Полная версия

Главная arrow Политэкономия arrow История политических и правовых учений

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>

18.4. Нормативизм и юснатурализм

Политическое и правовое учение нормативизма восходи! к формально-догматической юриспруденции XIX в. Оно сложилось на основе методологии, выработанной в юридическом позитивизме и представляет собой реакцию на распространение в современном западном правоведении социологических, психологических и новейших этико-философских концепций. Родоначальником и крупнейшим представителем нормативистской школы был австрийский юрист Ганс Кельзен (1881—1973).

Кельзен принадлежит к числу крупнейших теоретиков права современной эпохи. Он родился в Праге в еврейской семье. Учился в Венском, Гейдельбергском и Берлинском университетах. Получив степень доктора и пройдя габилитацию (испытание для начинающих лекторов), Кельзен приступил к преподаванию публичного права в Венском университете.

Теоретические взгляды Кельзена окончательно сложились в период, последовавший за распадом Австро-Венгерской монархии. В то время он занимался активной политической деятельностью, выступая в роли советника по юридическим вопросам первого республиканского правительства. По поручению К. Реннера, главы кабинета, Кельзен подготовил проект Конституции 1920 г., юридически оформившей образование Австрийской республики. Его политические взгляды в начале 1920-х годов были близки к австромарксизму. В 1921—1929 гг. Кельзен исполнял обязанности члена Конституционного суда Австрии, с 1929 г. преподавал международное право в Кельнском университете.

После прихода к власти в Германии нацистов Кельзен эмигрировал: сначала — в Швейцарию, а затем в США, где получил американское гражданство. С 1942 г. до конца жизни он состоял профессором Калифорнийского университета.

Кельзену принадлежит большое число работ по общей теории права и государства, по конституционному и международному праву, а также несколько сочинений, посвященных опровержению марксистской доктрины. Основные положения политической и правовой концепции Кельзена, получившей название нормативизм, изложены в его книге "Чистая теория права" (1934).

Следуя основной идее неокантианцев о разделении наук о сущем и наук о должном, Кельзен относил к первой группе естественные науки, историю, социологию и все те дисциплины, которые изучают явления природы и феномены общественной жизни с целью установить причинно-следственные связи. Их главным принципом является принцип объективной причинности. Ко второй группе Кельзен относил этику и юриспруденцию, которые изучают нормативно обусловленные отношения в обществе, другими словами, механизмы и способы социальной регламентации поведения людей, — их главным принципом выступает принцип вменения. Кельзен считал, что надежным критерием, позволяющим противопоставить природу обществу и естественные науки общественным, является определение права как нормативного порядка, выраженного в законах и актах и осуществляемого в случае необходимости принудительно.

В результате он пришел к выводу, что общее учение о праве, будучи теорией, стремится ответить на вопрос, что есть право и как оно существует в его специфически нормативном значении, с его внутренней стороны, но не как оно должно быть или создаваться. Юриспруденция совершенно некритично "расширилась" за счет психологии и социологии, этики и политической теории, писал Кельзен. Такое расширение можно объяснить тем, что эти науки имеют дело с предметами, которые, несомненно, тесно связаны с правом. И если чистое учение о праве желает отграничить познание права от смежных дисциплин, то вовсе не потому, что оно не замечает или даже отрицает эту связь, а потому что оно хочет избежать методологического синкретизма, который затемняет сущность правоведения и смазывает границы, предназначенные ему природой его предмета. Чистота теории права также отвергает любые, не вытекающие из самого закона оценочные суждения о нем. Норма права либо соответствует норме права более высокого ранга, либо вообще не существует как норма права.

Таким образом, Кельзен представляет любую правовую систему как совокупность норм, согласованных между собой и образующих строгую иерархию. На вершине этой "пирамиды" находятся нормы конституции, вслед за ними — общие нормы, установленные в законодательном порядке или обычаем, в основании — так называемые индивидуальные нормы, создаваемые административными и судебными органами при решении конкретных дел. Как действительность норм закона обусловлена действительностью конституции, так и действительность этой высшей ступени норм во внутригосударственной правовой системе Кельзен предлагает выводить из норм международного права. Общим источником единства, нормой, из которой выводятся все правовые нормы, по Кельзену, является Сгипс1погта — основная норма. Данная норма не зафиксирована ни в каких юридических текстах, это "трансцендентально-логический постулат", который гласит: "Должно вести себя так, как предписывает конституция" (конкретная конституция данного государства). При этом не имеет значения содержание самой конституции или созданного на ее основе государственного правопорядка: неважно, справедливый он или нет, обеспечивает он состояние относительного мира в рамках конструируемого сообщества или нет. При постулировании основной нормы не утверждается никаких ценностей, вне положенных позитивному праву. Благодаря основной норме, полагает Кельзен, он создает логически непротиворечивую, завершенную систему обоснования любого законопорядка. Иерархия, выработанная данной теорией, должна быть выражением чистой и универсальной формы права. Тем самым ни одна возможная правовая система не должна находиться вне этой формы.

Определяя законопорядок как иерархическую нормативную форму, которой должно охватываться все поведение человека, за исключением минимума свободы, недоступного регулированию, Кельзен подчеркивает, что смысл правопорядка — не принуждение к выполнению предписанного, а санкции или., другими словами, акты принуждения — "лишение жизни, здоровья, свободы, материальных и прочих благ, и оно причиняется виновному также и против его воли, а при необходимости — с применением физической силы, т.е. принудительно". Следовательно, Кельзен связывает наступление санкции с законоприменительным решением судебных и административных органов, а не просто с законом как таковым. Сведя смысл правопорядка к санкциям, Кельзен тем самым подчеркивает первичность правовых обязанностей — человек обязан вести себя определенным образом в соответствии с предписаниями нормы — и вторичность, производность правомочий, которые выражают меру свободы субъектов. Понятие "субъективное право", если следовать сугубо научному подходу по Кельзену, избыточно для описания правовой ситуации, так как права, за редким исключением, лишь корреспондирую! обязанностям. При этом далеко не все притязания, корреспондирующие обязанностям, принято называть правами — например, есть обязанности не убивать, не красть и т.д., но не существует прав не быть убитым или обкраденным.

Вводя понятие "субъективного частного права в техническом смысле", Кельзен говорит все же о возможности субъекта подать иск и требовать применения санкции в суде, если существующая по отношению к нему обязанность со стороны другого лица или административного органа не исполнена. В качестве первичных дозволений Кельзен выделяет также политические права — избирательное право и право в качестве члена законодательного собрания участвовать в создании общих правовых норм.

Конституционные гарантии равенства перед законом, свободы (т.е. неприкосновенности) собственности, личности, слова, свободы совести, свободы создания объединений, собраний и т.д. сами по себе еще не составляют субъективных прав: ни чисто отраженных прав, ни субъективных частных прав в техническом смысле, "это скорее запреты нарушать гарантированные свободы посредством законов (или законозаменяющих постановлений), т.е. отменять или ограничивать эти свободы". Кельзен отрицает возможность существования неотъемлемых естественных прав человека. Своего рода неотчуждаемая свобода, т.е. сфера человеческого существования, где нет ни запретов, ни предписаний, — это, по мнению Кельзена, не врожденное, естественное право человека, а следствие того, что возможности позитивно регулировать поведение человека "технически ограничены". Поэтому даже при тоталитарных режимах этот минимум свободы сохраняется.

Политическое учение Кельзена основывается на отождествлении государства и правового порядка. Не отвергая возможности социологического подхода, он тем не менее подчеркивает, что чистое учение о праве с необходимостью предусматривает сугубо юридический подход к государству как к должному. Это означает трактовку государства как централизованной организации принуждения: "Чтобы быть государством, правопорядок должен устанавливать органы, которые, функционируя по принципу разделения труда, создают и применяют нормы, образующие этот правопорядок, он должен обнаруживать известную степень централизации". Отсюда следует и вывод о появлении права до государства, еще в первобытную эпоху, когда общество установило монополию на применение силы для обеспечения общей безопасности, в одних случаях разрешив, а в других запретив совершать акты принуждения. С появлением государства функции принуждения осуществляются специальными органами, централизованно. Но тогда при всей значимости норм права остается открытым вопрос — что такое правовое государство?

Учения о естественном праве (юснатурализм) занимают особое место. Подобно классическим учениям XVII—XVIII вв.. современные естественно-правовые теории признают существование наряду с позитивным правом идеального порядка отношений между людьми. Этот высший нормативный порядок и называют естественным правом. Согласно такому пониманию законы государства являются действительными и легитимными лишь в том случае, если они соответствуют идеальному праву.

Вместе с тем современное видение естественного права отличается от предшествующих трактовок. Прежде всего изменился взгляд на человека как носителя естественных прав. Если в прошлом он рассматривался изолированно, то теперь — как участник многообразных связей. И соответственно, в перечень прав дополнительно включают социально-экономические права, свободу объединения в политические партии и общественные союзы, права социальных общностей (право наций на самоопределение).

Естественное право не рассматривается как совокупность незыблемых, установленных разумом предписаний. Появились идеи "естественного права с изменяющимся содержанием", нравственные и духовные ценности конкретного общества или народа. Иначе говоря, современные естественно-правовые воззрения сочетаются с историческим и социологическим изучением правовых идеалов. В начале века такой подход именовали "возрожденным естественным правом", понимая под ним возрождение на новой методологической основе традиций рационалистического обоснования права, прерванных в середине XIX в. юридическим позитивизмом и формально-догматической юриспруденцией.

Одним из видных разработчиков теории естественного права в XX в. был французский философ Жак Маритен (1882— 1973). Его концепция построена на идеях неотомизма, соединении традиционных для религиозной философии представлений о божественном происхождении государства и права с положениями современной науки, принципами историзма, идеями социальной обусловленности политики.

Жак Маритен родился в протестантской семье французских интеллигентов. В 1899 г. поступил в Сорбонну, где изучал естествознание и философию. Он многие годы посвятил преподавательской и политической деятельности: читал лекции не только во Франции, но и в США, Англии, Канаде. В течение нескольких лет был послом Франции в Ватикане.

Маритен является автором многих философских трудов. Среди них такие работы, как "Права человека и естественный закон" (1942), "Человек и государство" (1951), "Моральная философия" (1960) и ряд публичных лекций о правах человека, в которых изложена его неотомистская теория права.

Учение Маритена представляло собой не что иное, как один из вариантов модернизации социальной теории католицизма применительно к условиям высокоразвитого индустриального общества.

Источником естественного закона, согласно его концепции, является Бог, который обладает абсолютным суверенитетом над своими созданиями и не несет перед ними моральных обязанностей. Маритен определял естественный закон как установленные божественным разумом "универсальные нормы права и долга".

Признавая существование вечного и неизменного закона, Маритен считал, что естественное право раскрывается людям постепенно, по мере развития культуры и приближения человека к Богу. Каждая эпоха, полагал он, имеет свой "исторически конкретный идеал". В связи с этим Маритен оценивал как бесплодные попытки составить полный каталог естественных прав индивида на все времена. "Декларация прав человека никогда не будет исчерпывающей и окончательной. Она всегда будет зависеть от уровня морального сознания и от уровня цивилизации в данный период истории". В свою очередь, права человека рассматриваются Маритеном как права, уходящие корнями в естественный закон.

Маритен предложил собственную классификацию прав человека, разделив их на три вида.

Фундаментальные права личности (человека как такового) включают в себя: право на жизнь и личную свободу, право вступать в брак, право частной собственности, право на стремление к счастью и др. Эти права являются естественными в строгом значении слова, ибо коренятся в самой природе человека как свободного и духовного существа. Личность, писал Маритен, принадлежит миру высших ценностей.

Политические права (или права гражданина) определяются законодательством страны, однако косвенно они зависят от естественного права и образуют его продолжение, ибо установления государственной власти становятся законом лишь в силу их соответствия естественному праву. К политическим правам относятся: право народа устанавливать конституцию государства и определять форму правления, право граждан на активное участие в политической жизни, в том числе в выборах, право объединения в политические партии, свобода высказываний и дискуссий, равенство граждан перед законом и судом. Согласно взглядам Маритена, реализация этих прав с помощью церкви приведет к установлению христианской демократии, т.е. "по-христиански устроенного светского государства".

Наконец, социальные права человека (права трудящегося) охватывают: право на труд, право объединения в профсоюзы, право на справедливую заработную плату, право на социальное обеспечение в случае безработицы или болезни, по старости и т.п. Трудящиеся вправе участвовать при наличии соответствующих условий в управлении предприятием, стать его совладельцами. Признание социальных прав личности наряд} с правом частной собственности позволяет, считал Маритен, избежать пороков как капитализма, так и социализма. Философ отстаивал идею "третьего пути" развития общества.

Философия прав человека, развитая французским философом, — один из значимых идейных источников Всеобщей декларации прав человека (1948), в разработке которой Маритен принимал непосредственное участие.

Современные теории естественного права получили наибольшее распространение в середине столетия. Интерес к ним во многом был обусловлен стремлением демократических кругов покончить с практикой авторитарных режимов на европейском континенте. Естественно-правовые концепции тоге времени сыграли видную роль в дискредитации фашизма, в утверждении общечеловеческих ценностей и норм международного права как основы современной демократии.

 
<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>