Полная версия

Главная arrow Литература arrow ИСТОРИЧЕСКАЯ ГРАММАТИКА РУССКОГО ЯЗЫКА

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

История форм настоящего времени

В праславянском языке спряжение в настоящем времени было единым для всех глаголов и определялось присоединением так называемых первичных окончаний (табл. 10.7)1.

Таблица 10.7

Первичные окончания в праславянском языке

Число

Лицо

Единственное

Двойственное

Множественное

Первое

*ат / *Ш1

*ve

*mos / *mes (?)

Второе

*si / *sl (?)

*ta

Чё

Третье

*ti / *о (?)

*te

*nti

' Подробнее об образовании спрягаемых форм настоящего времени см. в курсе старославянского языка. Существование окончаний, отмеченных знаком вопроса, признается нс всеми учеными.

Уже в праиндосвропейском языке различался тематический и атематический способы образования презенса. При атемати- ческом способе окончания присоединялись непосредственно к основе; атематические глаголы — наиболее древняя группа, но у славян она сократилась к моменту появления письменности до пяти слов: выти (в настоящем времени супплетивная основа *es), ддти, "Ьсти, илсЪти, в'Ьд'кти. У тематических глаголов между основой и окончанием вставлялся тематический гласный *е, в результате развития этого суффикса образовались первый (*е), второй (*пе), третий (*je) глагольные классы, выделяемые в курсе старославянского языка. Четвертый класс, по мнению ученых, восходит к древней основе индоевропейского перфекта и образует основу настоящего времени с помощью суффикса *i. В древнерусском языке на основе пяти праславянских классов сформировались три спряжения: к моменту появления письменности в результате переразложения основ гласные тематических суффиксов вошли в состав флексий. Таким образом возникли противопоставленные парадигмы личных окончаний (табл. 10.8).

Таблица 10.8

Формирование спряжений

1 класс: *е // о

  • 1 л. *nes-o-am
  • 2 л. *nes-e-si

Н€С-0у

(<- несж) нес-сши

Первое спряжение

2 класс: *пе // по

  • 1 л. *sta-no-am
  • 2 л. *sta-ne-si

стлн-оу

(<— СТАНЖ) СТАН-СШИ

3 класс: *je //jo

  • 1 л. *zna-jo-am
  • 2 л. *zna-je-si

ЗНА-Ю (<- ЗНА1Л) ЗНА-К111И

4 класс: *i

  • 1 л. *mol-i-am
  • 2 л. *mol-i-si

.WOA-IO (<- ЛЛ1Л^) .UOA-ИШИ

Второе спряжение

5 класс: о

  • 1 л. *es-mi
  • 2 л. *es-si

КСЛЬ

кем

Третье спряжение

Распределение глаголов по классам в древности было семантически значимым, поскольку тематический суффикс мог указывать на тип глагольного действия. Ср.: екдкдтм (3 класс, длительное действие) — екдкноути (2 класс, мгновенное действие); ктЬдтЬти (3 класс, состояние) — кткдити (4 класс, каузатив, т.е. действие как причина1); дочити (4 класс, каузатив) — локноути (2 класс, ностепенное изменение состояния); мести (1 класс, направленное действие) — носити (4 класс, многократное, повторяющееся действие).

Таким образом, мы наблюдаем параллелизм в развитии именных классов и глагольных классов. И в том и в другом случае тематические суффиксы первоначально обладали определенной классифицирующей семантикой. В результате переразложения основ тематические суффиксы и у существительных, и у глаголов перешли в состав окончаний, а исходные принципы классификации с трудом просматриваются в современных склонениях и спряжениях, так как их состав изменялся и пополнялся, а значения глаголов изменялись.

Особенностью глагольных классов было то, что один и тот же глагольный корень мог оформляться разными суффиксами и образовывать целый ряд основ, лишь часть которых сохранилась в современном языке. В истории русского языка могли происходить взаимодействие и контаминация таких основ, в результате чего, например, возникли современные разносклоняемые глаголы (ер. б'Ьжати: в'кжоу, к^жиши — в^чи: B'troy, вежеши —» бежать: бегу, бежишь.

Распространение новых типов основы стало одной из причин утраты тертьего спряжения. В древнерусское третье спряжение в XI в. входили пять нетематических глаголов: выти, в'кд'Ътн, дати, ^сти, илгкти. Глагол вН^уЬти полностью вышел из употребления и был заменен однокоренным глаголом в'Ъдати, входившим в третий класс: ведаю, ведаешь. Архаичные формы в'Ъд'Ъти сохранились в устойчивых выражениях, например: Бог весть ‘Господь знает’, невесть кто (ер. др.-рус. 3 л. ед.ч. шЬств).

Глагол илгЬти — млалк заменился однокоренным глаголом третьего класса: шгАт##— нм^ю с соответствующей заменой форм, например: илалб —> имею, илашм —> имеешь и т.д. Глагол выти фактически утратил спряжение в настоящем времени. При его употреблении в качестве связки достаточно долго удерживалось согласование по числу: есть — суть. В современном языке последняя форма подверглась лексикализации и перешла в состав существительных. Кроме того, архаичные личные формы сохранились в церковнославянском языке: азъ кслб, ты кси и т.д. Глаголы дати и "Ьсти сохраняют в современном русском языке нестандартные формы спряжения, однако эти формы возникли в результате взаимодействия с повелительным наклонением1.

История глагола илгЬти показывает, что глаголы разных классов могли иметь одинаковую основу инфинитива. И наоборот, были возможны различные типы основы инфинитива при одинаковой основе настоящего времени, ср. кероу, несоу, но кьрлти, нести. Отметим, что основу инфинитива правильнее называть основой аориста, ср.: знак-ши — (зна-ти — знл-хт)[1].

В истории третьего спряжения основные изменения, как мы видим, связаны с переосмыслением основ разного типа. Между тем для истории первых двух спряжений, а в некоторых случаях и для третьего, важнее изменения отдельных форм. Рассмотрим эти изменения на фонетическом и на грамматическом уровнях (формы двойственного числа здесь не комментируются, поскольку они исчезли в результате общего процесса утраты двойственного числа).

Прежде всего отметим, что в парадигме спряжения настоящего времени отразились некоторые регулярные фонетические процессы, никак не связанные с глагольной грамматической спецификой. В частности, еще в дописьменный период произошла деназализация в окончаниях первого лица единственного числа и третьего лица множественного числа, что отразилось в варьировании букв на письме: формы с буквами «юс большой» встречаются в основном в текстах книжно-славянского стиля. Ср.: 1 л. ед.ч. ид;*, нош;* —> иду, ношу.

Во втором лице единственного числа происходила редукция в окончании: идешь, носишь —» ид’еш’, [нос’иш’], если, конечно, формы на -шь вместо форм на -ши успели распространиться к моменту падения редуцированных. В этой же форме происходил переход е —> о либо по аналогии, либо при условии раннего отвердения ш: идешь —» идёшь. В первом лице множественного числа произошли утрата редуцированных и переход е —» о фонетическим путем (соблюдены три условия): иделгь —> идём. Во втором лице множественного числа наблюдается переход е —> о по морфологической аналогии: идете —> идёте.

Далее рассмотрим те изменения в окончаниях, которые не имеют однозначных объяснений. В частности, окончания первого лица в текстах различных жанров, на разной территории и у разных глаголов демонстрировали любопытное и взаимосвязанное варьирование. У тематических глаголов в письменности регулярными окончаниями являются -оу/-ю (ед.ч.) и -е.нъ/-и.иъ (мн.ч.). Однако у нетематических глаголов существовало противопоставление дь — лъ: ед.ч. ксль — мн.ч. ксмъ. Учитывая, что окончание [у] возникло в результате монофтонгизации: *ved-o-am —> —> *ved-om —» вед;* —> ведоу, — следует признать, что древнейшим показателем первого лица у глагола, как и у личных местоимений1, был формант *т, который расширялся различным образом.

После падения редуцированных и утраты мягкости губного м* в позиции конца слова у нетематических глаголов возникла омонимия форм первого лица: даль —» дам; длмъ —> дам. Такая омонимия устранялась различными способами, и наиболее последовательно этот процесс отразился в церковнославянском языке, где возникла финаль -мы — видимо, под влиянием личного местоимения мы: вены, в'Ьмы, дамы. Этим изменением подтверждается устойчивая связь между склонением личных местоимений и спряжением глагола, возникшая уже в момент появления первичных окончаний и сохранившаяся в истории русского языка (ср. историю связки в формах перфекта).

Другие вариантные формы первого лица (глагола выти), иногда встречающиеся в памятниках, предположительно объясняются следующим образом. В единственном числе ксми — результат воздействия второго лица: кси. Во множественном числе ксме, возможно, архаичная форма, восходящая к индоевропейскому вариантному окончанию *mes. Более распространенная в позднем древнерусском языке форма ксма, вероятно, является результатом редукции по отношению к ксме: [’э] —» [’а] в безударном положении. Точно так же древним славянским диалектизмом является финаль -мо в малороссийском языке, диалектах белорусского языка, а также в некоторых великорусских диалектах: несемо, ходимо и т.п. Подобные окончания восходят к общеславянскому *mos, в котором не во всех диалектах, видимо, происходила редукция конечного гласного до ь (ср. муж.р. вин.п. *plodom —» пдодъ, но ср.р. им.п. *selom —> село).

Во втором лице единственного числа не до конца ясно происхождение финали -iiJh. Она появляется в памятниках с XII в. и по распространенному предположению возникла в результате редукции конечного и в финальной морфеме: несеши —» несешь и т.п. Ср. аналогичные изменения в других глагольных формах (повелительного наклонения и инфинитива): в^ри —> верь, носити —» носить. Однако существует гипотеза, что формы типа несешь представляют собой диалектную особенность и восходят непосредственно к вариантному общеславянскому окончанию тематических основ *sT.

Судьба окончаний третьего лица должна быть рассмотрена отдельно, поскольку существуют разные гипотезы о причинах варьирования мягкого и твердого т в истории русского и других славянских языков (табл. 10.9).

История окончаний третьего лица

Старославянский

язык

Древнерусский

язык

Современный русский язык

ИДСТЪ, НДЛТЪ, ХОДАТЪ

идеть, идоуть, ходать

идёт, идут, ходят

Достаточно вероятен фонетический характер перехода ть —> т. Возможно, после падения редуцированных произошло отвердение конечного согласного, что объясняется особой фонетикой флексий: звуки окончаний стремятся к упрощению артикуляции, к устранению избыточных признаков. Мягкий согласный т' утратил дополнительную средненебную артикуляцию и превратился в твердый т. Этот фонетический процесс был поддержан морфологическими факторами, особой судьбой самой финали тгь/ть.

Данные современных славянских языков позволяют предполагать, что в праславянском языке форма третьего лица (по крайней мере, в единственном числе) представляла собой чистую основу, заканчивающуюся на гласный. В праиндоевропейском языке обычно реконструируется флексия *ti, рефлексом которой может быть древнерусское ть, но не старославянское тъ. В таком случае формы с тъ были вторичны и присоединялись к чистой основе настоящего времени, распространенной у славян в функции третьего лица, т.е. читак —> читактъ. Такая последовательность подтверждается тем, что и в старославянских текстах достаточно часто встречаются формы без согласного.

Вероятно, в диалектах общеславянского языка первоначально были и формы с ть (индоевропейские по происхождению), и формы без согласного. Последние употреблялись для выражения неопределенности субъекта действия. Дело в том, что сама идея третьего лица сформировалась у славян достаточно поздно (ср. историю местоимений). Третье лицо первоначально — эго некий неопределенный, потенциальный деятель, который отсутствует в момент диалога. Именно такое значение выражалось славянскими формами без согласного. Подтверждением этой функции является древнерусское употребление форм без т в условных конструкциях (с потенциальным субъектом).

Древность форм без согласного подтверждается их наличием как в древнерусских текстах, так и в современных диалектах: идеу ходя вместо идет, ходят. Для выражения категории определенности (для указания на конкретного, известного деятеля) формы без согласного подкреплялись формой указательного местоимения тъ (ср. историю местоименных прилагательных)[2].

Можно предположить, что в славянских диалектах долгое время сосуществовали три варианта формы третьего лица: иде / идешь / идешь. Диалектные материалы и древнерусские памятники показывают, что употреблявшиеся в определенных диалектах формы без согласного и формы с мягким согласным постепенно заменялись формами с твердым согласным. Появление форм с твердым согласным т никак не связано с церковнославянским влиянием. Замена форм с мягким согласным формами с твердым согласным происходила именно в живой речи с XIII в.

Появление форм с т(ъ) происходило, вероятно, прежде всего в единственном числе, а во множественном числе — по аналогии с единственным. В таком случае можно предположить следующую последовательность изменений: ходи — ходишь —» ходишь — ходишь —> ходит — ходят. Подобная последовательность подтверждается некоторыми диалектами с твердым согласным в единственном числе и с мягким — во множественном[3]. Закрепление форм с твердым согласным в русском литературном языке, вероятно, было обеспечено фонетической тенденцией к отвердению конечного согласного, рассмотренной выше.

Контрольные вопросы

  • 1. Как образовывались спрягаемые формы настоящего времени в прас- лавянском языке?
  • 2. Сколько спряжений можно выделить в древнерусском языке? Как эти спряжения соотносятся с общеславянскими глагольными классами?
  • 3. Какой семантикой обладали глагольные тематические суффиксы?
  • 4. Каково происхождение разноспрягаемых глаголов в современном русском языке?
  • 5. Как происходила утрата третьего спряжения в истории русского языка?
  • 6. Какие изменения в глагольных окончаниях настоящего времени происходили в соответствии с регулярными фонетическими процессами?
  • 7. Каково происхождение вариантных окончаний первого лица настоящего времени?
  • 8. Как на формирование и развитие глагольных окончаний повлияли формы личных и указательных местоимений?
  • 9. Каково происхождение глагольного окончания второго лица единственного числа настоящего времени?
  • 10. Какими фонетическими причинами можно объяснить появление твердого т в третьем лице глагола?
  • 11. Как формами третьего лица глагола выражалась в общеславянском языке категория онределенности/неопределенности?
  • 12. Как соотносились и изменялись глагольные формы третьего лица с мягким и с твердым т в истории русского языка?

  • [1] Подробнее см. параграфы 10.3 и 10.7.
  • [2] Аналогичная функция местоименного элемента т отмечена в болгарском языке.
  • [3] Горшкова К. В., Хабургаев Г. Л. Историческая грамматика русского языка. С. 292.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>