революции Маоистская пропаганда настроила молодых радикалов по всей стране начать борьбу против интеллигенции. Студенты призывали бить и плевать на своих преподавателей. Оскорбление, унижение и пытки стали обычным делом, некоторые учителя выбрали самоубийство, других отправляли в ссылку в село. Мао Цзэдун, председатель КПК партии, издал директиву отправлять миллионы студентов и интеллигенции в сельскую местность для «перевоспитания». Он утверждал, что интеллигенция могла преодолеть вредное влияние буржуазного образования только путем слияния с трудящимися массами через вовлечение в сельскохозяйственное и промышленное производство. Агитбригады состояли из рабочих, крестьян и солдат, которые хорошо разбирались в цитатах из председателя Мао, малограмотные взяли на себя управление практически всеми образовательными учреждениями.

Социальная революция в Китае изменила систему обучения, хотя традиционная китайская культура придает большое значение образованию как средству повышения ценности человека и его карьеры. В конце 1950-х гг. правительство КНР больше не могло обеспечить работой достаточное число выпускников школ. Кроме того, антиинтеллектуализм, присущий массовой кампании периоды Большого скачка и Культурной революции, снизил статус и качество образования. Ущерб, нанесенный интеллектуальному развитию КНР, оказался столь велик, что потребовалось несколько десятилетий, чтобы восполнить потери. После смерти Мао в 1976 г. с целью расширения модернизации, демократии, свободы и прав человека и аннулирования итогов Культурной революции началось движение «Пекинская весна» (1977—1978). Новые лидеры постановили, что все усилия должны быть направлены на «четыре модернизации»: промышленности, сельского хозяйства, национальной обороны, науки и техники. Основной задачей образования было обучение персонала и необходимость ускорить программу модернизации. Восстановили обычные школы с систематическим обучением и экзаменами, а также школьную дисциплину и уважение учащихся к учителям, обучение стало заключаться не в том, чтобы быть участвовать во внеклассных мероприятиях. Приобретение знаний вновь стало целью образования, академическое обучение и развитие интеллекта вернулось после десятилетнего изгнания, в вузах и в школах подняли образовательные стандарты. Правительство выделило средства для оснащения библиотек и лабораторий, вузы укомплектовали квалифицированными преподавателями. Хотя в теории каждый колледж имел президента, вице- президента, деканов и т.п., реальная образовательная политика находилась в руках партийных организаций в каждой школе. Директора или другие администраторы оставались членами партии. Весной 1989 г. состоялась демонстрация на площади Тяньаньмэнь в Пекине, студенты университетов требовали выделения средств на образование и протестовали против коррупции, однако движение было насильственно подавлено правительством, и учебные дела продолжали находиться под контролем КПК.

В конце 1970-х гг. произошел переход к быстрому экономическому развитию, система образования КНР была переориентирована на удовлетворение потребностей современных отраслей экономики. Общая тенденция китайского образования «меньше студентов и выше учебные стандарты» резко подняла престиж системы образования. К концу XX в. быстро выросла сеть вузов, правительством было разрешено открытие частных учебных заведений и началась децентрализация общего управления образования. Высшее образование в КНР выросло на 7%, рост контингента студентов в вузах с 1999 по 2006 г. составил почти 22%. В 2007 г. почти на 19 млн вырос прием студентов в университеты, и еще 5 млн в той или иной форме получали высшее образование для взрослых либо на проходили обучение на бакалавра. В 2007 г. примерно 16% студентов высшей школы обучались в частных учреждениях, 48 % студентов составляли женщины.

 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>