Полная версия

Главная arrow Философия arrow ИСТОРИЯ ФИЛОСОФИИ XX ВЕКА. СОВРЕМЕННАЯ ЗАРУБЕЖНАЯ ФИЛОСОФИЯ

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Философия латиноамериканского

В 1930-х гг. началось более детальное исследование истории латиноамериканской философии в связи с онтологической острой необходимостью в ее идентификации (от философии X. Ортеги-и-Гассета, Ж.-П. Сартра, В. Дильтея и М. Хайдеггера). Она была задумана не только как историография, но также и с намерением обнаружить философскую проблематику, которая была уже сформулирована ранее. Так рождается философско- историческое сознание с континентальной перспективой.

Выступая в Монтевидео в 1842 г., Хуан Баутиста Альберди говорил о современной философии, высказав за 20 лет до Ч. С. Пирса убеждение, что «философия каждой эпохи и каждой страны имеет обычно мотивировку, принцип, или самое доминирующее и общее чувство, которое управляло ее действиями и поведением»[1]. В 1912 г. Алехандро Корн писал в своей работе по аргентинской философии, вызывая улыбку на лице читателя, что есть аргентинская философия. Хосе Карлос Мариатеги годы спустя задавался вопросом, существует ли перуанская философия. Анибаль Санчес Рулет в 1936 г. издал статью, названную «Обзор идей в испаноговорящей Америке». А в 1940 г. Рисери Фрондиси ввел секцию по истории идей в «Руководство латиноамериканских исследований». В 1949 г. Леопольдо Сеа, студент Хосе Гаоса, издал работу, в которой он представил континентальный горизонт: «Две стадии испаноговорящей американской мысли: от романтизма до позитивизма». Франсиско Ромеро в 1952 г. издал работу «Относительно философии в Америке». Вскоре осуществляется обширный обзор латиноамериканской философии. Подтверждение своей идентичности, отрицание простого повторения европейского требовало обращения к тому, что является латиноамериканским как объект и как предмет. Про- блематизируется бытие латиноамериканского.

Леопольдо Сеа (1912—2004) начал как историк идей Мексики, а позже испаноговорящей Америки. Его работы были многочисленными и беспрецедентными[2].

Кроме того, он практиковал то, что мы могли назвать философией «также»[3]. Третий уровень его работы состоял в «философии истории» Латинской Америки[4], в начале которой он попытался ответить на вопрос: «Что является нашим бытием?» через положительную реконструкцию Латинской Америки в конфронтации с Западом. Спустя десятилетия Сеа повторно сформулировал этот дискурс в соответствии с развитием философии континента и истории. Сеа двигается от философии того, что является мексиканским, к тому, что является [латинским] американским, и затем, в стадии зрелости — к философии развивающегося мира. Эта гуманная интеграция человечества и его истории сегодня становится основой развития теории культуры философии освобождения. Как никакой другой латиноамериканский философ XX в., Сеа продвигал исследование латиноамериканской философии нс только на континенте (и в Соединенных Штатах), но также и в Европе, и в мире. В течение многих десятилетий в его центре (CECYDEL) в Мексике Сеа излучал страсть Latinamericanist. Он автор более 20 монографий и сотен статей, обобщающих переход его философских устремлений. Его программная работа — «Философия американской истории. Судьбы Латинской Америки» (1978).

Ф. Миро Кесада, с другой стороны, идет от проекта исторической рациональности к интерпретации недавних философских преобразований сути латиноамериканского. Артуро Ардао (1912—2003) — как историк философских идей в Латинской Америке — представил их анализ и периодизацию в собственной философской манере. Точно так же Артуро Роиг творчески размышляет, отступая от Г. Гегеля, о различии того, что он называет «антропологическим априори». То, что есть «мы» (Латинская Америка), теперь следует достроить до «нашего», того, что мы имеем как «наследство», культурное наследование традиции в диалектике развития между цивилизацией и варварством. Абелардо Вильегас издал работу[5] [6], в которой соединил философский текст с исторической, экономической, политической и социальной структурами. Вильегас диагностировал центральную проблему латиноамериканского конфликта как противоречие между традиционным и современным обществом. Революция дает ответ, который является одновременно (в случае Мексиканской и Кубинской революций) антитрадиционным и антиимпериалистическим. Реформистские движения (радикальные аргентинцы или перонисты, варгисты в Бразилии и т.д.) включены в этот конфликт. К сожалению, проект Вильегаса не получил развития.

  • [1] G. Marquinez Argote. Filosofia latinoamericana? Bogota : El Biiho, 1981. 12—13.
  • [2] Zea Leopoldо. Dos etapas del pensamiento en Hispanoamerica: del romanticismo al positivism.Mexico City: Colegio de Mexico, 1949; Idem. La filosofia en Mexico. Mexico City: Libro Mexicano,1955; Idem. The Latin American Mind. Norman : University of Oklahoma Press, 1963.
  • [3] Dussel Enrique. El proyecto de una Filosofia de la historia latinoamericana de LeopoldoZea // Cuadernos Americanos (Mexico City) 35 (Sept. — Oct. 1992). 203—218.
  • [4] Cm.: Zea L. La filosofia latinoamericana сото filosofia sin mas. Mexico City : Siglos XXI,1969; Idem. Filosofia de la Historia Americana. Mexico City : FCE, 1978.
  • [5] Villegas A. Panorama de la filosofia; Miro Quesada. Proyccto у realization. Mexico, 1981.
  • [6] Gracia Jorge, ed. El analisis filosofico en America Latina. Mexico City : FCE, 1985.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>