Постиндустриальное (информационное) общество: каждый из нас — другой

Начиная со второй половины XX в. можно говорить о массовом распространении высококвалифицированного творческого, интеллектуального труда; резко возрастает объем и значение научного знания и информации; наблюдается бурное развитие средств коммуникации. Это приводит к изменениям социальной структуры общества, возникают новые профессии и социальные группы: консультанты, эксперты, креативные специалисты в сфере маркетинга и рекламы и др. У каждого человека расширяется пространство жизненного выбора в плане смены профессии, социального статуса, стиля жизни, способов самовыражения. В такой ситуации каждый из нас — другой, в том числе по отношению к самому себе вчерашнему. Все социальные взаимодействия оказываются взаимо- действиями с другими, и каждый из нас — член многих сообществ. Становится типичной текучая, изменчивая идентичность, когда человек выбирает работу, место для жительства, тип семейных отношений по принципу «пока, а там посмотрим».

В постиндустриальном обществе другой становится вездесущим и одновременно в качестве описания общей установки по отношению к другому называют «общественное невнимание». Это связано с тем, что сегодня можно наити слишком много различии между людьми (раса, этнос, религия, моральные принципы и др.). Количество отличий уже не позволяет никому точно знать, когда он встречает себе подобного, а когда другого. Жителям мегаполисов часто кажется, что они живут среди чужаков, для которых сами являются чужаками. В постиндустриальном обществе другие чаще воспринимаются не как враждебные своим, а как сопричастные нашей жизни, но отличные от своих, как «иные».

Ситуация умножения различий способствует более интенсивным и быстрым социально-культурным изменениям, потому что другой всегда воплощает те возможности общества, которые не может осуществить большинство или которым социум не уделяет достаточного внимания, так как они не сочетаются с популярными ценностями. Образ жизни другого, чужого в пространстве безопасного, правового поля необходим для дальнейшей эволюции общества. Немецкий социолог Р. Штихве подчеркивал, что само общество формирует такого чужого, какой необходим ему для проведения инноваций |9|. Так, развитие многих сфер индустрии России во многом опиралось на заимствование иностранных образцов, и это давало толчок собственным разработкам. Или, например, возвращение в российскую экономику рыночных принципов в начале 90-х гг. XX в. привело к активному заимствованию «чужих» для советского человека образцов предпринимательской деятельности, «буржуазного» образа жизни — за короткий срок появились и отечественная реклама, и собственная индустрия моды, и отечественный шоу-бизнес.

Ситуация, связанная с отношением к другим в современной России, сложна гем, что в обществе одновременно присутствуют черты традиционного, индустриального, постиндустриального уклада жизни. Это проявляется и в публикациях СМИ. Применительно к России 2010-х гг. социолог Б. Дубин отмечал, что область «общего» задается и принимается абсолютным большинством как предельное по масштабам национально-державное «мы», противопоставленное столь же предельному «они» (любые чужаки — этнические, расовые, политические, цивилизационные). Важнейшим символом является граница, отделяющая «нас» от «них», воспринимаемых в качестве чужих или даже врагов, внешних и внутренних. Сильны настроения ксенофобии и изоляционизма, в том числе из-за краха надежд начала 90-х гг. на немедленное вхождение в «большой мир», на быстрый экономический рост и уровень благосостояния, сравнимые с европейскими и американскими стандартами [10]. Неравномерное развитие российских регионов, существование нескольких городов-миллионников с преобладанием постиндустриальных профессий и типов социальных взаимодействий рядом со множеством моногородов индустриального типа и преимущественно аграрными районами — все это создает условия для роста напряженности в обществе и попыток объяснить социальные проблемы злокозненными действиями различных других, якобы изначально враждебных большинству обычных, среднестатистических россиян.

РЕКОМЕНДАЦИИ ЖУРНАЛИСТАМ

Для публикаций в СМИ недостаточно социологического, сугубо научного анализа, подтверждающего плодотворность взаимодействий с другими в современном российском обществе. Существует множество устойчивых бытовых стереотипов, связанных с неприязнью или завистью к другим. Журналисты сами часто транслируют бытовую ксенофобию. По-прежнему популярен образ внутреннего или внешнего врага как виновника острых социальных проблем. Уход от практик конструирования все новых врагов, обвинений в адрес других ради снятия ответственности с большинства граждан за неблагополучие в разных сферах жизни — актуальная задача для российской журналистики.

ПРАКТИЧЕСКОЕ ЗАДАНИЕ

О каком типе другого идет речь в данном тексте? Как автор иллюстрирует то, что каждый из нас сегодня обладает множеством статусов, и это исключает простое деление человек/нечеловек? К кому толерантна, а к кому ин голерантна автор текста?

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >