КРИЗИС III ВЕКА

Гражданская война 193-197 годов и правление династии Северов (193-235 годы)

После убийства Коммода сенат провозгласил императором 66-летнего консуляра Публия Гельвия Пертинакса1 (1 января 193 г.). Однако ему не удалось удержаться у власти. Как некогда Гальбу, Пертинакса погубила его бескомпромиссность и суровая принципиальность: он не заискивал перед преторианцами, а требовал от них безусловного повиновения и дисциплины, в целях оздоровления финансов сократил зрелища и урезал раздачи, чем восстановил против себя столичный люмпен-пролетариат. Уже в конце марта преторианцы подняли мятеж, ворвались во дворец и убили Пертинакса (его правление продолжалось всего 80 дней). После этого они объявили, что передадут императорскую власть тому, кто больше за нее заплатит. Победителем беспрецедентного аукциона стал 60-летний кон- суляр и известный богач Дидий Юлиан, обещавший выплатить каждому из преторианцев по 25 тыс. сестерциев[1] [2]. Став императором, Юлиан легкомысленно предался удовольствиям и попойкам. Тем временем выяснилось, что заплатить обещанную сумму он не в состоянии. Преторианцы начали роптать и открыто жалели о своем выборе.

Легионы в провинциях отказались признать власть Юлиана и выдвинули своих претендентов (все они были легатами). Так, в Сирии императором был провозглашен Песценний Нигер (т.е. Черный[3]), признанный провинциями Востока, в Британии — Клодий Альбин (т.е. Белый[4]), поддержанный также галльской аристократией, а в Паннонии — Луций Септимий Север, вокруг которого сплотились дунайские провинции. Началась гражданская война. Септимий Север, объявив себя мстителем за убийство Пертинакса, вторгся в Италию и вскоре занял Рим. Сенат заранее (1 июня) постановил предать смерти императора Юлиана (продержавшегося на троне всего лишь 66 дней), что и было исполнено. После этого императорская власть была официально вручена сенатом 47-летнему Септимию Северу (193—211 гг.).

Уроженец Северной Африки[5] (известно, что он говорил по-латыни с африканским акцентом), Септимий был расчетливым, энергичным и жестоким человеком. Преторианские когорты, прямо или косвенно повинные в гибели двух императоров, он распустил и изгнал из Рима, взамен набрав новые из легионеров дунайской армии (численность этого формирования составила 15 тыс. человек). Затем, наведя порядок в столице и объявив Клодия Альбина своим соправителем, Север отправился на Восток воевать с Песценнием Нигером. В двух битвах на территории Малой Азии войска Нигера потерпели поражение, сам он бежал, но вскоре был схвачен и убит (октябрь 194 г.). Голов}' Нигера отправили в Рим, его имущество конфисковали, а жену, сыновей, родственников и друзей перебили. Победив Нигера, Септимий решил избавиться от Альбина. Войска двух соперников встретились в феврале 197 г. близ Лугдуна. Легионы Севера наголову разгромили армию Альбина. Последний был захвачен в плен и убит, его голову послали в Рим. Приверженцев и родственников Альбина постигла не менее печальная участь: все они были казнены. Одержав победу над Альбином, Септимий Север вернулся в Рим, где щедро расплатился с войсками, устроил богатые раздачи для плебса и организовал великолепные зрелища. На этом гражданская война завершилась.

В своей дальнейшей политике Септимий Север опирался исключительно на армию. Солдаты и офицеры получили от него ряд привилегий. В частности, им было увеличено жалованье (рядовые стали получать 500 денариев в год), облегчен доступ в сословие всадников и разрешено заводить законные семьи, которые проживали в канабах — поселках рядом с лагерями. Легионер получал от правительства продовольственный паек и земельный надел на правах арендатора. Тем самым профессиональные воины превращались в военных поселенцев. Льготы, подарки и посулы вели к упадку дисциплины и деморализации войск, боеспособность которых оставляла желать лучшего. Кроме того, ускорился процесс провинциа- лизации и варваризации армии (при Септимии в легионы охотно набирали провинциалов и варваров, едва умевших говорить на латыни). В итоге, как пишет Геродиан, «римляне совершенно выродились, утратили боевые качества и страшно тяготятся лагерной жизнью».

Установленный Септимием Севером режим представлял собой военно- бюрократическую монархию. Власть и авторитет сената превратились в фикцию, многие сенаторы пали жертвами репрессий, их имущество было конфисковано. Как писал о Севере тот же Геродиан, «всех видных сенаторов и людей, выдающихся в провинциях происхождением или богатством, он беспощадно убивал, гневаясь, как он притворно утверждал, на врагов, а на самом деле из-за своей ненасытной алчности. Ведь еще ни один император не позволял деньгам так властвовать над собой. Насколько силой духа, выносливостью в трудных обстоятельствах и опытностью в военном деле Септимий Север не уступал никому из самых прославленных людей, настолько велико было в нем корыстолюбие, питаемое несправедливыми убийствами под любым предлогом. Властвовал он больше благодаря страху подданных, чем благодаря их преданности».

Власть императора стала абсолютной не только de facto, но и de jure. Юрисконсульт Домиций Ульпиан сформулировал это положение так: «Воля принцепса имеет силу закона, поскольку в соответствии с lex regia (закон о верховной власти) народ передал ему свои верховные права». Свою волю император доводил до сведения подданных посредством письменных постановлений (конституций). Они были четырех видов: эдикты (распоряжения общего характера), декреты (судебные приговоры), рескрипты (ответы на конкретные вопросы) и мандаты, или письма (инструкции чиновникам). Главным органом управления являлся совет принцепса, в котором преобладали юрисконсульты. Нередко они же становились префектами претория, совмещая в одних руках военную, административную и судебную власть. Так, при Северах префектами претория были выдающиеся правоведы Папиниан, Павел и Ульпиан. Свою администрацию Септимий Север укреплял за счет всадников и представителей муниципальных элит из провинций (главным образом из Африки и с Востока). В этот период происходит милитаризация управленческого аппарата: в канцеляриях и ведомствах резко возрастает число военных чинов. К старым учреждениям добавились новые, штаты тех и других росли год от года. Прежние магистратские должности (квестура, претура и консулат) стали этапами бюрократической карьеры.

В целях повышения доходов фиска императорские чиновники разработали специальную инструкцию по налогообложению, так называемую цензовую форму {forma censualis), в основе которой лежал принцип строгого учета и контроля. Ответственность за исправное поступление налогов и выполнение повинностей была возложена на председателей местных коллегий, муниципальные советы (курии) и провинциальную администрацию. Уклонение от несения государственных повинностей (типега) рассматривалось как тяжкое преступление. Из-за непосильного фискального гнета податное население всеми правдами и неправдами стремилось получить иммунитет (освобождение от налогов) путем поступления в армию или на государственную службу.

В интересах мелких и средних собственников Септимий Север осуществлял дарения и продажи на льготных условиях земельных участков из государственного фонда, дабы, во-первых, решить аграрный вопрос и, во-вторых, материально поддержать те социальные слои, из которых в первую очередь рекрутировались армейские кадры. Для привлечения на свою сторону городского плебса Север расширил политику «хлеба и зрелищ». В частности, император реорганизовал систему снабжения Рима хлебом и водой, щедро финансировал алиментарный фонд и проводил масштабные строительные работы. Он содействовал развитию городской жизни1 (особенно в Северной Африке, где велось интенсивное строительство) и укреплял границы империи: по его приказу были построены мощные оборонительные рубежи на Рейне и Дунае, а также в Британии.

Во внешней политике самым значительным предприятием Септимия Севера стала победоносная война с Парфией (195—199 гг.). Под тем предлогом, что парфянский царь Вологез V (191—208 гг.) во время борьбы за власть в империи оказывал дипломатическую и военную поддержку Песценнию Нигеру, Север вторгся на территорию парфянских владений. Римляне изгнали парфян из Осроены, оккупировали Адиабеиу, а в 198— 199 гг. нанесли парфянам решающее поражение в Месопотамии, захватили и разграбили Ктезифон. Месопотамия была превращена в римскую провинцию со столицей в городе Нисибисе (199 г.). По мирному договору с Парфией взамен Месопотамии римляне уступили «царю царей» часть Армении, переставшей служить буферной зоной между двумя великими державами. В честь этой победы в 203 г. на римском форуме была сооружена триумфальная арка, посвященная Септимию Северу и его сыновьям. В 208—211 гг. Север успешно воевал с племенами каледонцев в Британии. В феврале 211 г. Септимий Север умер в городе Эбораке (совр. Йорк) на 65-м году жизни. Перед смертью он, по преданию, так напутствовал сыновей: «Не ссорьтесь между собой, ублажайте воинов, на всех остальных можете не обращать никакого внимания». Север был посмертно обожествлен. Этого крайне жестокого, но вместе с тем на редкость дельного правителя, по словам его биографа, «очень любили после смерти или потому, что злоба уже улеглась, или потому, что исчез страх перед его жестокостью».

После смерти Септимия Севера власть унаследовали его сыновья Антонин Каракалла[6] [7] (211—217 гг.) и Гета (211—212 гг.). Братья люто ненавидели друг друга, и вскоре по возвращении из Британии в Рим Каракалла приказал своим центурионам убить Гету[8], после чего он расправился со всеми, кого можно было заподозрить в симпатиях к убитому, не пощадив даже рабов и вольноотпущенников. «Сенаторов, кто родовит, или побогаче, убивали но малейшему поводу, или вовсе без повода — достаточно было для этого объявить их приверженцами Геты» (Геродиан). В числе прочих вместе с сыном погиб знаменитый юрист, префект претория Папиниан. Войдя во вкус, свирепый тиран велел убить свою жену и двоюродного брата, дочь и внука Марка Аврелия, племянника Коммода, сына Пертинакса и многих других знатных людей. Передав управление империей своей матери

Юлии Домне, Каракалла во главе войска отправился на дунайскую границу, а оттуда в Сирию.

Между тем бюджетный дефицит из-за постоянно возраставших расходов на содержание армии и имперской администрации уже нельзя было покрыть даже за счет периодической порчи монеты (к серебру в больших количествах добавлялась медь — до 80%). Тогда правительство Юлии Домны в 212 г. опубликовало от имени Каракаллы эдикт, согласно которому все свободные жители провинций (за исключением так называемых сдавшихся, dediticii) объявлялись римскими гражданами, но лишались налогового иммунитета и становились налогоплательщиками. Немедленно были увеличены налоговые квоты. В частности, налог на наследство вырос на 10%.

Каракаллу ненавидели сенаторы и боготворили легионеры, которым он в 1,5 раза повысил жалованье (рядовой теперь получал 750 денариев). Неуравновешенный и чудовищно жестокий, император был потенциально опасен для всех своих подданных, не исключая даже ближайшего окружения. В 215 г. он, внезапно разгневавшись на жителей Александрии, устроил в городе кровавую резню мирного населения. В следующем году, возомнив себя вторым Александром Великим, Каракалла вероломно вторгся во владения парфян. В апреле 217 г. в самом начале похода против Парфии 31-летний Каракалла был убит по наущению своего префекта претория Опеллия Макрина. Мавр по рождению, 52-летний Макрин был провозглашен императором (217—218 гг.). А в Риме, узнав о смерти тирана, «все ликовали и всенародно справляли празднество но поводу избавления от Каракаллы» (Геродиан).

Человек жестокого нрава и к тому же низкого происхождения (поговаривали, что в юности он был рабом), Макрин был непопулярен в войсках, а потому не смог удержаться у власти: он потерпел поражение в войне с Парфией и в июне 218 г. был убит вместе со своим сыном Диадуменом изменившими ему солдатами. Стараниями Мезы, сестры Юлии Домны, легионы еще в мае провозгласили императором ее внука, 14-летнего Бария Авита Бассиана, жреца финикийского бога солнца Гелиогабала (под именем этого божества он и вошел в историю). Гелиогабал (или Элагабал, 218—222 гг.), прибыв в Рим, первым делом учредил культ своего любимого бога, выстроил храм в его честь и каждое утро священнодействовал, приносил жертвы и совершат возлияния. Недачекий и распущенный юнец, не желая заниматься государственными делами, со всей страстью предался удовольствиям. Как пишет биограф Гелиогабала, «смысл жизни состоял для него в придумывании все новых и новых наслаждений». Император купался в сказочной роскоши: он устилал розовыми лепестками полы в пиршественных зачах, дарил товарищам по кутежам подарки фантастической ценности, возлежал на ложе, покрытом заячьим мехом или пухом куропаток; он ел пятки верблюдов, гребни петухов, языки павлинов и соловьев, вместо перца посыпал рыб и трюфеля жемчугом; ни один его обед не стоил меньше 100 тыс. сестерциев.

Эпатируя общественность, имнератор-жрец носил шелковые и пурпурные туники, затканные золотом и украшенные драгоценными камнями. «Хотя и казалось, что император посвящает все свое время пляскам и священнодействиям, он все же казнил большое число знатных и богатых людей, на которых ему донесли, что они не одобряют его и смеются над его поведением» (Геродиан). Не довольствуясь ночными оргиями, он обесчестил весталку и сочетался браком с одним из своих клевретов. Актеров, возниц и всяких проходимцев полоумный деспот назначал на высшие государственные посты, рабов и вольноотпущенников делал наместниками провинций. Среди бесчисленных сумасбродств, феноменального расточительства и самого грязного разврата Меза уговорила беспутного внука усыновить его кузена, Алексиана. Последний стал соправителем Гелиогабала под именем Александра. В марте 222 г. Гелиогабал, возбудивший против себя всеобщую ненависть, вместе с матерью, Юлией Соэмией, был убит воинами. Труп недостойного властителя крюком проволокли по улицам Рима, окунули в Великую Клоаку, а затем сбросили с Эмилиева моста в Тибр. Память Гелиогабала была предана проклятию.

Императором стал 13-летний Александр Север (222—235 гг.). Это был умный и благонравный отрок, исполненный добрых намерений и чувства долга. Он занимался геометрией и атлетизмом, прекрасно пел и рисовал, не был чужд писательскому труду и даже сочинял стихи. Правда, Александр находился под сильным влиянием двух властных и умных женщин — бабки Мезы и матери Юлии Маммеи. Продолжая традиционную для Северов политику покровительства армейским кругам, Маммея в то же время восстановила конструктивный диалог с сенатом. Влиятельные сенаторы стали получать важные посты в столице и в провинциях. В частности, префектами претория были назначены Павел и Ульииан. Однако решающей политической силой в империи оставалась армия. Любые попытки правительства урезать расходы на содержание легионов вызывали волнения в войсках, редко обходившиеся без насилия. Так, Ульпиан погиб в 228 г. во время мятежа преторианцев.

Между тем в империи нарастал финансовый кризис. Обострилась ситуация на Востоке, где на месте одряхлевшей Парфянской державы консолидировалось мощное Новоперсидское царство Сасанидов во главе с Ардаширом 1. В 231 г. между Римом и Персидской державой разразилась война, которая продолжалась 2 года и не принесла решительной победы ни одной из сторон. Вскоре возникла напряженная обстановка на Рейне, и Маммея с сыном начали концентрировать войска на германской границе (234 г.). Впрочем, Маммея, не надеясь на боеспособность легионов, попыталась купить мир с германцами ценой выплаты огромных денежных сумм. Об этой позорной сделке стало известно воинам. В марте 235 г. возник мятеж, Маммея и Александр Север были убиты бунтовщиками[9]. Окончание правления династии Северов ознаменовало вступление империи в полосу небывалого но масштабам политического и социально-экономического кризиса.

  • [1] Псртинакс стал первым императором из вольноотпущенников.
  • [2] Соперник Юлиана, префект Рима Тит Флавий Сульпициан (тесть убитого Пертинакса), предлагал преторианцам по 20 тыс. сестерциев и не смог перекрыть цену, предложенную Юлианом.
  • [3] Своим прозвищем он был обязан сильному загару.
  • [4] Свой агномен Альбин получил за светлые волосы.
  • [5] Родился в Лептис-Магне, бывшей финикийской колонии. С римской точки зрения,Север был варваром (в частности, его родная сестра так и не научилась говорить по-латынии была выдворена братом из столицы, чтобы не портила императорскую репутацию). Септимий работал над собой: по сообщению Аврелия Виктора, «он был достаточно обучен латинскому языку, хорошо владел греческой речью, но лучше всего усвоил пуническое красноречие». Впрочем, риторике и филологии Север предпочитал астрологию, которой сильноувлекался.
  • [6] Многие города Септимий Север освободил от налогов и повинностей, щедро раздавал права римского и латинского гражданства. В Риме кроме великолепной триумфальнойарки при нем были построены роскошный дворец на Палатине, знаменитый Септизодий(отдельно стоявшие на Палатине огромные ворота, украшенные мозаикой и скульптурой),а также грандиозный комплекс банных и оздоровительных сооружений, известный кактермы Каракаллы.
  • [7] Так назывался галльский плащ с капюшоном, спускавшийся до пят; император питалособое пристрастие к этому одеянию, откуда и произошло его прозвище.
  • [8] Убитого Гету обожествили. По преданию, Каракалла в этой связи изрек: «Пусть будетбожественным, лишь бы не был живым!»
  • [9] В конце XVI в. в усыпальнице Александра Севера было обнаружено самое выдающеесяиз сохранившихся произведений античного художественного стекла — Портлендская ваза(Британский музей). Этот декоративный сосуд изготовлен из двуслойного темно-синегои белого непрозрачного стекла, на котором вырезан рельеф с изображением богов и героев(ваза предположительно была изготовлена в Риме во времена Августа).
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >