Полная версия

Главная arrow Журналистика arrow ПРОФЕССИОНАЛЬНАЯ ЭТИКА ЖУРНАЛИСТА

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Профессиональные сообщества как субъекты саморегулирования

В качестве основного субъекта саморегулирования в интересующей нас сфере обычно называют профессиональное сообщество. Этим понятием обозначается группа людей, которые регулярно вступают между собой в коммуникацию (лично или виртуально) с целью обмена опытом и практиками, выработки знаний и поиска новых, более эффективных подходов к решению поставленных перед ними профессиональных задач. Профессиональное сообщество отличается от сообщества, сформированного по интересам, или от географического сообщества наличием общей разделяемой участниками практики, используемой в повседневной профессиональной деятельности. Члены сообщества объединены совместной активностью

(от бесед в обеденный перерыв до решения сложных проблем в специально отведенное время) и знаниями, приобретенными в результате участия в этой активности[1].

Рассмотрим особенности профессиональных журналистских сообществ. Здесь возникает несколько вопросов.

Вопрос о том, является ли журналистика родом занятий или профессией, не так прост, как кажется. «Российская социология определяет профессию в рамках разделения труда и его функционального содержания; журналистика, как медицина и юриспруденция, поставлена на второй уровень социальной дифференциации специальностей по таким критериям, как образование, интеллектуальная сложность и ответственность. Первый уровень принадлежит представителям науки, искусства и управления; специалисты, не обязательно имеющие университетское образование, занимают третий уровень[2].

Л. Г. Свитич определяет профессию как род трудовой деятельности, который требует определенных знаний, умений и навыков и является основным источником существования. Профессии обычно подразделяются на специальности (от лат. specialis — особый, особенный, своеобразный), т.е. определенные виды деятельности в рамках профессии (от лат. specialis — особый, особенный, своеобразный)[3].

Развивая этот подход, автор пишет, что основным признаком, по которому можно отличить журналистику от других профессий, является ее широта, универсальность, всеядность, способность выполнять любые функции, диктуемые моментом, и обязательно информация ситуативная, модель движущейся, динамичной, сиюминутной, ускользающей, неостановленной реальности. Не вечные истины, как у священника, не типичные образы, как у писателя, не дидактические, отобранные веками постулаты, как у учителя, но живая, сегодняшняя, разноцветная, разнополюсная, пульсирующая жизнь. Обобщая основные характеристики профессии, видим, что это одна из самых сложных и многообразных по функциям, сферам деятельности, способам взаимодействия с аудиторией профессий, предполагающая различные творческие и организаторские, коммерческие работы в условиях ненормированного, оперативного, весьма интенсивного режима труда[4].

В других работах указывается, что есть виды деятельности, которые можно рассматривать в качестве профессий, например медицина, юриспруденция и наука. Другие виды специализированной деятельности, включая журналистику, интерпретируются как занятия, род деятельности, движущиеся к тому, чтобы стать профессиями. Профессионализация видится при этом как длительный самоутверждающийся процесс постоянной практики (самоустройство на работу), узкой специализации (техническая экспертиза) и стандартов поведения (кодекс этики). Это повышает требования не столько к специализированным умениям, сколько к определенным видам поведения, социальной сплоченности самого профессионального сообщества и «его статуса относительно других групп»[5].

Напомним, что Закон о СМИ дает следующее определение: «Под журналистом понимается лицо, занимающееся редактированием, созданием, сбором или подготовкой сообщений и материалов для редакции, зарегистрированного СМИ, связанное с ней трудовыми или иными договорными отношениями либо занимающееся такой деятельностью по ее уполномочию». При этом дается уточнение для понятия «средство массовой информации», под которым понимается периодическое печатное издание, радио-, теле-, видеопрограмма, кинохроникальиая программа, иная форма периодического распространения массовой информации.

М. Рац, говоря о журналистах (как, впрочем, и о специалистах любого другого профиля), считает, что не стоит спешить именовать их «профессиональным сообществом». Профессиональное сообщество — это некая форма организации, которая может быть, а может и не быть; форма, которую надо отличать от корпорации, хоть и свободной. По мнению этого исследователя, следует вернуться к позиции, сформулированной в работах Московского методологического кружка, согласно которой профессиональное сообщество — это прежде всего клубный (а не социальный) институт, ответственный за профессиональную культуру сообщества (включая, в частности, профессиональную этику) и, главное, за его развитие[6]. Если в корпорации людей объединяет единство целей, то профессиональное сообщество этого не предполагает: в его основе лежит общность профессиональных ценностей, цели же при этом могут и должны быть разными. Это означает, что общественно значимая форма существования профессионализма возможна только в условиях развивающегося профессионального сообщества, которое оказывается не только и не столько социальным институтом, сколько профессиональным клубом.

При этом надо различать специалистов, владеющих методами, средствами, техниками своего дела (этому в основном учат в вузах), и профессионалов, обладающих сверх того ценностями, идеалами и вообще целостной профессиональной культурой. Этому научить нельзя, этому можно только научиться. «Я бы сказал даже больше: и научиться нельзя, а можно только учиться; нельзя стать профессионалом, как нельзя стать личностью: и тем и другим приходится становиться всю жизнь, ибо и то и другое существуют только в процессе самоопределения, становления, в развитии»[4].

Аналогичной позиции придерживается Ю. В. Казаков, который также полагает, что следует отличать специалиста от профессионала. Специалист, т.е. человек, владеющий ремеслом, обязан владеть техникой и технологией дела, знать его секреты. Представитель категории «чистых специалистов» в журналистике может блестяще владеть языком, искусством использования слов и расстановки пауз, производить яркие, запоминающиеся образы, проявлять себя человеком, сведущим во многих вопросах, не входящих в сферу его прямой компетенции (скажем, хорошо разбираться в психологии массового читателя) и т.д. Единственным и самым главным его отличием от профессионала придется признать ненормально высокую для профессии степень автономии в том, что касается представлений о должном и недопустимом — не укладывающихся в горизонты обязательного в технико-технологическом смысле, а также индивидуальной (в ее повседневных, бытовых проявлениях) и трудовой (понимаемой узко) морали[8].

Специалист, в отличие от профессионала, не является членом определенной, особого типа профессиональной группы, представляющей собой профессиональное сообщество. Такая группа выделяет себя из всех других именно (или прежде всего) обязательным оформлением определенных представлений об этике данной профессии, свойственной членам именно данной группы: общностью профессионально-этических представлений, и прежде всего — представлений о должном во взаимоотношениях профессии с обществом, объединяемых в сообщество («со-общество»).

Главное отличие специалиста от профессионала заключается в том, что специалист, решая поставленные задачи, не озабочен проблемой следования представлениям о профессиональной морали. Ставка делается на решение задачи наиболее быстрым, коротким, «экономичным» образом.

Представляется, что предлагаемый вариант разграничения «специ- алистского» и «профессионального» позволяет точнее ориентироваться, по меньшей мере, в современных журналистских реалиях и практически помогает журналистскому сообществу отделять профессионала от в том числе широко известного специалиста с редакционным удостоверением, занимающегося в пространстве журналистики пропагандой или контрпропагандой.

Интересный материал для обсуждения вопроса о том, является журналистика профессией или родом занятий, содержится в книге американских исследователей Э. Дэнниса и Д. Мэррилла «Беседы о массмедиа» и некоторых других книгах[9].

Следует также иметь в виду, что сам термин «журналистское сообщество», или «сообщество журналистов», для России сравнительно новый. Ю. В. Казаков напоминает, что в советские времена было принято употреблять три других термина: «цех», когда речь шла о журналистах вообще,

«корпус» (в том же значении, но реже, за этим словом стояла высокая офи- циалыдина) и «союз», когда речь шла о единственном в стране журналистском объединении — Союзе журналистов СССР. Все эти понятия имели отчетливую смысловую нагруженность, которая существенно расходится со смыслом понятия «журналистское сообщество». Активное вхождение понятия «журналистское сообщество» в журналистский и экспертный обиход связано с выходом книги «Становление духа корпорации. Правила честной игры в сообществе журналистов»[10], подводившей черту под одноименным исследовательским проектом.

Структура журналистского сообщества чрезвычайно пестрая. Можно выделить несколько типов различных групп, возникающих внутри журналистского сообщества.

Это, во-первых, некие квазиобъединения, импортированные из других профессиональных сред и профессиональных сообществ. Это, как правило, люди, пришедшие в журналистику из других профессий, или журналисты, прошедшие обучение, стажировку, подготовку за рубежом в разных странах (Германии, США). Понятно, что в таком варианте идет сложный процесс совмещения существенно различающихся схем деятельности.

Ко второму типу можно отнести профессиональные группы, возникшие в результате дробления традиций, — когда традиции советской партийной печати были раздроблены на некие варианты и носители этих вариантов каким-то образом объединялись и неким образом объединяются в различные группы, подгруппы, ассоциации и т.д. Тут возможны самые забавные ситуации, когда бывшие советские редакторы или журналисты становятся членами какой-то ассоциации (например, «Славянские журналисты») и т.д.

Третий тип — это профессиональные движения, профессиональные сообщества, выросшие па основе иной традиции, например, возникновение деловой прессы, которой по определению не было во времена планового народного хозяйства.

К четвертому типу профессиональных групп можно отнести профессиональное образование, состоящее из всех перечисленных выше компонентов (г.е. некие профессиональные группы, которые стремятся что-то с чем-то смешать, что-то с чем-то соединить и тем самым продемонстрировать себе и другим некую свою профессиональную особенность).

Рассматривая различные журналистские организации, можно выделить но крайней мере два основных класса таких организаций. Первый класс — это организации, которые не имеют институциональных структур (внутренней организации, президиума, руководства и т.д.). Их особенность формируется исключительно благодаря созданию некоей мифологической стороны и некой профессионально-этической проблематики. Иногда такие организации структурируются в форме редакций, которые обладают не просто чисто издательскими функциями (т.е. функциями подготовки и выпуска периодического издания), но и определенной мифологией, которая позволяет этому изданию рассматривать себя как некий элемент профессионального сообщества.

Другие подгруппы или группы, входящие в журналистское сообщество, достраиваются до определенной целостности и нацелены на реализацию уже каких-то социально-культурных или социально-культурологических моделей.

Все сказанное выше дает основание говорить о том, что в настоящее время мы имеем не профессиональное сообщество журналистов, а профессиональную среду, или протосообщество, которое берет на себя функции регуляции профессионального поведения журналистов. Эта среда вырабатывает комплекс принципов, норм и правил, которые целесообразно обозначить понятием «профессиональная культура». Наиболее часто оно используется для обозначения определенного способа (или совокупности способов) профессиональной деятельности. В этом случае под профессиональной культурой понимают набор умений или совокупность знаний и навыков, обеспечивающих выполнение определенных действий в определенных условиях. То есть профессиональная культура представляет собой «хранилище» стандартов и стереотипов профессионального поведения.

С точки зрения этого подхода индивид овладевает профессиональной культурой, проходя несколько стадий — от ученика до мастера. Так, при вхождении в профессиональную среду начинающий журналист вступает в мир социальных норм, предписаний, запретов, санкций, которые обеспечивают стабильность данной профессиональной системы. В ходе общения, сотрудничества и совместной деятельности журналиста и его окружения происходит все более глубокое усвоение и все более активное овладение профессиональными стандартами и ценностями данной профессиональной среды. Внешние на первых порах нормативы должного профессионального поведения под влиянием обучения (использующего различные механизмы одобрения и порицания) и иных воздействий профессиональной среды входят в сознание личности, оформляясь в определенную ценностно-нормативную модель профессионального поведения — продукт индивидуального опыта личности и коллективного опыта макро- и микросреды, воспринятого через образцы поведения и систему значений.

С этой точки зрения профессиональное журналистское сообщество, взятое как целостность, выполняет по отношению к конкретному журналисту множество функций, одной из которых является функция профессиональной ориентации, т.е. освоения профессиональных способов деятельности, усвоения схем профессионального поведения и мышления. Понятно, что осуществление этой функции может происходить в различных формах: это может быть университетское профессиональное обучение, или обучение методом проб и ошибок, или обучение по методу «делай, как я» и т.д.

Сторонники другой версии этого подхода связывают понятие «профессиональная культура» с процессом изменения, совершенствования средств, методов, форм деятельности. То есть акцент делается на том, что живой мир профессиональной культуры — это не только типичные формы профессиональной деятельности, не только хранилище стандартов и стереотинов профессионального поведения, не только «память» профессионального сообщества, но и индивидуальное своеобразие, творческое воплощение и развитие норм профессиональной деятельности.

Безусловно, типизация форм деятельности и поведения является важной функцией профессиональной культуры, однако диалектика развития такова, что этот процесс может осуществляться только в индивидуальных формах и через индивидуальные достижения. Поэтому в создании новых элементов профессиональной культуры существенную роль всегда играли индивидуальность каждого профессионала, своеобразие его подхода к действительности, нестандартность мышления, чувств и действий.

Подчеркивая роль личности в становлении и развитии профессиональной культуры, следует отметить то обстоятельство, что в структуре саморегуляции поведения действующей личности можно выделить несколько важных компонентов:

  • • нормативный — интернализованные знания, понятия, профессиональные требования к личности и поведению профессионала;
  • • оценочный — оценки и самооценки, осознанные критерии оценки личности и ее поведения;
  • • регулятивный — нравственно-профессиональные чувства, отношения, убеждения, регулирующие поведение профессионала;
  • • деятельностно-поведенческий — волевые процессы, усилия личности, направленные на самоконтроль и коррекцию поведения.

Следовательно, в составе профессиональной культуры также можно выделить аналогичные компоненты:

  • • системы норм и стандартов, выражающих профессиональный опыт, накопленный профессиональным сообществом;
  • • подсистемы профессионального сообщества, обеспечивающие контроль за соблюдением норм и стандартов;
  • • системы профессионального самопознания, т.е. духовного отражения профессиональной деятельности и существующих в этой деятельности отношений;
  • • само профессиональное поведение, т.е. практическая деятельность людей, воплощающих нормы и стандарты профессиональной деятельности.

Очевидно, что в составе любой профессиональной культуры функционируют и определенным образом взаимодействуют профессиональные субкультуры. В структурном плане профессиональная субкультура аналогична профессиональной культуре. Разница заключается в том, что вместо общепризнанных норм и стандартов деятельности в профессиональной субкультуре функционируют свои представления об этих нормах и стандартах; особым профессиональным институциям, контролирующим выполнение этих норм и стандартов на уровне профессиональной общности в целом, соответствуют собственные неформальные «органы»; профессиональное поведение характеризуется специфическими для представителей данной субкультуры проявлениями, типичными способами исполнения (которые с точки зрения общепринятой профессиональной культуры могут выглядеть как дерзкое нарушение тех или иных профессиональных предписаний).

Внимательный анализ профессиональной культуры позволяет увидеть ее многослойный характер. Можно выделить по крайней мере три уровня:

  • 1) философия деятельности;
  • 2) идеология деятельности;
  • 3) технология деятельности.

Понятие «философия» в данном случае используется для обозначения наиболее общих взглядов на мир и место человека в нем, на отношение человека к окружающей его действительности и самому себе, а также обусловленные этими взглядами основные жизненные позиции людей, их убеждения, идеалы, принципы познания и деятельности, ценностные ориентации и т.д.

Что касается журналистики, то некоторые профессионалы[11] считают возможным использовать понятие «философия журналистики», другие утверждают, что у журналистики нет и не может быть никакой философии[12].

Мы согласны с теми специалистами, которые полагают, что в фундаменте любой деятельности находится наиболее глубокий, скрытый от обыденного сознания пласт представлений, связанных с архетипами, установками, алгоритмами, языковыми дискурсами, «археологией» и историей профессионального знания и действия — то, что можно назвать философией профессии[13].

Что касается конкретного редакционного коллектива, то, как правило, он тоже обладает тем, что называется организационной философией, г.е. комплексом морально-этических и деловых норм, принципов, которые определяют и регулируют повседневную деятельность сотрудников редакции[14].

К сожалению, очень часто философию профессии путают с идеологией и этикой. Такое отождествление философских, идеологических и этических оснований профессии приводит к ошибкам в подготовке профессионалов и неудачам в профессиональной деятельности. Основное отличие профессиональной (или корпоративной — если речь идет о профессиональной корпорации) философии от идеологии и этики заключается в том, что входящие в ее состав утверждения концентрируют внимание профессионала на самых значимых аспектах профессиональной деятельности. «Кто мы такие?», «Для кого мы работаем?», «Чем мы должны заниматься?» — вот вопросы, ответы на которые и составляют фундамент того, что мы называем философией журналистики.

Так понимаемая профессиональная журналистская культура — это не только способы деятельности, схемы профессионального поведения, но и специфические способы межличностных профессиональных отношений, принятые в журналистике способы мироосмысления, профессиональные обряды, ритуалы (вроде клятвы журналиста) и т.п. Другими словами, профессиональная культура есть тот механизм, посредством которого складывается и самоосознается профессиональное сообщество журналистов как система взаимодействующих и взаимообусловленных профессиональных групп, механизм, с помощью которого профессиональное сообщество журналистов осуществляет одну из своих основных функций: формирование профессиональных журналистов, возведение их по ступеням профессионального самовыражения.

Следует заметить, что живой мир профессиональной культуры — это не только типичные формы деятельности, не только хранилище стандартов и стереотипов профессионального поведения, не только «память» журналистского сообщества, но и индивидуальное своеобразие, творческое воплощение и развитие форм профессиональной деятельности.

При вхождении в профессиональную среду начинающий журналист вступает в мир ценностей, охраняемых и поддерживаемых системой социальных норм, предписаний, запретов, санкций, которые обеспечивают стабильность профессионального сообщества. В ходе общения, сотрудничества и совместной деятельности журналиста и его окружения происходит все более глубокое усвоение профессиональных стандартов и ценностей данной профессиональной среды.

Внешние на первых порах нормативы должного профессионального поведения под влиянием обучения (использующего различные механизмы одобрения и порицания) и иных воздействий профессиональной среды входят в сознание личности, оформляясь в определенную ценностно-нормативную модель профессионального поведения — продукт индивидуального опыта личности и коллективного опыта макро- и микросреды, воспринятого через образцы поведения и систему значений.

В результате глубинного усвоения и многократного повторения применения исходных профессиональных принципов, простых и всеобщих норм профессиональной деятельности формируются стереотипы профессионального поведения, которые не осознаются как профессионально нормированные, так что вопрос «Правильно ли я действую?» обычно и не возникает. Принятый образ деятельности, став привычным, становится потребностью.

Профильтрованные через личный опыт и профессиональную практику личности различные стороны и явления профессиональной деятельности, соотносимые с потребностями, интересами, целями индивида, вызывают определенное отношение к себе и приобретают определенный смысл, выступающий формой выражения личностной значимости явления для человека. Возникают оценочные отношения к явлениям профессиональной действительности. Эти профессиональные ценности как на уровне общежурналистской творческой среды, так и на уровнях конкретных коллективов и единичных журналистов выстроены в иерархически организованные целостности — шкалы ценностей[15].

Можно выделить несколько видов оценочных отношений:

  • 1) отношение к принципам и нормам профессиональной деятельности, институтам, контролирующим соблюдение данных принципов;
  • 2) отношение к отклонениям от общепризнанных способов профессиональной деятельности;
  • 3) отношение к органам, обеспечивающим поддержание определенного выполнения существующих норм и принципов деятельности;
  • 4) отношение к собственной профессиональной деятельности (профессиональная самооценка).

Эти отношения выражаются в оценочных суждениях, которые могут быть получены с помощью известных методов, обеспечивающих большую или меньшую степень соответствия подобных высказываний подлинным мнениям их авторов.

Каковы же пути формирования профессиональной культуры? В этой связи следует прежде всего указать на такой механизм ее воспроизводства, как традиция. Именно традиции выступают средством аккумулирования и трансляции коллективного опыта деятельности, выраженного в социальных и профессиональных стереотипах. Подчеркиваем этот тезис, потому что многие руководители редакционных коллективов и некоторые исследователи слишком много внимания уделяют формальной стороне — разработке миссий и кодексов. Разумеется, редакционные миссии и кодексы могут помочь уменьшить внутренние конфликты, возникающие в условиях, когда люди имеют разные мнения о событиях, политике, субсидиях, рекламе, этике и т.п. Однако вряд ли нужно доказывать, что попытки разработать некие кодексы профессионального поведения с явно авторитарными устремлениями и административно-регламентационными механизмами контроля за поведением журналиста бесполезны и бессмысленны, если журналист не рассматривает профессиональную среду как личностно значимое сообщество, все члены которого придерживаются примерно одинаковых профессионально-этических стандартов. Как только профессиональная среда расслаивается на несколько конкурирующих сообществ, профессионально-этические стандарты из средства регуляции профессионального поведения становятся инструментом взаимного противопоставления разных групп профессионалов[16].

Другим важным носителем профессиональной культуры являются так называемые культурные герои, или, точнее говоря, — герои профессионального сообщества. Эти герои представлены определенными личностями, которые могут быть реальными людьми или воображаемыми персонажами, нашими современниками или легендарными личностями прошлых лет, но все они обладают характеристиками, которые получают высокую оценку в профессиональном сообществе и, таким образом, становятся образцом для подражания.

Разумеется, там, где есть герои, обязательно есть и антигерои, воплощающие в себе все мыслимые недостатки, отвергаемые профессиональным сообществом.

И тем не менее, с учетом всего сказанного выше, можно утверждать, что вся совокупность способов, средств и приемов, с помощью которых журналист собирает информацию, интерпретирует и излагает ее, формируется в результате его активного взаимодействия с журналистской творческой средой, освоения предлагаемого этой средой коллективного опыта. Подчеркивая коллективность журналистского творчества, его обусловленность объективно существующими межличиостно вырабатываемыми формами деятельности, важно все же учитывать то обстоятельство, что эффективность коллективного творчества в значительной степени зависит от своеобразия, оригинальности и независимости всех «сотворцов».

Необходимость обращения к анализу журналистской творческой среды диктуется, во-первых, тем, что именно в ее недрах происходит преобразование партийно-политических директив и установок в систему творческих рекомендаций — способов и приемов деятельности, применение которых позволит получить результаты, соответствующие требуемым. Во-вторых, несмотря на относительную самостоятельность и автономность, любая творческая индивидуальность может существовать и существует только в рамках определенной творческой среды, которая в конечном счете и определяет все свойства и все формы самовыявления любой творческой индивидуальности. Это утверждение логически вытекает из очевидного положения о том, что говорить о творческой индивидуальности журналиста имеет смысл только тогда, когда указаны свойства и качества, на основании которых он может быть объявлен творческой индивидуальностью. При этом любые свойства рассматриваются как потенциальные возможности, которые реализуются только при наличии какой-то системы, являющейся точкой отсчета для данных свойств[17]. Одной из таких систем, выступающих в качестве точки отсчета для творческой индивидуальности журналиста, является журналистская творческая среда. Сама творческая индивидуальность журналиста может быть понята только как специфическая форма субъективного отражения объективно существующего опыта журналистского взаимодействия с реальной действительностью, как продукт тех отношений, которые возникают в ходе становления и развития журналистской творческой среды. Вне системы этих отношений существование творческой индивидуальности невозможно.

Творческая среда отдельного журналиста складывается из непосредственного окружения, с которым он контактирует, коллектива редакции, в которой он работает, и всей системы «журналистика», которая через множество каналов воздействует на каждого журналиста[18]. По аналогии с социологическими категориями эти уровни можно обозначить понятиями «творческая микросреда журналиста», «творческая среда журналиста», «общежурналистская творческая среда».

Связь между творческой средой и конкретной творческой индивидуальностью выступает как связь между принципами, нормами и правилами деятельности, сформировавшимися в ходе эволюции журналистики, и их конкретным воплощением в деятельности данного журналиста. Весь тот опыт, который складывается в результате отбора лучших достижений журналистской практики, предстает перед нами в качестве «полуфабриката», который предстоит преобразовать в личную программу деятельности.

Первоначально, при вхождении журналиста в творческую среду, она предстает перед ним как нечто чуждое, что должно быть изучено и освоено. Становление творческой индивидуальности журналиста приближает его к опыту творческой среды, а его зрелость предполагает основательное знакомство с этим опытом. При этом следует помнить, что к моменту вхождения в творческую среду человек снабжен достаточным запасом знаний и умений, чтобы не аморфно воспринимать все нормы и правила, выработанные в ее рамках, но активно выбирать те из них, которые представляются ему наиболее подходящими.

Развитие творческой индивидуальности происходит как освоение и изменение той программы взаимоотношений с объективной действительностью, которая уже выработалась к моменту вхождения журналиста в данную творческую среду. Среда же, вначале предстающая чем-то объективно внешним, по мере укрепления позиций творческой индивидуальности сама начинает зависеть от журналиста, т.е. он становится для других журналистов важным фактором творческой среды.

Творческая среда является не только хранилищем профессионального опыта, но и регулирует и контролирует деятельность и поведение каждого журналиста. В ходе этого регулирования и контроля творческая среда выполняет следующие функции:

  • • критическую — оценивая предлагаемые или используемые журналистом способы и приемы деятельности;
  • • селективную — отбирая предлагаемые творческой индивидуальностью способы и приемы деятельности для последующего закрепления в коллективной памяти;
  • • программирующую — определяя возможные способы и пути деятельности журналиста в различных ситуациях.

Центральным компонентом творческой среды журналиста, тем звеном, которое связывает его с общежурналистской творческой средой, с одной стороны, и со всем обществом — с другой, является журналистский коллектив.

Не рассматривая вопросы общей теории коллектива, остановимся на некоторых проблемах журналистского коллектива и его взаимоотношений с творческой индивидуальностью журналиста.

Редакционный коллектив обладает рядом характеристик, которые уподобляют его любым другим коллективам. Здесь также есть штатное расписание, служебная иерархия, распорядок дня и т.п. Однако наряду с этими признаками он имеет и ряд особенностей, которые обусловлены специфическими качествами журналистского труда. Прежде всего, в журналистском коллективе, который представляет собой сложное социальное целое, наряду с дифференциацией функций между сотрудниками существует сложная система взаимоотношений и взаимодействий как между отдельными сотрудниками, так и между ними и коллективом в целом. Но специфика журналистской деятельности такова, что, ощущая себя «частицей многосложного организма», журналист одновременно ощущает себя полномочным представителем всей журналистики. Ясно обозначенная предметная или проблемная специализация не мешает ему «вмещать» в себя всю редакцию и даже всю журналистику. Это происходит в силу того, что деятельность журналиста «разомкнута» непосредственно в реальную действительность и результатом его деятельности является, как правило, целостный продукт.

Другим характерным признаком журналистского коллектива является динамичность, изменчивость в системе целей, стоящих перед ним. Изменчивость этих целей, программируемая изменчивостью самой действительности, такова, что границы задач, решаемых каждым сотрудником, его функции не могут быть очерчены столь же строго, как, например, в сфере промышленного производства.

Третьей важной чертой редакционного коллектива является обладание общей для всех сотрудников совокупностью норм и правил деятельности, отличающих этот коллектив от других. Именно нормы и правила деятельности являются тем основанием, которое позволяет непротиворечиво рассмотреть взаимодействие коллектива и индивидуальности в интересующем нас аспекте. Редакционный коллектив в этом смысле выступает как совокупный субъект деятельности, преодолевающий неизбежную ограниченность отдельного журналиста, и как субъект воспитания, формирующий каждого журналиста, входящего в его состав, и как система, взаимодействующая с другими коллективами и с каждым своим членом.

Наконец, четвертым специфическим признаком журналистского коллектива является то, что это творческий коллектив. Это означает не только то, что он состоит из субъектов творческого труда, но и то, что он в целом, как определенная социальная единица, выполняет творческие действия. Для сравнения можно привести любой производственный коллектив.

Вне зависимости от творческих потенций своих членов он обязан выдавать продукцию, нормы и правила получения которой строго определены соответствующими стандартами. Продукция журналистского коллектива в сильнейшей степени зависит от таланта, уровня подготовки тех, кто входит в его состав.

Редакционный коллектив выполняет несколько функций. Основная из них, которую условно можно назвать производственной. Характер производственной функции конкретизируется в зависимости от места коллектива в системе СМИ и обусловлен существующим в журналистике разделением труда.

Производственная функция осуществляется в процессе реализации формальных и неформальных отношений сотрудников редакции как по вертикали (иерархия отношений), так и по горизонтали (коллегиальность отношений). Различные отклонения от оптимального протекания этих отношений сказываются на ходе осуществления производственной функции. Отсюда вытекает объективная необходимость в выполнении коллективом регулятивной функции, т.е. организации журналистского труда, обеспечения сочетания интересов и желаний отдельных журналистов с задачами всего коллектива и т.д. К регулятивной функции тесно примыкает воспитательная функция. Ее значение объясняется тем, что редакционный коллектив представляет собой то звено, в рамках которого интегрируются как общесоциальные, так и творческие воздействия на личность журналиста. Важность этой функции обусловлена тем, что журналистский коллектив не только производит определенную продукцию, но одновременно является творческой средой, одна из функций которой заключается в постоянном воспроизводстве определенных типов журналистов.

Отмечая тесную связь творческой среды журналиста и коллектива, в котором он работает, следует предостеречь от отождествления этих понятий. На наш взгляд, они различаются и по объему, и но зафиксированному в них содержанию. Прежде всего, если под коллективом обычно понимают группу людей, находящихся в непосредственном общении между собой, решающих определенную производственную задачу в интересах общества, связанных общей целью, дисциплиной, взаимной ответственностью и единым управлением, то творческая среда включает в свой состав всех журналистов, чьи знания, способы и приемы деятельности входят в актуальный коллективный опыт. Вместе с тем творческая микросреда журналиста представляет собой узкий круг его творческих единомышленников, которые могут входить в число сотрудников одного издания, но могут представлять и разные органы. Более того, к творческой среде журналиста относятся не только коллеги, с которыми он работает, но и все те журналисты, жившие в прошлом или современники, работающие в одной комнате или за тысячи километров — словом, все те, в творческом взаимодействии с которыми журналист черпает способы и приемы деятельности. Иногда творческой средой журналиста, т.е. системой, в которой он черпает нормы и правила деятельности, является не тот коллектив, в котором он работает в настоящее время, а другой, в котором работал раньше.

Указав на несовпадение понятий «творческая среда» и «редакционный коллектив», следует заметить, что на практике эти элементы системы «журналистика», как правило, совпадают, что и затрудняет их теоретическое различение. Более того, совпадение творческой среды и редакционного коллектива, в котором работает журналист, представляется оптимальным для его творческого самочувствия и дает коллективу дополнительные возможности для влияния на него.

  • [1] Иванов О., Карлюкова О. Профессиональные сообщества в России: количественный анализ. URL: http://hr-portal.ru/article/professionalnye-soobshchestva-v-rossii-kolichestvennyy-analiz (дата обращения: 09.10.2016).
  • [2] Филиппов Ф. Р. Специалист. Профессия. Социология профессий // Российская социологическая энциклопедия / под ред. Г. В. Осипова. М., 1998.
  • [3] Свитич Л. Г. Введение в специальность. Профессия: журналист. М.: Аспект Пресс, 2007.URL: http://www.hi-edu.ru/c-books/xbook890/01/about.htm (дата обращения: 09.10.2016).
  • [4] Там же.
  • [5] Splichal S., Sparks С. Journalists for the 21st Century: Tendencies of ProfessionalizationAmong First-Year Journalism Students in 22 Countries. Norwood, 1994.
  • [6] Рац M. В. Политика развития: первые шаги в России. М., 1995.
  • [7] Там же.
  • [8] Казаков Ю. В. На пути к профессионально правильному. Российский медиа-этос кактерритория поиска. М.: Центр прикладной этики, 2001; Казаков Ю. В. Нормативно-ценностные основания саморегулирования профессионального сообщества журналистов : дис. ...канд. социол. наук. Тюмень, 2002; и др.
  • [9] Дэннис Э., Мэрилл Дж. Беседы о масс-медиа / пер. с англ. А. Касьяненко, Н. Китай. М.:Вагриус, 1997; Основы творческой деятельности журналиста / ред.-сост. С. Г. Корконосеико.СПб.: Знание ; Изд-во СПбИВЭСЭП, 2000.
  • [10] Становление духа корпорации: правила честной игры в сообществе журналистов /под ред. В. И. Бакштановского, Ю. В. Казакова, А. К. Симонова, Ю. В. Согомонова. М. :Начала-Пресс, 1995. С. 376.
  • [11] Например, глава издательского дома Ахel Springer М. Депфнер использует понятие«философия журналистики» в качестве синонима понятия «социальная ответственностьжурналиста». URL: http://www.media-online.ru/index.php3?id=301318 (дата обращения:09.10.2016). В книге Л. Гейдара и Д. Колчинского «ВИЧ/СПИД И СМИ. Рекомендации дляжурналистов» (Киев, 2006) есть специальный раздел, названный «“Кухонная философия”для журналистов».
  • [12] «Философия журналистики»! Бог мой, да какая в журналистике философия! (А. Рубинов. Продается журналистика // Журналист. 2006. № 5. С. 57. URL: http://www.journalist-virt.ru/mag.php?s=200605571 (дата обращения: 09.10.2016)).
  • [13] См.: Мальковская И. Знак коммуникации. М., 2004.
  • [14] Подробнее смДзялошинский И. М. Редакционная политика как фактор успешной деятельности СМИ. М. : Союз распространителей печатной продукции, 2000; Кунде Й. Корпоративная религия: создание сильной компании с яркой индивидуальностью и корпоративной душой. СПб.: Стокгольмская школа экономики, 2002; Пасти С. Российский журналиств контексте перемен. Тампере : Университет Тампере, 2004; Региональная пресса: проблемыменеджмента / ред.-сост. И. М. Дзялошинский. М.: Права человека, 2001; Саморегулирование журналистского сообщества. Опыт. Проблемы. Перспективы становления в России. М.:Галерия, 2004.
  • [15] Разумеется, довольно часто эти шкалы у представителей разных профессиональныхсообществ не совпадают, что может стать источником конфликтов.
  • [16] См.: Дзялошинский И. М. Российские СМИ: противостояние матриц // РоссийскиеСМИ и журналистика в новой реальности: материалы Международной научно-практической конференции, посвященной 75-летию журналистского образования на Урале. Екатеринбург, 2011. URL: http://elar.usu.ru/handle/1234.56789/3477 (дата обращения: 09.10.2016).
  • [17] См.: Лазарев Р. В. Абстракция и реальность // Вести. Моек, ун-та. Сер. : Философия.1974. С. 16.
  • [18] Следует отметить, что общежуриалистская творческая среда тесно связана и взаимодействует с другими творческими сообществами: научным, художественным и др. Это объясняется как глубоким внутренним единством различных видов духовного производства, таки тем обстоятельством, что вне сотрудничества с широким авторским активом, в которыйвходят представители самых разных профессиональных групп, выпуск современной газетыпросто невозможен. И, естественно, общение с ними обогащает журналистов также и в профессиональном плане, поскольку дает им возможность ассимилировать в своем творчествеприемы и способы деятельности, выработанные в других творческих средах.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>