Л. Стерн и английский сентиментализм.

В английской литературе сентиментализм возник гораздо раньше, чем в других европейских литературах и обозначился в лирике уже в 1730-х гг., причем важнейшими темами становятся природа, противопоставленная цивилизации как «естественная» жизнь человека, и смерть, воплощавшая мысль о бренности земного бытия и отказе от житейской суеты, в связи с чем центральными оказываются мотивы резиньяции («Времена года» Джеймса Томсона, «Жалоба, или Ночные думы о жизни, смерти и бессмертии» Эдварда Юнга, «Элегия, написанная на сельском кладбище» Томаса Грея, «Стихотворения, написанные преимущественно на шотландском диалекте» Роберта Бернса). Отвечая морализаторским потребностям, поэты- сентименталисты разрабатывали жанр дидактической поэмы, в которой поучение и назидание были доходчивым и приятным. В развитии своем лирика сентиментализма прошла три этапа:

1) 1730-е гг. - отличался идиллическими мотивами, в поэзии

воспевалась деревня, счастливая жизнь патриархального поселянина. Этот этап был представлен творчеством Джеймса Томсона (1 ТОО- 1748), который изображал патриархальную, консервативную жизнь деревни как «естественное» существование человека, которое только здесь гармонично связано с жизнью природы (поэма «Времена года», 1730):

Томас Грей (1716-1771)

2) 1740-1750-е гг. - этот период был пронизан

элегическими настроениями, мотивами тоски, одиночества, резиньяции. Лирика этого периода сродни поэтической проповеди, обращенной к чувствам человека. При этом простая жизнь поселянина, скромная и добродетельная, противопоставлена пустому и никчемному существованию городской знати прежде всего в поэзии Эдварда Юнга («Жалоба, или Ночные думы о жизни, смерти и бессмертии», 1742-1745,) и Томаса Грея («Элегия, написанная на сельском кладбище», 1751Л

3) /760-1780-е гг. - характеризуются углублением в

Оливер Голдсмит (1728-1774)

поэзии социальных мотивов. Этот этап связан с творчеством Оливера Голдсмита (1728-1774), который в поэме «Покинутая деревня» (1770) правдиво и достоверно описывает английскую деревню, подчеркивая, что в процессе огораживания деревни, жизнь которой была некогда счастливой, крестьяне

разорились и деревня исчезла:

О нивы! О поля, добычи запустенья!

О вилы скорбные развалин, разрушенья!

В пустыню обращен природы пышный сад!

Причина тому - всеобщая жажда обогащения, корысть, власть золота. Раньше селянин, трудясь, был счастлив, однако процесс обезземеливания, изображенный Голдсмитом безо всякой идеализации, привел к несправедливости по отношению к сельским жителям: деревня опустела, поля поросли травой, потому что помещик превратил их в места для охоты. Как подлинный защитник интересов крестьянства, как просветитель, поэт обращает свою моральную проповедь к сильным мира сего, призывая их вернуться на путь справедливости.

В прозе сентиментализм выразился в творчестве Лоренса Стерна (1713-1768), наследие которого невелико: два романа («Жизнь и мнения Тристрама /Ленди, джентльмена», 1760-1767, «Сентиментальное путешествие по Франции и Италии», 1768), ранний

сатирический памфлет «Политический роман» и Лоренс Стерн

Л. Стерн «Жить и мнения Тристана Шенди. джентльмена».

  • 11рижтненное издание.
  • (1713-1768)

«Дневник для Элизы».

Литературная карьера писателя началась поздно. В 1759 г. лондонским читателям его имя было еще неизвестно и издатель, принимая рукопись от

провинциального йоркширского пастора, опасался провала, да и сам

Стерн предпочитал на первых порах сохранить анонимность - два тома «Тристрама Шенди» выходят без подписи автора. Однако всего год спустя имя новой литературной знаменитости уже повторятся и на страницах журналов, и в литературных кружках, и в великосветских салонах. Необычайная популярность первого романа Стерна во многом объяснялась именно тем, что «Тристрам Шснди» был книгой «неправильной»: в нем демонстративно нарушались законы построения сюжетного романа, где композиционные перестановки, как правило, мотивированы и оправданы. На фоне канонических произведений этот роман казался хаотичным: вместо последовательного развития событий - неровное, скачкообразное повествование, действие в любой момент может оборваться или прерваться; рассказ не умещается в заданные рамки, прихотлив и неуправляем: Тристрам Шенди никак не может закончить начатую мысль, как не может родиться на протяжении двух томов; герой появляется на свет, когда девятый том уже почти завершен - традиционное для английского просветительского романа обещанное самим названием жизнеописание так и не состоялось. Автором было сделано все, чтобы читатель почувствовал нарушение канона, ощутил новизну предлагаемого сочинения: вместо привычной романной сентенциозности и поучительности - пространные рассуждения о самом незначительном и несерьезном, вместо панорамного описания, разнообразия картин, действующих лиц и ситуаций - малое пространство (Шенди-Холл). Прозаик почти не оставляет шансов поверить в этот «сочиненный» мир: обстановка, в которой развивается действие, может превратиться в сценические декорации; рассказ о происходящих в семействе Шенди событиях может быть нарушен обращением к читателю, который участвует в обсуждении деталей и строения романа, объявляет собственное мнение или задает рассказчику вопрос; в нескольких местах Стерн обрывает повествование и оставляет страницы пустыми для того, чтобы читатель сам мог восполнить пробелы. Финал романа тоже необычен - повествование обрывается на полуслове, с намеком на возможность продолжения или многократного повторения. Прозаик не стремился быть оригинальным: его эксцентричная манера демонстрировала отказ от рационализма просветительского романа, в котором строгая последовательность изложения событий была принципиальной. Писатель написал роман о романе, в котором непропорциональность, несоразмерность выделяла романную форму, делала ее заметной: в основу композиции был положен эмоциональный принцип, потому что, по Стерну, главное - изображение внутреннего мира человека, его постоянно меняющегося настроения.

Допущение неоднозначных интерпретаций, многоплановость произведения - особенность не только первого романа писателя. В

«Сентиментальном путешествии по Франции и Италии» слово «sentimental», вынесенное в заглавие и стержневое для всего текста, сохраняет возможность разных смысловых интерпретаций: наиболее привычную для современников Стерна («сентиментальным» называли путешествие, дающее повод к рассуждениям и наставлениям), менее привычную (путешествие, обнаруживающее особенности чувствования героя - искренность, изящество) и совершенно оригинальную («чувственное путешествие»). Герой-повествователь (Йорик) причисляет свое «Путешествие» к традиции путевых картин и сразу же отказывается от традиционного построения, сдвигая названия географических пунктов в подзаголовки, утрируя бессюжетность. Путевому очерку второй половины XVIII в. интересен не столько факт сам по себе, сколько манера повествования. У Стерна фигура повествователя не просто заметна - рассказчик снова не оставляет читателя в покое, диалоги нередко оказываются несостоявшимися, некоторые эпизоды вообще незавершенными. Рассказ Йорика - это особое построение, оправданное весомостью «мелочей» (шуток, анекдотов, занимательных историй), непоследовательность ведения рассказа, «неуважение» к форме, игра с ней и есть момент обнаружения рассказчика. Принцип подвижности и неожиданности не только стал доминантой собственно содержательной стороны «Сентиментального путешествия», он же заявляет о себе и на уровне структуры, когда сдвиг, смена повествовательных позиций, меняющаяся дистанция между «своим» и «чужим» словом вполне характерны для стерновского романа.

Сам Йорик - сельский священник - совершенно не похож на благочестивого пастора, он лишен благочестия священнослужителя и ведет вполне мирскую жизнь. При этом герой обладает тонкой душевной организацией, самые незначительные впечатления вызывают у него целую бурю чувств. В отличие от «чувствительных» героев С. Ричардсона, у которых доброе вызывало умиление, а злое - огорчение и слезы, «сентиментальность» Йорика не зависит от моральных критериев. Он чувствителен к любым житейским мелочам, любое человеческое чувство для него естественно. Йорик может не заметить человеческого несчастья, а может растрогаться при виде мертвого осла или растоптанного цветка; он то добр, то эгоистичен, то подчинен плотским инстинктам, то самым возвышенным чувствам.

Таким образом, заслугой Стерна было изображение тончайших нюансов личностных переживаний, глубочайший психологический анализ характеров, благодаря которому его герои представали правдивыми жизненно убедительными.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >