Полная версия

Главная arrow Риторика arrow РИТОРИКА

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

ПРОБЛЕМА КУЛЬТУРНОЙ ГРАМОТНОСТИ И РЕЧЕВОЙ ПОРТРЕТ ГОВОРЯЩЕГО

В результате изучения данной главы обучающийся должен:

  • знать основные характеристики культурной грамотности;
  • уметь использовать элементы культурной грамотности в повседневной, деловой и публичной речи;
  • владеть навыками использования лингвистических и энциклопедических словарей, прецедентных феноменов различных типов в соответствии с коммуникативными задачами.

Успех оратора в значительной степени зависит от его культурного багажа, начитанности, умения использовать в речи выразительные факты, имена, цитаты. В связи с этим актуальным является понятие «культурная грамотность», предложенное американским культурологом Э. Д. Хиршем в контексте анализа американской системы образования. Культурная грамотность — это система базовых знаний, необходимая человеку для того, чтобы ориентироваться в современном мире. Она включает в себя знания во всех сферах человеческой деятельности.

Можно говорить о трех уровнях культурной грамотности: первый уровень включает основные естественнонаучные понятия, интернациональные понятия из мировой истории и культуры; второй уровень культурной грамотности составляют понятия, принадлежащие исторической памяти народа (этнокультурные понятия, топонимы, разного рода высказывания), к этому уровню относятся также имена реальных персонажей отечественной истории, литературных героев с их высказываниями; третий уровень составляют понятия новейшей истории, известные носителям языка конкретной страны или региона.

Культурная грамотность позволяет субъекту, получившему информацию от собеседника или из масс-медиа, понять ее адекватно, проникнуть в ее контекст, сделать соответствующие выводы и выработать собственную точку зрения.

С проблемой культурной грамотности соотносятся две актуальные для современной языковой личности проблемы — проблема адекватного восприятия текстов классической литературы и проблема владения так называемыми прецедентными текстами. Обе они связаны с кругом чтения современной языковой личности, с богатством се лексикона.

Уровень речевой культуры личности определяется, помимо прочего, знанием определенного количества литературных произведений, ядра отечественной и мировой литературы и культуры, способностью узнавать хрестоматийные тексты по цитатам, именам, отсылкам, намекам. Прецедентные тексты — это тексты, высказывания, отдельные слова, известные широкому кругу носителей языка и обычно связанные с конкретным источником, чаще всего — литературным, отсылки к которому распознаются адресатом речи и понятны ему (например, басни И. А. Крылова, «Горе от ума» А. С. Грибоедова, «Евгений Онегин»

А. С. Пушкина, «Ревизор» Н. В. Гоголя). Понимание прецедентных текстов рассчитано на среднего представителя данной культуры.

К прецедентным текстам можно отнести и события, запечатленные в изобразительном искусстве и связанные с названиями произведений, например картины «Явление Христа народу» (А. Иванов), «Запорожцы пишут письмо турецкому султану» (И. Репин). Такие выражения и изображения нередко используются в рекламе, карикатурах, при пародировании, однако основу прецедентных текстов составляют собственно словесные произведения, из которых в речи, в том числе в публичных выступлениях, используются заголовки, цитаты, имена, отсылки к ним в той или иной форме. Например: горе от умау слон и моська, мертвые души, есть еще порох в пороховницах, я помню чудное мгновенье} мы все учились понемногу, кому на Руси жить хорошо, человек в футляре, как бы чего не вышло, быть или не быть, укрощение строптивой и т.д. Прецедентный текст может быть представлен именем персонажа, автором произведения, именем известного и значимого для культуры лица: Евгений Онегин, Татьяна Ларина, Чичиков, Моцарт и Сальери, Анна Каренина, Базаров и др.

Эти имена употребляются нередко образно, расширительно, в сравнениях (см. гл. 6), они часто образуют имена нарицательные и слова, производные от них: Чичиков, чичиковский, по-чичиковски; Хлестакову хлестаковщина. Знание прецедентных текстов — это не просто требование элементарной образованности, но и необходимость, обусловленная потребностью в комфортном существования личности в обществе.

Трансформированные прецедентные тексты часто используются как средство языковой игры, например, в газетных и журнальных заголовках: Ночь, улица, фонарь, ипотека; Муму в России больше, чем Муму; Эх вы, надменные потомки; Мы рождены, чтоб фото сделать бьтыо; Арбитр не спешит, арбитр понимает; И в Думу высокое стремленье.

Смещение культурных ценностей, изменение традиционного круга чтения ведет к тому, что многие «хрестоматийные цитаты» («Времен очаковских и покоренья Крыма», «герой нашего времени», «борзыми щенками брать», «на деревню дедушке», «кудри черные до плеч», «да был ли мальчик-то» и многие другие), часто используемые современными средствами массовой информации в качестве прецедентных текстов, далеко не всегда воспринимаются современной языковой личностью как таковые.

Приведем показательный пример коммуникативной неудачи, связанной с лакуной во «фразеологическом багаже» личности и свидетельствующей о несомненной «языковой глухоте»: продавец (молодая девушка) хочет ввести в компьютер источник информации об их магазине:

  • Откуда вы о нас узнали?
  • — По сарафанному радио.

Продавец фиксирует: «Источник информации — радио».

Проблема культурной грамотности современника становится сегодня одной из важнейших проблем, обеспечивающих успешность коммуникации, в том числе успешность взаимодействия оратора, использующего в речи яркие цитаты, образы, прецедентные тексты, и аудитории, способной (или часто не способной) воспринять риторические ходы. Непреднамеренные случаи непонимания вызываются критическим несовпадением культурной базы адресанта и адресата, неполным осознанием слушателем коммуникативных намерений говорящего.

 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>