Полная версия

Главная arrow Культурология arrow История русской культуры

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>

2.10. Утверждение православия во взаимодействии с язычеством

Русская культура, по крайней мере официальная и направляемая государством, находилась под влиянием православия с того момента, как оно было провозглашено государственной религией. Положительное культурное воздействие религии заключается не только в творческом развитии богословия, но и в укреплении нравственного климата в обществе, что оказало большое влияние на все сферы культуры. Возникла православная культура как таковая, имеющая глубокие корни, прежде всего в византийской христианской культуре, которая, в свою очередь, связана с культурой античной. Православная литургия представляет собой трансформацию древнегреческой трагедии. Выше прослежена связь с византийской культурой в русской литературе, живописи, архитектуре, музыке. Как пишет Г. В. Флоровский, столкнулись византийская "сухость" и славянская "мягкость". Результатом стала русская православная культура.

Важный момент – разделение христианской церкви иа православную и католическую в 1054 г., после чего православие начало самостоятельное развитие, что сказалось и на русском православии. Примерно в то же время оно стало постепенно освобождаться от влияния Византии (первый киевский митрополит из русских – Иларион – с 1052 г.).

Другой источник русской православной культуры – древняя языческая культура, на смену которой и должно было прийти православие. Следует отметить, что русское христианство во многом заимствовало языческое восприятие мира. Конечно, имеется в виду, что в феодальную эпоху отражение этого мира в мире потустороннем представлялось в виде жесткой иерархии во главе с Богом и служащими ему ангелами.

"Стараясь уничтожить народную веру в зооморфическую и антропоморфическую олицетворенность сил, стихий и явлений природы, – отмечает А. П. Щапов, – церковные учителя внушили народу на основании греко-восточного христианского мировоззрения, что над каждой стихией, над каждым явлением природы Бог постановил особых духов – ангелов".

Яркое проявление синтеза мифологии и православия – святые как покровители природных стихий. Языческий бог Волос трансформировался в покровителя скота Власия. Илья-пророк, который ездит по небу на огненной колеснице и проливает дождь на землю, занял место Перуна – бога грозовых туч, грома и молнии. Компромисс между христианством и язычеством хорошо виден на примере совмещения языческого праздника Купалы с христианским празднованием рождества Иоанна Предтечи 23 июня в день летнего равноденствия. Праздник зимнего солнцестояния, поворота солнца на лето, который в языческие времена назывался Колядою (отсюда коляды, колядование), соединился с днем святого Спиридония – покровителя плодородия земли.

"Народ русский, – продолжает А. П. Щапов, – при своем практическом характере смотрел на святых большего частию с натурально-практической точки зрения. Он представлял, что святые назначены быть ему помощниками в борьбе со стихиями природы, поддерживать его физическое, материальное благосостояние и ждал от их чудес существенной, материальной, житейской пользы... Вера в чудеса святых, как в силы и действия, превозмогающие и покоряющие человеку природу, заменяла языческую веру в ведунов-волхвов".

Под влиянием христианства меняются характеры богатырей: материальная сила в них уходит на второй план, вперед выходит сила духовная. Однако символическое миропонимание, подчеркивает П. А. Флоренский, не допускает просто внешнего пребывания в явлении без некоторого соответствия этого явления духовной силе, его ведущей, и "если Ангел воды блюдет именно водную стихию, то это значит, что он сам не чужд некоторой водности, в духовном смысле".

"...Культовое отношение к твари, – продолжает Флоренский, – запрещает утилитаризм и корысть к ней, воспрещает холодно-насильническое пользование животным и вообще тварью как одним только бездушным и безличным материалом, но требует управления природой, поскольку это дано нам ради высших целей, ради Церкви, в которой и животное и растение, и Ангелы и стихии входят членами, каждый по своему чину и на своем месте... Кормление лошади освященными крестами из теста принадлежит к числу таких церковных обрядов для этих младших членов Церкви, как принадлежит сюда окропление их святой водой при нарочитых молебнах, ради них совершаемых, особенно в случае каких-либо болезней, при надежах; погоняние их в Егорьев день освященной вербой и т.д.; и вручение их покровительству особых скотьих патронов – святых Флора и Лавра Егория – “волчьего пастыря”; и признание некоторых праздников днями особого торжества тех или иных животных".

Особенно тесно соприкасается христианство с язычеством в очень распространенной на Руси апокрифической литературе. Так, в космогоническом "Стихе о Голубиной книге" читаем:

У нас белый вольный свет зачался от суда Божия,

Солнце красное от лица Божьего,

Самого Христа, Царя Небесного;

Млад-светел месяц от грудей его,

Звезды частые от риз Божиих,

Ночи темные от дум Господних,

Зори утренни от очей Господних,

Ветры буйные от Свята Духа,

Дробен дождик от слез Христа,

Самого Христа, Царя Небесного.

У нас ум-разум самого Христа,

Наши помыслы от облац небесных,

У нас мир-народ от Адамия,

Кости крепкие от камени,

Телеса наши от сырой земли,

Кровь-руда наша от черна моря.

В другом древнерусском апокрифическом литературном памятнике, составленном в форме вопросов и ответов от имени святителей Василия Великого, Григория Богослова и Иоанна Златоуста, – "Беседе трех святителей" – читаем: "святитель Григорий рече: “от коликих частей сотворен бысть Адам?” Василий рече: “от осьми частей: от земли тело, от моря кровь, от солнца очи, от камени кости, от облака мысли, от огня теплота, от ветра дыхание, от света... дух”".

Творят в апокрифической литературе и Бог, и Сатана, но между ними есть как бы разделение труда. Сатана создает мошек, гадов, горы и т.д. Бог творит высшее и прекрасное, приводит мироздание в порядок и гармонию. В апокрифах, т.е. в произведениях, не вошедших в каноническую христианскую литературу, синтез православной и языческой мысли проявился в наибольшей степени.

По мере укрепления христианства становились многочисленными новые слои населения – священники, монахи. Именно в Киевской Руси появился тип православного подвижника. Его усилиями создавались монастыри, и ие только в центре Руси (главный – Киево-Печерский в стольном граде Киеве) и в крупных городах – Новгороде, Пскове и др., но и на далеких окраинах. Преподобным Сергием и Германом Валаамскими в XII в. был основан Валаамский Спасо-Преображенский монастырь на острове Валаам в северо-западной части Ладожского озера. Спасо-Преображенский монастырь часто подвергался нападениям, так как обитель расположена на границе новгородских и шведских владений. Несмотря на набеги шведов, разорявших и сжигавших монастырь дотла, всякий раз обитель заново восстанавливалась, становясь все величественнее и краше.

Специфически русское явление – юродство. На Руси юродивые появились еще в XI в. Первый из них – Исаакий Печерский (ум. 1090), как повествуется в Киево-Печерском патерике, стал юродствовать и начал глумиться то над игуменом, то над кем-нибудь из братии, то над мирянами, так что иные даже били его. Несколько десятков юродивых причислены православной церковью к лику святых. Среди них Авраамий Смоленский, Василий Блаженный, Иоанн – Большой Колпак, Михаил Клопский, Никола Псковский, Прокопий Устюжский.

Внедрению христианства помогало и то обстоятельство, что в христианской религии был примат морального и социального начала, который присущ русскому национальному характеру и воплотился в русской философии. Как отмечает В. В. Зеньковский, "в основе русского восприятия христианства с самого начала был преувеличенный аскетизм и скрытое в нем гнушение миром". Нежелание ограничивать себя этим миром коренилось в русском национальном характере. Неудивительно, что оно было усвоено из христианского мировоззрения в первую очередь и наиболее сильно. Не замыкаться в этом мире, но и не стремиться покинуть его ради мира другого (как свойственно Востоку), а одновременно пребывать в двух мирах. В основе русского аскетизма, полагает Зеньковский, лежит не негативный, а положительный момент. Это средство и путь к преображению и освящению мира. Не случайно именно праздник Пасхи как торжества света над тьмой получил исключительное место в богослужебной жизни русской Церкви. И нигде, даже на православном Востоке, этот праздник не празднуется так, как в России, подчеркивал Н. В. Гоголь.

Такое мироощущение, когда за эмпирической реальностью видится иная реальность, иерархически более высокая, Зеньковский назвал мистическим реализмом.

Максимализм присущ русской душе, но христианство еще более укрепило это свойство. То же можно сказать и о целостности. Таким образом, фундаментальные основы русского национального характера способствовали тому, что христианство в его православном варианте стало главным элементом русской культуры.

* * *

На первом этапе развития России – в Киевской Руси – была создана русская нация с единым литературным языком, единой религией, единым этническим родством, единой историей. Главный религиозный результат этого периода – утверждение православия в борьбе с язычеством, а главный литературный результат – создание художественной литературы, достигшей в "Слове о полку Игореве" всемирных вершин. Искусство Киева, Чернигова, Новгорода, Пскова, Владимира XI–XII вв. по своему калокагатийному духу, по тому единству красоты и добра, которое лежало в его основе, можно назвать своеобразной "античностью Руси".

На следующем этапе развития русской нации пришлось столкнуться с тяжелейшими испытаниями, вызванными нашествием монголов с Востока и польским и немецким давлением с Запада. Но ее образование и расцвет в Киевской Руси позволили русской нации выстоять и победить.

 
<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>