Полная версия

Главная arrow Литература arrow ВВЕДЕНИЕ ВО ФРАНЦУЗСКУЮ ФИЛОЛОГИЮ

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Проблема Ы muet (немого Ы)

Звук [э] представляет собой своеобразное явление во французском языке: ни сто практическая реализация, ни его теоретическое осмысление нс получили окончательного решения. Этот звук является единственным безударным гласным французского языка, но его роль во французской речи огромна. Па звуке [з] в значительной мере основываются стилистические дифференциации фонетического характера; с ним связаны многие преобразования в системе согласных, в их сочетаемости, в структуре слога, важные явления в ритмомелодике французской фразы. И даже выразительность французской поэзии, возникновение некоторых новых тенденций в ней обусловлены функционированием звука [э]. Ромен Роллан писал, что подобно тому, как во влажном дрожащем воздухе Иль-де-Франса становятся расплывчатыми очертания предметов, — эффект, который был использован художниками-импрессионистами, — так и немое |з| смягчает, делает расплывчатыми границы слов. Немое |з| образует атмосферу, в которую погружен французский язык.

В функционировании [о] следует различать три случая:

a) стабильное [з] — оно произносится всегда и равно звуку [ое], от которого отличается чередованиями; ср. crever — (il) creve ([о — г]) и abreuver — (il) abreuve (сохраняется [ое]);

b) немое [э], никогда не произносящееся, например, после гласной: amie, gaiement;

c) беглое [э], которое может звучать или исчезать из произношения; этот случай наиболее част и сложен, правила опущения [з] очень прихотливы.

В разговорной речи опущение [з] приводит к закрытию слога и созданию разнообразных звукосочетаний из двух и трех согласных, которые вне этого явления в языке почти не встречаются:

samedi [samdi]; ilpassera [ilpasra]; tristement [tristma] и т.п.

Вследствие этого происходят различные ассимиляции: произношение e’est achete и e'est a jeter совпадает — [sstajle], возникает удвоение согласных: extremement — [ekstremma]. Выпадение [з] на конце слова вызывает упрощение групп согласных: mettre — [met], capable — [караЬ]. Такое произношение, свойственное небрежной разговорной речи, приводит к тому, что исчезают, как отмечает О. Соважо, инфинитивы на -re: battre произносится [bat] и т.н., возникают новые морфологические чередования:

Иouvre [iluv] — nous ouvrons [nuzuvro], как il rend — nous tendons.

Если несколько [з] следуют друг за другом, то могут опускаться разные звуки, образуются варианты. А. Доза[1] указывает, что nje te le dis полное произношение может выражать аффект (например, говорящий начинает сердиться), а из вариантов

jet (e)ledis; j (е) te l (е) dis; j (e)t(e) ledis

последний является более просторечным (в нем образуется более сложная группа согласных [3d]).

В группе je те le demande южане произнесут je т(е) le d(e)mande, северяне — j(e) те 1(e) demande. Последний — наиболее рекомендуемый вариант. Выпадение [э] образует в глагольных группах устойчивые сочетания показателей субъектно-объектных отношений и отрицания. Например, [3tal] означает «я тебе его...», [3VI1I] — «я вам это...», Yantai] — «я тебе этого не...» и т.н. Чтобы научиться бегло говорить по-французски, нужно запоминать такие комплексы, подключая к ним соответствующие глаголы: [3tal] dis (demande, promets) и т.д.; Rental] dis (demande, promets) pas и т.д.

А. Мартине назвал [э] «смазочным маслом» французской речи: оно устраняет неудобопроизносимые группы согласных и слышится даже там, где в орфографии его нет:

ип ours (е) Ыапс; ип film (е) frangais.

Исчезая, [э] оказывает влияние на последнюю согласную: она или оглушается (как в etre), или произносится более напряженно (некоторые авторы отмечают, что cape звучит не совсем так, как cap; роге не так, как port).

Особую роль играет [э] в поэзии. Классическая версификация принимала его во внимание при счете слогов (в XVII в. оно еще было звучащим), современное же нормальное произношение во многих случаях его не допускает. Противоречие решается так, что слог, предшествующий беглому [э|, удлиняется, вследствие чего сохраняется долгота стиха. В известном стихе Расина « Апапе, та sceur » считается шесть слогов (это полустишие гекзаметра), но, как отмечает Мартине, прочитать его, как во времена Расина, — [a-ri-a:-no-ma-soe: г], сейчас невозможно. Однако не подходит и реальное современное произношение из четырех слогов [a-rjan-ma-soer], приходится удлинять слог так, чтобы два слога по длительности равнялись четырем [a-rja: n-ma-soe: г]. Таким образом, из-за выпадения [о] меняется принцип французского стихосложения: теперь он основывается на учете коротких и длинных слогов. Меняется и система рифмовки. Вместо различия мужских рифм и женских, оканчивавшихся на [э] (ср. po?tmort и роге - тайге), более важным оказывается различие рифм, оканчивающихся на гласный или на согласный[2]. Немое [э] создает во французской поэзии расплывчатость контура стиха, возможность прочитать его по-разному.

Возьмем знаменитое стихотворение Верлена « L’art poetique », которое начинается так:

De la musique avant toute chose Et pour cela prefere I'impair Plus vague et plus soluble dans I'air Sans rien en lui qui pese ou qui pose.

Вот перевод этого четверостишия, выполненный В. Брюсовым:

0 музыке на первом месте!

Предпочитай размер такой,

Что зыбок, растворим и вместе Не давит строгой полнотой.

Первые две строки оригинала хочется прочитать как восьмисложник. Русские поэты (В. Брюсов, Б. Пастернак) переводили это стихотворение именно восьмисложником либо десятисложником. А между тем это девятисложник — своеобразный размер, имеющий во французской версификации плохую славу. Его считают неровным (boiteux), некрасивым. Поэт М.-Ж. Шенье, сторонник классической версификации, писал, что девятисложник — это не что иное, как прозаические строки, обремененные рифмами. Верлен, словно умышленно бросая вызов классическим канонам, избирает этот неровный стих для прославления музыкальности в поэзии[3]. Он даже подчеркивает: Et pour cela prefere Vimpair — «А для этого предпочти нечетное». Но благодаря |э| muet (toute, prefere) первые два стиха как бы колеблются между девятисложником и восьмисложником, и только в третьей строке, где [э] muet опустить нельзя (soluble), девятисложный размер приобретает отчетливость. Но как прочитать первый стих?

Французский писатель Р. де Гурмон говорит, что, поскольку е в toute произнести нельзя, приходится удлинять либо toute, либо chose. Ритм стиха благодаря [о] muet приобретает неопределенность, зыбкость. В дальнейших строфах стихотворения Верлен использует эту зыбкость. Чувствуется дрожание самого стиха, впечатление, аналогичное тому, что производит свет в картинах импрессионистов:

C'est des beaux yeux derrier(e) le voile (Test le grand jour tremblant de midi C'est par un ciel d'automne attiedi Le bleu fouillis de clair(e) s etoiles !

To — взор прекрасный за вуалью,

То — в полдень задрожавший свет,

То — осенью, над синей далью,

Вечерний, ясный блеск планет.

Пер. В. Брюсова

Пример с [э] muet показывает, как тесно форма литературного произведения может быть связана с самим устройством языка.

  • [1] См.: Доза Л. История французского языка. С. 110.
  • [2] См.: Gourmont R. de. Probleme du style. Paris : Societe du Mercure de France, 1907.P. 180-182.
  • [3] Это первый девятисложник в поэзии Верлена. Впоследствии поэт не раз прибегалк этому размеру; характерно, что его самопародия « A la maniere de Paul Verlaine » написанадевятисложником: C’est a cause du clair de la lune...
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>