Полная версия

Главная arrow Журналистика arrow ПРОФЕССИОНАЛЬНАЯ ЭТИКА ЖУРНАЛИСТА

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Этапы формирования профессиональной морали и профессиональной этики

С первых шагов возникновения и формирования журналистской деятельности стали возникать проблемы, требовавшие для своего разрешения опоры на какие-то моральные нормы. Поначалу это были простые оценочные суждения. Основатель первой политической газеты Франции «Газетт» Т. Ренодо в обращении к читателям сознавал трудности, с которыми ему придется столкнуться при ее издании, но обещал быть правдивым и точным в своих сообщениях. А в эпох}' Второй империи, когда свобода слова во Франции была упразднена, фельетонист Риго высмеивал журналистов и их статьи: «В наши дни газеты представляют собой только бюллетени и афиши <...> Они скопляют вокруг себя толпу тунеядцев, зевак, безучастно наблюдающих, как они пробираются среди рифов, наподобие спутника на морском берег}'».

О журналистской недобросовестности и безответственности пишет английская газета «Ивнинг пост» от 6 сентября 1709 г.: «Три или четыре фунта стерлингов ежедневно получают эти джентльмены, которые, не побывав на месте, преподносят факты, в основном далекие от какого- либо правдоподобия, главным образом в виде “мы слышали” и т.п., или “знаменитый еврейский купец получил письмо”, что является ничем иным, как откровенным вымыслом».

Русский ученый М. В. Ломоносов возмутился публикацией в лейпцигском журнале неправильной информации по поводу одной из его работ и написал Л. Эйлеру (швейцарский, немецкий и российский математик и механик) письмо «Рассуждение об обязанностях журналистов при изложении ими сочинений, предназначенных для поддержания свободы философии», в котором изложил свои взгляды на деятельность журналистов и их личные и профессиональные качества.

В этом письме он перечислил обязанности журналистов: «трезво оценивать свои силы и высказывать точные суждения, освободиться от предубежденности, не спешить с осуждением гипотез» — и сформулировал качества, которые должны быть присущи каждому журналисту: «ученый, проницательный, справедливый и скромный».

Подобные высказывания и работы относятся еще к так называемому докодификационному этапу развития этики журналиста. Этот этап растянулся на столетия и достиг определенности только с превращением журналистской профессии в массовую. Именно тогда следование профессиональной морали стало помогать поиску компромиссов, согласованию взаимных интересов журналиста и людей, с которыми он сталкивается в процессе работы. Опыт согласования этих интересов начал фиксироваться в профессионально-нравственных нормах поведения специалиста. По наблюдению Д. С. Авраамова, «формирование профессионально-нравственной нормы начинается с частной производственной ситуации и идет от конкретного к абстрактному. Постепенно технологические операции приобретают все больший общий смысл, выходящий за пределы этой отдельной ситуации, а вместе с ним — и нравственное содержание, потому что действие журналиста одновременно выражает его отношение к обществу и к людям, с которыми он вступает в контакт в своей трудовой сфере»[1].

К вопросу о сущности и особенностях журналистской морали мы обратимся в разделе III, здесь же согласимся с В. И. Бакштановским и Ю. В. Согомоновым в том, что обозначенная Д. С. Аврамовым конкретизация шла (если говорить о западной журналистике) в условиях реального гражданского общества, веками складывавшихся в нем ценностей, норм, правил поведения. Согласимся и в том, что нормы профессиональной морали создавались под более сильным воздействием заинтересованных организаций и теоретической мысли, чем нормы общественной нравственности в целом. Согласимся также и в том, наконец, что в этих нормах изначально содержался и больший элемент рационального обоснования[2].

Развитие профессиональной этики связано не только с развитием СМИ, усилением их влияния на общество, политикой издателей и редакций и исследованиями ученых. Журналисты также были заинтересованы в этом. Внимание их к своей профессиональной морали — пусть даже в рамках общих вопросах порядочности, ответственности — во многом продолжили и предопределили развитие профессиональной этики.

Однако, по меткому замечанию Ю. В. Казакова, журналистская мораль проходит этап профессионализации в двух различных логиках: собственно журналистской — и замещающей журналистскую.

Одна (журналистская) логика, на базе которой строится соответствующая модель уже как бы и не совсем стихийной «рационализации» морали журналистского ремесла, реализуется там, где либо действуют первые журналистские кодексы и первые организации саморегулирования (в первой трети минувшего века они появляются в Швеции, Финляндии, Норвегии), либо моральные подвижки, оформляющиеся в «профессионализацию» журналистики, внимательно и заинтересованно наблюдаются журналистами и редакторами, поскольку находятся в зоне их видимости.

Другая логика ориентирует журналиста либо на идеологию «четвертой власти», либо на превращение журналистики в инструмент власти. Свое высшее развитие эта логика и соответствующая ей профессиональная мораль, замещающая собственно журналистскую мораль политическими суррогатами, получила сначала в СССР, а затем и в фашистской Германии. При всем (несомненном) различии в прессе сталинского СССР и гитлеровской Германии в 30-е гг. XX в. любой, кто занимался этой тематикой, найдет немало общего, проявлявшегося в том числе в специфическом представлении о ценностях, принципах, нормах того, что в одной и другой стране именовалось в ту пору «журналистикой»[3].

Процесс институциализировался на рубеже XIX и XX вв., в период расцвета мощных газетных монополий в Европе и Америке. Именно тогда начинается широкое использование прессы для целенаправленного манипулирования общественным мнением и массовым сознанием. Попытки демократической общественности, в том числе журналистов, противостоять растущему произволу монополий слова выразились, в частности, в разработке и появлении кодексов профессиональной этики. Были созданы первые кодексы, и профессионально-нравственное сознание журналистского сообщества приобрело документированную форму существования. Появление первых кодексов означало завершение длительного процесса формирования профессиональной журналистской морали и одновременно открыло новый этап в ее развитии. Этот этап базировался на целенаправленном самопознании журналистской деятельности и практическом применении его результатов.

В начале 20-х гг. XX в. по инициативе издательских и журналистских организаций начали проводиться международные встречи журналистов. На одной из них, проходившей в 1921 г. в Гонолулу, американец Д. Броун предложил принять составленные им международные правила поведения журналиста, которые он назвал «Кодекс этики и норм журналистской практики». Этот вариант не был поддержан участниками встречи, но под влиянием высказанных на конференции идей в некоторых странах появились собственные своды журналистских норм.

Настоящий расцвет деятельности международных сообществ приходится уже на середину 1920-х и 1930-х гг., когда Международное бюро груда и Лига Наций создали первую международную организацию журна- листов-практиков.

Сразу после Второй мировой войны западные и восточные журналисты стали гораздо интенсивнее, нежели раньше, искать более точное определение своих прав и обязанностей в изменившихся условиях. Это привело к основанию в 1946 г. Международной организации журналистов (МОЖ). МОЖ гарантировала высокий журналистский статус на Конференции ООН по вопросам свободы информации, проведенной в Женеве весной 1948 г.

Наступление «холодной войны» заморозило многообещающие постановления и резолюции. Международное движение журналистов вынуждено было прервать свою работу. В числе одной из немногих значительных инициатив, принятых ЮНЕСКО в области прав и обязанностей журналистов в этот период, была безуспешная попытка создания в 1948—1949 гг. Международного института прессы и информации.

Следующий этап кодификации журналистской морали приходится на середину XX в. Именно к этому периоду можно отнести коммуникационный взрыв, связанный с появлением электронных СМИ, воздействующих одновременно на сотни миллионов людей. Возникло движение за новый информационный порядок (1960—1970). Результатом (или реакцией) можно считать принятие Декларации ЮНЕСКО об основных принципах, касающихся вклада средств массовой информации в укрепление мира и взаимопонимания, в развитие прав человека и борьбу с расизмом, апартеидом и подстрекательством к войне (1978). Основные принципы профессиональной этики журналистов были приняты МОЖ.

В середине 1970-х гг. начался новый этап международного сотрудничества в области вопросов профессиональной этики журналиста. Основные вехи этого этапа составляют Мюнхенская декларация (1971), Консультация ЮНЕСКО на тему «Этические принципы журналистов и средств массовой информации» (1973), Венское заявление от 1 ноября 1987 г. и ряд других этических кодексов профессиональных организаций. Решающий шаг в новой разработке профессиональных этических ценностей был сделан в апреле 1980 г. на второй Консультативной встрече свободной коалиции неправительственных организаций в Мехико. Главным ее итогом стала Декларация Мехико, поддержанная разными идеологическими и философскими организациями, — это говорит о том, что журналистской этике уделялось все больше внимания.

Особое значение в этом плане имела Международная комиссия 1980 г. по изучению проблем массовой коммуникации — так называемая Комиссия Макбрайда. Она стала своего рода катализатором, ускорившим процесс пересмотра и дополнения этических вопросов журналистской деятельности со стороны ЮНЕСКО и профессиональных организаций журналистов. По их инициативе в Праге в апреле 1980 г. была организована консультативная встреча журналистов, на которой главным предметом обсуждения стала профессиональная этика и солидарность в СМИ.

В дальнейшем подобные встречи получили название Консультативного клуба. Он впервые за всю историю журналистики разработал универсальную декларацию профессиональной этики, на ее базе были вновь сформулированы основные права и обязанности журналиста. К началу 1980-х гг. профессиональные журналистские организации были уже на всех континентах. В Латинской Америке действовала Латиноамериканская федерация работников печати (ФЕЛАТРАП), в Африке — Союз африканских журналистов, на юго-востоке Азии — Союз арабских журналистов.

Общемировое значение имели авторитетные конфедерация журналистов АСЕАН, Международная федерация журналистов и Международная организация журналистов. В ноябре 1983 г. они приняли в Париже документ, известный как «Международные принципы профессиональной журналистской этики». Именно на этой встрече участники пришли к выводу, что согласованные ими принципы профессиональной этики должны стать международной основой и источником вдохновения при создании национальных и региональных кодексов.

Параллельно с попытками практиков определиться в основах профессиональной морали выходили работы специалистов по этике, заинтересовавшихся процессами, происходившими в журналистике. К крупнейшим исследователям теории и практики журналистской этики в Европе и Америке относятся К.-Ж. Бертран, С. Дж. Вард, К. Кристиане, Дж. Меррилл[4] и другие. К.-Ж. Бертран посвятил свои исследования анализу существующих систем журналистского саморегулирования и предпосылок для разработки новых; С. Дж. Вард подробнейшим образом исследовал историю журналистской этики в целом и ценности объективности в частности; К. Кристиане сделал вклад в изучение социально-этических вопросов и связи социальной этики с этикой СМИ; Дж. Меррилл глубоко проработал вопросы журналистской свободы и соотношения свободы слова и социальной ответственности. Исследованиями журналистских этических кодексов, в том числе на предмет выявления отраженных в них нравственных ценностей, вплотную занимались среди прочих Т. Лаитила, К. Робертс,

К. Хафец[5]. О журналистских нравственных ценностях писали У. Боуман, Э. Вайэлл, Дж. Джонстоун, Э. Ламбет, Э. Славски, Д. Эллиотт[6].

  • [1] Авратюв Д. С. Профессиональная этика журналиста. М., 1999. С. 58.
  • [2] Бакштановский В. Я., Согомонов 10. В. Моральный выбор журналиста / предисл.А. К. Симонова. Тюмень : Центр прикладной этики, 2002. С. 211.
  • [3] При том что модель, «замещающая» журналистскую, в Германии прекратила своесуществование вместе с Третьим рейхом, а в СССР претерпела после Второй мировой войныочень серьезные «демобилизационные» изменения, «последействие» ее даже и в современной России нельзя недооценивать. Журналистская мораль в России во многом остается,во-первых, ненормально политизированной, а во-вторых, недостаточно продвинувшейсяк открытию для себя горизонта моральной рациональности. Достаточно широко распространившийся в журналистской среде цинизм не имеет ничего общего с рациональностьюпрофессиональной этики. Определенным образом «раскрепощая» поведение журналиста, онне продвигает его к профессионализму, предполагающему определенный тип взаимоотношений профессионала со свободой и с ответственностью. И нс открывает журналисту тоткредит общественного доверия, который находит выражение в моральном поощрении профессии (см.: Казаков Ю. В. Па пути к профессионально правильному. Российский медиаэтоскак территория поиска. М.: Центр прикладной этики, 2001).
  • [4] Bertrand C.J. Media Ethics & Accountability Systems. New Brunswick; London: TransactionPublishers, 2000; Ward S.J. A. The Invention of Journalism Ethics: The Path to Objectivity andBeyond. Montreal; Kingston : McGill-Queen’s University Press, 2006; Christians C. G., FerreJ. P.,Fackler M. Good News: Social Ethics and the Press. N. Y.: Oxford University Press US, 1993;Merrill J. C. Journalism Ethics: Philosophical Foundations for News Media. Boston : St. Martin’spress, 1997.
  • [5] Laitila Т. Journalistic Codes of Ethics in Europe // European Journal of Communication.1995. Vol. 10. № 4; Roberts C. Identifying and Defining Values in Media Codes of Ethics // Journalof Mass Media Ethics. 2012. Vol. 27. № 2; Hafez K. Journalism Ethics Revised: A Comparisonof Ethics Codes in Europe, North Africa, the Middle East, and Muslim Asia // Media Ethics inthe Dialogue of Cultures / К. H. Hamburg (ed). Deutsches Orient-Institut, 2003.
  • [6] Johnstone J. W. C., Slawski E. J., Bowman W. IV. The Professional Values of AmericanNewsmen // The Public Opinion Quarterly. 1972—1973. Vol. 36. № 4; Viall E. K. MeasuringJournalistic Values: A Cosmopolitan/Community Continuum // Journal of Mass Media Ethics.1992. Vol. 7. № 1; Ламбет Э. В. Приверженность журналистскому долгу. Об этическом подходе в журналистской профессии. М.: Национ. ин-т прессы, 1998; Elliott D. All Is Not Relative:Essential Shared Values and the Press // Journal of Mass Media Ethics. 1988. Vol. 3. № 1.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>