Политические воззрения представителей русского революционного народничества

Революционное народничество как бы завершает течение русской политической мысли, идущее от революционных демократов Герцена, Белинского, Чернышевского, Добролюбова. В новых исторических условиях 70–90-х гг. XIX в. его представители по-своему обосновывали необходимость изменения общественного строя России. Вместе с тем народничество не представляло собой единого общественно-политического течения, в нем выделяют различные направления, представленные, во-первых, П. Л. Лавровым и Н. К. Михайловским, во-вторых, М. А. Бакуниным, в-третьих, П. Н. Ткачевым.

Петр Лаврович Лавров (1823–1900) в своих работах "Исторические письма", "Государственный элемент в будущем обществе", "История социализма и русское движение", "Задачи понимания истории" и других пытался обосновать свое понимание исторического процесса, эволюцию человеческой мысли, в том числе политической. При этом он применял так называемый "субъективный метод" в анализе общественных явлений. В центре данного анализа мыслится человек с его сознанием и волей. Внешний общественный мир, в том числе разного рода политические явления, рассматривается как результат деятельности "критически мыслящих личностей" в соответствии с их потребностями, интересами, целями и идеалами. Ко всем общественным явлениям, по словам Лаврова, "приходится прилагать субъективную оценку", чтобы выяснить, насколько они соответствуют тем или иным интересам и идеалам людей, и, исходя из этого, определять их историческую значимость. В осуществлении соответствующих нравственных идеалов он видел "единственный смысл истории".

В изучении политической и других сфер жизни общества особое внимание П. Л. Лавров уделял побудительным мотивам деятельности личностей, обусловленным потребностями, интересами и идеалами. При этом первостепенное значение он придавал "солидарным", как он писал, действиям людей, направляемым их общими интересами. Отсюда задача – понять формы солидарности, а также условия ее упрочения и ослабления при разном уровне развития людей и форм общежития. Солидарные политические действия людей – основной способ достижения ими политической свободы. Об этом часто говорил Лавров, указывая на то, что солидарность формируется на основе общих политических интересов и целей, в которых живет "неуничтожимое сознание свободы".

П. Л. Лавров постоянно писал о справедливости как исходном принципе взаимоотношений людей, поясняя при этом, что она проявляется в "равном праве на достоинство всех людей", в их равноправии. Однако, по его словам, в прежнем и современном обществе много несправедливости. Существует эксплуатация одних классов другими, угнетение слабых в экономическом и политическом отношениях наций более сильными, социальное неравенство и неравноправие различных групп людей и отдельных личностей. Лавров говорил об экономической основе классовой борьбы пролетариата и буржуазии, о том, что эта борьба неизбежно ведет к борьбе за политическую власть, наконец, о том, что цель пролетариата в этой борьбе – "передать все орудия труда в руки коллективности рабочих и прекратить в корне всякий незаработанный доход". В этом, по его мнению, заключается реализация важнейших элементов "идеала справедливого общежития".

Данному идеалу больше всего соответствует общество, основанное на коллективном труде, социальном равенстве, политической и нравственной солидарности, – социалистическое общество. На пути к нему, заявлял Лавров, необходимо свергнуть эксплуататорские классы и уничтожить буржуазное государство. Сделать это должны поднявшиеся на революционную борьбу народные массы. Но для этого их надо просветить относительно сущности общественного строя России, развернувшейся в ней классовой борьбы, а также основных политических институтов, прежде всего государства. А это уже задача интеллигенции. Сами же идеологи народничества стремились вооружить российскую интеллигенцию и через ее просветительскую деятельность широкие народные массы пониманием указанных выше проблем.

Так, например, П. Л. Лавров в работе "Исторические письма" обосновал концепцию государства как института социально-политического и правового насилия. Согласно этой концепции, государство возникает в результате договора между собой меньшинства наиболее влиятельных членов общества. Это меньшинство заставляет всех остальных членов общества исполнять данный договор. Государственные требования могут исходить от отдельного лица, от государственного учреждения или от выборного совета. Если эти требования не выполняются добровольно, их выполнение обеспечивается принудительной силой государственных органов.

Лавров показывал, что государственное принуждение, основанное на договоре меньшей части общества и направленное против большей его части, заведомо несправедливо и, следовательно, "противоречит понятию о прогрессе".

Однако теоретически можно представить ситуацию, в которой "государство все более принимает характер союза лиц, заключающих свободный договор и свободно его изменяющих". В этом случае принудительность государственного договора уменьшается, а государственный союз, основанный на нем, все более "приближается к общественному". Но это лишь в идеале и скорее всего утопическом. В действительности же, по словам Лаврова, "нельзя ничего ожидать иного от современного строя, кроме обязательного подчинения большинства условиям, установленным меньшинством". Поэтому остается один выход – борьба против государственного деспотизма за демократизацию всей общественно-политической жизни общества, расширение политических прав и свобод каждого человека, создание условий, "допускающих действительное участие в политической деятельности почти всех взрослых личностей". Необходимо также добиваться смягчения принудительности закона, ибо от пресса этой принудительности страдают народ и более всего представители интеллигенции, критически мыслящие личности.

П. Л. Лавров писал также о необходимости повышения "научности общегосударственных законов", которые должны быть направлены главным образом на осуществление жизненных интересов общества и каждой личности.

Все это привело бы к тому, что государственный договор сделался бы, с одной стороны, свободным договором личностей, с другой – результатом науки. Государственная связь перешла бы почти вполне в связь свободного общества.

В работе "Государственный элемент в будущем обществе", вышедшей через несколько лет после "Исторических писем" и, судя по всему, написанной под определенным влиянием марксизма, Лавров в какой-то мере отошел от прежних умозрительных формулировок относительно сущности государства и высказывался об этом более определенно. Он прямо заявлял, что буржуазное государство враждебно народу, служит эксплуататорам, сохранению буржуазного экономического и политического строя. Поэтому трудящиеся массы, борясь за социализм, должны "разрушить современное государство и создать нечто новое". В этих высказываниях революционного народника П. Л. Лаврова заключались как важное для народных масс разъяснение сущности буржуазного государства, так и один из главных пунктов программы их революционной борьбы.

Не менее важным было разъяснение Лавровым характера перехода России к социалистическому общественному строю. Он подвергал критике идеологов русского либерализма, которые, по его мнению, не шли дальше провозглашения лозунгов свободы и демократии, были очень непоследовательны в практической борьбе за осуществление этих лозунгов. По словам Лаврова, либерализм "оказался ниже своей задачи" во многих отношениях, прежде всего в своем доктринерстве и соглашательской политической тактике. В отличие от либералов он считал, что история в своем многовековом течении выдвинула социализм как современный способ решения задач прогрессивного человечества.

Будучи в эмиграции, Лавров в своем ответе группе офицеров из России писал: "Я надеюсь, удастся приблизить час победы социализма и час политического переворота в России".

В статье "Русской социально-революционной молодежи" он высказался столь же определенно: "Единственный путь спасения нашей Родины – путь народной социальной революции".

Как подчеркивал Лавров, народная социальная революция не ограничивается захватом власти и устранением старого правительства, т.е. решением чисто политических задач. Она означает изменение всего общественного строя и прежде всего его экономических основ, ликвидацию эксплуатации человека человеком и установление социального равенства. И как вывод: "...революция есть один из необходимых элементов прогресса". По мнению Лаврова, движущими силами народной социальной революции должны быть крестьяне, составляющие большинство народных масс России, революционная интеллигенция и нарождающийся "рабочий пролетариат". Руководящая роль в ней должна принадлежать революционной интеллигенции, основная задача которой – просвещение народных масс и организация их на борьбу за свои права и политическую власть.

П. Л. Лавров писал, что настоящая революция наступает тогда, когда в среде масс вырабатывается интеллигенция, способная дать народному движению организацию, которая могла бы устоять против организации их притеснителей. Он считал, что для лучшей организации революционного движения народных масс необходимо создание революционной партии, выражающей их экономические, политические и духовные интересы.

Политические взгляды П. Л. Лаврова разделял Николай Константинович Михайловский (1842–1904). В анализе политических и других общественных явлений он также придерживался субъективного метода, обосновывая и творчески развивая его. Им не отрицалось влияние объективных экономических, политических и других условий жизни людей на их деятельность и поведение. Более того, Н. К. Михайловский пытался выяснить взаимодействие самих этих условий. Он считал, что на развитие экономических явлений оказывают существенное влияние политические, нравственные и другие явления общественной жизни, что "совершенно немыслимо понять и объяснить экономическое положение общества, не принимая в соображение других социальных факторов". Особенно подчеркивалась им роль государства, которое "никогда вполне не отказывалось от роли экономического регулятора" и "в принципе всегда считало вмешательство в хозяйственную жизнь своим правом". Сегодня это звучит весьма актуально. Однако в центре анализа Михайловским любых явлений общественной жизни, в том числе политических, остается человек, выражающий свое активное отношение к этим явлениям исходя из своих интересов.

Подобный подход логически подвел Михайловского к выводу о существовании "двуединой правды", а именно правды-истины и правды-справедливости. При этом правда-истина выражает объективное положение вещей, а правда-справедливость заключает в себе их оценку с позиций интересов того или иного субъекта.

"Безбоязненно глядеть в глаза действительности и ее отражению – правде-истине, правде объективной, и в то же время сохранять и правду-справедливость, правду субъективную – такова задача всей моей жизни", – провозглашал Н. К. Михайловский.

Идея взаимосвязи в общественной жизни истины и справедливости легла в основу формулы прогресса Н. К. Михайловского, согласно которой прогресс общества заключается в создании условий для всестороннего развития и свободной жизнедеятельности каждой личности. В этом, по мнению Михайловского, состоит высшая социальная справедливость, которая может быть достигнута путем совершенствования всех сторон жизни общества на основе развития науки. Данная формула в основном совпадает с пониманием общественного прогресса П. Л. Лавровым, который указывал на то, что за незначительными исключениями истина распространяется и укрепляется мирным путем, а справедливость воплощается путем революции.

Н. К. Михайловский, хотя и не всегда последовательно, придерживался революционных идей. Он писал о том, что существующее в России социальное неравенство между богатыми (помещиками и буржуазией) и бедными (широкими народными массами), экономическое и политическое притеснение последних, полное отсутствие свободы личности противоречат элементарным требованиям общественного прогресса. По его словам, эксплуататорский характер общественного строя России проявляется в том, что одни обладают богатством и властью, свободой и всеми политическими и гражданскими правами, другие же влачат бедное, бесправное, рабское существование. К тому же существующий экономический механизм производства и распределения постоянно воспроизводит "элементы богатства и нищеты, свободы и рабства". "Губительная сила" этого экономического механизма дополняется "политическими и юридическими придатками", т.е. деятельностью государственных и правовых органов, защищающих существующий экономический и политический строй общества.

Н. К. Михайловский указывал на то, что российская монархия во всем поддерживает буржуазию, прячущуюся "в складках царской порфиры", и что самой буржуазии "так удобнее расхищать народное достояние и присваивать народный труд". Даже конституционная монархия не сможет решить проблем борьбы труда и капитала, не устранит эксплуатации человека человеком и "не принесет разрешения социального вопроса". Поэтому, считал Михайловский, неизбежна политическая борьба народа против существующего общественного строя, за введение и укрепление представительной, избираемой народом власти, за расширение гражданских и политических прав граждан. Одним из основных девизов политической борьбы революционных масс являются, по Михайловскому, "земля и воля".

Путь к будущему обществу, по его мнению, мог бы быть проложен через крестьянскую общину. В этом он был солидарен со многими своими предшественниками из числа революционных демократов и народников. Он считал, что община могла бы стать социально-экономической и нравственной основой крестьянского социализма. При этом он утверждал, что община вовсе не становится поперек дороги промышленному прогрессу, однако ограждает крестьян "от бурь промышленной конкуренции".

С позиций крестьянского социализма Михайловский отрицал какое-либо значение марксизма для России. По его мнению, марксизм остается чисто западным явлением и не отражает происходящих в России экономических, политических и идеологических процессов. "Идеи и интересы, с которыми он (марксизм. – Примеч. авт.) борется, слишком еще слабы у нас", – писал Михайловский. В то же время он, как и Лавров, критически относился к русским либералам, считал, что их деятельность во многом направлена на то, чтобы "наложить новое ярмо на народ".

Другое направление русского революционного народничества представлено Михаилом Александровичем Бакуниным (1814–1876). Он призывал "перестроить весь мир на новых, анархических началах". Термин "анархия" (от греч. anarchia) означает безначалие, безвластие. По словам Бакунина, "старый мир должен пойти на слом, а новый выстроен на началах безгосударственности". Суть анархии им была выражена так: "предоставьте вещи их естественному течению". Отсюда вывод: свобода личности как ее естественное состояние не должна нарушаться никакими государственными институтами. Тем самым рисовался новый анархический строй, в котором не будет ни притеснителей, ни притесняемых, ни государства, ни собственности, ни обязательного труда, ни дисциплины.

Бакунин исходил из того, что свобода личности может проявляться только в обществе через различные формы ее свободной творческой деятельности. Отсюда требования к обществу: создание условий, в которых такая деятельность была бы возможна для всех людей. Однако могут быть и другие проявления свободы человека, а именно "бунт против всякой власти – божеской и человеческой, – если эта власть порабощает личность".

По словам М. А. Бакунина, человек вступает в противоречие с общественными институтами, ограничивающими его свободу. Тем более это касается государства как аппарата чиновников, перерастающего в их бюрократическую корпорацию, подавляющую народ и существующую за счет его эксплуатации. Всякое государство, по Бакунину, явно или неявно закрепляет привилегии какого-нибудь меньшинства и порабощение большинства. Массы людей не понимают этого из-за своего невежества, они не понимают своих подлинных интересов, заключающихся в устранении государства, которое их порабощает. На это и должен быть направлен их "справедливый бунт свободы".

По твердому убеждению Бакунина, ни одно государство не в состоянии удовлетворить потребности и интересы народа, дать ему свободу: ни конституционная монархия и буржуазная республика, ни государственный социализм. Он утверждал, что везде в Европе государство показало себя банкротом, т.е. оказалось неспособным осуществить те цели, которые провозглашало. Оно всегда выступало на стороне эксплуататорского меньшинства, и потому при нем всегда останется нарушение справедливости.

Восприняв ряд социалистических идей французского анархиста Прудона, Бакунин развил их в своей теории социализма. Согласно этой теории, социализм как общественный строй должен быть основан на личной и коллективной свободе, на деятельности свободных ассоциаций. Не должно быть никакой правительственной регламентации деятельности людей и никакого покровительства со стороны государства. Все происходит в рамках коллективов промышленных, сельскохозяйственных, научных, творческих и иных ассоциаций. Отношения между всеми субъектами общества строятся на принципах федерализма, т.е. их свободного и равноправного союза.

Путь к новому анархическому строю виделся Бакунину через революционное восстание или бунт, которые, по его мнению, глубоко соответствуют революционному инстинкту народных масс и представляют собой "организованный взрыв того, что зовется революционными страстями".

М. А. Бакунин оказал существенное влияние на сознание революционеров разных направлений: "и на хождение в народ, и на бунтарство, и на социал-демократов большевиков". Многие из его последователей "восприняли лишь те или иные части его учения, соединив их с мотивами и началами других теорий". Влияние его учения распространилось далеко за пределы России и сохраняется в некоторых странах до сих пор.

Еще одно направление революционного народничества связано с именем Петра Никитича Ткачева (1844–1885). На формирование его политических взглядов оказали влияние разные мыслители, прежде всего русские революционные демократы Н. Г. Чернышевский, Н. А. Добролюбов, Д. И. Писарев. В то же время он находился и под сильным влиянием идей французского революционера Луи Огюста Бланки (1805–1881), называл себя его учеником. Пытался учиться у Бланки "великому искусству заговора", относился к нему как к своему "признанному вождю". Ткачев проповедовал бланкистские идеи захвата государственной власти революционным меньшинством и установления диктатуры этого меньшинства.

Однако Ткачев не во всем следовал идеям Бланки. В отличие от него, придававшего решающее значение в развитии общества сознанию людей, Ткачев стоял на материалистических позициях и даже называл себя сторонником Маркса.

Развитие политических явлений он рассматривал в их зависимости от сложившихся в обществе экономических отношений, указывал на экономические предпосылки классовой борьбы, вскрывал в ней роль экономических интересов классов и других социальных групп. Данные интересы он характеризовал как "начало, своеобразно выражающееся в праве и политике". Писал, что "юридическая и политическая жизнь есть зеркало, в котором отражается экономический быт народа". В целом же политические воззрения Ткачева были непоследовательны и эклектичны, соединяли в себе представления и идеи из разных учений.

Ткачев призывал к скорейшей социальной революции против "ничтожной кучки автократов", завладевших государственным аппаратом. "Это сегодня. Но что будет завтра? Не надейтесь слишком на глупость наших врагов. Пользуйтесь минутой. Такие минуты не часты в истории. Пропустить их – значит добровольно отсрочить возможность социальной революции надолго, может быть, навсегда".

Основной движущей силой революции Ткачев считал русское крестьянство, которое в отличие от западного сохранило способность к революционным действиям и всегда готово к революции, ибо оно "не заражено еще тем буржуазным духом, который свойственен крестьянству западному". По его мнению, проникновению "буржуазного духа" в русское национальное самосознание мешало, в частности, то, что "у русского парода сохранился давно погибший на Западе общинный строй крестьянского землевладения". Ткачев утверждал, что русский народ является "коммунистом по инстинкту".

В конце XIX – начале XX в. в России наряду с идеями русского революционного народничества широкое распространение получило учение марксизма (см. гл. 3). Наибольшую роль в распространении марксизма в России сыграли труды Г. В. Плеханова и В. И Ленина, в которых, в частности, дан обстоятельный анализ теорий русского народничества.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >