Полная версия

Главная arrow Журналистика arrow ПРОФЕССИОНАЛЬНАЯ ЭТИКА ЖУРНАЛИСТА

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

АКСИОЛОГИЧЕСКИЙ И ДЕЯТЕЛЬНОСТНЫЙ ПОДХОДЫ К ЖУРНАЛИСТСКОЙ ЭТИКЕ

АКСИОЛОГИЧЕСКИЙ ПОДХОД К АНАЛИЗУ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ МОРАЛИ

В результате освоения данной главы студент должен: знать

  • • систему гуманистических ценностей;
  • • обязанности человека по отношению к окружающей природе, социуму и отдельно взятой личности;
  • • ценностные парадигмы профессионального журналиста; уметь
  • • использовать полученные знания в своей профессиональной деятельности;
  • • применять методы формирования ценностей, связанные с образованием и пропагандой определенных ценностей;
  • • следовать ценностным ориентирам; владеть навыками
  • • воспитания ценностного отношения к природе, окружающей среде, человеку (экологическое воспитание);
  • • формирования экологического сознания;
  • • анализа ценностных ориентиров журналистов и аудитории.

Ценность как моральная категория

Ценностный подход к пониманию морали получил развитие в работах таких исследователей, как П. Сорокин, И. Хейзинга, Э. Фромм, К. Леви- Стросс, Ж. Бодрийяр, М. Шелер, Н. Гартман, Д. фон Гильдебранд. В частности, Д. фон Гильдебранд[1] провел одно из наиболее глубоких различий между нравственными ценностями и другими видами ценностей. В первую очередь он отделяет ценности от простого удовольствия и от объективного блага для человека. Затем он подразделяет ценности на онтологические (ценность бытия, существования чего-то) и квалитативные («качественные» — в отличие от онтологических, они имеют свою противоположность в сфере недостойного). И, наконец, в рамках квалитативных ценностей Гильдебранд выделяет ценности интеллектуальные, эстетические и нравственные.

Из отечественных авторов такой подход в этике разрабатывается Р. Г. Апресяном, который определяет мораль через ценности и соответствующие им требования и в качестве основного содержания морали выделяет ряд базовых моральных ценностей[2]. По его мнению, «мораль — эго прежде всего определенного рода ценности и соответствующие им требования, направленные на гармонизацию различных (по разным критериям) интересов; а также решения, действия и политики, оцениваемые под углом зрения этих ценностей и требований»[3].

Л. В. Максимов подробно исследовал природу и соотношение моральных ценностей. История и содержание самого понятия «ценности» глубоко анализируются в работах А. А. Ивина и В. К. Шохина[4].

Ценностный подход к морали постулирует идею трансцендентности морали, г.е. се «несводимое™» к природным или социальным феноменам, — проще говоря, ее принадлежности к другому, нематериальному миру.

В теории журналистики одним из первых обратил внимание на проблему ценностей известный исследователь журналистики Е. П. Прохоров. Он считал, что общим знаменателем решения всех общественных проблем в современном, сложно организованном, состоящем из множества самых разнообразных групп обществе оказываются общечеловеческие гуманистические ценности, выработанные в процессе развития человечества, объединяющие всех людей и создающие фон поведения каждого в самых разных сферах бытия: в политике и экономике, жизни государства и частной жизни, отношениях между странами и отдельными людьми и т.д.

В одной из своих работ Е. П. Прохоров писал о том, что в современных условиях формирования единого взаимосвязанного мирового сообщества, движущегося к новой цивилизации, когда конфронтация и стремление вести борьбу «до победы» различными силами угрожает самому существованию человечества, именно общечеловеческие гуманистические ценности приобретают для журналистики особо важное значение.

Набор общечеловеческих ценностей очень широк. Сюда входят и библейские заповеди («Не убий», «Не укради», «Блюди праведность», «Прощай согрешения», «Не противься злому» и т.д.). Это и общечеловеческие идеи и требования других религий, и гуманистические лозунги Французской революции («Свобода, равенство, братство»), и вечные идеи следования «добру, истине и справедливости». Среди этих «наработок» человечества — ценности самого разного уровня: от глобальных (мирное сотрудничество, добрососедство, господство права, ненасилие в отношении людей, народов, этносов, стран и т.п.) до частно-бытовых (честность, товарищество, доброта, благородство, порядочность, забота о слабых и т.д. ). Причем по мере движения к новой мировой цивилизации XXI в. их диапазон становится все более широким, а роль все более значимой, захватывая в поле своего влияния все больше сфер общественной жизни. А журналистика способствует общему признанию и утверждению этих норм[5].

Ученики и последователи Е. П. Прохорова — Л. Г. Свитич, Г. В. Лазутина, М. Л. Князева, В. А. Сидоров, С. С. Сильченко, К. Р. Нигматуллина и др. — активно разрабатывают теоретические и практические проблемы аксиологии журналистики. Исследователи Санкт-Петербургского университета выпустили коллективную монографию «Аксиология журналистики», представляющую собой первую попытку систематизации понятий этой науки[6]. Есть и другие работы в этой области[7].

Но прежде чем обратиться к ценностным аспектам медиадеятельности, надо выстроить понятийное поле этой чрезвычайно сложной категории.

Понятие «ценности» давно и прочно вошло в инструментарий разных дисциплин. «Будучи одним из ключевых понятий современной общественной мысли, оно используется в философии, социологии, психологии и педагогике для обозначения объектов и явлений, их свойств, а также абстрактных идей, воплощающих в себе нравственные идеалы и выступающих в качестве эталонов должного»[8].

Существует множество определений понятия «ценность», как имеющих общий, очень широкий смысл, так и сводящих это понятие до одного из явлений мотивационного процесса.

Чехословацкий философ М. Варош в книге «Введение в аксиологию» выделил три важнейших типа дефиниций ценности, разделяющихся по типу мировоззрения:

  • 1) абсолютистские определения, согласно которым ценности есть феномены в чистом психологическом поле. Главным направлением в таком понимании ценностей предстает феноменология;
  • 2) объективистские определения, которые рассматривают ценности как объективно сущие качества, вне зависимости от рефлексии сознания;
  • 3) реляционистские определения, по которым ценности являются свойствами субъект-объектных отношений[9].

Современный польский философ Т. Стычень пришел к выводу, что проблема определения ценности еще не решена. С его точки зрения, в истории философии можно выделить следующие три основных типа определений ценности:

  • 1) натуралистические, или эмпирические, теории считают ценностями полезные свойства вещей;
  • 2) феноменологические теории утверждают, что ценности есть чистые абстракции, полагаемые интуицией;
  • 3) эмотивистские концепции признают невозможность дать определения ценностям, поскольку они не относятся к области познания[10].

Существуют и другие подходы к определению ценностей, например, у Ральфа Бартона Перри[11], Уильямса Франкена[12]. Содержательный анализ данных подходов можно найти в книге С. Ф. Анисимова «Введение в аксиологию»[13].

Очень эвристична позиция Э. Толмена, который определяет ценность как привлекательность целевого объекта, т.е. она наряду с потребностью определяет нужность цели[14]. С этой точки зрения ценность предмета или явления определяется способностью удовлетворять те или иные потребности человека (общества) и, разумеется, местом этой потребности в иерархии потребностей субъекта. Другими словами, ценности будут тем более значимы, чем выше находится в иерархии потребностей личности та потребность, средством удовлетворения которой являются данные ценности. И обратно: чем меньше данная ценность связана с удовлетворением каких-то очень существенных для личности потребностей (целей), тем менее значимой она является, тем менее устойчив ее смысл для личности.

Внимательный анализ этой концепции свидетельствует о необходимости уточнить некоторые положения. Во-первых, ценность есть не сам предмет, а его особый, общественно заданный способ существования. Другими словами, вещь, предмет становятся ценностью только в том случае, если, включаясь в мир общественных отношений, они могут быть использованы для удовлетворения человеческих потребностей. Кроме того, так понимаемая ценность выражает лишь одну из форм функционального бытия вещей, а именно — социально-позитивную.

Другой подход предложен А. А. Ивиным, по мнению которого ценность есть не свойство предмета (выражающееся в его способности удовлетворять наши желания и потребности), а особое отношение между мыслью и действительностью. Специфичность этого отношения наглядно проявляется при сопоставлении истинностных и ценностных утверждений. В первом случае отправным пунктом сопоставления является объект. Мера истинности утверждения определяется мерой его совпадения с характери1986. Т. 2. С. 207.

стиками объекта. Во втором случае исходным пунктом выступает утверждение, и мера соответствия объекта этому утверждению является мерой ценности объекта[15].

Если сторонники первого подхода рассматривают ценность как свойство объекта, то вторая концепция акцентирует внимание на содержании утверждений (представлений), присущих субъекту. Вещь, соответствующая идеальному представлению об этой вещи, «хранящемуся» в сознании человека (как представителя рода человеческого), есть, попросту говоря, хорошая, ценная вещь. Сопоставляются, допустим, план здания и само здание. Если за исходное принимается здание, тогда говорят о мере истинности плана (мере его соответствия зданию). Если же за исходное принимается план, тогда фиксируются отклонения от плана, допущенные при строительстве здания, и оценивается качество здания, причем мерой оценки выступает степень соответствия здания плану.

Вместе с тем А. А. Ивин неоднократно подчеркивает, что ценности - неотъемлемый элемент человеческой деятельности как мотивированной активности. «Всякая деятельность связана с постановкой целей, следованием традициям, нормам и правилам, систематизацией и иерархизацией рассматриваемых объектов, подведением их под образцы и стандарты, отделением важного и фундаментального от менее существенного и второстепенного и т.д. Все эти понятия — “цель”, “традиция”, “норма”, “правило”, “система”, “иерархия”, “фундаментальное”, “второстепенное” и т.п. — являются оценочными или несут важное оценочное содержание»[16].

Сторонники третьего подхода связывают категорию «ценность» с целенаправленной человеческой деятельностью. С их точки зрения, ценностью является лишь то, в чем в той или иной форме запечатлена человеческая деятельность. Преследуя определенные цели, человек создает средства (орудия, инструменты и т.п.), с помощью которых данные цели достигаются. При этом как сами цели, так и средства их достижения выступают в качестве ценностей. Включая элементы реальности в сферу своей целесообразной деятельности, человек тем самым рассматривает реальность как сложную систему ценностей. В качестве ценности могут выступать не только предмет, орудие, инструмент, сам человек, но и слово, знак, действие, отношение — любой элемент человеческой культуры[17].

Ценности, согласно этой позиции, создаются в ходе общественной практики. Это означает, что ценностные отношения не существуют вне человеческого общества, предметы природы приобретают значимость, только будучи вовлеченными в круг человеческой деятельности. С этой точки зрения такие вещи, как яблоки, деревья, столы, стулья и т.п., имеют ценность (или являются ценностью) не потому, что они удовлетворяют некие потребности, а потому, что в них заключена обширная социально-культурная информация — все они сделаны, выращены, куплены, подарены, т.е. «погружены» в социальные отношения и имеют в них определенное назначение. Это назначение, «выступающее как бы внутренним свойством вещи, указывает, каким образом данная вещь реализуется в качестве элемента социальной деятельности, определяет се социальный смысл», а следовательно, и ее ценность[18].

В процессе целенаправленной общественной практики человек наделяет значением различные предметы и явления окружающего мира, которые благодаря этому становятся ценностями — средствами для достижения определенных целей. Причем речь идет не только о прагматических ценностях, но также об этических, эстетических и других отношениях, связанных с ценностями добра, красоты, истины, поскольку они тоже необходимы для достижения соответствующих целей культурной деятельности.

Таким образом, всякое явление, всякий элемент действительности, преобразованный и освоенный в человеческой деятельности, становясь элементом определенной культуры, приобретает значение и смысл для социальной общности и отдельной личности, с ней связанной, т.е. становится ценностью[19].

Представляется, что эти три подхода развивают разные потенции, заложенные в исходном понимании ценности как сформировавшегося в ходе общественной практики представления (понятийного или образного) о значимости тех или иных элементов внешнего и внутреннего мира для жизнедеятельности человека. Другими словами, сущностью ценности является зафиксированная тем или иным образом человеко-(культуро)- созидающая значимость явлений жизненного мира. Человеческая культура пронизана ценностными отношениями. Но, будучи соткана из этих отношений, она вовсе не является субъективным порождением человеческих сознаний и воль. Человеческая культура — это объективный, иерархически организованный (и внутренне противоречивый на каждой ступеньке этой иерархии) мир. Этот мир дается каждому человеку как естественная среда обитания, которая должна быть освоена. И это освоение не может и не должно быть чисто головным, рациональным познанием, а должно быть именно освоением, т.е. превращением в собственную сущность. Мера освоенности мира человеческой культуры и есть мера человечности человека (во всяком случае — одна из мер, поскольку есть и другие, например вклад человека в мир человеческих ценностей).

Чаще всего отечественные ученые опираются на следующее определение: «В широком смысле слова ценностями называются обобщенные, устойчивые представления о чем-то как о предпочитаемом, как о благе, т.е. о том, что отвечает каким-то потребностям, интересам, намерениям, целям, планам человека (или группы людей, общества)»[20].

  • [1] Гильдебранд Д. Этика. СПб.: Алетейа, 2001.
  • [2] Апресян Р. Г. Новое эссе // Круглый стол Теоретического семинара сектора этики«Мораль: многообразие понятий и смыслов». 2012. 27 окт. URL: http://iph.ras.ru/uplfile/ethics/seminar/27_l l_2012/KS_Content.pdf (дата обращения: 12.10.2016); Беседа с РубеномГрантовичем Апресяном // Постигая добро : сб. ст. / отв. ред. О. В. Артемьева, А. М. Прокофьев. М.: Альфа-М, 2013. С. 42—47.
  • [3] Апресян Р. Г. Новое эссе.
  • [4] Максимов Л. В. Высшие ценности и мораль // Философия и этика: сб. науч. тр.к 70-летию академика РАН А. А. Гусейнова / под ред. Р. Г. Апресяна. М. : Альфа-М, 2009;Ивин А. А. Аксиология. М.: Высшая школа, 2006; Шохин В. К. Философия ценностей и ранняя аксиологическая мысль. М.: Изд-во РУДН, 2006.
  • [5] Прохоров Е. П. Введение в теорию журналистики. URL: http://www.hi-cdu.ru/c-books/xbook714/01/part-005.htm (дата обращения: 12.10.2016).
  • [6] Сидоров В. Л., Ильченко С. С., Нигматуллина К. Р. Аксиология журналистики: опыт становления новой дисциплины / под ред. В. А. Сидорова. СПб., 2009; Журналистика. Общество. Ценности : колл, монография / под ред. В. А. Сидорова. СПб., 2012.
  • [7] Ерофеева И. В. Аксиология медиатекста в российской культуре: репрезентацияценностей в журналистике начала XXI в. : дис. ... докт. филол. наук. СПб., 2010; Филатова И. В. Профессионально-этические ценности журналистского сообщества и ценностисоциальной среды СМИ // Медиаскоп. 2011. № 2. URL: http://www. mediascope.ru/node/812(дата обращения: 12.10.2016); Сидоров В. Л. Ценностный анализ в журналистике: времяи метод // Глобальный медиажурнал. URL: http://www. gmj.sfcdu.ru/v2i l/v2i l_sidorov.htm (дата обращения: 12.10.2016); Поликарпова Е. В. Аксиологические функции массмедиав современном обществе. URL: http://www.gumer.info/bibliotec_Buks/Polikarp/01.php (датаобращения: 12.10.2016).
  • [8] Кирьякова Л. В. Ориентация личности в мире ценностей // Magistcr. 1998. № 4. С. 39.
  • [9] См.: Варош М. Введение в аксиологию // Общественные науки за рубежом. Сер. III :Философия и социология. 1973. № 2.
  • [10] Стычень Т. Аксиология // Культурология, XX век: антология. М., 1996. С. 4—11.
  • [11] Репу R. В. Realms of Value. The Critique of the Human Civilization. Harvard, 1954.
  • [12] Frankena W. K. Ethics. N. Y., 1963.
  • [13] Анисимов С. Ф. Введение в аксиологию. M, 2001.
  • [14] Хекхаузен X. Мотивация и деятельность : в 2 т. / под ред. Б. М. Величковского. М.,
  • [15] См., наир.: Ивин А. А. Ценности и понимание // Вопросы философии. 1987. № 8. С. 32.
  • [16] Там же.
  • [17] Гусев С. С., Тулъчинский Г. Л. Проблемы понимания в философии. М., 1985. С. 48.
  • [18] Гусев С. С., Тульчинский Г. Л. Проблемы понимания в философии. С. 49.
  • [19] Там же. С. 51.
  • [20] Гусейнов А. А., Апресян Р. Г. Этика. М.: Гардарики, 2004. С. 228.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>