Полная версия

Главная arrow Финансы arrow ИСТОРИЯ РОССИЙСКОГО ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Изменения в предпринимательских структурах. Реформы С. Ю. Витте

В дореволюционной России затраты на перевозку речным и гужевым транспортом были чрезвычайно велики (например, доставить уральское железо в Москву стоило 70% его себестоимость на месте производства). Поэтому вопрос об удешевлении перевозок путем внедрения парового транспорта стоял очень остро. Наличие дешевой рабочей силы (множество крестьян, продав свои участки, устремились в города) и иностранные займы позволили России в короткий срок создать мощную железнодорожную сеть. Так, в 1861 г. в империи было всего 1687 км железных дорог, а к концу века — около 50 тыс. К 1913 г. протяженность железнодорожной сети России достигла 71,9 тыс. км; Россия по этому показателю вышла на второе место в мире, уступая лишь США. Таким образом, за 50 лет после реформы 1861 г. было построено более 70 тыс. км железных дорог. В их числе была Транссибирская железнодорожная магистраль, которая способствовала дальнейшему освоению Сибири (рис. 7.1). В России на рубеже веков прокладкой путей сообщения занимались 400 тыс. человек — 1/6 часть всей рабочей силы.

Строительство Транссибирской магистрали

Рис. 7.1. Строительство Транссибирской магистрали

Государство передавало железнодорожное строительство в частные руки на условиях концессии, считая казенное управление неэффективным. В результате, 60—70 гг. XIX в. известны, как время «железнодорожной лихорадки», породившей известных «железнодорожных королей». В их числе были выходцы из кругов дворян-предпринимателей: П. Г. фон Дервиз, К. Ф. фон Мекк, С. Д. Башмаков, а также из числа откупщиков и купечества — П. И. Губонин, С. И. Мамонтов, С. С. Поляков и другие. Они быстро вошли в высшие сферы общества, были «осыпаны» высочайшими милостями — орденами, чинами, дворянскими титулами, приобрели политический вес. Железнодорожное строительство привлекало отечественный и иностранный капитал своей высокой доходностью, которую обеспечивало правительство, закрывавшее глаза на различные технические, законодательные и морально-этические нарушения, добиваясь приливов капитала в эту сферу. В 1880—1890 гг. большая часть железных дорог была выкуплена государством, возобновился принцип их казенной эксплуатации и строительства. Это, видимо, объясняется хозяйственной конъюнктурой. При ее неблагоприятном состоянии тяжесть ложилась на государство, при подъеме — большое значение приобретали гибкость и эффективность частного капитала.

Огромный размах железнодорожного строительства способствовал развитию черной металлургии и топливной промышленности. Высокими были темпы роста легкой промышленности, особенно текстильной. За 1861—1881 гг. производство тканей в стране увеличилось в три раза. Именно в этой отрасли завершается промышленной переворот — крупная машинная индустрия побеждает мануфактурное производство, ткацкие фабрики вытесняют кустарное ткачество. Бурно развивалась пищевая промышленность и промыслы, связанные с переработкой сельскохозяйственного сырья. Значительно выросла урожайность зерновых. Успехи индустриализации в России стали возможны только при значительной и последовательной помощи со стороны государства. При министре финансов С. Ю. Витте (1892—1901) была разработана последовательная экономическая программа развития промышленности. Ее цель — преодолеть отставание России от Запада. Основные направления этой программы:

  • — жесткая налоговая политика, введение государственной винной монополии (эти меры гарантировали бюджетные излишки для вложения в промышленное производство);
  • — строгий протекционизм, который ограждал развивающуюся отечественную промышленность от иностранной конкуренции;
  • — финансовая реформа (1897), гарантирующая стабильность и платежеспособность рубля. Была введена единая система обеспечения рубля золотом, его свободная конвертируемость. В результате золотой рубль на рубеже веков стал одной из устойчивых европейских валют. Для проведения реформы С. Ю. Витте воспользовался урожайными 1893—1894 гг. Экспорт зерна вырос, и правительство стало скупать золото. Казначейство печатало дополнительные кредитные билеты, которые не требовались для нормального хозяйственного оборота. В результате рубль «похудел» на 34 копейки. Государство на этой операции создало огромный золотой запас на многие годы. Так, через 20 лет он составлял 1,5 млрд рублей, превышая более чем в 1,5 раза золотые запасы Английского банка и Германского Рейхсбанка вместе взятых. С января 1897 г. российские банковские билеты стали свободно обмениваться на золото. Успешная денежная реформа способствовала привлечению в экономику внутренних и внешних капиталов (к 1914 г. россияне одолжили государству 4,5 млн рублей);
  • — привлечение иностранного капитала. Оно производилось как в форме непосредственных капиталовложений в предприятия (иностранные фирмы в России, смешанные предприятия и др.), так и в виде государственных облигационных займов, распространяемых на британском, немецком, бельгийском и особенно французском рынках. Французские и бельгийские капиталовложения составляли 58% от их общего количества. Приток иностранного капитала стал массовым явлением для России, иностранные инвестиции в отдельные годы составляли более половины всех вложений в промышленность: в транспортное строительство, в черную и цветную металлургию, в горнорудную промышленность, в машиностроение. Самые существенные иностранные вложения были в железнодорожное строительство — 1,5 млрд золотых рублей.

В России иностранцев привлекали выгодный рынок сбыта и дешевая рабочая сила, что обеспечивало им высокие прибыли. Известными иностранными предпринимателями были англичанин Юз, основавший свое дело по угледобыче и металлургии на юге России, шведы Нобели (нефтедобыча в Бакинском районе, рис. 7.2), англичанин Бромлей и француз Гужон, имевшие крупные металлообрабатывающие заводы в Москве, германская фирма Зингер со своими филиалами в России по производству и продаже швейных машин, шведская фирма Эриксон, занявшая монопольное положение в развитии телефонной сети.

Нефтяные промыслы Товарищества братьев Нобель

Рис. 7.2. Нефтяные промыслы Товарищества братьев Нобель

Иностранный капитал способствовал индустриализации страны и сыграл прогрессивную роль, но за это приходилось платить дорогой ценой — высокими процентами за предоставленные кредиты и нещадной эксплуатацией труда российских рабочих. Противники Витте обвиняли его в том, что политика привлечения иностранного капитала приведет к потере национальной независимости России. Но «купить» Россию вряд ли было возможно, так как капитал был в основном рассредоточен в частных руках, а не в руках государства. Современные отечественные исследования опровергают представления о господстве иностранного капитала в русской промышленности. Он являлся важным, но не определяющим фактором промышленного развития России на рубеже веков.

Важнейшие этапы индустриализации России — промышленные подъемы 1893—1899 и 1909—1913 гг. В 90-е гг. XIX в. промышленное производство в стране удвоилось, росла концентрация производства (акционерные общества и товарищества на паях). Во время второго промышленного подъема объемы производства вновь удвоились. Накануне Первой мировой войны российская промышленность полностью удовлетворяла потребности страны в черных металлах и прокате, паровозах и вагонах, речных судах, нефтепродуктах, стройматериалах, хлопчатобумажных тканях, сахаре и т.д. Многое из этого экспортировалось. Началось создание своей техники, значительными были успехи в постройке речных теплоходов и самолетостроении. В 1912—1913 гг. русско-балтийский завод приступил к производству крупных многомоторных самолетов конструкции Сикорского «Русский витязь» и «Илья Муромец».

Развитие российской промышленности происходило крайне неравномерно. Со второй половины XIX в. в стране выделялось пять промышленных регионов: Петербург, Москва и Центральный промышленный район, Польша с Варшавой, Лодзью и некоторыми другими городами, Прибалтика с центром в Риге, а также южная Россия в треугольнике Харьков, Кривой Рог и Ростов-на-Дону. В этих промышленных центрах действовали российские предприниматели разных национальностей и иностранцы. Самой мощной становится московская группа, где развивается крупная, в основном текстильная промышленность. Характерная черта московской группы — отсутствие вложений в тяжелую промышленность, в новые отрасли и новые промышленные районы, так как доходность хлопчатобумажной промышленности была устойчивой и высокой. В московском промышленном районе российское предпринимательство представляли выходцы из купеческого сословия: Боткины (чай), Гучковы (сукна), Третьяковы (лен), Крестовниковы, Найленовы, Щукины, Морозовы (хлопчатобумажное производство) и другие. Владельцы крупных предприятий легкой промышленности занимались также торговлей и приобретением доходной городской недвижимости и домов.

Для петербургского предпринимательства характерны были железнодорожные общества и крупные акционерные предприятия тяжелой промышленности, речного и морского транспорта. Петербургская буржуазия была связана с нефтяным Баку, с золотодобывающей промышленностью

Сибири. Многие российские предприниматели проявляли энтузиазм, размах, готовность идти на риск, нередко опережая иностранцев.

Экономический подъем сопровождался небывалым предпринимательским ажиотажем. В общественном сознании резко поднимается авторитет предпринимателей. Происходят также качественные изменения в предпринимательских структурах и характере деятельности самих предпринимателей. Начинается процесс концентрации производства, особенно в промышленности. В 1913 г. было 5% крупнейших предприятий, на которых работало 54% общего числа рабочих. Быстро росло количество предприятий с числом рабочих более одной тысячи (рис. 7.3). На такие предприятия приходилась львиная доля производства. Например, по подсчетам П. И. Лященко, в черной металлургии заводы с выплавкой стали свыше 10 млн пудов в год давали в 1900 г. 17,2% всей продукции, а в 1913 г. — 53,1%. Такое же положение было в нефтяной, угольной и других отраслях промышленности. Процесс концентрации происходил и в финансовой сфере — бурное развитие получило акционирование капитала. Акционерные компании начали складываться в XIX в. Эта форма, с одной стороны, ограничивала деятельность предприимчивых людей, с другой стороны, поднимала предпринимательство на более высокий уровень. За 1861—1893 гг. число акционерно-паевых предприятий возросло в пять раз и достигло 648. В 1913 г. их было уже 2208. Размеры акционерного капитала за 50 лет выросли в 42 раза.

Цех Коломенского машиностроительного завода

Рис. 7.3. Цех Коломенского машиностроительного завода

Акционирование приводило к созданию монополий. До второй половины XIX в. в России существовала только одна монополия — государственная. Установление монополии частных фирм начиналось с соглашений торговцев о ценах. Появляются синдикаты — объединения предприятий, создаваемые для распределения между собой заказов, совместных закупок сырья и особенно для реализации произведенной продукции. При этом не терялась производственная самостоятельность членов синдиката, но она могла быть ограничена. Синдикаты часто выступали в виде акционерных обществ или «товариществ для торговли» — «Продамет», «Про- дуголь», «Кровля», «Гвоздь», «Проволока», «Медь» и т.д. В 1910 г. предприятия «Продамет» выпускали 88% российской продукции сортового железа и балок, 82% листового и универсального железа. Синдикат «Продуголь» обеспечивал 75% добычи угля в России. Синдикаты охватывали свыше 80% всех видов производства важнейших продуктов. Количество синдикатов в России равнялось приблизительно 150—200.

Кроме синдикатов в российской промышленности сложились и другие типы монополий — картели, тресты, концерны. Вполне конкурентоспособные концерны основывались русскими предпринимателями и на русские капиталы. Особенностью концернов в дореволюционной России было то, что их руководители стремились объединить предприятия различных отраслей, связывая их общей программой работ на больших российских пространствах. Например, концерн И. Стахеева и К° включал в объекты своей деятельности Сибирь, Дальний Восток и Среднюю Азию, вел крупную хлебную торговлю, разработку горных богатств, постройку железных дорог, создание промышленных предприятий и банков. Концерны стремились привлечь лучших специалистов, инженеров, экономистов, юристов, чтобы создать у себя «трест капиталов и трест мозга». Это позволяло оптимизировать всю предпринимательскую деятельность в огромных масштабах всей России.

В начале XX в. в России утвердилась и наиболее сложная форма монополистического объединения, основанного на системе участий, связующим звеном которого являлась так называемая холдинг-компания — держательская или контрольная компания, специально созданная для сосредоточения контрольного пакета акций объединяемых предприятий. Роль холдинг-компаний российских объединений играли общества, учрежденные за границей. Крупнейшими монополиями такого рода были Нефтяной трест (1912) и Табачный трест (1913). Характерно, что российские монополии, сформировавшиеся при активном участии государства, стали вздувать цены на продукцию и ограничивать масштабы производства. Особенно ярко это проявилось в нефтяной промышленности. Рост крупного капитала не исключал развития мелкого предпринимательства. В начале XX в. в России происходил настоящий предпринимательский бум — об этом свидетельствовали рост количества предприятий, разнообразие их форм, огромная активность во многих секторах экономики и районах страны (в том числе и в Сибири).

Разнообразными были деловые отношения в торговой сфере, охватывающие более 2 млн человек. Особенно выгодной становится передвижная торговля, так как разносчики и развозчики скрывали свои обороты и платили незначительные налоги. Удельный вес магазинов в структуре торговой сети составлял лишь 13%, потому что расходы на магазинную торговлю требовались значительные, а оборачиваемость капиталов была медленной. Поэтому магазины строились главным образом акционерно-паевыми обществами. К их числу относились универмаги Мюр и Мерилиз (в советское время — ЦУМ) и Верхних торговых рядов (затем — ГУМ) в Москве, магазины Елисеевых в Петербурге, А. Ф. Второва в Сибири и т.д.

Магазин Елисеевых на Невском проспекте в Петербурге

Рис. 7.4. Магазин Елисеевых на Невском проспекте в Петербурге

Мелкие торговцы получали высокую норму прибыли, используя свой труд и труд членов своей семьи, имея при этом незначительные издержки. Так, в 1910 г. в палаточно-ларьковой сети прибыль составляла 261%, в лавочной — 108%, в магазинной — 45,5%.

Еще одной сферой частнопредпринимательской деятельности в России становится кредитно-финансовая сфера (вспомним, что кредит был развит еще во времена Киевской Руси в форме ростовщичества). Капиталистическая модернизация российской экономики вызвала необходимость создания кредитной системы. До второй половины XIX в. банковское дело целиком находилось в руках государства. В 1860 г. был открыт Государственный Банк России, который до 1917 г. являлся ядром финансовой системы страны, выполняя функции и центрального, и ведущего коммерческого банка. Функции банка были многообразны: финансирование государственных программ, регулирование денежного обращения в стране, учет векселей и других срочных бумаг, покупка и продажа золота и серебра, прием вкладов на хранение на текущий счет т.д. Интересен такой факт: Госбанк был обязан кредитовать не только крупные торговые и промышленные предприятия, но и учредительство частных и акционерных банков (своего рода «банк банков»). Таким образом, правительство стимулировало процесс формирования предпринимательского сектора общей финансово-кредитной системы. Госбанк являлся крупнейшим коммерческим банком страны, имел к 1914 г. 136 филиалов в провинции, под его управлением действовала разветвленная сеть государственных сберегательных касс (8005 к 1913 г.). Существовало также два государственных земельных банка — Дворянский (1885) и Крестьянский поземельный (1883). Они давали ссуды под залог земельных владений — ипотечный кредит. Действовали также казенные ломбарды, дававшие ссуды под движимое имущество.

Дальнейшим шагом в развитии банковского дела стало создание в 1863 г. в Петербурге первого в России Общества взаимного кредита — оно давало ссуды под залог городской недвижимости. Но центральное место в системе государственного и частного кредита заняли акционерные коммерческие банки. Первый частный коммерческий банк был открыт в Петербурге в 1864 г., его учредителями стали Е. Брандт, Г. Елисеев и другие. Основной капитал банка исчислялся в 2 млн рублей. Первый год его существования принес 221 тыс. рублей прибыли, в 1866 г. прибыль составила 500 тыс., в 1867 г. — 592 тыс. рублей. Дивиденды акционерам выплачивались в размере соответственно 8,6; 10,2; 11,4%. Вскоре подобные банки были созданы в Москве, Киеве и Харькове. К началу Первой мировой войны сеть акционерных коммерческих банков насчитывала 50 банков с 778 отделениями. Главными банковскими центрами являлись Петербург (13 банков) и Москва (7). Банкирским частным промыслом занимались банкирские дома и банкирские конторы. Многие из них добивались немалых успехов в кредитно-финансовой деятельности. В конце XIX в. известность приобрел банкирский дом «И. Е. Гинзбург», основой богатства которого были винные откупа во время Крымской войны. В 1859 г. Гинзбургом был открыт банкирский дом в Петербурге и отделение в Париже. В 1874 г. Евзель Гинзбург получил звание коммерции советника за деловые и финансовые заслуги. Гинзбурги были в числе учредителей ряда акционерных банков и страховых обществ, имели широкие финансовые связи в Европе. Крупными банкирами были также С. С. Поляков, разбогатевший на винных откупах, военных заказах и железнодорожном строительстве, братья Рябушинские, Штиглиц.

Широкий размах банковского предпринимательства приводил к злоупотреблениям в этой сфере, привлекая разного рода мошенников и дельцов. Они осуществляли всевозможные биржевые спекуляции и запрещенные законом сделки. Так, широкую огласку получили спекулятивные аферы владельцев банкирских контор в Санкт-Петербурге Кана и Мусатова в Москве, которые потерпели крах, но оба махинатора вместе с деньгами успели скрыться. В дальнейшем государство принимает ряд мер по ужесточению государственного контроля над этой сферой предпринимательства, а при министре финансов С. Ю. Витте этот контроль становится полным. Устав каждой акционерной компании, регламентирующий ее деятельность, утверждался правительством. Высшим органом являлось общее собрание акционеров банка, а годовые и ежемесячные отчеты, принимаемые им, публиковались в открытой печати.

Здание Сибирского торгового банка на Невском проспекте в Петербурге

Рис. 7.5. Здание Сибирского торгового банка на Невском проспекте в Петербурге

Банки в России вели три основные активные операции — учет векселей, ссуды под залог и сделки по купле-продаже ценных бумаг. Покупая векселя, банк фактически оплачивал стоимость товара, финансируя, таким образом, торгово-промышленный оборот. Промышленник при этом мог продолжать производство, не дожидаясь конечной реализации продукта. Распространен был кредит под залог ценных бумаг — таким образом субсидировались торгово-промышленные предприниматели и биржевые дельцы. Банки активно скупали акции вновь открывающихся компаний и вводили их в биржевую котировку (под котировкой понимается финансирование цен на бирже в течение каждого дня ее работы, регистрация курса валюты или ценных бумаг, цены биржевых товаров), получая высокий доход от разницы биржевого курса. В этот период в промышленных городах складывается слой рантье — держателей различных ценных бумаг.

90-е гг. XIX в. — время подъема как в промышленной, так и в финансовой сфере экономики России. Банковские капиталы выросли почти в два раза. Акционерные банки начинают все активнее финансировать не только торговлю, но и промышленность. Это привело к созданию в России мощных финансово-промышленных групп, так называемой «финансовой олигархии». Например, известные московские промышленники и банкиры Рябушинские управляли группой, в состав которой входили разнообразные компании — Московский коммерческий и Харьковский земельный банки, предприятия хлопчатобумажной, льняной, писчебумажной, стекольной и других отраслей, автомобильный завод в Москве. Рябушинских отличало то, что они не занимались спекуляциями ценными бумагами, а свои огромные капиталы вкладывали в развитие отечественной промышленности, в организацию научных экспедиций и разработок в области воздухоплавания. Русские финансовые магнаты налаживали связи с иностранными партнерами, многие из них открывали свои филиалы в Париже, Лондоне, Берлине, участвовали в создании совместных промышленных предприятий. Крупнейшими акционерными банками России были Петербургский международный, Русский для внешней торговли, Петербургский учетный и ссудный, Русский торгово-промышленный, Азовско-Донской, Русско-Азиатский и другие, а также ряд провинциальных банковских групп.

Таким образом, к 1917 г. в России сложилась развитая кредитно- финансовая система, способная обеспечить капиталами растущие потребности экономики, сформировался немногочисленный, но высокопрофессиональный слой финансовой буржуазии.

В рассматриваемый период возрастает роль и значение фондовой биржи. В начале XX в. роль бирж была обоснована теоретиками-эко- номистами. Так, М. И. Туган-Барановский писал: «Среди современных учреждений нет ни одного более характерного для капиталистической системы хозяйства, чем биржи, и чем больше хозяйственный строй той или иной страны проникается капиталистическими чертами, тем большее значение приобретает в ней биржа. Поэтому по важности бирж в хозяйственной жизни страны можно судить о степени ее капиталистической зрелости» [64].

Толчок к развитию биржевого дела дали реформы Александра II. Во второй половине XIX в. открывается ряд бирж различного профиля. По инициативе С. Ю. Витте 27 июля 1900 г. при Санкт-Петербургской бирже было образовано фондовое отделение. Затем оно укрепилось и превратилось в самостоятельную фондовую биржу.

Биржевые операции проводились в форме биржевой игры, или биржевой спекуляции. Биржевые спекуляции на фондовых и товарносырьевых биржах имеют и отличия, и общие черты (объект купли-продажи в одном случае — товар, в другом — ценные бумаги). Продавая акции, капиталист инвестировал полученные средства предприятия, добиваясь увеличения его доходности. Возможность продажи акций на бирже гарантировала возврат капитала и приносила прибыль за счет разницы цен, спроса на акции. Эта вторичная продажа акций и есть биржевая спекуляция: общество относилось к ней негативно, но она мобилизовала все свободные денежные капиталы, заставляя их постоянно работать, и давала средства для роста производственного капитала, т.е. ускоряла темпы развития капиталистического производства.

Емкость фондового рынка России к началу 1914 г. достигала приблизительно 15 млрд рублей. Такова была суммарная стоимость всех ценных бумаг, находившихся в биржевом обороте, а их количество — более 800. До конца XIX в. акции российских фирм не имели хождения на западных биржах, но после финансовой реформы Витте ситуация меняется. Большое распространение на фондовом рынке имели государственные облигации внутреннего займа — все они котировались на российских и заграничных биржах. Особенно популярны у населения были выигрышные займы.

Более масштабный и дифференцированный характер приобрела деятельность товарно-сырьевых бирж. В начале XX в. их насчитывалось около 90, в том числе были и такие специализированные, как хлебная, лесная, каменноугольная, фруктовая, винная и др. Как место заключения крупно-торговых сделок биржи заменяли собой ярмарки, на бирже осуществлялась торговля по образцам товаров при содействии особых посредников — маклеров. На основе спроса и предложения формировались официальные биржевые цены, которые публиковались в биржевом бюллетене.

Коренное отличие товарно-сырьевых бирж от фондовых в том, что товары, в конце концов, поступают к потребителю и исчезают с рынка. Но и здесь существуют биржевые спекуляции — с контрактами на поставляемые на биржу товары. Таким образом, решались общие проблемы рыночной экономики. Биржа сводила покупателя и продавца, обеспечивая рынок страны необходимым качественным товаром, приводила к выработке его рыночной цены, к выявлению общественно необходимых затрат на его производство.

Правительство стремилось держать биржи под контролем, так как в фондовом отделе осуществлялся оборот облигаций государственных займов, и государство стремилось обеспечить здесь свои интересы. Так, действительными членами отдела могли быть только русские подданные. Министр финансов утверждал членов совета отдела и назначал фондовых маклеров, а также утверждал правила о порядке заключения биржевых сделок, обеспечивал контроль и ограничения биржевых спекуляций ценными бумагами и валютой. Все это приводило к тому, что российская фондовая биржа как посредническая организация утрачивала способность быть самым точным измерительным инструментом для определения ценности бумаг, находящихся в обращении.

Подобные процессы происходили и в товарно-сырьевых биржах, которые в начале XX в. переживали процесс становления и развития. Товарная биржа в России являлась самоуправляющимся учреждением — во главе стояло биржевое общество, членами которого могли быть все те, кто уплачивал установленные взносы и отвечал требованиям ее устава. Для управления делами биржи избирался биржевой комитет. Его председатель — старший маклер — утверждался в министерстве торговли и промышленности. Маклеры — посредники при заключении сделок—должны были быть профессионально грамотными, добропорядочными людьми и обладать русским подданством. Выработалась специфическая техника биржевых сделок, различались сделки с наличным товаром и с «будущим» товаром, т.е. «сделки на срок». Но в этот период на российских товарных биржах еще продолжали заключать сделки, когда товар предварительно осматривался и одобрялся покупателем, чего на Западе уже не было.

Развитию биржевого дела в России препятствовали два обстоятельства. Первое — в области торговли сложилась система сбыта-закупки без посредников, а крупные фирмы имели свою сеть клиентов. Второе — появление синдикатов, монополизировавших систему сбыта товаров. Таким образом, биржевое дело в России еще не успело развиться, а уже возникли явления, препятствующие его капитализации.

Таким образом, деловая жизнь в России в начале XX в. была весьма интенсивной и разнообразной. Возникли новые отрасли промышленного производства, произошел промышленный переворот, причем в более короткие сроки (хотя и гораздо позднее), чем на Западе. Для российской экономики были характерны значительная концентрация производства и образование монополий, слияние промышленного и банковского капитала, широкий размах кооперативного движения. Предпринимательская деятельность развивалась в сфере крупной и мелкой промышленности, торговли, финансово-кредитной и биржевой сфере, в аграрном секторе. В России формировалась развитая рыночная экономика и мощный предпринимательский слой.

 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>