Полная версия

Главная arrow Философия arrow ИСТОРИЯ ФИЛОСОФИИ

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Аргументы (тропы) Секста Эмпирика

Следует различать сущность вещи и явление вещи — способ ее данности нашим чувствам. Человек имеет дело только с явлениями, но не с сущностью вещей.

Быть скептиком означает быть «ищущим истину» явления. Цель скепсиса — обрести невозмутимость, отказавшись искать окончательную сущность вещей.

Скептики противоположны догматикам в том, что никогда не утверждают что-либо категорически о сущности вещей, а говорят только о том, что им кажется, как им является вещь.

Следует знать, что явление вещи и тем самым причина от догматического утверждения зависят:

  • • от того, болен или здоров человек;
  • • врожденных особенностей человека;
  • • органов чувств;
  • • условий восприятия;
  • • положения, расстояния и места, которые он занимает;
  • • того, с чем вместе вещь воспринимается;
  • • соотношения частей вещи;
  • • связи вещи с чем-либо другим;
  • • частоты встречи с вещью;
  • • обычаев, традиций, места, времени;
  • • кто и как философствует.

Киники (от греч. кинос — собака) — одна из философских школ, образованных учениками Сократа после его смерти. Основатель школы киников — Антисфен Афинский (450—360 до н.э.) — утверждал, что образ жизни «подобно собаке», т.е. пренебрежение к социальным условностям, ограничение жизненных целей удовлетворением одних лишь физиологических потребностей, — лучший способ достигнуть добродетели. Кинизм просуществовал около тысячи лет (от конца V в. до н.э. до конца античности); приобрел особую популярность в эпоху эллинизма; близок к учениям Эпикура и стоиков, но отличается от них сугубо практической направленностью и пренебрежением к логике и теоретическим построениям.

Основные тезисы кинизма были высказаны еще Антисфеном в многочисленных работах (около 70 книг): реально существует только единичное, а не общее; добродетель — внутренняя свобода от всего ненеобходимого, основанная на способности разумного самоограничения, перенесения тягот жизни, свободе духа и независимости от привычек, традиций и обычаев; человек учится добродетели и становится таковым лишь посредством определенного образа жизни.

Платоновское разделение мира на умопостигаемое (общие идеи) и чувственное бытие (единичные вещи) ошибочно. Общего, т.е. идей, в действительности нет, реально существуют только отдельные вещи. «Человека и лошадь я вижу, а человечности и лошадности не вижу». То, что Платон называл идеей (сущностью), на самом деле есть только имя вещи. Правильных слов (существительных) столько, сколько единичных вещей. Определения вещей бессмысленны (ибо они указывают на не существующие сущности), ложные и противоречивые понятия невозможны, ибо им в реальности не соответствует ни одна единичная вещь. Причины добродетели следует искать не в общем, а в единичном — природе индивидуального человека. Первично индивидуальное, а не то, что называют общим. «Государства погибают тогда, когда перестают отличать дурных людей от хороших».

Схема 2.13.5. Философия раннего эллинизма: киники

Конечная цель изучения философии практическая — «жить в согласии с добродетелью». Все пороки — в зависимости от вещей, в потере внутренней свободы. Добродетель — непритязательность жизни, основанная на разумной независимости от всего ненеобходимого. «Чем больше человеку хватает того, что есть, тем меньше он зарится на чужое». Нереальность общего влечет иллюзорность всего, что оно обозначает, — государство, социальные правила, обычаи и традиции, богатство, славу и почести. Понимая это, мудрец руководствуется не законами государства, не традициями и обычаями, не удовольствиями, не славой и почестями, а одной лишь добродетелью. Безвестность и труд для него — высшее благо. «Следует домогаться удовольствий, которые идут за трудами, а не перед трудами».

Добродетель — не в рассуждении, а в практическом образе жизни. Один и тот же плащ в качестве верхней одежды, посох, борода, сума для подаяний, никакого постоянного места жительства, непрерывные странствия, пренебрежение и отторжение всего, что превозносится, почитается и уважается, — самые характерные признаки «практической этики» киников. В подобной отстраненности от необходимости приспосабливаться к новым социальным реалиям в эпоху глобальных катаклизмов многие люди находили средство решения своих личных проблем.

 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>