Полная версия

Главная arrow Культурология arrow ИСТОРИЯ И ТЕОРИЯ КУЛЬТУРЫ

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Языческие верования в культурах древних цивилизаций

Как бы хороша временами, как бы богата и комфортна ни становилась жизнь в уже искусственной среде (и ведь не для всех, для избранных!), — природа была все равно мощнее человека. Что-то распоряжалось жизнями людей, их благоденствием, куда-то уходили они после смерти. Это «что-то» как раз и представлялось людям в виде божественных сил и божественной или даже сверхбожественной судьбы. Представления о богах, о судьбе складывались во всех древних цивилизациях на ранних этапах их развития. Причем, первоначально — на основе родоплеменных верований. Многобожие, именно его развитие объяснимо тем, что в любом из племен (или союзов), объединяемых каждой из становящихся древних цивилизаций, была вера в своих богов, божков и духов. При объединении племен и их территорий, происходило и объединение верований, и их изменение. Складывались представления о взаимосвязях между разными богами, в которых олицетворялись разные или по-разному те же силы природы. Различные верования переплетались и создавался все более сложный пантеон богов в пределах каждой данной древней культуры.

Боги задавали в жизни человека древнейших цивилизаций основные жизненные и мировоззренческие ориентиры в силу того, что ничего иного в плане мировоззрения в древности не было и не могло быть. Боги были той инстанцией, к которой человек обращался в поиске и своего места в мире, и самого себя. Создавая своих богов, человек создавал самого себя. Но он мог создать и своих богов только по-своему и по образу и подобию своего мира. Он закладывал в них то понимание себя и мира, которым обладал. Но создавая себе богов, он и сам развивался и рос. В богах было (в превосходной степени) представлено все, чего ждал человек от мира и себя, и чего он опасался.

Все языческие боги олицетворяли собой те или иные силы природы. Но поскольку природа чрезвычайно разнообразна, постольку и богов в древности великое множество. В Китае и поныне сохранились представления о существовании нескольких десятков тысяч богов и различного рода духов. Эти боги внимательно следят за тем, как живут люди на земле. Смысл их существования в том, чтобы максимально активно присутствовать в жизни человека, воздействуя на него, помогая или препятствуя достижению им поставленных целей.

Среди громадного количества богов обычно выделялся один бог, главный, основной, от которого все произошло. Этот был бог-демиург, бог — создатель всего, что есть на земле. Он пользовался большим уважением и порой вызывал у людей страх. Но при этом к нему проявляли некоторое равнодушие, поскольку он отошел от дел и актуального значения в жизни человека уже не имел. В Древнем Египте таким богом был бог Ра, у Шумеров — Мардук, в китайском даосизме — Нефритовый бог.

Остальные боги, хотя и носили вторичный характер, но были более актуализированы в жизни человека, ибо они занимались делами, важными для жизни человека постоянно. Пантеон богов язычества был выстроен по иерархическому принципу. Были более далекие боги, занимающие верхние ступени иерархии и обладающие более широким спектром действия, и более близкие боги, вплоть до домашних богов и даже личных богов человека. Где-то это напоминает ситуацию с мужскими и личными тотемами в первобытности. Видимо, это было использованием той же самой структуры.

Боги ощущались как нечто константно присутствующее в мире, здесь и сейчас. С одной стороны, это создавало атмосферу некоторой чудесности и опасности, с другой — человек привыкал к тому, что в его делах могут принять участие боги. Домашние боги, хранители домашнего очага должны были помогать хозяину во всем, давать советы в трудной ситуации, принимать участие в делах. Так, в Египте большой популярностью в этом плане пользовался Аменхотеп I, первый из фараонов Нового царства, устроивший свою усыпальницу в Долине царей. После его смерти к его статуе обращались за разрешением споров, и он помогал в этом трудном деле, причем всегда был справедлив[1].

Вообще-то участь человека мыслилась как служение богам. Но дела, которыми должно было осуществляться это служение, были насущными бытовыми делами самого человека. И чем лучше человек осуществлял свое предназначение на земле, тем более угоден он был богам. Основная интенция человека того времени, таким образом, выступала как стремление утвердиться на земле в качестве самодостаточного физического существа, способного обеспечить свою жизнь и жизнь последующих поколений. Потому на первый план, собственно, и выходили ценности или значимости, обеспечивающие физическое существование человека.

Боги при этом требовали от человека поклонения, которое, в частности, осуществлялось в виде жертвоприношений идолам. Любопытно восприятие идола, показательное для менталитета древнего человека. Идол — это не изображение бога, это сам бог. Но идол — это не весь бог. В случае, скажем, если идол был изуродован или вовсе уничтожен, это не означало, что исчез бог. У бога могло быть много идолов, он входил в разные свои тела. Идол — это живое существо, которое вело обычный образ жизни, он чувствовал, действовал. И присутствуя, таким образом, в жизни человека, он как бы приближал человека к богу. На этом миропонимании нисколько не сказывалось то, что идолы изготавливались самими людьми. Так, в Китае, идолов по большей части изготавливали из глины, хотя могли для этого употреблять и другие материалы. Сделать статую старались как можно более натуралистично; в спине и в голове сзади делали дверки, через которые в тело вкладывались внутренние органы и мозг. После того как новая статуя идола была «изваяна», раскрашена и позолочена, она торжественно переносилась в храм, где уже находился точно такой же идол. Участники торжества падали на колени перед божеством-ветераном, умоляя его отдать часть пребывающей в нем чудодейственной силы новой статуе. Нового идола переносили в храм, для которого он был предназначен, и водружали на алтарь. Из стоявшей на алтаре старого идола курительной чаши брали немного золы и насыпали в ритуальную чашу у пьедестала нового идола. Золе курительных свечей, приносимых в дар божеству, приписывалась чудодейственная сила. «...Водворив в храм новую статую, жрец смазывал идолу глаза, нос и уши (а иногда руки и ноги) красной тушью или кровью. Этим способом новому богу “открывали” органы чувств. После такой операции идол-бог, по убеждению верующих, получал возможность сноситься с внешним миром. Теперь он уже был в состоянии выслушать обращенные к нему мольбы и отозваться на них; мог насладиться жертвенными дарами и благоуханием фимиама»[2].

Жертвоприношения — обязательная форма взаимоотношений человека с богами. Она была призвана умилостивить богов и обратить их внимание на людей. Жертвоприношения осуществлялись как подношения идолам продуктов питания: мяса, хлеба, вина, пожертвований в виде денег. Люди как бы кормили богов, за что и ждали от них помощи в своих делах на земле. Здесь осуществлялся принцип взаимности: «Даю, чтобы ты дал». Древность знала и человеческие жертвоприношения, хотя только в особых случаях, когда помощь богов была нужна в чрезвычайных обстоятельствах. Но вообще приношения богам как бы давали право человеку требовать от богов исполнения обязанностей по отношению к себе. И если случалось так, что боги не спешили выполнить свой долг, то их можно было наказать. Так, в Китае верующие могли бранить богов, плевать на них и даже избивать. Нередко доставалось богам в случае засухи. Если после всех молений дождь не приходил, то верующие стягивали с идола одежды и вытаскивали его из храма во двор под действие палящих лучей. Могли «арестовать» идола и даже подвергнуть наказанию в виде избиения бамбуковыми палками. Последнее часто приводило к полному физическому уничтожению идола. Но последний — не просто изображение бога, а, в известном смысле, сам бог. Выходит в древности допускалось такое вот «панибратское» отношение к богам. И не только не было страха перед ними, но было возможно проявление гнева и негодования, вплоть до физического воздействия.

Следовательно, боги не были вполне отделены от человека. Человек и боги были едины в выполнении одной задачи — встраивания человека в действительность, утверждения его в мире как полноправного физического существа. И боги были в первую очередь помощниками в этом трудном деле. Через них и посредством них человек обретал свое лицо, свое место, свое предназначение. И если богу было угодно пренебречь этой своей обязанностью, то человек не позволял ему долго отвращаться от нее.

Боги-помощники обладали большими возможностями; ведь они — всесильны. Но не всеведущи. «Панибратское» отношение предполагало, скажем, возможность обмана богов. Такого рода действие не было табуировано. Конечно, в каждом обществе ложь осуждается, но ни для кого не секрет, что, тем не менее, она существует. В монотеизме ложь невозможна. Бог всеведущ, он читает в сердце человека. Здесь же ложь была возможной. Почему? Наверное, потому, что существовала уверенность в том, что она не будет раскрыта. Языческий бог не имел никакого отношения к миру помыслов человека. Он был скорее занят внешними проявлениями жизни, тем, что объективируется. И это — свидетельство того, что человек значимой сферой своего проявления мыслил мир действия, внешний мир. Это значит, во-первых, что душа, дух еще не нашли в нем ценностного воплощения. Во-вторых, кому человек может солгать? Тому, уважение к кому не носит тотального характера. Этим опять же подтверждается специфичность отношения к богам в древности.

В Древнем Египте, например, существовало сочинение под названием «Книга мертвых». В 125-й главе этого сочинения дана оправдательная речь усопшего на суде богов. Эта речь состоит сплошь из отрицательных предложений:

«Я не чинил людям зла.

Я не нанес ущерба скоту.

Я не совершал греха в месте Истины...

Я не творил дурного»[3] и т.д.

Человек — существо несовершенное, и на самом деле творил хотя бы что-то из того, от чего отказывался «на суде». И чтобы боги не распознали лжи в словах усопшего, ему в рот клали высушенного жука-ска- рабея. Он, по мнению древних египтян, обладал свойством скрадывать качество лживости в словах людей. И вместе с тем, по словам греческого историка Геродота, египтяне представлялись самыми набожными из людей.

К такого же рода феноменам относился и древний по происхождению обычай одевать мальчиков как девочек в течение нескольких лет после рождения, основанный на желании обмануть смерть, если она вдруг захочет «забрать» мальчика. Моряки в Китае, перед выходом в море, бросали в него бумажную джонку для того, чтобы злые духи топили ее, а не настоящую.

Во всех языческих религиях боги постепенно оказывались все менее «природными» (растительно- или животнообразными) существами и все более обретали человеческие черты — и внешние, и поведенческие. В позднем развитии Древнего Египта у богини Исиды от ее первоначального облика коровы сохранились только рога, а в изображении бога Гора (Хоруса) иногда — голова сокола. Все боги Древнего Египта, судя по древнеегипетским текстам, начали вести себя как люди: ссорились, обманывали друг друга и т.д. Но в то же время в их образах, в верованиях в них было воплощено и самое лучшее человеческое, что уже стало осознаваться людьми в качестве такового. Милосердие, свойственное богам, их нетерпимость ко злу, обману, угнетению, сквернословию стали идеалом и человеческого поведения, которое угодно богам. В древнеегипетском гимне богу Атону (богу — солнечному диску!) содержится похвала за множество благодеяний, оказываемых им: скот радуется на лугах своих, деревья и травы зеленеют... Все животные прыгают на ногах своих. Все крылатое летает на крыльях своих — все оживает, когда озаряешь ты их сияньем своим.

Отдельные боги становились символами очеловеченное™, цивилизованности, упорядоченности жизни. Богиня Маат в Древнем Египте была символом порядка во Вселенной. Религия Осириса и Исиды стала религией спасения, хотя еще и не спасения души.

Все это говорило о том, что людьми были осознаны во многом пока еще идеальные нормы поведения: к чему при жизни человек должен стремиться, а что-то и реализовать через соответствие своего поведения обычаям, традициям, моральным установлениям, божественным образцам, ритуально-церемониальным формам.

Кроме большого множества богов, в жизни древнейших цивилизаций присутствовало огромное количество иных форм и сил: духов, по большей части зловредных; животных, обладающих способностью наносить вред человеку, а иногда и превращаться в человека; деревьев и кустов, носителей определенных сил, к которым тоже надо относиться определенным образом, чтобы не навлечь на себя беды, и т.д. Таким образом, древний человек никогда не бывал предоставлен сам себе, он был вечно окружен разного рода существами, которые постоянно чего-то от него требовали. Возможно, в известной мере это способствовало выработке жесткого ритуального поведения, которое включало в себя изначально и способы охранения от неподобающего поведения, провоцирующего опасные силы.

  • [1] Монтэ П. Египет Рамсесов. С. 282.
  • [2] Сидихменов В. Я. Китай: страницы прошлого. С. 45.
  • [3] Цит. по: Монте П. Египет Рамсесов. С. 303.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>